home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 3

В очередной по счету — десятый, а возможно, даже и в двадцатый раз я проснулась от неприятного ощущения чужого внимания.

Замерла, осторожно приоткрыла глаза, а затем и вовсе их распахнула, обнаружив рядом с собой хозяина спальни. Эдриш сидел всего в полуметре от меня прямо на полу, скрестив ноги и обхватив их руками. Смотрел пристально, недобро и так, словно планировал забраться мне в голову.

Не представляя, как быть, потому что не понимала его хмурого настроения, а в воздухе вокруг хайда витал запах гнева, я начала медленно отползать в противоположную от него сторону, чтобы уже затем встать и ретироваться за пределы комнаты. Ну его, этого хайда!

— Лежать, — прозвучала команда, отданная лениво, но при этом настолько властным тоном, что я замерла против воли. Эдриш же, будто не замечая моего напряжения, продолжил так же лениво, хотя и с явной угрозой в голосе: — И почему это мануальный терапевт, не имея даже сертификата врача общей практики, берет на себя смелость возглавить медпункт целой станции? Не подскажете, доктор О’Нелл?

Черт! Черт-черт-черт! Откуда он узнал так быстро?! Как?! Кто???

Ответить на эту претензию, высказанную грамотно и без возможности отступить с честью, я не могла. Просто не находила нужных слов. Особенно учитывая, как он на меня смотрел и в каком виде я сама при этом находилась.

А затем во мне что-то переклинило, и я, зло прищурившись, с отвагой древних камикадзе рванула в контратаку:

— А у вас уже появился медпункт, господин Мак-Иш? Может, еще и оборудование заработало? Потому что то помещение, куда привел меня мистер Саллин, точно не медпункт! А уж возглавить семь комнат хлама с мусором и уборщице под силу.

— Смелая, — неожиданно одобрительно хмыкнул хайд, мрачно блеснув своими пожелтевшими глазами. — Но глупая. Ты хоть понимаешь, девочка, в какую передрягу влипла? Ты свой трудовой договор вообще читала, прежде чем подписывать?

В тоне Эдриша явно промелькнуло несвойственное ему сочувствие, и я настороженно кивнула.

— Читала. И что?

— А то, что теперь ты хоть из кожи вон вылезешь, но будешь обязана выполнять все без исключения обязанности. Весь галактический год, — зловеще произнес хайд то, что я уже и без него знала.

Но разве это проблема? Или у них тут эпидемия вместе с войной на носу, а я и не в курсе?

— Ну и? — подтолкнула я его к продолжению, когда пауза начала затягиваться.

— Ты действительно меня не понимаешь? — Темно-русая густая бровь начальника станции изумленно взлетела вверх. — Или не дочитывала пункты о досрочном расторжении и ответственности?

— Я всегда внимательно изучаю документы, под которыми подписываюсь, — раздраженно огрызнулась я, не совсем понимая, куда он клонит. — Учтите, с моей стороны вы преждевременного расторжения не дождетесь, у меня нет лишних пяти миллионов кредитов. Или вы планируете чинить мне препятствия в работе?

— Я? — откровенно изумился Эдриш. — Да упаси тебя боги, девочка! С этим ты успешно справишься сама. У нас рудодобывающая станция. Тебе это хоть о чем-то говорит? Это не санаторий и не центр красоты. Это космическая рудо-, демоны ее задери, добывающая станция!

— У меня все хорошо со слухом и зрением, спасибо, — сухо произнесла я, не собираясь сдаваться. — И да будет вам известно, что мое предыдущее место трудовой деятельности не являлось ничем из выше перечисленного. Я работала даже с такими пациентами, от которых отказывались иные именитые специалисты, так что вылечить ваших шахтеров от сифилиса сумею. Приобретите только необходимые препараты. Уж это-то вы сможете?

И тут он зарычал. Натурально зарычал!

Как не сбежала на другой край вселенной в ту же секунду, не знаю. Наверное, от неожиданности. И, наверное, именно из-за нее, а еще из-за природной суккубьей вредности я подалась вперед и с любопытством поинтересовалась:

— Медвежонок, а в момент частичной смены ипостаси тебе выросшие клыки не мешают? Кстати, мне показалось или у тебя защемление шейного нерва? Не иначе как от чрезмерной сидячей работы. Иди сюда, разомну. — И немного мстительно добавила, не сводя ехидного взгляда с озадаченных звериных глаз начальника: — Поверь, на это моей квалификации хватит. Ну? Идешь или как?

Он не хотел. Я видела и даже чуяла, как он этого не хотел. Но уступил. То ли действительно защемление доставляло ощутимый дискомфорт, то ли решил таким образом проверить меня на профпригодность, но всего через минуту Эдриш уже лежал рядом. Без кителя, без рубашки и даже не на спине.

Жаль…

Мысленно помечтав о несбыточном, я с комфортом устроилась на хайде верхом и для начала пробежалась подушечками пальцев по всей поверхности спины, захватив и шею. Так-так, что тут у нас? Вчера ночью все мысли были совсем об ином, так что я даже не задумывалась взглянуть на Эдриша с профессиональной точки зрения, но сегодня все обстояло совсем иначе. И Эдриш больше не перспективный любовник, а придирчивый начальник, и тело подо мной… не самое здоровое.

— Сколько тебе лет? — начала я профессиональный допрос, уже мысленно составляя карту своего первого пациента станции. — И не ухмыляйся, я все слышу. Это не праздный вопрос, мне необходимо понять, с чем я имею дело.

— Вообще-то, я одушевленный предмет, — раздраженно выдал Эдриш, но тут же охнул, когда я без сожалений нажала на одну из чувствительных точек вдоль позвоночника. — Полегче!

— Больно? — удивилась я невинно. — А у мужчин до тридцати тут ничего не болит. — И повторила, но уже жестче: — Так сколько тебе лет, начальник?

— Сорок один.

Скрип зубами вышел весьма выразительным, но я уже оседлала своего конька (эх, вот задница, а?) и продолжила вдумчивую пальпацию и опрос пациента.

— Хронические заболевания, ушибы, переломы, опухоли, перенесенные операции?

— Заболеваний нет, — странно хмыкнул Эдриш, нащупывая пальцами мое колено и начиная бессовестно его наглаживать. — А вот остального было достаточно. Тебе перечислять все?

— Все, — кивнула я с умным видом, стоически не замечая его наглых поползновений.

— Тогда тебе лучше записать, — ехидно отозвались снизу. — Начну по порядку: в тринадцать во время сдачи нормативов на звание «Эрл-кат» мне сломали позвоночник…

Эдриш все говорил и говорил, а я, замерев от шока, не верила своим ушам. Трижды сломанный позвоночник! Пять раз — левая нога. Семь — правая. Обе руки в сумме давали число одиннадцать. Нос, пальцы, обе ключицы, ребра, уши… Хайд все перечислял, умудряясь делать это в хронологическом порядке, словно дотошно помнил каждый случай, а меня хватало лишь на то, чтобы слушать его с широко распахнутыми глазами и легонько поглаживать вдоль позвоночника. С таким глобальным списком перенесенных травм и увечий я удивлена, что он вообще ходит!

А послужной список? Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы соотнести даты, должности и события, чтобы понять, что хайд — не офисная крыса, а полноценный силовик на пенсии. И пенсии отнюдь не по возрасту!

Праматерь моя распутная, с кем я связалась?!

— Ну и напоследок: титановая пластина в районе правой лопатки и искусственная коленная чашечка. Тоже правая. Док?

— А? — рассеянно откликнулась я.

Снизу глумливо хрюкнули, что мигом привело меня в чувство, и поглаживания тут же сменились болезненными тычками.

Потому что теперь я знала, куда тыкать!

— Шанни! — тут же взвыл пациент и провел контратаку, вмиг подмяв меня под себя и устыдив возмущенным взглядом. — Больно!

— А я думала, хайды нечувствительны к боли. — Мои руки были прижаты к бокам, а сам Эдриш бессовестно навалился мне на грудь, так что пришлось призвать всю свою женственность и мнимую невинность вкупе с укоризненным взглядом истинного профессионала, чтобы без борьбы получить свободу. — И вообще — это необходимый этап врачебного осмотра. Господин Мак-Иш, будьте любезны, вернитесь в исходное положение, мне необходимо закончить обследование.

— А ты точно доктор, а не профессиональный садист? — подозрительно прищурился Эдриш, заставляя меня возмущенно фыркнуть. — А то даже злейшие враги так больно не делали, как ты.

— После ваших лестных слов вызывает сомнение квалификация ваших врагов, — выдала я язвительно и грозно приказала: — А ну, ложись на живот, я не закончила!

— Так я уже вроде на животе, — похабно ухмыльнулся… начальник. Уверенно примеряясь к моей груди.

И рада бы потворствовать его затее, но прошло достаточно времени, чтобы я осознала всю ее бесперспективность. И даже опасность.

— Господин Мак-Иш, смею напомнить вам о подписанном мной контракте, — холодно отчеканила я, глядя прямо в желтые звериные глаза начальства. — И в нем достаточно прозрачно прописан пункт о недопустимости отношений, ставящих под угрозу мою трудовую деятельность. — И мстительно закончила: — Потому что, если вы и дальше продолжите склонять меня к разврату, завтра мы с вами уже оба не приступим к работе. Вы этого добиваетесь?

Если я надеялась обескуражить его своим заявлением, то все было зря: он лишь недоверчиво приподнял бровь и уточнил:

— То есть ты способна на большее, чем предыдущей ночью?

Вот нахал!

Но сказала я совсем иное.

— Хотите проверить, господин начальник? — мурлыкнула я ему в губы и с наслаждением потерлась о его еще больше отросшую щетину. — Не знаю, кто вам слил информацию о моей специализации, но на вашем месте я бы копнула чуть глубже, чтобы узнать, с кем в действительности вам посчастливилось провести самую незабываемую ночь в своей жизни.

Отстранилась, с нескрываемым злорадством понаблюдала за сменой эмоций на его хмуром лице и сурово добавила:

— Первую и последнюю. А теперь, господин Мак-Иш, будьте любезны перелечь с меня на кровать, мне необходимо завершить диагностику. Вы ведь не собираетесь чинить мне препятствия при исполнении моих непосредственных трудовых обязанностей? Пункт 7-11а, насколько я помню, обязывает вас оказывать всяческое содействие. Верно?

— Не забывайте о пункте 8-17е, — проворчал хайд, нехотя подчиняясь моей команде. — Он обязывает вас помнить о том, что недопустимо причинение вреда любому сотруднику станции.

— А я разве врежу? — искренне удивилась я, вновь седлая, увы, затянутый в брюки зад начальства. — Я ж исключительно пользы ради! — И на всякий случай приказала: — А теперь не дергаться, может быть снова больно!

Судя по сдавленному шипению сквозь зубы чуть позже, ему действительно было больно. И неудивительно! Конкретно этой травме, из-за которой со временем и защемило нерв, было больше десяти лет. Вообще странно, что он до сих пор ходит!

Но после первой вправки и последующего массажа, во время которого я старательно изучала каждую мышцу хайда, не жалея сил и времени, стало ясно, что работы здесь не на один месяц. Дай праматерь за год справиться!

Вот не понимаю этих мужчин, думающих, что раз травмы не видно, то ее нет. Есть! И чем дольше ею не заниматься, тем тяжелее избавляться от последствий, когда прижмет и парализует! Тут же…

— Господин Мак-Иш, вас бы в экспонаты… — натужно пробормотала я, с усилием разминая правую икроножную мышцу и постепенно подбираясь к ахиллову сухожилию. — С табличкой: «Еще не помер, что очень странно». Как вы вообще ходите? Или каждое утро пьете ведро обезболивающих?

— Только зеленый чай, — с зевком признался хайд, уже давно блаженно млеющий под моими руками и даже, кажется, периодически задремывающий. — Шанни, а давай я переведу тебя на персональный контракт? Хрен с ними, с пятью миллионами, я выплачу. Зато ты каждый вечер будешь делать мне этот чудный расслабляющий массаж… Мм?

Даже не знаю, что именно взбесило меня больше: панибратское обращение начальства, его неожиданная платежеспособность или абсолютное неверие в то, что я справлюсь? Или в то, что этот массаж — не расслабляющий, а лечебный?

И вообще!

— А может, сразу в жены возьмете? — провокационно промурлыкала я, без сожалений находя больной нерв и уделяя ему повышенное внимание. — Что мелочиться? Будь я женой — и это наслаждение пребудет с вами до конца жизни, господин Мак-Иш! Как вам такой вариант? Заманчиво, правда?

И крутанула найденный проблемный нерв так, что хайд натурально взвыл, сжимая пальцы в кулаки, выгибаясь в спине и поминая крепким словом всех моих предков до седьмого колена. Даже так? Надо будет запомнить.

— Лечение — оно такое, иногда без боли никак, — глубокомысленно отметила я, когда пациент выдохся, и снова продолжила поиск очередного проблемного нерва. — Вот попади вы в мои руки пару лет назад, господин Мак-Иш, было бы куда легче.

Против воли я вспомнила о тех временах, когда еще была жива бабуля, и злость на наглого хайда сменилась грустью о былом и невозвратном.

— И мне и вам. А теперь отдыхайте. До утра желательно не вставать, а к вечеру повторим сеанс, чтобы закрепить результат. Вы ведь не против?

Но Эдриш уже спал, потратив последние силы на изысканные ругательства в мой адрес. Какой же он все-таки медвежонок! Наглый, громкий, властный и с таким темным прошлым, что меня так и тянет покопаться в нем обеими руками. Но нет! Нет и снова нет! Хватило мне уже Луи с его криминальным окружением. Хватит мне в жизни мужчин с замашками рабовладельцев.

Теперь я — главный врач станции, и никому это право у меня не отнять. Даже медвежонку!

После вдумчивого изучения тела хайда энергия во мне буквально кипела — так происходило всегда, когда я бралась за любимое дело. Ну да, вот такая я ущербная суккуба. Чистокровным для подпитки жизненных сил необходим регулярный сексуальный контакт, мне же вполне хватало прикосновений. Но не любых. Лишь когда я сама того желала и мужчина вызывал во мне отклик.

Увы, в последнее время таковых рядом со мной появлялось удручающе мало. И все из-за Луи, будь он проклят!

Но тьфу на него, сейчас у меня есть дела поважнее, чем вспоминать этого мерзавца.

Что там у нас насчет чип-карты?

Задумалась я о ней не зря — Эдриш снова заперся, но на этот раз изнутри. Наверное, не лишняя предосторожность, учитывая его высокий статус, но сейчас это осложняло мне беспрепятственный уход с чужой территории. Остаться? Вот еще! Кровать у него хоть и большая, но не настолько, чтобы мы не единожды встретились на ней этой ночью. А там уже… Нет! Знаю я, чем обычно заканчиваются все подобные интрижки с начальством. И не желаю становиться участницей.

Так что — ключ! Мне нужен ключ!

Для этого пришлось обшарить карманы хайда, но искомое нашлось лишь в гостиной, где он скинул китель. Меня вновь озадачили незнакомые нашивки, и я пообещала себе, что обязательно поищу об этом информацию в сети. Хватит уже плыть по течению, пора найти для своей утлой лодочки хотя бы подобие весла.

Одежда, слава праматери, никуда за время моего сна не подевалась, как и сумка. Голова ожидаемо выглядела небрежным стогом сена, глаза горели жаждой деятельности, но все равно, прежде чем уйти, я еще несколько минут понаблюдала за хайдом. Просто не смогла отказать себе в этом удовольствии — он был таким сексуальным! Даже во сне. Или особенно во сне? Сейчас хмурые складки на его лбу и в уголках рта разгладились, вся фигура дышала спокойствием, и лишь сильнее хотелось лечь обратно и блаженно прижаться к его мощному телу с крепкими жгутами мышц, которые я до сих пор чувствовала подушечками пальцев. Даже закололо под кожей от желания, но я одернула себя построже и торопливо вышла из апартаментов начальства, заблокировав дверь уже снаружи. Вряд ли ему понадобится куда-то выйти ночью, а с утра пораньше я приду и открою.

Можно и наплевать на безопасность, но я не хотела из-за этого навлекать на себя гнев хайда. А вдруг у них тут по ночам не так безопасно, как хотелось бы? Нет-нет! Я не собираюсь становиться виновницей возможного правонарушения.

И именно из-за этих мыслей в сторону медпункта я шла бодрым шагом. Если честно, я, вообще говоря, не желала возвращаться в эту обитель хлама и неизвестных науке бактерий, но особого выбора у меня не было.

И каково же оказалось мое изумление, когда сначала приемная, а затем и остальные помещения медблока встретили меня первозданной чистотой и непривычным запахом свежести. Я сплю? Даже ущипнула себя, не веря глазам и обонянию, но боль оказалась вполне реальной.

Чудны дела твои, мироздание!

На всякий случай я еще раз вдумчиво обошла все без исключения комнаты, уже в полную силу порадовавшись чистоте, но под конец обхода счастье омрачилось пропавшим чемоданом. Поискала его везде, даже по скрытым за стеновыми панелями шкафам (обнаружила аж две нычки с алкоголем и просроченными наркотическими медикаментами), но чемодана не было. Вот гады! Если выбросили со всем остальным мусором — найду исполнителя и стребую в тройном размере! У меня же сейчас даже элементарно смены нижнего белья не осталось. А косметичка? Один ночной крем, обещающий мгновенное избавление от сухости и морщин, обошелся мне в сотню кредитов. А влагостойкая тушь, увеличивающая объем ресниц в десять раз? А помада? Моя любимая земляничная помада с перламутром?! Точно скандал устрою!

В итоге шел третий час галактической ночи, а я сидела на девственно пустой кухне, где не нашла даже кружек, и строила планы мести. В первую очередь — мистеру Саллину. Он — первопричина всех моих бед. Не зайди он тогда в мою каюту, не предложи это безумство, и я уже давно бы летела с каким-нибудь покладистым рудокопом в сторону ближайшей населенной планетки!

Но нет!

Я без белья, без косметички и без остальных жизненно необходимых вещей сижу на пустой кухне медблока и понятия не имею, как быть дальше.

От нечего делать более вдумчиво обследовала смотровую и операционную, хмурясь и кусая губы каждый раз, когда совала свой любопытный нос в очередное устаревшее оборудование. В целом дело обстояло куда лучше, чем еще вчера, но… Интересно, господин большой начальник сильно будет ругаться, когда я подам ему заявку на десяток новых аппаратов? Да хотя бы на один МТ-сканер последнего поколения, без которого элементарно невозможно поставить точный диагноз. А еще анализатор необходим. Ну, просто кровь из носа! Правда, стоят они…

Уныло вздохнув, последним критичным взглядом осмотрела отмытое, но все же старье времен первых колонизаторов и вернулась на кухню. Там хотя бы имелся стул в отличие от спальни, из которой вместе с мусором утащили даже кровать, не успев (или не сообразив?) поставить новую.

Сон не шел, до утра оставалась еще пара часов, и я решила посвятить их тщательному изучению своего трудового контракта. Ведь не просто же так Эдриш злился. Что я не увидела в первый раз и чего не учла?

Юридическая составляющая всегда была моей слабой стороной, так что пришлось три раза перечитать весь текст, изучая практически каждую букву, прежде чем меня всерьез насторожил раздел о расторжении. Был упущен (или намеренно пропущен?) пункт о должностном несоответствии, но при этом стояла баснословная цифра штрафа за досрочное увольнение по моей инициативе. Как и за прогулы, и исполнение своих должностных обязанностей спустя рукава. А еще мистер Саллин хитро обезопасил себя, обозначив наименование занимаемой должности общим словом «доктор». А ведь, между прочим, я доктор. Полноценный, с дипломом. Так что тут не подкопаться. Ни к нему, ни ко мне.

А еще пункт о должностных обязанностях, которые обычно расписывались на десяток страниц мелким шрифтом и шли приложением к договору, в этом документе был кратким, как никогда: в мои обязанности вменялось всего лишь обеспечивать трудоспособность персонала. Заметьте, не здоровье, а трудоспособность! Однако какими методами и оборудованием — тайна великая.

Интересно, кто составлял этот договор?

Впору было начинать думать о том, где взять пять миллионов кредитов на штраф, и это при месячном окладе в пару тысяч, но в мои унылые мысли ворвался сначала писк коммуникатора, а затем и гневный рев Эдриша:

— Шанни! Где ты находишься?!

— А в чем дело? — вяло огрызнулась я, все еще пребывая в своих мыслях и даже не думая желать ему доброго утра, так как сам хайд тоже не потрудился выдавить из себя приветствие.

— Ты меня заперла!

— И что? — С настроением у меня было еще не очень, так что я лишь лениво зевнула, наглея не по дням, а по часам. — Вам не терпится снова рвануть на поиски большой и чистой любви? Вы в курсе, что всего шесть часов утра? И, между прочим, не Шанни, а доктор О’Нелл. Это во-первых. — Хайд натужно запыхтел, явно собираясь меня прервать, так что я торопливо и немного злорадно добавила: — А во-вторых, вы первый заперли меня вчера. Так что один-один, господин Мак-Иш. И не грызите коммуникатор, я сейчас подойду и открою.

И отключилась, не позволяя ему вставить ни словечка. Да, вот такая я злыдня!

Наняли меня без права уволиться, вот и расхлебывайте!


ГЛАВА 2 | Аромат страсти | ГЛАВА 4