home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



11. Владимир Куц: на двух фронтах – советском и американском

Владимир Терентьевич Куц, участник Великой Отечественной войны, пулеметчик 4-й пехотной дивизии, разведчик 5-й гвардейской воздушно-десантной дивизии


В 1942 году, когда Владимиру Терентьевичу Куцу было всего 14 лет, немцы забрали его в Германию, хотя, как правило, людей на работы отправляли с 16 лет. Тогда Куц вместе с матерью и сестрой жил на Украине, в селе под Полтавой. Семья переехала туда после того, как отец был объявлен врагом народа и репрессирован.

Перед немецкой оккупацией мать Владимира Куца имела постоянную работу – она была уборщицей в больнице. Однако после прихода нацистов больницу закрыли, и семья с большим трудом обеспечивала себе пропитание. Куц таскал с поля заготовленную на зиму сахарную свеклу, занималась семья и самогоноварением, для чего требовались дрова. Однажды летом 1942 года, бродя по лесу в поисках древесного сырья, подросток нашел листовки, написанные на немецком языке. Они были брошены для врагов Красной армией, когда советские войска отступали.

Однако немецких солдат в деревне не было – жителей контролировали полицаи. Владимир подобрал несколько листовок, на которых была напечатана речь товарища Сталина по случаю 24-й годовщины Октябрьской революции, и принес их домой вместе с дровами. Полицай, увидев дым, понял, что в доме готовится самогон, и пришел к матери Куца за алкоголем.

На пороге он появился уже нетрезвым. Мать Владимира отошла в коридор, где у нее хранились бутылки. Полицай же в это время осматривался, и его взгляд остановился на листовке. Сначала он увидел фотографию Гитлера, а затем, присмотревшись, понял, что на бумаге изображен не кто иной, как сам Сталин. Это вызвало у полицая массу эмоций. Он схватился за ружье и стал угрожать семье. Куц объяснил, что подобрал эту листовку в лесу. Для того чтобы после этого случая держать Владимира на крючке, было решено отвести его в полицию.

Белые пятна Второй мировой

Участник встречи на Эльбе, российский ветеран Великой Отечественной войны Владимир Куц (справа) на торжественном приеме в честь 65-й годовщины встречи советских и американских войск на реке Эльбе в апреле 1945 года. Дата события: 28.04.2010


К сожалению, в то время в деревню из районного центра прибыл немец, который приказал отправить подростка в концлагерь, а затем покинул село вместе с начальником полиции. Владимира закрыли в помещении, в котором ранее располагалась библиотека при школе, где он и переночевал.

При себе у Куца были листовки с речью Сталина в качестве улик. Он не знал, как от них избавиться. Можно было бы съесть, да размер уж слишком большой. Мать Владимира на коленях умоляла оправдать ее сына, ведь он не распространял листовки, а лишь принес их домой. Начальник полиции ответил, что всего лишь выполнял команду. Полицаи сопроводили Куца в районный центр. Мать дала ему с собой хлеб и кусок сала. Она плакала – у нее отобрали сына.

По дороге в районный центр полицаи набирали людей из других сел, чтобы сформировать группу согласно плану. Всем остальным задержанным, в отличие от Куца, было больше 16 лет. Сутки они провели в парке. Затем группу загрузили в вагон, который ранее использовался для перевозки скота, и поезд отправился в сторону Бреста. Там уже проводился отбор, по итогам которого нетрудоспособных отправили обратно.

Владимир понял, что впереди его ждет смерть. Старшие товарищи помогли Куцу оформить нетрудоспособность, и он вернулся в свою деревню. Однако там невозможно было спрятаться от полицаев. Один из них предупредил, что, когда придет официальное сообщение из района о побеге, полицаи сожгут дом Куца и вся семья отправится в Германию.

Тогда Владимир поехал в районный центр и там сообщил, что отстал от поезда. Избежать отправки в Германию не удалось.

Подросток работал под Гамбургом на разгрузке вагонов, на рытье траншей. Это был в высшей степени тяжелый труд. Ночью работники концлагеря находились под замком, а днем их выводили на работу. Кормили булками эрзац-брода – «хлеба» из ячменя, ржи и массы какого-то несъедобного материала. В день Куц получал пятую часть буханки. С похлебкой дела обстояли не лучше.

Владимир пробыл в лагере недолго – вскоре его отправили в землю Баден-Вюртемберг, в Штутгарт. Работа там была намного легче – тяжело работать Куц к тому времени уже был не в состоянии, у него появились две паховых грыжи, а от плохого питания развился гастрит. Легкая работа заключалась в погрузке извести на складе.

Через некоторое время Владимир почувствовал, что скоро ему конец, – даже легкая работа давалась с трудом. Тогда его определили на сельскохозяйственные работы. Группу пригнали в районный город, пришли фермеры и начали разбирать тех мужчин, которые имели более крепкое телосложение. Конечно, никто не хотел брать к себе тщедушного подростка.

Тут в контору прибыл еще один бауэр и, махнув рукой, оформил Владимира к себе. Это и спасло Куца. К счастью, немец, к которому он попал, оказался неплохим человеком. В Первую мировую войну бауэр воевал, получил ранение, а теперь жил с двумя детьми, сестрой и восьмидесятилетним отцом в селе, имея в хозяйстве 14 коров, гектар сада, большие участки под траву и под зерновые культуры – пшеницу и другие. Так Куц стал крестьянином. Владимир не знал ни немецкого языка, ни искусства ведения хозяйства. Тогда бауэр занялся обучением подростка. В те дни пленный осознал, что в хозяине – его спасение.

Куц был единственным советским человеком во всей деревне. Еще там были два поляка и два уроженца Западной Украины. Они называли его «москалем» и давали советы: «Когда доишь корову, тяни молоко через соломинку». Но Владимир боялся совершить даже малейший проступок – ему было жизненно необходимо остаться в этой деревне и избежать концлагеря.

В конце концов Куц прижился в селе. Работа, конечно, была очень тяжелой, зато питался он намного лучше, чем в концлагере: яблоки из сада, морковь, брюква и другие натуральные продукты. Несмотря на более мягкие условия, подросток не расслаблялся, ведь малейшее неповиновение могло повлечь за собой концлагерь.

Некоторое время спустя Владимира приравняли к «западникам» – их режим существенно отличался от того, что был установлен для советских граждан. Большую роль в этом сыграло то, что Владимир был сыном «врага советского народа».

Контроль в основном осуществлялся хозяином – это, конечно, смягчало условия. Но иногда проверку мог устроить и полицай. Ни у кого из других работников не было каких-либо знаков отличия, но Куцу приходилось носить нагрудный знак «OST», что сообщало о его советском происхождении.

Жил мальчик в пристройке к дому. Его это устраивало – в хлеву всегда было тепло. Так продолжалось вплоть до марта 1945 года.

Однажды, когда вся семья была в сборе и занималась привычными делами, в немецкий радиоэфир прорвалось перечисление русских фамилий. Как понял Куц, это был приказ о награждении. С тех пор Владимир стал слушать русское радио. Конечно, это можно было делать лишь тогда, когда дома никого не было – хозяин, его отец и сестра уходили по воскресеньям в кирху. Куц был в курсе всех событий, и не только он один: в деревне также жили военнопленные французы, которые, узнав о сталинградской победе, вдоволь накормили его шоколадом, как будто он сам принимал участие в бою. Вместе с ними подросток работал на лесоповале, причем без охраны.

Однажды Владимир заглянул в кегельбан, небольшой ресторанчик, где отдыхали члены молодежной нацистской организации – Гитлерюгенда. Их сопровождал взрослый военный, который, как выяснилось позже, воевал на советском фронте и потерял там руку.

Куц случайно привлек внимание офицера. Нацист подозвал подростка и велел кинуть за него шар в игре в боулинг. Владимир испугался – от военного вполне можно было ожидать удара по лицу этим же самым шаром. Однако он бросил и сбил все кегли. В тот момент подросток произвел на всех впечатление дикаря. Конечно, это была чистая случайность.

Однажды Куц вместе с бауэром поехал в районный центр за угольными брикетами. Там, на одном из предгорий, он увидел, как немцы вкапывают в землю длинноствольные орудия, устраивая засаду. Может быть, Владимир и не обратил бы на это внимания, но бауэр, имевший военный опыт, сказал, что это мышеловка. Когда американцы ворвались в населенный пункт, Куц выбежал на улицу и остановил освободителей. Он указывал на свой знак отличия – «OST», но американцы его не понимали. Один из них спросил по-немецки: «Was willst du?», что значило: «Что ты хочешь?» За три года жизни в Германии Владимир выучил немецкий и мог свободно общаться на нем.

Парень начал объяснять американцам, что идти дальше нельзя, потому что там ждет засада. В это время подошел поляк по имени Ян и подтвердил его слова. Узнав о происхождении Куца, американец присмотрелся повнимательнее: перед ним стоял пленный в деревянных башмаках, брюки подвязаны веревкой. Он предложил Владимиру присоединиться к их армии. Парень согласился. Американец запросил разрешение у командира разведывательного отряда, и уже через сорок минут Куц сидел с американцами за одним столом, а сестра бауэра разогревала для них кастрюлю с едой.

В этот момент в дом зашел американец по имени Юджин и подозвал парня к себе. Они вышли. Как оказалось, когда американцы форсировали Рейн, Юджин лишился своего пулеметчика и шофера. Он остался на «Виллисе» один и позвал Куца в свой экипаж. Они выехали за село, на ферму. Там Юджин дал парню военную форму и велел переодеться.

По дороге Владимир встретил польку Ядвигу. Она спросила: «Владек, ты куда?» Он ответил, что его вместе с другим поляком взяли в армию. «Матка бозка!» – воскликнула Ядвига. Вот так буквально за полтора часа пленные превратились из батраков в американских солдат. На второй день Куц уже был в бою.

Американцы не ходили в разведку, все время тесня немцев. Бывало, отряд попадал в засаду, теряя половину своих солдат. В таких случаях они вызывали штурмовую авиацию или танки, которые помогали им продвинуться вперед.

Первый бой Владимира Куца проходил за пределами деревни, в предгорье Альп. Там он впервые увидел солдат фельджандармерии: они подбивали американские самолеты, а затем ловили парашютистов, которые с них спрыгивали. Двое немцев поджигали шнур, шедший к заложенной взрывчатке. Куц получил приказ снять их, но выстрелить не успел – немцы сели на мотоцикл и поспешили прочь с места боя. Им это не удалось – мотоцикл перевернулся, и немцы упали на землю. Владимир вместе с Юджином решили взять их в плен. Куц, помня о том, что немцы вооружены, подошел к ним и приказал: «Entstehen!» Один из немцев встал и оказался на голову выше юноши. Куц отобрал у него оружие и подошел ко второму немцу. Тот был мертв.

В особо тяжелом бою в районе Диллингена Владимир был контужен. Тогда ему пришлось прикрывать отход американцев через Дунай. Они с Юджином нарвались на немецкие танки, но выскочили переулком. Сели в машину. За ними шла погоня – немецкий броневик. Куц понял, что надо бить по смотровым, а Юджин никак не мог включить заднюю скорость – машина ехала под уклон. Наконец ему это удалось, но тут в их сторону выстрелил танк. Владимир потерял сознание, из ушей потекла кровь. Тогда Владимир лишился восьми зубов. Пулеметчик с броневика залез ему пальцами в рот, чтобы вытащить зубы, но два из них юноша успел проглотить.

Проходя через многочисленные бои, армия добралась до Аугсбурга, где немцы взрывали заводы. Как оказалось, там располагались крупные объекты военной промышленности.

29 апреля американцы взяли Мюнхен. Этот город, как и Штутгарт, был разбит настолько, что было трудно найти хоть одно уцелевшее здание.

Однажды случился неприятный казус – два американских подразделения по ошибке вступили в бой друг с другом, и Куц выстрелил в своих союзников. К счастью, никто не привлек юношу к ответственности – все знали, что на войне может случиться что угодно.

Все произошло из-за того, что отряду, где служил Куц, был дан приказ окружить уходящую в Альпы часть вражеских войск. Этот же приказ получил и другой взвод. Они столкнулись утром, когда первая группа войск завтракала, а вторая продвигалась дальше. Увидев друг друга, одни побросали еду и схватились за автоматы, вторые ответили. Солдаты обоих подразделений приняли своих противников за немцев.

Дальнейший путь 4-й пехотной дивизии, в которой воевал Куц, лежал не на восток, а южнее, к Италии. Владимиру нужно было вернуться домой. Он понимал, что его служба у американцев может плохо отразиться на судьбе семьи. Дело осложнял и статус сына «врага народа». Несмотря на то что война еще продолжалась – было 1 мая, – Куц решил отправиться в СССР. Уговоры сослуживцев его не убедили.

Юноше дали эсэсовский «Мерседес», ящик с продуктами, немецкий автомат, пистолет «вальтер» и дамский «браунинг». На свою машину он натянул ярко-оранжевый тент – иначе барражирующие американские самолеты расстреляли бы союзника – и, объезжая танки и броневики, поехал по проселочным дорогам.

Территория, по которой пролегал путь Владимира Куца, была тихой – на ней не шли боевые действия. С собой юноша вез карту, которая помогала ему не сбиться с пути. По дороге к Владимиру подбежал немец – его послали американцы, чтобы он показал солдату верное направление.

Юноша поехал в сторону Зальцбурга: слева располагались альпийские луга, темно-зеленый лес, серые скалы и белый снег. Однако пейзаж не внушал Куцу спокойствия. Даже на пустынной дороге Владимир чувствовал опасность. Не зря: внезапно из-за поворота появился немецкий броневик. Юноша начал прижиматься вправо, собираясь вернуться обратно. За вторым поворотом стояла эсэсовская колонна с мотоциклами, пулеметами, танкетками и машинами, крытыми брезентом. Куц решил, что на этом, судя по всему, его война окончена.

В первый момент Владимир хотел бросить машину и уйти в Альпы, но передумал – его бы все равно поймали. Поэтому он решил не останавливаться. Он расстегнул кобуру, снял автомат с предохранителя, повернул вправо и, не меняя скорости, проехал мимо колонны. К большому счастью Куца, немцы не поняли, что мимо них проехал враг.

Когда Владимир добрался до Зальцбурга, город уже заняла армия генерала Паттона. На въезде в город его попытался остановить полицейский, но юноша по ошибке нажал на газ вместо тормоза и прибавил скорость. Путь ему преградили «Студебекеры» – машина Куца врезалась в их задние колеса и встала. В тот же момент к Владимиру подскочил полицейский и начал задавать вопросы. Владимир ответил: «Was wollen sie?», чем крайне удивил солдата. Подъехала машина со звездой на капоте – военная полиция.

Куца отправили в военную комендатуру. Там он увидел нескольких офицеров, один из них был в чине подполковника. Оказалось, полицейские подумали, что задержали немецкого солдата в американской военной форме. Тогда Владимир затребовал переводчика.

С собой у него были американские документы. В штабе ему выдали официальное письмо, которое он передал подполковнику. Это вызвало еще большую бурю удивления – на немецкой машине, в американской форме ехал русский солдат.

Владимир рассказал подполковнику о том, что произошло с ним в предгорьях Альп. Офицер спросил о количестве немцев, дислоцировавшихся на территории, но Куц не смог назвать точное число и предложил отправиться туда, обещая помочь. Так он присоединился к армии Паттона. Для того чтобы общаться с сослуживцами, Куцу был необходим переводчик – им стал Данила, украинец из Канады, учившийся в Америке.

Отряд двинулся в сторону Линца. Это было уже в Австрии. Страна не сильно пострадала от войны. 6 мая войска вышли на реку Эннс, заняв западный берег и мост. На другой стороне шли бои – советская армия била немцев. Владимир предложил оказать помощь советским войскам, на что Данила ответил, что такого приказа не было. Некоторое время спустя на горизонте появились советские танки, затем в бой вступили 4-я гвардейская и 5-я гвардейская воздушно-десантная дивизия.

Подошел целый состав с немцами. Советский танк встал поперек моста, чтобы задержать врагов, но они шли вперед, как стадо. Куц вместе со своими сослуживцами остановился на привал в здании. Узнав о том, что в их сторону направляется Красная армия, они вышли. Вдалеке виднелись черные советские машины.

Лейтенант подозвал Куца и сопроводил его к будущему командиру дивизии Павлу Ивановичу Афонину, представив тому молодого человека. Владимир рассказал про свою судьбу, а затем был принят в советскую армию. Они выпили за победу над фашистами.

В советской армии Куц прослужил около четырех месяцев, до конца августа. Войска вели наступление, преследуя врага. Армия несла потери даже после того, как была объявлена капитуляция. Куц не раз принимал участие в спецоперациях. Потом, когда советские дивизии отбросили врага далеко от границы, Владимир обратился к генерал-майору с просьбой отпустить его домой. Он не видел мать уже четвертый год, а недавно получил письмо, где сообщалось, что его родная сестра, служившая медсестрой, была тяжело ранена и умерла.

7 ноября 1945 года Владимиру исполнилось 18 лет. К этому времени он успел повоевать в двух армиях.

Куц начал готовиться к возвращению домой, собирать документы. Факт службы в американских войсках ему посоветовали не разглашать, поэтому домой Владимир вернулся как лицо, угнанное в Германию.

Добравшись вечером до своего родного дома, Куц обнаружил, что хата разбита, крыша снесена миной. Владимир зашел в дом – мать месила тесто. Юноша спросил: «Тетя, можно у вас переночевать?» Увидав сына, женщина упала в обморок.

В январе 1946 года 16-й гвардейский полк, в котором Куц служил в контрразведке, оказал юноше помощь в оформлении паспорта через НКГБ, чтобы призвать его к себе через военкомат. К тому времени отец Куца был освобожден, и сын отправился к нему в Норильск.

Судьба, однако…


10.  Роберт Лей | Белые пятна Второй мировой | 12.  Женщины в Красной армии