home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 7

9 декабря 2028 года

Рукав Персея. Серый Периметр. Система тройной звезды Бийс.

Командный пост пустотной станции «Бийс-Внешний»


– Трусливые крысы! – сжав кулаки, прошипел молодой начальник службы безопасности станции, глядя, как, выжимая все резервы из двигателей, разгоняются для ухода в прыжок торговые суда и нанятые ими корабли охраны.

– Их можно понять, – гораздо более сдержанно ответил Лу-Бунк, управляющий и единоличный владелец пустотной станции «Бийс-Внешний». – Никто не станет влезать в безнадежный бой, если его можно избежать.

– Но у них же есть боевые корабли! Выставленная вами сумма контракта…

– Боевые корабли? – перебил безопасника хозяин станции. – Что может сделать древний корвет против легкого крейсера бейтанов? Да и нанимали их исключительно для сопровождения грузов. Даже если бы кто-то из наемников и захотел нам помочь, он не смог бы нарушить контракт с торговцем, охранять которого нанялся, а владельцам каботажников такая авантюра точно неинтересна. У них свой бизнес, и играть в войну они не станут.

За несколько минут парковочная орбита опустела. Все, корабли, не входившие в отряд сил прикрытия станции, предпочли покинуть внезапно ставшую смертельно опасной звездную систему, и только прибывший неделю назад малый десантный транспорт, почему-то медлил. Возможно, в момент нападения на нем велись какие-то работы, и он просто не имел возможности немедленно начать разгон. Что ж, значит, его хозяину и экипажу фатально не повезло.

Когда пять лет назад Лу-Бунк решил переместить свой бизнес из Империи в пространство Серого Периметра, он полностью отдавал себе отчет в том, какие риски ждут его в этом мире зыбких законов и больших возможностей, но особого выбора у него не было. Вести не вполне легальную торговлю в границах Протектората Старших с каждым годом становилось все труднее и опаснее. Понимая, что над его бизнесом сгущаются тучи, Лу-Бунк заранее готовился к возможным проблемам, и когда прозвенело несколько давно ожидаемых звоночков, предвещавших скорый визит в его офисы неприветливых ребят из департамента по борьбе с экономическими преступлениями, Лу-Бунк быстро свернул дела и покинул Империю, не дожидаясь перехода конфронтации с законом в горячую фазу.

Отсутствие в Сером Периметре центральной власти и ее карающих органов благотворно влияло на бизнес, и за несколько лет после постройки пустотной станции «Бийс-Внешний» Лу-Бунк заработал больше, чем за все годы жизни в Империи, но у такой свободы имелась и оборотная сторона – в деле защиты своего имущества здесь можно было рассчитывать только на себя.

О вопросах безопасности Лу-Бунк не забывал никогда. С выбором места для строительства станции он угадал очень неплохо, и с каждым месяцем его прибыли росли. Однако, несмотря на хорошие перспективы, торговле требовалось какое-то время на раскрутку, и поначалу эскадру прикрытия ему приходилось содержать себе в убыток, расходуя средства, привезенные из Империи. В какой-то момент деньги начали подходить к концу, и это были очень неприятные месяцы, и все же бизнес Лу-Бунка устоял и стал быстро набирать силу.

Постепенно, с ростом доходов, владелец станции «Бийс-Внешний» увеличивал и расходы на силы прикрытия. Сначала в них входило три корвета, но со временим к ним добавился сначала один эсминец, а чуть позже и второй. Не так давно Лу-Бунк, наступив на горло собственной жадности, решился и на полную модернизацию системы противокосмической обороны. Все эти действия внушали ему уверенность в собственной безопасности, в основе которой лежал простой расчет. Лу-Бунк исходил из того, что для любого потенциального врага расходы на уничтожение или захват его станции всегда должны минимум вдвое превышать ту прибыль, которую он может из этого мероприятия извлечь.

Однако где-то он все-таки ошибся. Видимо, конкуренты, с недобрым интересом наблюдавшие за развитием его бизнеса, в какой-то момент сочли, что лучше понести серьезные и, казалось бы, неоправданные расходы сейчас, чем давать Лу-Бунку развить свое предприятие в нечто такое, что может со временем стать для них неразрешимой проблемой.

Нанять рейдовый отряд бейтанов стоило весьма недешево. Эта относительно немногочисленная раса покинула минус-список около пятидесяти лет назад. Научный и технологический рывок, позволивший бейтанам стать полноценным членом Протектората, стоил им больших жертв, чрезвычайного напряжения сил и тотальной милитаризации общества.

Несмотря на вхождение в дружную семью рас, опекаемых Старшими, до уровня Империи, танланов или даже Флеев бейтаны пока не дотягивали. Делиться с новым конкурентом передовыми технологиями никто по понятным причинам не спешил. Оружие им, конечно, продавали, куда же без этого, но, естественно, далеко не последнего поколения, однако бейтаны не опускали рук, или, наверное, все-таки лап.

Эти сравнительно небольшие существа были почти полностью покрыты короткой шерстью различных оттенков и, как ни странно это звучит для представителей достаточно развитой цивилизации, лишь несколько тысяч лет назад окончательно перешли к прямохождению. Впрочем, бег с использованием всех четырех конечностей до сих пор являлся для них обычным делом, а использование в драке мощных когтей и клыков вообще являлось нормой жизни.

Несмотря на довольно низкий рост, в бою один на один с человеком среднестатистический бейтан побеждал практически всегда. Ну, это примерно, как один на один и без оружия подраться с наделенным разумом взрослым волком. Есть, конечно, среди людей специалисты, способные в такой схватке победить, но их процент в общей численности популяции, мягко говоря, невелик.

Сравнение с волками появилось не просто так. Внешне бейтаны, конечно, не слишком напоминали этих животных, но уж больно их общество было похоже на огромную волчью стаю. Поэтому в Империи никого не удивило, какую роль они себе выбрали.

Единение Бейтанов контролировало всего одну звездную систему на самой границе протектората, но к ее освоению они подошли со всей тщательностью. Три обитаемых планеты и десятки шахтерских поселений в богатом ресурсами астероидном поясе дали бейтанам неплохую базу для технологического рывка. Однако фундаментальные исследования и научные разработки стоили дорого, а почти все современное оборудование они были вынуждены закупать у других рас, и платить за него приходилось имперскими кредитами, энергоединицами танланов, тэццами флеев или другими твердыми валютами, давно имевшими хождение в Протекторате.

В силу технологического отставания бейтанам было сложно предложить на внешний рынок что-то кроме частично переработанных природных ресурсов, а эти доходы не могли покрыть даже малой части постоянно возрастающих потребностей расы, всеми силами стремившейся догнать ушедших вперед конкурентов. И тогда бейтаны обратили взор в сторону Серого Периметра. На биржах наемников стали появляться отряды хорошо подготовленных бойцов, не всегда экипированных по последнему слову техники, но неизменно спаянных железной воинской дисциплиной и явно прошедших долгую школу боевого слаживания.

Формально эти отряды и небольшие эскадры не имели к Единению Бейтанов никакого отношения, но всем, кто хоть раз имел с ними дело, было ясно, что за каждым их бойцом стоит армейская или флотская подготовка, а вся техника и оружие получены ими прямо с государственных заводов и верфей.

Услугами бейтанских наемников с удовольствием пользовались корпорации. Находились на их услуги и другие заказчики, как правило, предпочитавшие обустраивать свои базы в глубине Серого Периметра, но имелась у этих отрядов одна особенность, из-за которой вблизи границ Протектората они появлялись нечасто. Бейтаны никогда не заключали контрактов на охрану поселений и орбитальных объектов. Никто не видел их кораблей и в составе сил прикрытия торговых конвоев. Эту расу интересовали исключительно рейды, в которых можно было рассчитывать на хорошую добычу, и их контракты помимо немалой фиксированной платы за услуги всегда предусматривали изрядную долю от всего ценного имущества, которое будет захваченного в ходе операции.

Живых свидетелей своих нападений бейтаны, как правило, не оставляли. Единственным исключением могли стать пленники, за которых они могли получить хороший выкуп, да и то работало это не всегда. Поэтому Лу-Бунк и командиры кораблей эскадры прикрытия не питали иллюзий по поводу того, что ждет их в случае почти неизбежного поражения. Сам хозяин станции «Бийс-Внешний» тоже вряд ли мог рассчитывать на снисхождение. Он-то, как раз, заплатить выкуп мог, но в контракте бейтанов его персона наверняка значилась в списке лиц, обязательных к уничтожению. Зачем давать опасному конкуренту еще один шанс?

От тяжелых размышлений Лу-Бунка отвлекла нецензурная брань обычно более сдержанного начальника службы безопасности.

– Корвет Верса покинул строй! – поясняя свое поведение, доложил безопасник. – Этот предатель хочет сбежать!

– Вызов с «Берсерка», – доложил оператор связи и, не дожидаясь реакции Лу-Бунка, включил связь.

Над его рабочей консолью сформировалось объемное изображение Холга, лид-майора в отставке, полгода назад занявшего должность командира эскадры прикрытия станции «Бийс-Внешний».

– Что делать с дезертиром? – без предисловий спросил Холг. – Можно его сжечь, но жалко боеприпасов, да и строй ломать перед боем – не лучшее решение.

– Пусть уходит. Позже с ним разберемся. Остальные не побегут?

– Вроде бы не должны, но ты сам понимаешь, какие у нас шансы. Люди могут не выдержать.

– Принимай командование, лид-майор. Война – это не мое.

– Принято. Включай общий канал. Когда все начнется, у меня не будет времени на доклады.

Лу-Бунк кивнул и отдал необходимое распоряжение оператору связи. Над тактической голограммой развернулись дополнительные окна, в которых были видны командные посты четырех кораблей, готовившихся преградить путь боевому ордеру бейтанов.

Настойчивый писк сигнала оповещения заставил Лу-Бунка вздрогнуть. Услышать этот звук он уже не рассчитывал.

– Владелец малого десантного транспорта взял наш контракт, – слегка озадаченно произнес начальник службы безопасности. – Ему что, жить надоело? И чем он нам поможет?

Рядом с четырьмя окнами связи развернулось пятое. Вычислитель станции подключил к командной сети еще один корабль, неожиданно вошедший в состав сил прикрытия.

Лид-майор Холг никак не отреагировал на присоединение к эскадре нового вымпела. Видимо, он тоже не понимал, зачем ему почти бесполезный в оборонительном сражении десантный транспорт, сильно уступающий вооружением даже корвету.

Решив, что просто игнорировать появление нового союзника как-то нехорошо, Лу-Бунк активировал соответствующий канал связи.

– Здесь лид-лейтенант Вершинин, – с экрана на хозяина станции внимательно смотрел офицер средних лет, судя по всему, являвшийся владельцем десантного корабля. В его глазах Лу-Бунк не увидел ни растерянности, ни паники. Только сосредоточенность на решении текущей задачи. – Прошу принять информационный пакет.

На консоли Лу-Бунка мигнул желтый индикатор, сообщивший о поступлении новых данных, и в открывшемся окне появилось краткое описание боевых возможностей корабля Вершинина. Автоматически переслав полученную информацию Холгу, Лу-Бунк попытался оценить, есть ли у нового союзника хоть что-то полезное для обороны станции.

Два стандартных десантных бота, аэрокосмический штурмовик, ну и сам транспорт, несколько модернизированный, но все равно тянущий по вооружению в лучшем случае на пару-тройку истребителей, очень крепких, но медленных и неповоротливых. В общем, ничего серьезного. В мозгу Лу-Бунка вертелось имя хозяина транспорта. Вершинин… Где-то ведь он его уже слышал, причем совсем недавно, но где?

– Лид-лейтенант, – присоединился к диалогу командующий эскадрой прикрытия, – Здесь лид-майор Холг, ваш новый командир в соответствии с условиями принятого вами контракта. Через пятнадцать минут корабли бейтанов атакуют станцию. Думаю, присоединяясь к нам, вы отдавали себе отчет в том, во что ввязываетесь. Скажу честно, я считал, что по техническим причинам ваш корабль не в состоянии покинуть парковочную орбиту, а контракт вы взяли просто от безысходности. Но, как оказалось, у вас была возможность сбежать вместе с остальными. И тем не менее, вы ей не воспользовались. Прежде чем мы вступим в бой, я хочу понять ваши мотивы. Вы же видите, что наши шансы исчезающе малы, а ваш корабль практически ничего не способен добавить к огневой мощи сил прикрытия.

– Мотивов у меня несколько, – улыбнулся уголком губ владелец транспорта. – Во-первых, я не готов спокойно смотреть, как на моих глазах убивают людей, не имеющих к происходящим разборкам никакого отношения. Во-вторых, я не люблю бандитов всех мастей, даже если они называют себя благородными пиратами или солдатами удачи. В-третьих, у меня большие планы, и сумма, указанная в контракте, очень поспособствует воплощению их в жизнь. И, наконец, в-четвертых… Я знаю, как отразить атаку бейтанов.

– С четвертого пункта, пожалуйста, поподробнее, – с некоторым сомнением в голосе произнес Лу-Бунк, все еще пытаясь вспомнить, где и когда он слышал о Вершинине.

– Могу я узнать, как у вас обстоят дела с торпедами?

– На эсминцах по две револьверных пусковых установки на три торпеды каждая, – не скрывая досады ответил Холг. Начало «гениального плана» нового союзника ему категорически не понравилось. – У корветов торпедного оружия нет, только пушки и ракеты. Даже если мы выпустим все торпеды одним залпом, ПКО бейтанов с ними справится. Если это и была ваша идея, лид-лейтенант, то я разочарован.

– Естественно, это не весь план. – усмехнулся Вершинин. – Я действительно считаю, что наш единственный шанс – поставить всё на один встречный удар. Если мы не уничтожим крейсер бейтанов в самом начале боя, нас просто задавят огневой мощью. Вот только простой торпедный залп эту задачу, естественно, не решит. Атака должна быть комбинированной, чтобы противник не мог сосредоточить весь огонь на торпедах. Я предлагаю имитировать попытку абордажа. У меня есть два десантных бота и штурмовик «Моргенштерн». Если на станции имеются еще боты, их тоже нужно использовать. Естественно, ни пилотов, ни десанта в них не будет. Боты пойдут в автоматическом режиме по заранее заложенной в автопилоты программе, и, скорее всего, мы их все потеряем, но это не представляется мне слишком высокой ценой за спасение станции. Я хочу, чтобы бейтаны поверили, что мы надеемся повредить их крейсер торпедным залпом и сразу вслед за ним высадить десант с ботов, идущих прямо за волной торпед. Понятно, что такая попытка будет выглядеть жестом отчаяния, но они ведь тоже понимают, что расклад для нас безнадежен, и вполне могут поверить в то, что мы способны на подобный шаг.

– Они собьют и торпеды, и боты, и ваш единственный штурмовик, – чуть менее скептически, но все еще с недоверием в голосе возразил Холг.

– Не собьют. Вернее, собьют, но не все. Из пушек по торпедам попасть не так просто. Кроме того, несколько попаданий их поля держат, да и в зоне огня пушек непосредственной обороны крейсера ракеты будут находиться сравнительно недолго. Основная угроза для них – ракеты систем ПКО, а их возьмет на себя «Моргенштерн». Он будет сопровождать торпеды, идущие относительно плотной группой и сбивать атакующие их ракеты.

– Что за бред?! – на лице лид-майора отразилось возмущение. – Да ваш штурмовик собьют в первые же минуты боя. Я вообще не понимаю, что вы скажете пилоту, которому придется отправиться на верное самоубийство.

– «Моргенштерн» поведу я сам, – спокойно ответил Вершинин.

На пару секунд в эфире повисла тишина.

– Видишь ли, Холг, – наконец, задумчиво произнес Лу-Бунк, – лейтенант Вершинин, похоже, знает, о чем говорит. Я вспомнил, где слышал его имя. Неделю назад очередной каботажник, недавно посетивший пространство Протектората, сбросил в инфосеть станции последний пакет имперской хроники. Лид-лейтенант Вершинин упоминался там неоднократно, как один из ключевых участников отражения атаки танланов на систему Дельты Миоби.

– Вот прямо-таки лид-лейтенант, и ключевой участник? – без всякого энтузиазма уточнил Холг.

– Диктор местного инфоканала с большим патриотическим подъемом рассказывал, как в ходе боя, оказавшего решающее влияние на исход всего конфликта, лид-лейтенант Вершинин уничтожил один линкор противника и еще один серьезно повредил. Там были интересные подробности. Орудия главного калибра полуразрушенной орбитальной крепости он наводил на цели в ручном режиме, хотя это считается невозможным, так что стрелять из пушек ваш новый подчиненный явно умеет на уровне, способном сильно удивить бейтанов. Пожалуй, я готов поддержать эту авантюру, особенно учитывая отсутствие другого внятного плана, дающего нам хоть какие-то шансы.


9 декабря 2028 года

Рукав Персея. Серый Периметр. Система тройной звезды Бийс.

Окрестности пустотной станции «Бийс-Внешний»


Крупная метка станции «Бийс-Внешний» и маркеры кораблей эскадры прикрытия стремительно уползали назад и вот-вот должны были исчезнуть за краем тактической голограммы. Только сейчас Виктор осознал, что остался один. Его штурмовик возглавлял группу из пяти десантных ботов, три из которых выделил для имитации абордажа Лу-Бунк, однако Виктор был единственным пилотом в этом отряде – боты шли на сближение с противником без экипажа, по заранее заложенной в их вычислители программе.

Десантный транспорт под командованием Лоя Виктор оставил прикрывать «Бийс-Внешний». В атаке толку от него не предвиделось, зато несколько усилить плотность огня противокосмической обороны станции он вполне мог, а в том, что по ней будет нанесен ракетно-торпедный удар, Виктор не сомневался.

По краю сознания Вершинина скользнула мысль о том, как его безумная затея должна выглядеть со стороны противника. Вряд ли бейтаны понимают, что задумали люди. О том, что атака десантных ботов будет поддержана торпедным залпом, они наверняка догадываются, но их вычислители однозначно выдают им практически нулевую вероятность успеха этой самоубийственной попытки встречного удара.

Видя такой расклад, сам Виктор обязательно заподозрил бы подвох, но что творится в шерстистых и клыкастых головах бейтанов, он, конечно, предсказать не мог.

– Десять секунд, – прозвучал в наушниках шлема голос Холга.

Скорость торпед в разы выше, чем у «Моргенштерна» и десантных ботов, поэтому момент из пуска был рассчитан так, чтобы они догнали ударную группу как раз тогда, когда ракеты-перехватчики, выпущенные системами ПКО бейтанского крейсера, будут уже на подлете. Во всем плане Виктора этот момент был наиболее сложным и опасным. При малейшей ошибке дистанция до целей могла оказаться слишком большой, и он просто не смог бы вести эффективный огонь из пушек штурмовика по ракетам бейтанов, нацеленным на рвущиеся к их крейсеру торпеды.

– Залп!

Виктор и сам видел, как на тактической голограмме от меток эсминцев Холга отделилось двенадцать точек, начавших энергичный разгон в сторону противника.

Торпеды быстро догоняли машины Виктора, а с другой стороны столь же стремительно приближалась жирная метка легкого крейсера и три менее крупных вымпела противника, державшихся чуть позади него. Десантные транспорты бейтанов сильно отстали от ударной группы. Участвовать в первой фазе сражения они не собирались.

Если командующий бейтанских наемников и чувствовал, что не до конца понимает замысел защитников станции, на их боевом ордере это никак не отразилось. Очень неприятным для Виктора могло бы стать выдвижение вперед эсминцев и корвета. Тогда у торпед практически не осталось бы шансов добраться до крейсера, являвшегося главной целью атаки, но бейтаны, судя по всему, не захотели подвергать себя риску случайных потерь. По всем расчетам средства ближней обороны крейсера должны были справиться с угрозой, а даже если что-то пойдет не так, его силовой щит вполне мог выдержать удар одной, а при некотором везении и двух случайно прорвавшихся торпед. А вот эсминец, и уж тем более корвет, даже от одного торпедного попадания рисковал огрести массу неприятностей. Поэтому крейсер бейтанов продолжал двигаться впереди строя, не обращая внимания на жалкие попытки защитников станции предотвратить неизбежное поражение.

Виктор внимательно следил за действиями противника. Торпеды уже вот-вот должны были обогнать десантные боты и уйти вперед. Бейтанам явно следовало запускать ракеты-перехватчики, но они почему-то медлили. Словно услышав мысли землянина, носовая часть бейтанского крейсера озарилась вспышками ракетных пусков.

Вершинин увеличил скорость до максимума, оставив более медлительные боты за спиной и стремясь как можно дольше находиться рядом с торпедами, прикрывая их огнем своих пушек.

«Моргенштерн» Виктора тоже не остался без внимания противника. Тревожный зуммер предупредил Вершинина о захвате штурмовика системами наведения бейтанского крейсера, и вычислитель подсветил на тактической голограмме три ракеты, представлявших для него непосредственную угрозу. Вот только метки этих ракет странно рыскали на курсе и постоянно перекрашивались из красного цвета в желтый и обратно. Толком навестись на цель они не могли – штурмовик Вершинина постоянно выскальзывал из захвата.

Виктор мысленно поблагодарил адмирала Трия, весьма творчески подошедшего к выполнению своей части их договора. Формально малый десантный транспорт, боты и штурмовик, проданные флотом Вершинину, являлись далеко не новыми. Пушки и ракеты с них демонтировали, но силовые щиты, сканеры и средства радиоэлектронной борьбы никто снимать не стал. Мало того, как-то так получилось, что Виктору досталась техника, буквально только что прошедшая полную модернизацию, и в итоге он получил машины с генераторами щитов и маскировочных полей последнего поколения. Сложно сказать, что в большей степени двигало адмиралом. Возможно, он чувствовал, что Империя в определенном долгу в долгу перед Виктором, но, скорее всего, сказалось его крайне неприязненное отношение к Старшим. Видимо, Трий просто не смог пройти мимо возможности немного им подгадить и хоть в чем-то нарушить их планы. В любом случае, результат Виктору понравился – системы наведения бейтанов испытывали явные проблемы при атаке его машины.

Крейсер ощутимо приблизился. Главным калибром он уже мог достать до летящих к нему торпед, и бейтаны открыли заградительный огонь. Эффективность этого мероприятия всегда вызывала большие сомнения, но считалось, что лучше хоть чем-то встречать торпеды и малую авиацию противника на дальних подступах, чем просто ждать, когда противник подойдет ближе.

Виктор лениво уворачивался от бейтанских снарядов, благо дистанция пока позволяла не особо по этому поводу напрягаться, и внимательно следил за тем, как ракеты-перехватчики приближаются к прикрываемой им группе торпед.

– Пятнадцать секунд до рубежа открытия огня, – предупредил вычислитель.

Виктор усилием воли вошел в боевой транс, как он решил для себя называть это необычное состояние организма. Еще раз отметив краем сознания, что с каждым разом этот переход дается ему все легче, Вершинин сосредоточился на приближающихся целях.

Ракет-перехватчиков крейсер выпустил почти полсотни, задействовав, видимо, все возможности бортовой системы ПКО. Как и рассчитывал Вершинин, на торпеды бейтаны нацелили далеко не все свои ракеты. Часть из них пытались достать десантные боты и его «Моргенштерн».

– Цели в зоне досягаемости ионных пушек, – доложил ИскИн, и Виктор открыл огонь.

Сбить все ракеты-перехватчики он не мог физически – просто не хватало скорострельности пушек, но изрядно проредить их Вершинин оказался вполне в состоянии. Ведя непрерывный огонь, Виктор не сразу обратил внимание, что в дополнение к штатным маркерам системы наведения он видит перед глазами еще какие-то элементы интерфейса, явно ранее отсутствовавшие, но интуитивно понятные и сильно облегчающие ему задачу. Не отвлекаясь на посторонние мысли, он просто начал пользоваться вновь открывшимися возможностями, не вдаваясь пока в то, откуда они взялись.

– Рубеж открытия огня из плазменных пушек, – синтетический голос вычислителя с трудом достиг сознания Виктора, полностью сосредоточенного на отстреле вертких целей.

Плотность огня «Моргенштерна» резко возросла, но и нагрузка на Виктора увеличилась в несколько раз. Теперь, когда к работе четырех ионных пушек присоединились еще четыре плазменных, ведение огня требовало от пилота максимальной концентрации. Виктор уже испытывал нечто подобное, когда прикрывал авианосец «Адмирал Рик», в бою у Миоби-4, но тогда целей было все же несколько меньше, и они не обладали такой запредельной маневренностью.

Из тридцати шести ракет-перехватчиков, непосредственно атаковавших торпеды, до целей добралось пять. Три торпеды полыхнули огненными шарами, но девять оставшихся продолжили полет к бейтанскому крейсеру. Им еще предстояло преодолеть завесу огня пушек непосредственной обороны, но Виктор надеялся, что на этой стадии хорошо разогнавшиеся торпеды не понесут слишком больших потерь.

Бейтаны быстро сообразили, что что-то пошло не так. Совершенно ненормальная боевая эффективность единственного имперского штурмовика, который, кстати, несмотря на все усилия, до сих пор не удалось сбить, заставила их командующего изменить тактику.

Крейсер начал интенсивное торможение, а эсминцы и корвет попытались выдвинуться вперед, чтобы прикрыть флагмана своими системами ПКО. Виктор отметил, что один из эсминцев немного запоздал с началом маневра, слегка перекосив боевой ордер, но изменить это все равно ничего не могло – с перестроением бейтаны в любом случае опоздали.

Четыре торпеды крейсеру удалось сбить огнем турелей ближней обороны и одну развеяло по космосу прямым попаданием снаряда главного калибра одного из эсминцев, что можно было считать редкостным везением. Однако на этом оборонительные возможности бейтанов иссякли. Два практически одновременных попадания сорвали с крейсера силовой щит, выжгли эффекторы сканеров и выбили значительную часть орудий ближней обороны. Если бы этим все ограничилось, крейсер имел бы шансы отделаться относительно легко и даже смог бы продолжить бой, но вслед за первыми двумя корабль настигли еще две торпеды.

Легкий крейсер – это, конечно, уже совсем не эсминец, но и до нормального крейсера он, по большому счету, не дотягивает. Не та броня, не те орудия, не тот щит… всё не то. Промежуточный класс, что с него взять? Бейтаны строили их специально для рейдовых отрядов, потому что в Сером Периметре, как правило, более тяжелые корабли просто не требовались. Вот только не в этот раз.

Удар двух торпед по лишенному щита и уже получившему легкие повреждения кораблю вполне закономерно оказался для него фатальным. При таком раскладе и линкор очень сильно бы огорчился. Легкий крейсер же просто разорвало на части. Конечно, его не разметало не мелкие обломки, как это случилось бы с корветом, но на три крупных фрагмента он распался. Бесформенные комки перекрученной брони и расплющенных несущих конструкций, бывшие когда-то достаточно сильным, по меркам Серого Периметра, боевым кораблем, вяло полыхнули парой внутренних взрывов и начали свой бесконечный дрейф в пустоте, превратившись не более чем в обычный космический мусор.

Виктор, правда, этого уже не видел. В это время он выжимал всё, что мог из двигателей «Моргенштерна» и десантных ботов, совершая маневр расхождения с отрядом бейтанов. Свою задачу он выполнил, и теперь следовало как можно скорее выйти из зоны досягаемости орудий и ракет противника.

Уцелеть в демонстративной атаке удалось только двум ботам, причем оба принадлежали Виктору. В этом не было ничего удивительного, поскольку и двигатели, и средства радиоэлектронной борьбы, и системы ПКО у них были намного лучше, чем у машин, выставленных силами прикрытия станции. Естественно, ракеты бейтанов в первую очередь наводились на более контрастные цели, и почти все они достались десантным ботам Лу-Бунка, разнеся их в пыль еще до того, как последние две торпеды отправили в небытие бейтанский крейсер.

Неожиданно для себя бейтаны остались в меньшинстве. Если считать исключительно по количеству вымпелов, то против двух эсминцев и двух корветов сил прикрытия у ни них остались два эсминца и один корвет. Были, конечно, еще десантные транспорты, но они могли вступить в дело только после того, как оборона станции будет практически полностью подавлена. Тем не менее, отступать они не стали. Трудно сказать, что ими двигало в большей степени – соображения мести или условия контракта с заказчиками, но бейтаны решили продолжить атаку, и нулевыми их шансы Виктору не казались.

Во-первых, корабли бейтанов были практически новыми, пусть и не самыми современными по меркам последних имперских разработок, но на фоне откровенной рухляди, которая имелась у Лу-Бунка, они смотрелись очень даже ничего, а во-вторых, в отличие от эсминцев лид-майора Холга, бейтаны еще не израсходовали свои торпеды.

Лишившись флагмана, рейдовый отряд перестроился, выдвинув вперед оба эсминца. Единственный корвет держался чуть позади старших товарищей. Относительно станции их скорость была практически нулевой, а дистанция уже позволяла провести торпедную атаку, но, судя по всему, бейтаны, собирались действовать наверняка, а значит, залп издалека их совершенно не устраивал.

С минуту повисев в пространстве неподвижно, бейтаны начали энергичный разгон.

– Они будут бить торпедами по станции, – уверенно произнес на общем канале Холг. – Именно она является их настоящей целью. К тому же по ней очень сложно промахнуться.

– Холг, не дай им прорваться на ближнюю дистанцию! – голос Лу-Бунка ощутимо дрогнул. – Сколько у них торпед?

– По восемь штук на каждом эсминце.

– Наша ПКО их не удержит, особенно при пуске с небольшого расстояния. Ты не должен пропустить их к станции!

– Принято, – мрачно ответил Холг, и через несколько секунд его корабли тоже начали разгон, сближаясь с противником.

Лезть в драку эсминцев Виктор не стал. Делать там ему было совершенно нечего. Пушки «Моргенштерна» все равно не пробили бы защитные поля вражеских кораблей, а две его ракеты могли что-то сделать разве что корвету, да и то при очень большом везении.

– Лид-майор, – вызвал Виктор командира эскадры, – мой корабль может занять позицию между вами и станцией. Возможно, нам тоже удастся сбить пару торпед.

– Действуй по обстановке, – коротко бросил Холг, которому уже стало совсем не до Вершинина. Его корабли сошлись с противником на дистанцию открытия огня и стороны интенсивно обменивались ракетными залпами. Торпеды бейтаны пока не использовали, явно приберегая их для главной цели рейда.

Виктор, наконец, вернулся к станции и сейчас вел штурмовик к своему кораблю. Позади него, как привязанные на веревочке, держались десантные боты. Собственно, следование на фиксированном расстоянии за машиной-лидером и соблюдение дистанции между собой и остальными ботами и было основной программой, заложенной перед операцией в их автопилоты.

– Лой, принимай боты в ангар, а я пока останусь снаружи, – приказал Виктор, закладывая вираж вокруг десантного транспорта.

– Уже делаю, – ответил лид-майор, – Ты неплохо им врезал, командир. Я боялся, что не выберешься.

– Бой еще не окончен. Боюсь, Холгу бейтанов не удержать, так что, похоже, через пару минут придется и нам вписаться в драку.

– Против эсминцев?

– Ну, не совсем. Будем ловить торпеды. Этого добра около станции скоро появится немеряно. Как примешь боты, выходи вот сюда, – Виктор скинул пилоту координаты нужной точки, – Когда бейтаны прорвутся, мы должны оказаться между ними и станцией.

– Думаешь все-таки прорвутся?

– Это вопрос нескольких минут.

– Принято. Начинаю выдвижение.


9 декабря 2028 года

Серый Периметр. Система тройной звезды Бийс.

Окрестности пустотной станции «Бийс-Внешний».

Боевая рубка корвета «Коготь-315» рейдового отряда бейтанов.


Герранд впился взглядом боевую сферу, транслировавшую объемное изображение пространства вокруг корабля. Того, что он видел просто не могло случиться. Бессмысленная и самоубийственная атака десантных ботов людей была заранее обречена на позорный провал. В этом не сомневался никто из вожаков, в том числе и он сам, а мнение рядовых бойцов стаи в данном случае никого не интересовало.

И все же невозможное произошло. Системы противокосмической обороны флагмана не справились со своей задачей, и теперь самый сильный корабль отряда распадался на части под ударами торпед этих никчемных голокожих. Слабые людишки. Ни один из них не смог бы победить в честной схватке с бейтаном, но, к сожалению, время честных схваток безвозвратно ушло, и в необратимо изменившемся мире исход боя решают совсем не клыки и когти.

Альфа погиб. Но был славным воином, этого не отнять, но в последнем бою удача явно от него отвернулась. После гибели лидера в иерархии стаи произошли вполне естественные изменения. Деррон, один из сыновей бывшего альфы и командир эсминца «Клык-12», больше не бета. Теперь он стал альфой и должен повести за собой отряд. Нового бету он обязан назначить сам, и, скорее всего, им станет Беррк, командир «Клыка-7».

– Стая ничего не забывает! Враги ответят за всё! – прозвучала на общем канале ритуальная фраза нового вожака.

– Они ответят, альфа! – раздался в эфире дружный рык бойцов стаи.

– Беррк, ты совершил недопустимую ошибку, – угрожающе сузив зрачок и обнажив клыки, прорычал новый альфа. – Твой корабль опоздал с маневром и не успел прикрыть флагман. Бетой ты не будешь! Герранд!

– Слушаю, альфа! – по напрягшимся мышцам командира корвета прошла легкая волна сокращений, невидимых окружающим под шерстью, но означавшим его крайнее возбуждение. Обычно такое случалось с ним перед дракой, однако сейчас причина была иной.

– Теперь ты бета, – с нажимом произнес новый вожак отряда. – Стая смотрит на тебя.

– Стая смотрит на тебя, Герранд, – дружно выкрикнули бойцы.

– Альфа, два десантных бота и штурмовик противника пытаются выйти из боя, – слегка дрожащим от напряжения голосом прорычал Герранд, переключившись на командный канал. – Разреши мне догнать и уничтожить их!

– Остынь. Они нам не нужны. Наша цель – станция. Теперь, когда у нас нет крейсера, мы не можем рисковать и пытаться ее захватить. Мы разобьем их корабли и уничтожим «Бийс-Внешний». В бою с силами прикрытия торпеды не использовать. Они будут нужны для залпа по станции – слишком она велика, чтобы ковырять ее пушками и ракетами, а без бойцов, погибших вместе с крейсером, десантных сил для захвата может и не хватить.

– Я понял, альфа, – с легким поклоном ответил Герранд.

– Эсминцы пойдут в первой линии, – приступил к постановке задачи новый вожак стаи, – корвет Герранда идет за ними на случай попытки фланговой атаки противника. Транспорты с десантом остаются на месте.

Несмотря на все еще не прошедшее возбуждение, связанное с резкой сменой позиции в иерархии стаи, Герранд отдавал себе отчет в том, что новый альфа избрал весьма рискованный план. Если бы не ограничение на использование торпед, шансов у двух эсминцев и пары корветов, защищавших станцию, было бы очень мало, а вот без торпед…

Конечно, корабли людей, встречавшиеся в пространстве Серого Периметра, обычно не шли ни в какое сравнение, с теми, что состояли в регулярном флоте их Империи. По большей части они переходили в руки новых владельцев после списания или длительной консервации и, в лучшем случае, подвергались частичной модернизации. И все же о реальном состоянии эсминцев сил прикрытия станции никакой информации у бейтанов не было, и это напрягало.

Герранд видел, как сражался их единственный аэрокосмический штурмовик, который поначалу никто в стае всерьез не воспринимал. А потом оказалось, что больше половины выпущенных по нему ракет просто не в состоянии захватить цель, а оставшиеся он сбивает еще на подлете. И ладно бы он уничтожал только ракеты, непосредственно угрожавшие ему самому. Он сбивал вообще всё, что оказывалось в пределах досягаемости его пушек. Ну, может быть, не совсем всё, ведь несколько торпед ракетам-перехватчикам все же удалось уничтожить, но Герранд был уверен, что на самом деле в гибели флагмана виновен именно пилот штурмовика, а никак не Беррк, которого новый альфа назначил ответственным за потерю крейсера.

Противники стремительно сближались. Корабли сил прикрытия станции тоже начали разгон навстречу отряду бейтанов, а Герранд все никак не мог отделаться от мысли, что если на штурмовике, сыгравшем ключевую роль в атаке людей на крейсер, были установлены столь совершенные средства радиолокационной борьбы и системы наведения, то и на эсминцах противника могут обнаружиться подобные же сюрпризы.

В глубине боевой сферы замелькали десятки вспышек, и пространство заполнилось множеством мерцающих линий, отмечающих траектории полета ракет – противники обменялись первыми ударами.

– Семь секунд до рубежа атаки! – глухо рыкнул мастер оружия.

– Ракетный залп по готовности.

– Выполняю, бета.

Бой легких кораблей скоротечен. Сравнительно короткие дистанции, не слишком мощные щиты, тонкая броня, но при этом достаточно серьезное вооружение. Корабли людей, конечно, давно устарели, но владелец станции, похоже, не пожалел денег на вполне современные ракеты для их пусковых установок. Первый же обмен ракетными залпами выбил обоим эсминцам бейтанов практически весь ресурс щитов. Противник, впрочем, тоже не ушел безнаказанным, но оба эсминца имперской постройки пока еще продолжали бой, несмотря на полученные повреждения.

Оставляя корабль Герранда во второй линии, альфа, как оказалось, был совершенно прав. Корветы людей действительно предприняли обходной маневр и, обогнув сцепившиеся в схватке эсминцы, попытались зайти с справа-сверху. Герранд не собирался им этого позволять, и, несмотря на численное преимущество противника бросил свой корабль наперерез людям, отсекая их, от продолжающих сражение эсминцев.

С головой погрузившись в управление боем против двух корветов противника, он на какое-то время перестал воспринимать общую картину сражения. Наверное, Герранд даже не смог бы сказать, сколько прошло времени. Нормальное восприятие окружающего мира вернулось к нему лишь когда один из противников взорвался от очередного попадания сгустка плазмы, а второй, уже поврежденный, но сохранивший подвижность, начал трусливый отход к станции.

– Мы их порвали! – зарычал Герранд, оглядывая своих подчиненных.

– Да, альфа, этих мы порвали, – кивнул навигатор, но в его голосе не прозвучало подобающего моменту торжества.

– Альфа? – переспросил Герранд и, уже понимая, что он увидит, обернулся к боевой сфере.

Из четырех сошедшихся в смертельной схватке эсминцев относительную целостность корпуса еще сохранял лишь один. Это был корабль Беррка, которому теперь предстояло стать бетой. Оба эсминца защитников станции превратились в космический мусор, но перед этим они сожгли новый флагман бейтанов, а второй эсминец тяжело повредили. Да, недолго Деррон пробыл альфой их отряда, но из жизни он ушел достойно.

– Эсминцы успели выпустить торпеды, – с мрачным удовлетворением в голосе прорычал мастер оружия. – Подлетное время одна минута.

Немного изменив масштаб боевой сферы, Герранд увидел прогнозируемые траектории и точки будущих ударов шестнадцати торпед по обшивке станции. Этот гражданский объект имел только пушки непосредственной обороны и, возможно, какое-то количество ракет-перехватчиков. Несколько торпед, возможно, будут сбиты, но оставшихся должно с запасом хватить, чтобы расколоть этот уродливый эллипсоид и превратить его в груду безжизненных обломков. Условия контракта должны быть выполнены любой ценой. Единению Бейтанов как горячая кровь нужны имперские кредиты, которые заказчики заплатят за уничтожение станции. Да, его отряд, фактически, перестал существовать, но задачу они выполнят.

Углубившись в размышления, Герранд не сразу обратил внимание на две метки на боевой сфере. Они почти сливались с висящей в пространстве станцией и засекались сканерами с некоторой неуверенностью. Еще секунд десять назад они их вообще не видели, но дистанция продолжала сокращаться, и поступающие данные становились более подробными.

– Противник идентифицирован, как малый десантный транспорт имперской постройки и аэрокосмический штурмовик, – доложил навигатор.

– Что они здесь…? – выдохнул Герранд, но был прерван докладом мастера оружия.

– Штурмовик отрыл огонь по торпедам! У него ионные пушки. Теоретически из них можно вести огонь по таким целям, но на этой дистанции попасть он может разве что случайно…

– Две торпеды потеряно! Еще одна! – в голосе навигатора звучало непонимание!

– ПКО станции открыла огонь?

– Нет, альфа, еще слишком далеко. Вот только сейчас…

– Еще две сбито!

Герранд сжал кулаки так, что когти впились в ладони, но боли он не чувствовал. Доклады об уничтожении торпед продолжали поступать, и с каждой секундой он все отчетливее понимал, что контракт не будет исполнен.

– Есть попадание!

На обшивке станции распустился огненный цветок взрыва. Гражданские объекты всегда принимали попадания весьма эффектно. Не имея ни силовых щитов, ни нормальной брони, они красиво разлетались веерами обломков и облаками газов, выбрасывая в космос длинные языки пламени, формируемые вырвавшимся на свободу воздухом и раскаленными частицами горючих материалов.

– Еще попадание!

На секунду у Герранда мелькнула тень надежды, что не все еще потеряно, но грубый голос мастера оружия втоптал ее в пыль.

– Это всё, альфа. Потеряно четырнадцать торпед. Зафиксировано два попадания. Цель повреждена, но не уничтожена. Оценка тяжести повреждений – пять-семь процентов.

– Значит, будем добивать их из пушек! – упрямо прорычал Герранд. – Неважно, сколько это займет времени. Беррк, мне нужен доклад о состоянии твоего корабля!

– Слушаюсь, альфа. Двигательная установка повреждена и подлежит ремонту только в условиях дока. Орудия главного калибра выведены из строя. Генератор силового щита разрушен в результате пиковой перегрузки. Из восьми пусковых установок противокорабельных ракет функционируют две. Боезапас восемь ракет. Торпедные пусковые повреждений не получили. Боезапас исчерпан. Системы ПКО выбиты полностью. Потери экипажа сорок процентов…

Слушая доклад командира эсминца, Герранд мрачнел все больше. По сути, этого корабля у них уже не было. Экипаж придется снимать, а эсминец взрывать. Буксировать его просто нечем.

– Достаточно, – остановил Беррка новый альфа и задумался над тем, что делать в такой ситуации.

Пытаться высадить десант на станцию бессмысленно. Там уцелело слишком много бойцов, пусть и слабых человечишек, но их неплохое оружие и превосходная броня уравняют шансы. Да и неподавленная ПКО станции может добавить проблем. Единственный уцелевший боевой корабль отряда – его корвет. Двигатель в порядке, но силовой щит еле дышит, одно орудие заклинено, а ракет остались считанные штуки. Воевать просто нечем…

– Альфа, малый десантный транспорт и штурмовик противника начали разгон, – прервал размышления Герранда доклад навигатора. – Они сокращают дистанцию.

– Нас собирается атаковать десантный транспорт? – не понял Герранд.

– Десантный транспорт и штурмовик, альфа, – осторожно поправил вожака мастер оружия. – Тот самый штурмовик, который только что расстрелял почти все наши торпеды. А у нас на двоих с Беррком и десятка ракет сейчас не наберется. У эсминца нет силового щита. У нас, можно считать, тоже. Людям будет непросто, но шансы у них есть. А ведь в ангаре их корабля еще и два десантных бота…

– До огневого контакта минута, – доложил навигатор.

– Сократить расстояние с кораблем Беррка до минимума, – приказал Герранд. – У штурмовика есть пара ракет, пусть и недостаточно мощных, но давать ему безнаказанно всадить их эсминцу в борт я не хочу.

– С их десантным транспортом что-то не так, альфа. У него на внешней обшивке смонтированы какие-то дополнительные блоки.

– Ты можешь понять, что это?

– У них слишком хорошие маскировочные поля. Похоже, последнее поколение. Я ничего не могу сделать, пока они не подойдут ближе.

– Мы уже можем достать их ракетами, – доложил мастер оружия.

– Ждем. Пусть сделают ход первыми.

– Принято, альфа.

В боевой рубке корвета установилась напряженная тишина, но лишь для того, чтобы через десяток секунд взорваться сменяющими друг друга докладами.

– Штурмовик выпустил ракеты!

– Сканеры идентифицировали оборудование на обшивке транспорта. Это ракетные пусковые. Тип не определен.

– Ракетный залп с транспорта противника! Десять целей!

– Открыть огонь!

Выпустив ракеты, малый десантный транспорт изменил курс и начал маневр выхода из боя, а вот штурмовик повел себя иначе. Легко увернувшись от вялого огня пушек корвета, он занял позицию между удирающим транспортом и кораблем Герранда, после чего принялся цинично сбивать последние ракеты бейтанов, выпущенные ими единым залпом.

– Как он это делает? – сузив зрачки до тонких щелочек, прорычал Герранд?

– Видимо, какая-то новая технология, альфа, – предположил мастер оружия. Раньше мы такого не встречали. Об этом должны знать в Единении.

– Думаю, ты прав, – кивнул Герранд, наблюдая, как лишенный щита и систем ПКО эсминец Беррка содрогается от попаданий ракет, выпущенных десантным транспортом и штурмовиком. Корабль явно доживал последние минуты.

– Все наши ракеты сбиты, – доложил навигатор. – Люди выходят из боя и возвращаются к станции.

– Передайте транспортам приказ снять с эсминца уцелевших членов экипажа. Мы уходим, – принял тяжелое решение Герранд. – Нужно доложить вожаку всех стай о новом оружии людей.


Глава 6 | Игры Старших | Глава 8