home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



24. Кайра

Я шагала по техническим переходам, и мое лицо горело. Воспоминание о губах, прижимавшихся к моей щеке, пульсировало в голове. Я попыталась потушить навязчивую мысль, словно упорный уголек. Нельзя поддерживать столь сильный огонь и при этом пытаться жить по предложенным тебе правилам.

Запутанный маршрут к крошечной каютке Теки вел в самое сердце корабля.

Я постучала. Дверь распахнулась. Тека была босой, в свободной одежде. Отсутствующий глаз вместо повязки прикрывал лоскут ткани.

Я посмотрела на спальную полку и импровизированный стол под ней, очищенный от проводков, отверток и прочего. Тека готовилась к посадке.

– С ума сошла, являться ко мне без предупреждения? – прошипела она, втаскивая меня в комнату, в ее глазу мерцала тревога.

– Что бы вы там ни собирались сделать с моим братом, это должно случиться завтра.

– Завтра, – недоверчиво повторила она. – В смысле, в тот день, который последует за сегодняшним?

– Когда я заглядывала в словарь последний раз, там было именно такое определение.

Тека опустилась на шаткий табурет и уперлась локтями в колени. В вырезе рубашки мелькнула грудь. Было странно видеть Теку в непринужденной обстановке собственной каюты. Хотя, чему тут удивляться: мы с Текой не очень-то хорошо знакомы.

– Почему? – спросила она.

– После приземления будет царить неразбериха, – ответила я. – Охранные системы еще не приведут в порядок, шотеты будут уставшими. Идеальный момент.

– У тебя есть план? – оживилась она.

– Задняя калитка, черный ход, скрытые коридоры. Проникнуть в особняк будет нетрудно, поскольку я знаю коды. Однако чтобы пройти в крыло Ризека, вам потребуется моя кровь для сенсоров. Ждите меня в полночь у задней стены, и я вам помогу.

– А ты уверена, что справишься?

У изголовья ее койки висела новая фотография Зоситы. Рядом – еще одна: мальчик, вероятно, брат Теки. Горло у меня перехватило спазмом. Как ни крути, именно моя семья виновна в ее страданиях.

– Что за глупый вопрос? – скривилась я. – Разумеется справлюсь. Сами-то вы сможете выполнить свою часть договора?

– Насчет Керезета? Ага. Ты впускаешь нас внутрь, а мы выпускаем его.

– Все должно произойти одновременно. Нельзя, чтобы он пострадал еще из-за того, что я успела натворить. Он – невосприимчив к тихоцветам, поэтому придется его чуть-чуть пристукнуть. Но он – отличный боец, учтите.

Тека задумчиво кивнула и уставилась в пространство, некрасиво жуя губу.

– В чем дело? Вид у тебя какой-то… неуверенный.

– Вы, ребята, поссорились, что ли?

Я промолчала.

– Не понимаю, – продолжила Тека. – Ты явно в него влюблена, почему ты хочешь, чтобы он ушел?

Отвечать мне не хотелось. Меня не покидало недавнее воспоминание. Еще вчера его горячие губы прильнули к моей коже, а щетина на его подбородке оцарапала мне щеку.

Акос меня поцеловал. Внезапно и наивно. Я должна была чувствовать себя счастливой и окрыленной.

Но, нет, все оказалось слишком запутанно.

Я могла бы назвать Теке дюжину причин. Акос находился в опасности, поскольку Ризек понял, что сумеет использовать его как рычаг давления на меня. Айджа был потерян навек, и, возможно, Акосу удастся примириться с этим, когда он попадет домой, к матери и сестре. Мы с Акосом никогда не станем равными, пока Ризек держит его в плену, а значит, мне надо его освободить. Но я сказала то, что беспокоило меня сильнее всего.

– Здешняя жизнь его… убивает, – я переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя не в своей тарелке. – А я… не могу это видеть.

– Ясно, – кивнула Тека. – В общем, ты впускаешь нас внутрь, мы его уводим. Лады?

– Лады, – согласилась я. – Спасибо тебе.

Я всегда ненавидела возвращаться домой.

Перед посадкой шотеты всегда собираются на обзорной палубе и приветствуют радостными криками родную планету.

Корабль гудел. Люди паковали вещи, с нетерпением ожидая встречи с детьми и стариками. Но меня охватила глубокая печаль.

И тревога.

Мои сборы были недолгими. Сложить немногочисленные тряпки и оружие. Выкинуть скоропортящиеся продукты, снять несвежие простыни. Акос молча помогал, на его руках еще оставались бинты. Его расстегнутая сумка валялась на столе. Я смотрела, как он складывает одежду и подаренные ему книги, и заметила, что часть страниц загнута. Хотя я давно прочитала каждую из книг, мне захотелось пролистать хоть какую-нибудь из них. Взглянуть бы на то, что его заинтересовало!

Это стало бы чем-то вроде погружения в его внутренний мир.

– Ты ведешь себя непривычно, – произнес Акос, когда мы упаковали вещи и оставалось только дождаться посадки.

– Не люблю возвращаться домой, – ответила я.

В конечном счете это было правдой.

– По-моему, именно здесь – твой настоящий дом. – Акос пожал плечами. – Твоего тут, в каюте, гораздо больше, чем в Воа.

Он был прав. И мне понравилось, как он это сказал. Акос узнал меня, наблюдая за мной, так же, как и я узнала его.

Да, так и есть.

Я нашла бы его в толпе по походке. Я запомнила очертания вен на его руках. Его любимый нож для нарезания ледоцветов.

И я не могла забыть его пряное дыхание, пахнущее тихоцветами и сендесом.

– В следующий раз я займусь своей каютой, – добавил он.

Следующего раза не будет, подумала я, а вслух сказала, принужденно улыбнувшись:

– Точно, так и сделай.

Однажды мать заявила, что у меня – прирожденный талант к притворству. Отцу не нравилось видеть, как я корчусь от боли, и я научилась ее скрывать: мое лицо делалось невыразительным и каким-то плоским, хотя мои ногти впивались в ладони. После посещения очередного лекаря ложь о том, где мы были, срывалась с моих губ стремительно и непринужденно. Умение врать и изворачиваться было в семействе Ноавеков вопросом выживания.

К своему таланту я и прибегла во время посадки: вход в атмосферу, суета погрузочного дока, посадка в транспортники, процессия к поместью, возглавляемая Ризеком.

Вечером я ужинала вместе с братом и Имой. Я делала вид, что не замечаю ни ее руки на его колене, ни смятения в глазах Имы, мелькавшего всякий раз, когда Ризек не смеялся над ее шуткой.

Наконец она вроде бы расслабилась. После ужина, отбросив условности, они сели рядышком. Их локти то и дело соприкасались. Я убила семью Имы, а она стала любовницей моего брата. Наверное, я бы сочла это мерзостью, если бы не понимала, что такое – жажда жизни. Желание выжить любой ценой.

Да, я понимала Иму. Однако теперь мне требовалось нечто большее: спасти Акоса.

Позже я тщетно пыталась внимательно слушать Акоса, объясняющего мне, как распознать силу ядовитого зелья без проверки опытным путем. Я старалась запечатлеть в памяти каждый миг, проведенный вместе с ним.

Совсем скоро мне предстояло справляться с зельеварением самостоятельно. Впрочем, если мы с заговорщиками потерпим сегодня поражение, я, конечно, умру. В случае успеха Акос отправится домой, а в стране, лишившейся владыки, воцарится хаос. В любом случае Акоса я уже не увижу.

– Нет-нет! – воскликнул он. – Не руби как попало, а нарезай ломтиками. Тонкими!

– Я и нарезаю. Это нож, он тупой, как…

– Да я с его помощью смогу нарезать идеально ровными ломтиками твой нос!

Я выразительно подбросила нож и поймала его за рукоятку.

– Неужели? Прямо-таки идеальными?..

Акос засмеялся и обнял меня за плечи. Сердце у меня защемило.

– Не притворяйся, что не способна к изящным движениям, Кайра.

– Подсмотрел, как я танцую, и вообразил, что тебе все про меня известно? – Я скорчила мрачную физиономию и постаралась всецело сосредоточиться на ледоцветах, хотя руки у меня дрожали.

– Мне известно достаточно. Вот, видишь? У тебя получился идеальный ломтик! – провозгласил он и случайно коснулся моего плеча.

Весь остаток вечера я сохраняла в себе воспоминание об этом прикосновении.

Мы закончили приготовление отвара, настало время идти спать.

Дверь за Акосом закрылась. Зажмурившись, я заперла ее на замок. Вернулась к себе, потащилась в ванную и выплеснула снотворное в раковину. Переоделась в удобный, не стесняющий движений тренировочный костюм и обувь на мягкой подошве. Заплела волосы в тугую косу, свернула ее и закрепила так, чтобы никто не мог за них схватиться. Спрятала клинок в заплечные ножны, проверив, что могу его легко выхватить. Я надеялась, что он мне не пригодится, в драке я предпочитала действовать голыми руками.

Отодвинула потайную панель в стене и выскользнула в проход. Дорогу я знала наизусть, но все равно сверялась с зарубками на перекрестках. Наконец нащупала круг, вырезанный на стене, – знак выхода.

И остановилась.

Что я делаю? Собираюсь помочь заговорщикам убить моего брата?

Ризек жил в жестоком угаре, подчиняясь приказам давно умершего отца, тень которого продолжала маячить у него за спиной. Ризек не получал никакого удовольствия от жизни. Люди, подобные моему брату, не рождаются такими извергами, их старательно лепят. Но время нельзя повернуть назад.

А теперь надо разбить Ризека.

Я толкнула дверь и прошла через высокие ковыли к задней калитке. В ковылях мне померещились бледные лица: Лети, Узул, моя мать… Они кивали мне, звали меня, шептали мое имя, звучавшее как шорох травы на ветру. Поеживаясь, я набрала код – год рождения мамы. Калитка отворилась.

В нескольких футах за ней, в темноте, меня ждали Тека, Тос и Йорек. Все в масках. Я жестом предложила им войти на территорию поместья. Они прошмыгнули мимо меня и скрылись в ковылях. Заперев калитку, я поспешила показать им черный ход.

Мы крались к крылу Ризека. Мне почему-то казалось, что события подобной важности не должны происходить в тишине. Впрочем, тишина вполне могла свидетельствовать о судьбоносности нашего деяния. Мои пальцы нащупывали глубокие зарубки, подсказывающие нужную лестницу. Я уклонялась от торчащих гвоздей и переступала через скрипучие половицы.

В конце концов мы добрались до развилки. Налево – моя часть дома, направо – Ризека. Я повернулась к Тосу.

– Третья дверь налево, – сказала я и вложила в его руку ключи от комнаты Акоса. – Думаю, тебе придется применить силу, прежде чем получится его нейтрализовать.

– Ничего, разберемся, что к чему, – ответил Тос.

В этом я не сомневалась. Тос напоминал гору, Акосу при всей его подготовке ничего не светило. Тос, Тека и Йорек пошептались, и диссидент исчез в коридоре.

Мы же направились к Ризеку. Я ступала все осторожнее, памятуя о словах брата, сказанных Акосу, насчет повышенных норм безопасности в его крыле.

Тека дотронулась до моего плеча и скользнула вперед. Присела, прижала ладони к полу. Ее глаза закатились, она тяжело дышала через нос. Встала и, кивнув, шепнула мне:

– Чисто.

Какое-то время мы передвигались, останавливаясь на каждом повороте, чтобы Тека с помощью своего токодара проверила наличие охранных систем.

Ризек, наверное, и не подозревал, что его жизни будет угрожать девушка-шотетка, копающаяся в механизмах и перепачканная машинным маслом.

Проход закончился неожиданно. Тупик. Коридор перегородили.

Вероятно, Ризек приказал закрыть проходы после неудачного побега Акоса. Желудок у меня сжался, но паники не было. Я сдвинула панель в стене и вошла в гостиную. От спальни и кабинета Ризека нас отделяли три комнаты, по меньшей мере трое стражников и замки, отпирающиеся кровью Ноавеков. Обезвредить стражу втихаря и не привлечь внимание других нам не удастся.

Я положила руку на плечо Теки и прошептала ей на ухо:

– Сколько времени вам надо?

Она показала два пальца.

Кивнув, я вытащила клинок из ножен и прижала его к бедру. Мускулы напружинились в предчувствии скорой нагрузки. Мы покинули гостиную.

В коридоре прохаживался стражник. Подстроившись под его шаги, я подобралась к нему вплотную, закрыла ему рот ладонью и воткнула лезвие в бок, под броню. Шотет заорал, моя рука приглушила его крик, но заставить замолчать, естественно, не могла. Я толкнула стражника, тот рухнул на пол.

Сама же я рванула к комнате Ризека. Остальные последовали за мной, не таясь. Раздался крик. Йорек, промчавшись мимо меня, врезался во второго стражника, сбив его с ног.

Я позаботилась о третьем. Схватила мужчину за шею своей рукой, в которой сгустились тени, и ударила шотета головой об стену. Вот и дверь Ризека. Я затормозила, по лицу тек пот. Сканер крови находился как раз здесь.

Я просунула руку в углубление возле двери. Тека сопела у меня за спиной. Откуда-то доносились громкие вопли и топот, но до нас охранники пока не добрались. Я почувствовала укол сканера и стала ждать, когда дверь откроется.

Но ничего подобного не произошло.

Я вытащила правую руку и сунула в углубление левую.

Опять ничего.

– Может, твой токодар на нее подействует? – спросила я у Теки.

– Если бы я могла, ты бы нам не понадобилась! – крикнула она. – Я могу только выключать или включать, но не открывать…

– Тогда бежим!

Я схватила Теку за локоть, впопыхах забыв о боли, которую причиняет мое прикосновение, и поволокла девушку по коридору.

– Уходим! – крикнула Тека Йореку.

Парень стукнул рукояткой ножа по голове стражника, с которым дрался, резанул по броне другого и кинулся к нам.

Теперь мы мчались вперед по лабиринту коридоров.

– Они за стенами! – услышала я чей-то рев.

Через щели в панелях брызнул свет. Поместье гудело. Мои легкие горели от быстрого бега. Я услышала, как со скрипом отодвигается панель позади нас.

– Тека, беги, найди Тоса и Акоса! – выкрикнула я. – Налево, потом направо, вниз по лестнице и снова направо. Код черного хода – ноль пять ноль три. Повтори!

– Налево, направо, вниз, направо, ноль пять ноль три, – отбарабанила Тека. – Кайра…

– Живо! – заорала я, толкая ее в спину. – Теперь ваш черед! Вы выводите его наружу, ты помнишь? Ты не сможешь вывести его наружу, если погибнешь! Вперед!

Тека кивнула.

Я резко остановилась.

Топот Теки и Йорека затих в отдалении. В узкий проход толпой ввалились стражники. Я накопила в себе столько боли, что потемнело в глазах. Мое тело испещряли тени – наверное, я сама стала похожей на тень, на обрывок ночи или пустоты.

С воплем я бросилась на первого стражника. Боль, сконцентрировавшаяся в моем кулаке, поразила его, он завизжал и повалился на бок.

Я всхлипнула и кинулась на второго. Затем на третьего. На четвертого…

Я могла выиграть немного времени для заговорщиков. Однако со мной все было кончено.


23.  Акос | Знак | 25.  Кайра