home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



АКОС

Кайра кричала.

Руки Акоса дрожали после посадки, но продолжали расстегивать ремни, которые удерживали его против воли.

Как только Акос высвободился, он тут же вскочил с места и упал на колени перед Кайрой. Тени вышли за пределы ее тела и сгустились в темное облако – точно так же, как когда Вас заставлял Кайру пытать Акоса в тюрьме под амфитеатром и когда она чуть было не распрощалась с жизнью.

Продолжая цепляться пальцами за волосы, Кайра подняла взгляд на Акоса, и ее лицо исказила странная улыбка.

Акос дотронулся до Кайры, и похожие на дым тени втянулись обратно под ее кожу дюжинами нитей.

Непонятная улыбка Кайры исчезла. Она посмотрела на их сомкнутые ладони.

– Что произойдет, когда ты меня отпустишь? – тихо спросила Кайра.

– С тобой все будет в порядке. У тебя получится их контролировать. Ты же помнишь, что можешь это делать?

Кайра слегка усмехнулась.

– Я могу держать тебя, сколько ты захочешь.

Ее взгляд сделался суровым, и она произнесла сквозь зубы:

– Отпусти.

Акос не смог не припомнить того, что прочел на побывочном корабле в одной из книг, которые Кайра подкладывала в его каюту. Он прочел ее с помощью «переводчика», так как она была на шотетском, а ее название звучало как «Догматы шотетской веры и культура».

Там было сказано: «Наиболее яркой характеристикой шотетского народа, если переводить дословно, является «бронированность», но чужеземцы иногда называют ее «ретивостью». Речь идет не об отважных поступках в сложных ситуациях (хотя мужество шотетов, безусловно, заслуживает наивысшей оценки), а о врожденном качестве, которому невозможно обучиться либо сымитировать. Оно течет в их крови, как и откровенный язык. Ретивость помогает, падая, подниматься снова и снова. Это настойчивость, готовность к риску и нежелание сдаваться».

Акос никогда не понимал смысл этого абзаца так хорошо, как сейчас.

Он подчинился. Сперва, когда тени снова выплыли наружу, они начали собираться в дымчатое облако вокруг Кайры, но она стиснула зубы.

– Нельзя предстать перед огрианцами со смертоносным облаком вокруг меня.

Кайра глубоко дышала и не сводила взгляд с глаз Акоса.

Тени начали струйками заползать под ее кожу, плывя по пальцам и закручиваясь спиралями на шее. В полудюжине изитов от Акоса Кайра снова испустила стон, но сквозь сжатые зубы. Затем она со свистом втянула воздух обратно и выпрямилась. С облаком было покончено.

– Они такие же, как были раньше, – сказал Акос, – когда я с тобой познакомился.

– Все из-за этой планеты. Здесь мой токодар сильнее.

– Ты что, бывала здесь раньше?

Кайра покачала головой.

– Нет. Но я это чувствую.

– Тебе нужно обезболивающее?

И снова отрицание.

– Пока нет. Мне нужно немного времени на перестройку.

На навигационной палубе Тека вела переговоры на отирианском:

– ID судна: транспортник заговорщиков. Капитан Сурукта запрашивает разрешение на посадку.

– Капитан Сурукта, даю разрешение на посадку: зона тридцать два. Поздравляем с благополучным прибытием, – ответил голос по интеркому.

Выключив коммуникатор, Тека усмехнулась.

– Держу пари, поздравлять с выживанием – у них стандартная практика.

– Я бывала здесь раньше, – кисло улыбнулась Сифа. – Это и в самом деле стандартная практика.

Тека свернула к посадочной площадке 32, расположенной где-то меж световых линий, что приветствовали их на выходе из атмосферного слоя.

Акос ощутил удар о землю. И вот они здесь – на новой планете. На Огре.


Огра являлась тайной для большей части галактики. О ней много судачили и распускали слухи. Глупые вроде «Огрианцы живут в норах». И страшные, как «Огрианцы экранируют атмосферу, чтобы никто не узнал о смертоносном оружии, которое они производят».

Поэтому, покидая корабль и ступая на землю Огры, Акос не знал, что его ожидает. Если ожидает. Он знал только, что Огра бедна.

Акос почти выпустил руку Кайры, потому как задержался на нижней ступени, чтобы оглядеться. Они приземлились в городе. Но Акос никогда не видел городов, похожих на этот. Повсюду торчали невысокие строения, подсвеченные зелеными и синими огнями всевозможных форм и размеров. Мрачные силуэты под темным небом. Возле зданий росли деревья без питающейся светом солнца листвы. Их ветви обвивались вокруг опор, заключая столбы целиком в свои объятия. Деревья были высокими – выше всего в округе. Этот контраст строгих архитектурных линий и живых закрученных спиралями растущих объектов был непривычен взгляду Акоса.

Хотя свечение казалось еще более необычным. Еле различимые «точки» насекомых мельтешили в воздухе. Световые панели тускло освещали внутренние дворы домов. По узким каналам, замещавшим некоторые из улиц, плыли цветные струйки, напоминавшие пролитую краску. Послышался всплеск, будто по воде пробиралось какое-то существо.

– Добро пожаловать на Огру! – с акцентом произнес голос где-то впереди.

Акос разглядел человека с зависшим у лица белым шаром. Когда он заговорил на более чем приемлемом шотетском, шар прикрепился к его груди – прямо под подбородком, подсвечивая лицо снизу. Человек был среднего возраста, морщинистым, с белоснежными волосами, вившимися вокруг ушей.

– Если вы выстроитесь в короткую очередь, мы сможем зафиксировать ваше прибытие и сопроводить в шотетский сектор, – произнес мужчина. – До грозы остался всего час.

Грозы? Акос удивленно глянул на Кайру, на что она пожала плечами. Было похоже, что она знает не больше Акоса.

Тека стояла в очереди первой. Она отрывисто назвала фамилию. Это считалось деловым тоном.

– Су-рук-та, – повторил человек, вбивая фамилию в крохотный компьютер на ладони. – Я был знаком с вашей матерью. Меня опечалило известие о ее гибели.

Тека что-то пробормотала в ответ. На благодарность это похоже не было, но кто знает? Следующей была Кайра.

– Кайра. Ноавек.

Человек прекратил щелкать пальцами по клавиатуре. Из-за белой подсветки под лицом, которая оттеняла его глазницы и глубокие морщины, вид у него был устрашающий.

Кайра тоже глядела на человека, пока тот осматривал ее с головы до пят: дермоамальгаму, запястья в наручах и поношенные ботинки. Он так ничего и не сказал, лишь вбил ее имя в компьютер и махнул рукой, чтобы она проходила. Кайра держалась за Акоса вытянутой назад рукой до тех пор, пока ему тоже не позволили пройти. К ним вприпрыжку неслась Тека с широко распахнутыми сияющими глазами.

– Волшебно, правда? – расплылась она в улыбке. – Всегда мечтала это увидеть.

– Ты никогда сюда не прилетала? – удивилась Кайра. – Даже чтобы повидаться с матерью?

– Нет. Мне нельзя было навещать ее. – Голос Теки слегка дрогнул. – Это было опасно. Колония диссидентов обосновалась здесь более двух поколений назад, после того как к власти пришли Ноавеки.

– И огрианцы просто… позволили вам здесь остаться? – поразился Акос.

– Они сказали, что любой, кто способен выжить на этой планете, имеет право на ней находиться.

– Она выглядит не такой страшной, как я думала, – сказала Кайра. – Все твердят о том, как сложно здесь выжить, но на вид она довольно дружелюбна.

– Не позволь ей себя одурачить, – оборвала Тека. – Здесь все готово либо нападать, либо защищаться – и растения, и звери, даже сама планета в целом. Они не могут питаться солнечным светом, зато могут жрать друг друга. Или, к примеру, тебя.

– Растения плотоядны? – уточнил Акос.

– Насколько мне известно, – пожала плечами Тека. – Возможно, они питаются Током – что объясняет их существование. Чего-чего, а Тока на Огре предостаточно. – На лице Теки заиграла озорная улыбка. – Эх, если бы постоянная угроза оказаться слопанным была единственной… Проще говоря, упоминая грозу, тот парень имел в виду не легкий бодрящий душ.

– Ты такая загадочная… – проворчала Кайра.

– Точно! – оскалилась Тека. – Приятно иметь превосходство хоть в чем-то. Пойдемте!

Тека подвела Кайру с Акосом к одному из каналов. Спотыкаясь о корни деревьев и коряги, они спустились к кромке воды. Акос вытянул руку и провел ею по крепким корням. Их покрывали мелкие темные ворсинки. Вот такой была фауна Огры. Акоса не занимали растения на Пите. Потому что растительности на Пите не было. По крайней мере в поле зрения Акоса она не попадала. Но на Огре было полно деревьев. С волнительным трепетом Акос задумался, как бы можно было использовать их в производстве.

У берега ждала лодка – длинная и настолько узкая, что в одном ряду могли уместиться всего четверо. По характерному блеску Акос понял, что лодка металлическая. Было темно, и лишь под водой виднелась полоса розового свечения.

– Что это? – спросил Акос у Теки.

Но ответ дала не Тека, а женщина, сидевшая в носовой части лодки. Ее темные глаза были подведены белым. Сперва Акос предположил, что краска играла какую-то практическую роль, но, чем дольше смотрел на женщину, тем больше убеждался, что цель сугубо эстетическая. У него дома линию ресниц подводили черным, а здесь лучше выделялся белый.

– В водах Огры водится множество штаммов бактерий. Они светятся разнообразными цветами. Пускай они напоминают вам, что только черная вода пригодна для питья.

На Огре даже вода оборонялась.

Акос последовал за Текой по шаткой досочке, соединявшей лодку с берегом, и переступил через одну банку, чтобы подобраться к следующей. Кайра уселась рядом, и Акос положил ладонь на ее запястье – туда, где заканчивались наручи. Ухватившись покрепче, он перегнулся через край лодки и глянул на воду. Розовые потоки лениво ползли по течению.

Акос старался не думать о сидящих позади Сифе и Айдже. Глаза матери зоркие и в помощи не нуждаются. Но желудок Акоса сжался вместе с просевшей под тяжестью лодкой. Избегать Айджу на Огре, как на корабле, не выйдет. Им всем предстоит объединиться: тувенцам, шотетам, огрианцам.

Женщина, восседавшая во главе лодки, взялась за огромные весла, свисавшие по обе стороны судна. Стремительным рывком она оттолкнула суденышко от берега, но ни одним мускулом лица не выдала напряжения. Вот так сила!

– Полезный токодар, – отметила Кайра.

– Иногда он очень кстати. Но в основном меня просят открывать тугие крышки банок, – ответила женщина.

Она ритмично работала веслами. Лодка прорезала воду, как горячий нож масло.

– Да, кстати, не суйте руки в воду.

– Это почему? – удивилась Кайра.

Капитан лишь рассмеялась.

Акос не отрывал взгляд от проплывавших под водой переливающихся цветных полос. Розовые собирались у мелководий – возле берега канала. Где было глубже, сияли пятна голубого, «пучки» фиолетовых нитей и спирали глубокого красного цвета.

– Смотрите!

Акос повернул голову в сторону, в которую кивнула огрианка, и увидел посреди канала фигуру внушительных размеров. Первой его мыслью было, что это бактерии сбились у источника Тока. Но когда судно проплыло мимо, Акос понял, что это было некое существо, вдвое шире и вдвое длиннее лодки. Его голова (или Акосу лишь показалось, что это была голова) по форме напоминала луковицу, а более дюжины покрытых перьями конечностей оканчивались щупальцами.

Акосу удалось хорошо разглядеть очертания чудища только потому, что на него, словно слой краски, налипли бактерии. Существо развернулось. Его щупальца переплетались между собой, как канаты. Пасть, окруженная тонкими заостренными зубами, совпадала по размерам с туловищем Акоса. Он насторожился.

– Дно этих лодок изготовлено из экранирующего Ток материала. Мы называем его соджу, – успокоила огрианка. – Этот зверь – галанск – стремится к Току. Он им питается. Если опустить руку в воду, он заметит. Но в лодке он нас не почует.

И в подтверждение ее слов после следующего взмаха веслами галанск развернулся еще раз и глубоко нырнул, превращаясь в слабое подводное сияние. Через секунду он уже совсем пропал из виду.

– Вы добываете этот металл здесь? – поинтересовалась у женщины Тека.

– О нет. На этой планете нет ничего не обогащенного Током. Мы импортируем соджу с Эссандера.

– Зачем жить на планете, которая так решительно настроена тебя убить? – спросил Акос.

Огрианка ему улыбнулась.

– Могу задать тот же вопрос шотетам.

– Я не шотет.

– Правда?

Огрианка пожала плечами и продолжила грести.


К тому времени как они достигли места назначения, спина Акоса разболелась – от стрессовой посадки и последующего сидения на банке. Лодка причалила к берегу канала у каменных ступеней, заросших такими же бархатистыми деревьями, к каким прикасался Акос. Недалеко от ступеней располагался зев тоннеля.

– Нам необходимо спрятаться от грозы под землей, – сообщила огрианка. – Наведаетесь в шотетский сектор как-нибудь потом.

Гроза. Она произнесла это с благоговением, но не с нежностью – она боялась. Эта женщина, обладавшая силой дюжины, боялась. Это заставило переживать и Акоса.

На подкашивающихся ногах Акос выбрался из лодки и с облегчением вздохнул, ступив на твердую землю. Обернувшись с невеселым выражением на лице, он протянул руку Кайре.

– Я полагал, что шотеты суровы, но люди, живущие здесь, должны быть поистине лютыми.

– Вероятно, другой вид свирепости. Они не мешкают, но сражаются без изящества. Такая своего рода… топорная храбрость. И в некотором смысле безумие. Жить в таком месте, как это.

Акос слушал и понимал, что Кайра провела уйму времени, изучая огрианцев, но не сознавалась в этом. Она даже не понимала, в чем здесь было сознаваться, так как считала, что другие были не менее любознательны. Скорее всего она внимательно изучала каждый кадр огрианских сражений, что оказывался в ее руках. И не только их. Все материалы хранились в каюте Кайры на побывочном корабле – ее маленькой колыбели знаний.

Огрианка, присвистывая, повела их в глубь тоннеля. Пройдя всего с десяток шагов, Акос заметил свечение. Некоторые булыжники в стенах тоннеля сияли. Небольшие, меньше кулака, они были хаотично вкраплены по бокам и над головой.

Женщина засвистела громче, и камни засветились ярче.

Акос поджал губы и попробовал тихонько присвистнуть. Булыжники поблизости вспыхнули белым огнем с теплыми нотками солнечного света. Было ли это чем-то вроде солнца, которого Огра никогда не видела?

Акос глянул на Кайру. Она содрогнулась. Тени на затылке оживились, но она не переставала улыбаться.

– В чем дело? – спросил Акос у Кайры.

– Ты восторжен. Эта планета, судя по всему, хочет нас прикончить, но она нравится тебе.

– Ну, – у Акоса возникло ощущение, будто он защищается, – она меня поражает. Только и всего.

– Понимаю. Просто не ожидала, что другим могут прийтись по душе странные и опасные вещи, что нравятся мне.

Кайра обвила рукой талию Акоса. Ее прикосновение было столь легким, что Акос не чувствовал веса руки. Он наклонился к Кайре и положил руку на ее плечи. От прикосновения Акоса кожа Кайры побледнела.

А потом послышалось это – низкочастотный грохот. Будто ревела сама планета, и Акоса бы не удивило, если бы оно так и было.

– Идемте, обитатели льдов, – звонко пропела огрианка.

Она наклонилась и просунула мизинец сквозь металлическое кольцо на темном полу. Легким движением запястья огрианка оторвала от земли запылившуюся крышку люка.

Акос увидел узкую лесенку, ведущую в никуда. «Что ж, – решил Акос, – самое время воззвать к шотетской храбрости».


КАЙРА | Судьба | КАЙРА