home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 15

— Все будут тебя любить и бояться, но ты всю свою жизнь проведёшь один…

Произошедшему со мной я особо не удивился. Сам дурак — упоролся дурью по самое не хочу. А под дурью ещё и не такое может почудиться и ещё не такое можно вытворить.

Однако пророчество грёбаного медвежьего мужика долго не давало мне покоя. Слишком уж точно оно отражало мои собственные желания и мою жизнь. Как я не отбрыкиваюсь, меня почему-то все постоянно любят и боятся, а к жизни в одиночестве, я вполне готов и даже не стремлюсь завести себе семью или хотя бы спутницу жизни. Всё в точку, чтобы этого мудилу приподняло и шлёпнуло.

Но как не старался, никакой мистической подоплеки не нашёл и решил, что шаман просто подслушал, что я нёс в наркотическом бреду, из чего и скомпоновал свое грёбаное «пророчество».

К тому, что Муна в очередной раз ушла, я тоже отнёсся абсолютно спокойно. Ушла, да и ушла, мне то, что с того? Да, девчонка симпатичная и экзотическая, но, как я уже говорил, никого рядом с собой я никогда не удерживал и не собираюсь. Тут бы ещё с оставшимися разобраться. Хотя тоже особых проблем не вижу. Доберёмся до Бьютта и всё — давай до свиданья.

Но хватит голову ерундой забивать.

Я оглянулся на караван и удовлетворённо кивнул. Красножопые ушлёпки, разбойники и прочие дезертиры нас пока благополучно минуют, с поломками средств передвижения мужики вполне справляются сами, зверьё тоже не нападает, даже с дороги ещё ни разу не сбились. Вроде не сбились. Словом, всё идёт более-менее прилично.

К моей выходке поселенцы, как практичные люди, отнеслись с полным пониманием — ну упоролся мужик, с кем не бывает, все мы люди со своими тараканами в голове. Не убил никого и не покалечил — да и ладно. Тем более, такого второго ценного кадра, доктора и защитника в одном лице, в этих ебенях днём с огнём не найдёшь, особенно учитывая, что на мили и мили вокруг вообще ни одной живой души нет.

А вот мисс Меллори и мисс Морган…

Как очень скоро выяснилось, потомственный дворецкий о некоторых моментах во время рассказа о моих похождениях всё-таки умолчал.

Дело в том, что я не только гонялся за шлюхами, а ещё, как единодушно выразились мисс Меллори и мисс Морган, грязно и совершенно безнравственно, до них домогался. И даже не без некоторого успеха…

Но, как бы это странно не звучало, Бель и Пруденс полностью оттаяли и опять окружили меня заботой и трепетным вниманием. Скорее всего, главную роль в этом сыграла свалившая с глаз долой индианка.

— Бенджамин…

— Мисс Меллори… — буркнул я в ответ, даже не глянув на догнавшую меня девушку.

— Вы можете меня называть просто Пруденс, — Пру улыбнулась и с намёком добавила. — После всего того, через что мы с вами прошли, официальное обращение уже ни к чему. Я полностью простила вас и ни капельки уже не обижаюсь, правда-правда…

Я тяжко вздохнул. Право слово, лучше бы она обижалась. Тем более для этого есть очень подходящий повод. Вот прямо железобетонный повод.

— Хорошо, Пруденс, — покорно согласился я.

— Отлично! — радостно воскликнула Пру. — В таком случае, у меня будет просьба к вам, Бенджамин. На следующем привале подыщите укромное местечко, чтобы я могла… — мисс Меллори искусно сыграла смущение, — чтобы я смогла там вымыться. Конечно, под вашей охраной…

— Хорошо, Пруденс.

Мисс Меллори поощрительно улыбнулась и, придержав поводья своей лошадки, отстала. Но наслаждался покоем я недолго — через пару минут её место заняла мисс Морган.

— Бенджамин… — в отличие от Пру, в голосе хозяйки борделя даже не пахло застенчивостью и смущением.

— Мисс Морган?

— Бен? — Бель досадливо поморщилась. — К чему этот официоз? Насколько я припоминаю, мы давно перешли к более тесному общению.

— Хорошо, Бель, ни к чему… — с трудом сдерживаясь, я снова согласился.

— Таким вы мне больше нравитесь, Бенджамин, — уверенно и напористо заявила женщина. — Думаю, пришла пора несколько разнообразить наши отношения и перейти от французской любви к чему-то несколько существенному. Подыщите на вечернем привале укромное местечко, желательно с ручьём, чтобы я смогла…

«Да вы что, сговорились? — ругнулся я про себя. — Ну-ну, почему бы и нет, обязательно подыщу, но потом не обессудьте…»

Получив согласие, Бель тоже отстала от меня.

Некоторое время я обдумывал месть, но очень скоро мне стало не до дам.

Сначала тревожно мявкнул Мусичка, по своему обыкновению путешествующий со мной в седле. Затем стало слышно густое воронье карканье, потом ветерок донёс запах гари и сладковатый смрад падали, а ещё через несколько минут впереди на дороге стал виден покосившийся обгорелый переселенческий фургон.

— Стоять на месте… — я поднял руку, подав сигнал остановится. — Всем приготовиться. Мистер Гофман…

— Герр Вайт? — инженер подъехал ко мне и сразу же схватился за свой бюксфлинт.

— Мистер Гофман, вы со мной, но держитесь чуть поодаль… — я вытащил из седельной кобуры двустволку, взвёл курки и положил её поперек седла.

— Гут… — инженер тоже щёлкнул курками.

Через несколько десятков метров стало видно второй фургон. Запах падали и гари стал совсем непереносимым — неподалёку от обугленных повозок из травы торчали покрытые бурыми клочками плоти ребра полуобглоданной лошади, а на ветви дерева рядом с тропой ветерок покачивал почерневший человеческий труп.

— Кар-р-рар… — как только мы подъехали, с трупа с громким хлопаньем крыльев сорвались вороны.

— Да стой же ты… — я с трудом удержал рванувшегося жеребца.

Громко зашипел Муся и почти сразу же, из высокой травы появился здоровенный волчара, угрожающе ощеривший пасть. Рядом с ним показался второй, а потом ещё сразу трое.

Но как только мы с инженером вскинули ружья — серые тут же ускользнули в лес.

Я проехал ещё несколько метров и невольно выругался. Останками лошади и повешенным не ограничилось — во второй сгоревшей повозке лежали ещё несколько трупов, в том числе женщин и детей, — скорее всего их связали и сожгли живьем.

— Какой ферфлюхтер это сделать? — ругнулся Гофман, закрывая нос рукавом. — Краснозадые дикари?

— Боюсь, мы этого уже точно уже не узнаем… — я покачал головой. — Но вряд ли индейцы стали бы вешать. Уверен, здесь повеселились цивилизованные белые.

— Некоторый ферфлюхтер белый ничем не отличается от местный дикарь… — угрюмо буркнул немец. — Сюда собирается шваль со всего мира. Унтерменшен…

Я просто промолчал, честно говоря, последние приключения несколько настроили меня на благодушный и даже иронический лад, но увиденное снова резко опустило на землю. Цивилизованность очень условное понятие, едва почувствовав безнаказанность, люди моментально сбрасывают прежнюю личину и превращаются в полных ублюдков — и не важно, белые они, красные, чёрные или жёлтые.

Судя по состоянию трупов на переселенцев напали как минимум дня три назад, и бандиты всё ещё могли быть неподалёку. Поэтому, после того, как мы похоронили несчастных, гнал караван вперёд до глубокого вечера.

Но, к счастью, никаких происшествий по пути не случилось. Когда солнце коснулось вершин Скалистых гор, на пути попалось подходящее место и я уже собрался отдать команду готовиться к привалу, но так и не отдал её…

Из подлеска появился всадник на караковой красивой лошади. Выглядел он вполне обычно для этих мест, в густо припудренных пылью шляпе и сапогах, из-под распахнутого выгоревшего пыльника выглядывали рукоятки револьверов, а из седельной кобуры торчал приклад карабина. Правда, совершенно неожиданно, как для путешественника, находящегося в дороге, худое скуластое и довольно симпатичное лицо было тщательно выбрито. А ещё, его правая рука висела на перевязи у груди.

— Леди и джентльмены… — гость миролюбиво снял шляпу левой рукой и изобразил поклон. — Прошу прощения, что отвлекаю вас от ваших дел, но я просто вынужден предложить вам очень выгодную сделку.

С последним его словом из леса, появилось ещё несколько всадников, быстро окружив наш караван. Эти, в отличие от первого держали в руках оружие и не притворялись миротворцами. Да и выглядели вполне себе среднестатистическими разбойниками. Впрочем, как и подавляющее количество мужчин Дикого Запада.

— Места здесь дикие… — продолжил гость. — И я хочу предложить вам охрану, ровно за четвертую часть стоимости всего вашего имущества, выраженной в звонкой монете. В свою очередь, гарантирую, что с вами ничего не случится, вплоть до самого Бьютта. Уверяю, это очень выгодное предложение…

Переселенцы принялись растерянно переглядываться и коситься на меня.

— Ферфлюхтер швайн! — Гофман схватился за своё ружье.

— Подождите… — я придержал его за руку и, тронув поводья, поехал к главарю.

Платить дань совершенно не улыбалось, однако, несмотря на то, что нас было больше, результат стычки выглядел очень неочевидным — так как разбойники умело заняли выгодные позиции.

Неожиданно вспомнилась сценка из сериала «Убойная сила», когда менты приехали на волге на стрелку с бандюганами.

«Играешься в благородного разбойника?.. — неожиданно спокойно, думал я. — Сделка, говоришь? Хрен тебе, а не сделка. Это моя корова и только я её буду доить…»

Хотя, на самом деле, было жутко страшно, вплоть до ледяных мурашек по коже.

— Леди и джентльмены… — главарь разбойников резко умолк, когда я появился из-за фургонов и махнул рукой своим, видимо приказав не стрелять или наоборот, пристрелить меня нахрен, при первом резком движении.

Я спокойно доехал до опушки и остановился за пару метров до гостя.

— Дункан Макгвайр, — главарь первым вежливо прикоснулся к шляпе. — Меня в этих местах ещё называют Дунканом «Шотландцем».

Не скажу, чтобы он внешне особо занервничал, но мои рожа и глаза, точно заставили его насторожиться. Скорее всего, разбойник просто принял меня за своего коллегу.

— Бенджамин Вайт. Меня в этих местах еще называют «Доком» Вайтом… — я вернул приветствие и опять замолчал.

Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами, но первым заговорил снова шотландец.

— Мистер Вайт… — осторожно начал он. — Не думаю, что в ваших интересах…

— Эти люди платят мне и будут платить дальше… — я его оборвал и сразу же, резко, в упор, ледяным тоном поинтересовался: — Сгоревшие фургоны пятью милями к северу по тропе — ваша работа?

По осунувшемуся лицу Макгвайра пробежала злая гримаса.

— Остерегитесь, мистер Вайт, за такое предположение, я могу вырезать язык… — зло процедил разбойник.

Я не стал отводить взгляда, при этом только чудом сохранив каменным лицо и несколько раз успев обругать себя за идиотизм.

И шотландец опять сдался первым.

— Если бы я застал этих ублюдков за делом — они бы пожалели о том, что на свет родились, мистер Вайт, — быстро заявил он, несколько смягчив тон.

— Я вам верю, мистер Макгвайр, — я криво улыбнулся и прежде чем главарь разбойников ответил, сновал задал вопрос. — Что у вас с рукой?..

— С рукой… — шотландец посмотрел на свою руку и едва заметно болезненно скривился. — Досадная случайность, но она не имеет никакого отношения к нашему делу…

— Досадные случайности порой заканчиваются заражением и ампутацией конечности. Следуйте за мной, я осмотрю вашу руку. И не забудьте приказать своим людям оставаться на месте…

После чего повернул жеребца и не оглядываясь поехал к фургонам.

Признаюсь, спина уже прямо чувствовала, как её пробивают пули, за эти недолгие мгновения, я весь вспотел как мышь, но, чёрт побери, расчёт оказался правильным — позади послышался звук копыт жеребца Дункана Макгвайра.

Приказав поселенцам разбивать лагерь, я сбросил с себя пыльник с курткой, тщательно вымыл руки и принялся срезать окровавленные тряпки с шотландца.

— Я смотрю, с вами тоже случилась досадная случайность, мистер Вайт, — Макгвайр показал взглядом на повязку на моей руке. — Надеюсь, её виновник уже беседует с ангелами?

— Скорее с дьяволом в аду… — я подвинул к себе керосиновую лампу и хмыкнул. — Сорок четвёртый? И как давно?

Пуля попала сантиметров на пятнадцать выше запястья и прошла насквозь, выдрав на выходе приличный кусок мяса. Кости, скорее всего, остались целы, гангрена тоже ещё не началась, но внутрь попали клочки материи и уже начали мертветь ткани по краям раны.

— Он самый, чёрт его побери… — шотландец в этот раз не стал скрывать болезненную гримасу. — Четыре дня назад.

— Итак, мистер Макгвайр… — закончив осмотр, я скорбно покачал головой и посмотрел шотландцу в глаза. — Примерно через пару дней, возможно уже завтра, ваша конечность сильно опухнет, начнёт чернеть и от нее пойдёт сладковатый запах гнили — после этого спасти вас можно будет только отняв руку по локоть. Если провести операцию прямо сейчас, то с большей долей вероятности, руку удастся сохранить, и вы, возможно, даже сможете выхватывать из кобуры свой шестизарядник, так же быстро, как делали это раньше…

— Так в чём же дело, док?!! Делайте эту вашу операцию прямо сейчас! — радостно воскликнул разбойник.

— Не вижу ничего невозможного, мистер Макгвайр… — я пакостно ухмыльнулся. — Но в таком случае, мне придётся предложить вам очень выгодную сделку…

Шотландец резко помрачнел и не очень уверенно предложил:

— А если… а если, я снижу свое предложение, скажем… до десяти процентов? Док? Пускай — пять! Пойдет?

В ответ, я лишь только поморщился.

Дункан разозлился и хватил здоровой рукой по своему колену:

— Чёрт бы вас побрал, док! Ничего не надо! Выделите нам немного провизии — на этом и поладим. Соли, бекона или лярда и кукурузной муки. А от меня лично вам — подарок. Но чуть позже. Вам понравится, уверяю. Идёт?

Я изобразил на морде недовольство, нехотя кивнул, после чего окликнул потомственного дворецкого.

— Ромео, мой бочонок с виски. Увы, мистер Макгвайр, мне нечего вам больше предложить в качестве обезболивающего.

— Больше ничего не надо! — горячо уверил шотландец, вылакал стакан, поморщился и просипел. — Только больше никогда не называйте эту бурду виски, хотя крепкая зараза, в этом не откажешь. А можно ещё стаканчик?

Я налил ему ещё и вместе со стаканом сунул деревяшку.

— Вот это в зубы. И учтите, будете дёргаться — могу случайно перерезать сухожилие — рука навсегда останется неподвижной. Можно начинать? Ромео…

Саму операцию нет смысла подробно описывать — ничего экстраординарного не произошло. Я тщательно вычистил и промыл рану, удалил омертвевшие ткани, поставил дренаж, а потом наложил внутренние и внешние швы и взял руку в лубки, так как лучевая кость всё-таки оказалась надломана.

Надо отдать шотландцу должное — рукой он действительно не дёргал, правда шипел сквозь зубы словно та гремучка.

Закончив, я в качестве поощрения налил ещё стаканчик «благородному» разбойнику и одобрительно хлопнул его по плечу.

— Вы отлично держались, мистер Макгвайр. Операция прошла благополучно, но вам придётся остаться с нами до завтрашнего вечера — мне нужно будет сделать ещё перевязку и посмотреть, как будет себя вести рана. А лучше, если вы со мной доберётесь до Бьютта…

— Мне не стоит появляться там, — бледный как смерть шотландец вымученно улыбнулся. — Скажу больше, нам даже не стоит долго оставаться на тропе.

— Хорошо… — я ненадолго задумался. — Тогда вы можете разбить лагерь в лесу, в стороне от дороги и я вас там буду навещать — так случилось, что нам тоже придётся задержаться на сутки из-за сломанной оси на фургоне. Не беспокойтесь, никто из моих вас не выдаст, даже если будут спрашивать, а я распоряжусь выделить немного провизии.

— Док… — Макгвайр покачал головой. — Док, если так, вы приобретёте себе друга…

— Не стоит загадывать, мистер Макгвайр… — я как можно пакостней ухмыльнулся. — Жизнь очень сложная штука.

— Ох, Док… — шотландец ещё раз покачал головой. — Я не могу разобрать, где вы шутите, а где нет, а с вашими глазами, уж простите, можно грабить дилижансы Пони-Экспресс даже без оружия.

— К грабежам мы вернёмся позже…

В общем, и это приключение закончилось вполне благополучно. Да уж, во истину хороший понт дороже денег.

С шотландцем всё обошлось благополучно, во всяком случае, воспаление на ране пошло на убыль. Кто он такой, от кого бегает и почему, я так и не узнал, впрочем, даже не допытывался.

С ним я расстался вполне по-дружески и через двое суток мы благополучно добрались до Бьютта.


Глава 14 | Док и его кот | Глава 16