home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Мисс Меллори наморщила лобик и через пару секунд изрекла вердикт:

— Это справедливо!

После чего посмотрела на потомственного дворецкого, который мгновенно побледнел и даже, кажется, ещё стал меньше ростом.

Я сунул Ромео в руки тот самый слонобой восьмого калибра и горсть патронов.

— Пусть будет при вас, мистер Роббинс. В случае опасности просто выстрелите, пускай даже в воздух.

Дворецкий несколько ободрился от вежливого обращения и умёлся. Больше к теме расчленения трупов мы не возвращались, и я опять занялся оружием.

Для начала тщательно осмотрел двустволки и быстро выбрал себе одну. Все двудулки оказались в более-менее приличном состоянии, но эта выглядела как дамочка высшего света на фоне портовых шлюх. Тоже обычное кучерское курковое ружьё десятого калибра, с замками на боковых досках и стволами около пятисот пятидесяти — шестисот миллиметров, но качество изготовления и состояние поражали. Стволы из серого дамаска, ложе и приклад из красного, словно светящегося изнутри ореха и никакой мишуры в виде завитушек и чеканки — просто идеальная обработка и подгонка частей. Из всех украшений, только на затыльнике из эбенового дерева была вырезана голова легавой собаки и название фирмы «Parker Brothers Guns». В общем, эту красавицу, я сразу взял себе на вооружение и назвал «Эллис». Каюсь, имею такую слабость давать женские имена оружию.

— Беда… — я вспомнил, что в двадцать первом веке остался мой любимый полуавтомат «Франчи», который я назвал «Мартой» и слегка взгрустнул. Её бы сюда… враз озолотился бы продав патент.

Но, будучи от рождения крайне практичной натурой, долго страдать не стал и опять взялся за стволы.

Патроны в латунных гильзах к дробовикам валялись рядом в ящике насыпью. Я расковырял парочку, обнаружил, что все они с крупной картечью, после чего тщательно отобрал себе двадцать штук и вложил их в простенький, но качественно пошитый патронташ-бандольеро из отличной мягкой кожи.

На этом с «дробомётами» закончил и принялся за винтовки. Но вот с ними оказалось гораздо хуже, ни одного «Винчестера», как я втайне надеялся, среди них не было. Четыре крайне изношенных карабина «Спенсера», винтовка «Генри» со сломанной пружиной в подствольном магазине, ещё пара однозарядных конструкций, тоже весьма подержанных и армейский «Спрингфилд» модели 1873 года. Тоже однозарядный, тяжеленный как лом, грубый и неудобный.

Уже было решился забрать его себе, но тут заметил рядом с одним из спальных мест длинную и тонкую винтовку. Полюбопытствовал и… влюбился с первого взгляда. Ничего особенного, просто качественное изготовление, но от неё прямо несло благородным экстерьером, как от породистой легавой собаки.

Итак, конструкция с вертикальным клиновым затвором, откидывающийся диоптр, гранёный длинный ствол, приклад с «вырезанным» затыльником, полупистолетной шейкой и цевьём почти до окончания ствола.

Да, знаменитый карабин Шарпса модели 1874 года под здоровенный патрон 50-110 Sharps. Оружие делали явно на заказ, да и прежний владелец хорошо ухаживал за своей собственностью, так что винтарь тоже был сразу взят на вооружение и получил имя «Большая Берта». Четыре десятка патронов к нему нашлись в сумочке из замасленной замши рядом с винтовкой.

Уже позже, я обнаружил завёрнутый в тряпку изящный револьверный карабин системы Ле-Ма, но по сравнению с «Бертой» он сильно проигрывал и его я решил просто приберечь. Да и куда мне столько железа? Уже набрал, словно оружейный маньячила.

С револьверами у бандитов оказалось разнообразней, но тоже весьма посредственно. Пара раздолбанных капсульных Ремингтонов 1858 года, три переделанных под унитарный патрон Кольта Паттерсона, тоже в очень печальном состоянии, дульнозарядный кремневый дуэльный пистолет, и пара револьверов Ле-Ма, тех, что с дополнительным гладкоствольным стволом. Эти были в отличном состоянии, но тоже капсульные, вдобавок тяжёлые как чугунные гири. Из всего арсенала для использования подходили только изящный дерринджер мощного калибра с накладками из слоновьей кости на рукоятке и короткоствольный, более-менее компактный, никелированный револьвер системы Мервин и Хьюберт, очень интересной конструкции, под патрон 38 Merwin Hulbert, то есть тех же Мервина и Хьюберта. Правда, этих патронов нашлось всего четыре штуки…

Тут я услышал шаги за спиной и прервался с оружием.

— Мистер Вайт… — Ромео вытаращил глаза на ствол.

Он уже переоделся в приличный, но сильно помятый шерстяной костюм, штаны которого заправил в растоптанные сапоги с короткими голенищами и выглядел более-менее цивилизованно. Правда лицо чернокожего было все ещё радикально серого цвета — видимо ампутация башки гомосексуального террориста не прошла для него бесследно.

— Мистер Роббинс? — я убрал револьвер, дабы не шокировать дворецкого. — Кстати, где мисс Меллори?

— Мисс Меллори занимается своим туалетом, — с достоинством ответил чернокожий. — Мистер Вайт…

— Нет ли среди этого арсенала вашего оружия? — я его опять перебил.

Ромео чинно поклонился.

— Моё вы мне уже вернули, — негр со страдальческим выражением на лице поправил ружейный ремень на плече. — А оружие мисс Меллори вот это и вот это… — он взглядом показал на револьверную винтовку, после чего на дерринджер. — Вы хотите провести переговоры о его выкупе?

И тут, повинуясь внезапному приступу щедрости, я взял и сунул ниггеру в руки карабинчик и дерринджер.

— М-мистер В-вайт? — опять начав заикаться, дворецкий недоуменно уставился на меня. — Н-но…

— Забрать назад? — рыкнул я, мысленно костеря себя почём свет стоит. — Это безвозмездно, а теперь вали, грёбаный эстонец. Стой… а чего хотел-то?

— Мистер Вайт, — дворецкий ещё раз поклонился. — Вы, видимо, захотите переодеться, однако, я хотел предупредить вас, что… — чернокожий брезгливо поморщился. — Что использовать одежду этих мерзких бандитов весьма опасно, так как они были отъявленными грязнулями и она просто кишит насекомыми. Их рваньё предварительно придётся выварить в щелоке, но и это, боюсь, не поможет…

— Что же делать… — я и сам догадывался, что шастать в одних дерюжных штанах по Монтане как-то не комильфо, однако пока не задумывался над тем, на что их сменить.

— Мистер Вайт, выход есть, — с лёгким превосходством улыбнулся дворецкий. — Перед нами, бандиты Луи Белью ограбили ещё одного торговца и здесь есть несколько коробок с мужской одеждой. Частично эти мерзавцы уже её растащили, но, думаю, вы сможете выбрать себе достойный гардероб… — он показал носом на дальний угол пещеры. — Прошу, мистер Вайт, я почту за честь помочь вам…

Сначала хотел турнуть ниггера, но слегка поразмыслив, согласился. Увы, я совсем не эксперт в шмотках девятнадцатого века.

И не пожалел о решении, Ромео развил бешеную деятельность и очень скоро я оказался обладателем впечатляющего гардероба. Несколько лонг-джонсов и рубашек из тонкого хлопчатобумажного материала, который дворецкий назвал муслином, пара штанов из тёмно-коричневого вельвета в тонкий рубчик, жилет из оленьей замши, десяток шейных платков, бушлат из плотной шерсти, чем-то напоминающий покроем матросский и пиджак из твида с накладными карманами. Без подтяжек, перчаток с длинными крагами и пыльника из тонкого брезента с полами до пят и пелериной, тоже не обошлось. А в завершении дворецкий вручил мне чёрный костюм-тройку из качественного шерстяного материала с удлинённым пиджаком, а точнее сюртуком, почти до середины бедер. Как выразился чернокожий, для того, чтобы достойно выйти в свет.

А вот обуви и шляп не нашлось вообще никаких.

— Одну минуту, мистер Вайт… — Ромео умчался из пещеры и вернувшись через минуту вручил мне шляпу и сапоги покойного разбойного гомосека. — Прошу, вам они должны подойти, правда… — он сморщил нос.

Шляпа из тонкого чёрного фетра с проклёпанным серебряными бляшками ремешком вокруг тульи смахивала на стандартный стетсон, а вот сапоги из буйволиной кожи, с высоким голенищем, узким носком и слегка скошенным каблуком, даже приблизительно не напоминали ковбойские сапоги, которыми щеголяли персонажи в вестернах.

Впрочем, оба предмета оказались практически новыми, пришлись мне в пору, однако от них ощутимо пованивало. Особенно от сапог.

Я повертел головой и остановил взгляд на ящике с бутылками. Во время обыска мы нашли несколько коробок с виски — видимо трофеи бандитов с ещё какого-нибудь торговца.

— Что тут у нас? Бурбон «Old Grand-Dad»? Пойдёт… — поглядел на свет на содержимое, сковырнул пробку, после чего взял и вылил его в сапоги.

— Отличное решение, мистер Вайт! — немедля восхитился Ромео.

Я кивнул и взялся за вторую бутылку, осторожно понюхал, затем решительно опрокинул её в себя.

И чуть не задохнулся — вискарь оказался просто убойной крепости — как бы градусов не шестьдесят, а то и семьдесят. Вдобавок… для такого тонкого ценителя благородных напитков как я, его вкус был… как бы это помягче сказать… слегка грубоват. Впрочем, всё-таки не лишенным некой привлекательности и напоминал собой бурячиху бабы Вали, чью корову Цыцьку, я пользовал на практике в совхозе.

— Уф-ф-ф, крепкая зараза… — с трудом втянул в себя воздух, помотал головой и сунул бутыль дворецкому.

— Мистер Вайт? — Ромео в очередной раз вытаращил на меня глаза. — Вы хотите, чтобы я выпил с вами?

— Почему бы нет, — я безразлично пожал плечами. — Вы, прежде всего человек, а потом уже черножопый… — сразу же осёкся и трудом выдавил из себя. — Уж, простите за резкость, мистер Роббинс…

— Я привык, мистер Вайт, — негр неожиданно радостно осклабился. — Собственно, так и есть, моя задница окрашена в радикально тёмный цвет.

После чего храбро приложился к горлышку. Но слегка не рассчитал свои силы.

Дабы привести его в чувство пришлось лупить кулаком по спине.

— Благодарю мистер Вайт… — засипел дворецкий. — Матерь божья — это соляная кислота, а не бурбон. Уф… Мне кажется, что вам стоит обмыться, прежде чем одеваться, рядом есть ручей. Я могу вам помочь…

— Пшёл вон… — я взял его за воротник и подтолкнул к выходу. — И это… особенно не обольщайся тем, что со мной выпил. Держись подальше, понадобишься — позову. Не из-за того, что ты ниггер. Просто… просто, я не люблю людей. Понял?

— Я вас понимаю, мистер Вайт… — Ромео подхватил плетёный из соломки чемодан и оружие своей хозяйки, после чего бегом вымелся из пещеры.

— Вот и ладненько… — я кивнул сам себе и принялся потрошить личные вещи дохлого гомосека.

Денег толком не нашёл, кроме жмени мелочи и золотой пятидолларовой монеты, а вот драгоценных безделушек целую кучу. Серебряная массивная пряжка для револьверного ремня, бляхи для галстука и шляпы, запонки, серебряные шпоры, а также покрытые тонкой гравировкой карманные часы из черненого серебра, на толстой цепочке…

— Girard-Perregaux? Швейцария? Да ну… — я поднёс часы к уху. — Идут. Да ещё с репетиром и турбийоном? Ну что же, теперь я с часами.

Но самой важной находкой стал большой кисет с ароматным табаком и парочка новеньких, едва раскуренных трубок из пенки и вишнёвого корня.

У меня даже руки задрожали, а рот наполнился слюной, когда внезапно понял, что сегодня ещё не курил.

— Так, пора на свежий воздух… — напялил шляпу, живо сграбастал сокровище и направился на выход.

Труп бандита на полянке перед пещерой уже исчез, от него осталась только большое пятно засохшей крови и лужица блевотины рядом — видимо следы эмоциональных проявлений потомственного дворецкого.

А мисс Меллори вовсю хлопотала возле костерка, на котором исходил ароматным запахом новый котёл.

Она уже переоделась и привела себя в порядок: длинная юбка, блуза, короткий жакетик и капор и шнурованные ботиночки на низком каблучке — было очень хорошо заметно, что она не из бедной семьи — фасон одежды и качественные ткани прямо намекали на это. А вот сноровка, с которой она управлялась с готовкой, сильно удивила — создалось такое впечатление, что она этим всю жизнь занималась.

Заметив меня, девушка бросила месить тесто на плоском камне, кокетливым движением поправила выбившуюся из-под капора прядь волос и присела в быстром книксене. После чего притащила уголёк в поварешке.

Я в очередной раз обалдел от произошедшей с ней перемены — Пруденс превратилась в очень миловидную девицу. Ротастенькая, скуластенькая и носастенькая, с огромными раскосыми глазами, она не была красавицей — но выглядела очень и очень обаятельно. И чем-то напоминала Галадр… Гладур… короче, ту самую королеву-эльфийку из «Властелина колец». А точнее, актрису Кейт Бланшетт, которая её сыграла.

Впрочем, я давно разучился поддаваться женскому обаянию и в ответ только прикоснулся пальцами к шляпе. Угу… женщин я сторонюсь ещё больше, чем остальных представителей человеческого рода. Нет, с ориентацией у меня всё в порядке, просто… имел несколько возможностей убедиться, что скрывается под обаятельными мордашками. Так что только падшие дамы — они проще и конкретней, что ли.

Отделавшись от девицы, я обстоятельно и неспешно раскурил трубку. Табачок оказался резковатым, но всё равно вполне употребимым.

Но, не успев затянутья пару раз, как…

— Ой, коти-и-ик… — радостно пролепетала девушка, выронив поварёшку в котел.

— Мисс Пруденс, это может быть рысь!!! — заполошно заорал Ромео и принялся рвать ремень лупары с плеча.

— Башку отстрелю! — быстро пообещал я дворецкому. — Это мой кот!

Мусичка презрительно покосился на чернокожего, и «модельной» походкой, словно иноходец, нагло задрав хвост, проследовал ко мне, после чего изящным, но слегка тяжеловесным прыжком запрыгнул на колени и мигом скрутился в огромный и пушистый, урчащий как трактор комок.

На ухе Мусички алела свежая царапина, из пасти торчали перья, в шерсть набился мусор, но выглядел он полностью довольным собой и даже слегка похудел. Не знаток кошачьих душ, но мне даже показалось, что шерстяной гулёна абсолютно счастлив.

— Где ты шлялся, скотинушка? — я ласково потрепал котяру по холке и принялся выбирать у него из шерсти репья. — Нравится тебе здесь, да? Туда куда надо попал? Слушай, братан, вот только погоняло мне твоё, того, не очень. Мусичка на Диком Западе? Фу… Давай будешь Бароном? Или Кайзером…

— Мистер Вайт!

Я поднял глаза и обнаружил перед собой Пруденс.

— Мистер Вайт!.. — взволнованно прошептала она, прижимая ладошки к щекам. — Мистер Вайт, позвольте потискать вашего котика. Пожа-а-алуйста!!! Я очень люблю котиков!!!

И даже подпрыгивала от нетерпения.

И не дождавшись ответа, сграбастала Мусика в охапку.

Я оцепенел — сибиряк отличался весьма вздорным нравом и острейшими клыками с когтями. Он и меня драл безбожно на осмотрах, пока не привык. Учитывая его размеры и вес, все могло закончиться очень печально, но…

Но нет, шерстяная скотинушка безропотно позволила себя уволочь. А потом, вдобавок, он ещё принялся послушно прыгать за спешно сооруженной веревочкой с бантиком.

Пру напрочь забыла о готовке, и лепёшки доделывал уже дворецкий.

— Лошары… — презрительно прокомментировал я и опять взялся за трубку. А когда докурил пошёл к лошадям.

Быстро и тщательно осмотрел их и пришёл к выводу, что они совершенно здоровы, хотя усиленное питание коникам не повредит. И даже породу определил — пейнтхорс — то есть, так называемая, пятимильная лошадь. Конечно, они были далеки от современных стандартов этой породы, но в том, что это пятимильники, я остался уверен. Ветеринар я или где? Это в последнее время я обихаживал богатеньких клиентов с их кошечками и собачками, а в начале своей карьеры брался за любую работу и вёл сразу несколько конных клубов.

Разобравшись с лошадями, я напоил их и накормил, благо в пещере нашлось несколько мешков с овсом.

К этому времени Мусичке надоело изображать плюшевую игрушку, и он решительно прекратил забавы, ободрав когтями руку Пруденс. Что, абсолютно её не огорчило, к слову.

Ужинали на свежем воздухе. Не скажу, что густое и жирное варево из бобов, маиса и какой-то непонятной крупы меня поразило до глубины души, но голод оно утолило прекрасно. А кукурузные лепёшки жареные на смальце даже понравились. Ужин заполировал кружкой кофе, неожиданно, совсем неплохого. Вот только от патоки отказался напрочь. Редкостная гадость.

Мусичка с жадным урчанием сожрал свою пайку и снова убрался в кусты, а я потопал к ручью.

Ополоснулся, и принялся придавать себе вид типичного обитателя Дикого Запада.

Ну что могу сказать…

Лонг-джонс с клапаном на заднице, рубашка длинная и без воротника, а штаны без ширинки — застегиваются по бокам на пуговицы. Непривычно и неудобно, особенно когда приспичит справить естественные надобности. Зато материалы натуральные и на теле сидят очень комфортно. Шляпу и сапоги я никогда в жизни не носил — но особого дискомфорта не ощущал. А вот пояс с револьверами — особо доставил. Тяжело и неудобно, тудыть его в качель.

Но в целом, получилось ничего. Привыкну, выхода другого нет. Особого уныния и страха перед будущим не было, хотя, честно говоря, при мысли, что меня зафигачило сюда навсегда пробегали мурашки по спине.

Заодно опробовал свои шестизарядники, выпалив из них по барабану. И сразу понял, что из меня ганфайнтер, как из дерьма пуля. Отдача, на удивление, оказалась мягкой, хотя и довольно сильной, а вот с точностью… с точностью было всё плохо. Если в стандартном режиме прицеливания, я со второго же выстрела сшиб камешек размером с кулак на расстоянии десяти метров, то выхватывать и сразу целиться не получалось категорически. Особо доставила необходимость взводить курок после каждого выстрела — линия прицеливания сбивалась напрочь. И дымный порох, почти сразу же застилавший обзор. Короче, всё очень плохо. А вот из Шарпса я с первого же выстрела попал в пустое воронье гнездо метров с пятидесяти. Но это спокойно прицелившись. И сильно сомневаюсь, что у меня так получится, если надо будет стрелять навскидку и быстро.

Но особо не отчаялся — со временем научусь — жизнь заставит. Вот только бы дожить до этого момента.

После пострелушек вернулся на полянку, сварил себе кофе в жестяном кофейнике, раскурил трубку, поставил рядом бутылку со «Старым Дедом» и предался сибаритству.

После первых затяжек и подходов к вискарю, пришло понимание, что не всё так плохо, как кажется. А ещё, я поймал себя на мысли, что откровенно наслаждаюсь своим положением.

— А почему бы и нет? — я с наслаждением выпустил колечко дыма. — Чистый воздух, никакого ГМО, горы, лес, бизоны, дикие индейки, шошоны и сиу. Тьфу ты, а вот без этих лучше обойтись.

Но развить мысль не успел — припёрся потомственный дворецкий и застыл в паре шагов.

Я тяжело вздохнул и вежливо поинтересовался на русском языке:

— Какого хрена тебе надо грёбаный ниггер?

— Мистер Вайс… — Ромео снял шляпу и, держа её обеими руками, прижал к груди.

— Живее.

— Мистер Вайс, я хотел поговорить с вами… — зачастил дворецкий. — Я не отниму много вашего времени…

— Уже отнимаешь… — проворчал я. — Ладно, присаживайся. Не так близко! И тащи свою кружку.

Ромео мигом умчался в пещеру, вернулся с помятой жестяной кружкой и примостился на обрубок бревна в паре метров, напротив.

— Лови… — я бросил ему бутылку. — И выкладывай.

— Мистер Вайс… — хлебнув вискаря, осторожно начал чернокожий. — Я видел, как вы сегодня разговаривали со своим котом…

— И что?

— Человек, который разговаривает со своим котом, не может быть плохим! — вдруг выпалил дворецкий.

— Ты ошибаешься.

— Нет, мистер Вайт, я не ошибаюсь, — убеждённо заявил Ромео. — Признаюсь, я думал о вас плохо, но сейчас изменил своё мнение.

— Я рад, но какого хрена тебе надо? — я с трудом подавил раздражение. — Выкладывай или убирайся.

— Я хочу с вами поговорить о мисс Меллори, — признался Ромео.

— Зачем?

— Выслушайте, прошу вас! — взмолился чернокожий.

— Ладно, только быстрее.

— Мисс Меллори может вам показаться странной, но она замечательная девушка, уверяю… — дворецкий быстро закивал. — Да-да, замечательная. У неё золотое сердце, она прекрасная и очень практичная хозяйка…

«Сватает, что ли?» — подумал я, но перебивать Ромео не стал.

— Но она в некоторых жизненных моментах наивна… — печально продолжил дворецкий. — И, боюсь, плохие люди могут с лёгкостью воспользоваться этим.

— Стоп… — мне вдруг в голову пришла неожиданная догадка. — Она умеет читать и писать?

— Нет, мистер Вайт… — чернокожий изумленно уставился на меня. — Как учителя не старались, читать и писать не смогли научить. Хотя считает она прекрасно. Но только в уме. Но как вы узнали об этом?

— Помолчи немного… — я задумался.

Всё ясно. Могу ошибаться, но скорее всего у девчонки дислексия. Распространённое мнение, что дислектики только с трудом обучаются чтению и письму не совсем верно. Хватает и других симптомов. Тут и эмоциональная нестабильность с импульсивностью, нарушения межполушарного взаимодействия и неспособность сосредоточиться на одном деле, повышенное чувство справедливости и многое другое. Откуда я всё это знаю? Во-первых, я продвинутый ветеринар и порой почитываю научные журналы по общей медицине, а во-вторых, одна из моих клиенток, жена не самого мелкого олигарха — тоже дислектик и порой ведёт себя очень похоже. Современная медицина с лёгкостью справляется с этой проблемой, вот только… вот только с этими методами я знаком в самых общих чертах. Впрочем, лечить я её не собираюсь, так что плевать.

— Я просто догадался. Продолжай.

— Мисс Пруденс осталась сиротой… — чернокожий смахнул слезинку рукавом. — Мать её умерла раньше, а полковник Меллори, умер от удара совсем недавно. Мисс Пруденс была единственным ребенком в семье, наследство, к слову, немалое, должно было остаться ей, но… но родственники оспорили завещание и мистер Джейкоб Меллори, брат покойного полковника Меллори, оспорил завещание и добился опеки на мисс Пруденс, как над недееспособной. Суд постановил, что она будет находиться под опекой до того, как выйдет замуж, но, сами понимаете…

— Этот хрен сделает всё, чтобы она не вышла замуж, так?

— Всё верно, мистер Вайт… — Ромео неожиданно непечатно выругался. — Он собрался упечь её в пансион под строгий надзор. И мы вынуждены были бежать. Я не смог оставить мисс Пруденс, так как поклялся служить семье Меллори до самой смерти.

«Какого чёрта я его выслушиваю?» — подумал я, но вместо того, чтобы закончить разговор задал вопрос.

— То есть, чтобы освободиться от опеки, мисс Меллори надо просто выйти замуж?

— Не всё так просто, мистер Вайс. Выйти замуж ей можно только с согласия мистера Джейкоба Меллори, а он такового не даст никогда.

— А зачем вам тогда в Вирджиния-Сити?

— Есть отдельная статья наследства, которая проскочила мимо этого упыря… — немного помедлив, сообщил Ромео. — Большой участок земли в Монтане.

— И что вы собираетесь с ними сделать?

— Просто жить, мистер Вайт! — неожиданно зло ответил дворецкий. — Прятаться от Джейкоба Меллори и просто жить. Тем более, законы везде разные, и решение суда в Коннектикуте недействительно в Монтане. Ему придётся постараться, чтобы достать нас. Определённая сумма средств осталась у мисс Меллори, так что на жизнь хватит. Построим дом и будем жить. А жизнь покажет, что случится дальше.

— Хорошо. Но что вам от меня надо?

— Сопроводите нас к месту, мистер Вайс… — тихо попросил дворецкий. — Я знаю, что вы не дадите в обиду мисс Пруденс. Я вас очень прошу…

Я в очередной раз задумался. Собственно, почему бы и нет? В местных реалиях я не ориентируюсь, а эта парочка плоть от плоти этого времени. С ними рядом, я не буду так выделяться. А по пути обтешусь слегка и пойду по своей дороге. Так что… решено.

— Два с половиной доллара, мой чернозадый друг.

— Что, два с половиной доллара? — дворецкий вытаращил на меня глаза.

— Я обойдусь вам два с половиной доллара в сутки…


Глава 2 | Док и его кот | Глава 4