home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

Снова Мори и Аркот разглядывали огромный аэродром в Джерси, где за столетие до этого простирались обширные болота. Теперь трясины осушили, и на многие мили вокруг раскинулась огромная посадочная площадка.

Поднявшись над полем друзья смотрели на него из кабины, заняв наблюдательную позицию высоко в густом фиолетовом бархате неба, и Пятнадцать миль отделяли их от находившегося внизу летучего корабля Трансконтинентальных Линий. Они видели через бинокли, как огромный лайнер медленно и неуклюже полз по полю, постепенно ускоряясь, пока не набрал скорость, и, оторвавшись от земли, направился на запад. Казалось, будто он пробирается сквозь большие небоскребы, поднимавшиеся ввысь более чем на двадцать четыре сотни футов. Гигантские здания занимали площадь нескольких городских кварталов. С такой высоты эти величественные строения, отражающие мягкие тона полуденного солнечного света, казались игрушками, сделанными из цветной бумаги, вокруг которых сверкали мерцающие искорки движущихся вертолетов, при этом люди терялись в массе по меньшей мере миллиона стремительно движущихся машин.

— Только посмотрите на это движение. Тысячи и тысячи людей возвращаются в город после поездки домой на обед — и каждый день вертолетов становится все больше. Если бы не твое изобретение, в городах сложилась бы невозможная обстановка. Воздухоплавание уже затруднено сейчас, а скоро станет еще хуже. Большинство машин не обладает достаточной энергией, чтобы занимать уровни выше среднего, на высоте четырехсот футов над центром Нью-Йорка, где можно двигаться со скоростью не более чем сто миль в час. И если бы не гироскопические стабилизаторы, они никогда не смогли бы выжить в этом огромном воздушном лабиринте. Я вынужден каждый день проезжать через него и всегда боюсь, что у кого-то на его старой колымаге откажет стабилизатор, и произойдет катастрофа.

Мори был искусным пилотом и, как многие, понимал все опасности находящихся под ними воздушных потоков, где царил неимоверный гул жужжащих винтов. У офисных зданий теперь были двойные стены, с толстыми слоями звукопоглощающих материалов, сдерживающих рев, подобный гулу торнадо, который царил на улицах почти непрерывно в течение двадцати четырех часов.

— Не уверен в этом, Мори, — ответил Аркот. — У нашего изобретения есть некоторые недостатки. Представь, какое произойдет серьезное понижение температуры, если над Нью-Йорком начнет кружиться около десяти миллионов этих машин. У нас тогда круглый год будет царить арктический холод. С другой стороны, ты знаешь, как невыносимо жарко сейчас становится в городе к полудню, даже в самые холодные зимние дни: из-за теплового эффекта воздушного трения тысяч лопастей, как я знаю, температура воздуха повышается до пятидесяти градусов. Вероятно, нужно будет установить баланс между двумя этими типами двигателей… Сложится невероятная экономическая ситуация, сложнее всего придется большим компаниям, которые производят спирт из отходов зерна. Производителям клещевины тоже придется серьезно сбросить свои цены, когда наша машина обрушит рынок энергоносителей. Они будут вынуждены заняться переработкой кукурузы на углерод, чтобы восстанавливать из руд железо и прочие металлы.

Пока их корабль летел в вышине над самолетом Трансконтинентальных линий, ученые обсуждали экономические выгоды от различных применений изобретения Аркота — от огромных электростанций, которые они могли сделать, до вентиляции и охлаждения частных домов.

— Дик, ты упомянул охлаждающий эффект для Нью-Йорка; с миллионами миллионов этих машин… А что станет с огромными электростанциями, с тысячей других различных устройств, которые мы используем, не произойдет ли значительная потеря энергии из воздуха, не приведет ли она к охлаждению всего мира в целом? — спросил Фуллер.

— Я сомневаюсь в этом, Боб, — задумчиво протянул Аркот. — Я и сам об этом думал. Большая часть энергии, которой мы пользуемся, в конечном итоге, так или иначе высвобождается в виде тепла. Не забывай так же о дециллионах эргов, которые дает солнце! Правда, мы можем пользоваться только ничтожной частью этой энергии, но и того, что мы действительно получаем, более чем достаточно для нас. Силовые станции будет рационально разместить в тропиках, где они смогут попутно охлаждать воздух, а энергия может быть использована для переработки металлов. Это значит, что избыточная температура в тропиках найдет себе применение. Контроль погоды станет возможен благодаря управлению воздушными потоками. Мы сможем установить огромные трубы молекулярных антен на вершинах гор и заставить ветры дуть туда, куда нужно. Не столько даже сами ветры, но преимущественно потоки воздуха, которые они несут, смогут ограждать умеренные зоны летом от полярного холода и согревать в зимний период за счет высокой температуры тропиков.

Ненадолго задумавшись, Аркот продолжил:

— Есть еще одно применение, которое станет возможным в будущем, — вещь, которую, может быть, трудно принять в качестве коммерческого предложения. У нас сейчас есть практически неисчерпаемый источник энергии, но, к сожалению, нет неисчерпаемых источников полезных ископаемых. Медь становится все более и более редкой. Большие медные месторождения, подобные тем, что открыты в Сахаре и на Аляске, скоро истощатся. Запасы платины уже исчерпаны, и даже железо становится все большим дефицитом, мы сталкиваемся с нехваткой металлов. Понимаете ли вы, что в течение ближайших двух столетий мы не сможем поддерживать свою цивилизацию, если не получим новые источники основных видов сырья?.. Но теперь у нас есть шанс. Девять планет солнечной системы ждут нас! Нептун и Уран — каждый намного больше Земли. Они совершенно не пригодны для жизни, как мы ее представляем, но можно будет создать небольшую колонию, которая стала бы производить металлы для Земли. Мы сможем построить куполообразные и герметичные города. Для начала попробуем освоить ближайшие планеты — Марс, Венеру или некоторые мелкие объекты, такие как наша Луна. Я, конечно, надеюсь, что наша машина сделает все это возможным…

Некоторое время они сидели молча, мчась высоко над зелеными равнинами Индианы. Чикаго, подобный огромной жемчужине, лежал на горизонте впереди и далеко правее. В пяти милях под ними огромный трансконтинентальный самолет казался миниатюрным, и едва плыл над равниной, хотя на самом деле двигался на скорости более шестисот миль в час.

Наконец, Мори прервал тишину.

— Ты прав, Аркот. Рано или поздно мы должны были задуматься о межпланетных перспективах. Эй, приближается Чикаго! Нам лучше включить вакуумную защиту от газа. И радар. Уверен, мы в скором времени столкнемся с Пиратом.

Ученые немедленно забыли о далекой проблеме нехватки металлов. После ряда необходимых манипуляций все приготовления были закончены, в то время как машина продолжала лететь вперед. Генератор довели до максимальной производительности, и каждые трубки были проверены по отдельности, поскольку хоть они и были все новыми и рассчитанными на двадцать пять тысяч часов работы, было бы скверно, если не сказать больше, если, даже хоть одна из них неожиданно отказала в бою. Все проверки прошли успешно, нормально функционировали все реле, отвечающие за генератор при различных нагрузках; оборудование работало отлично, хотя и не использовало даже половины своих возможностей.

Они летели вперед, напряженно ожидая, когда вспыхнет крошечный индикатор в виде неоновой трубки на панели перед Мори.

— Знакомые места, Дик, — сказал Мори, оглядывая поля и низкие линии синих гор далеко на западе горизонта. — Я думаю, именно здесь мы уснули в своих «летающих инвалидных креслах», как их окрестили газеты. Да, это было здесь… Смотри! Он тут! Будь готов, Фуллер. За тобой пулемет. Я задействую нейтрализатор невидимости, Аркот за тобой управление. Вперед!

На панели перед ним замерцала неоновая трубка, напоминая светящийся кусочек раскаленного металла, затем погасла. Через мгновение она засветилась снова, и блеск ее очень быстро перешел в малиновое свечение. Мори передвинул переключатель с общего радара на приемник излучателя, который мог бы точно определить местонахождение машины. Это произошло ровно за минуту до того, как неоновая трубка ярко вспыхнула еще раз. Пират летел прямо над огромным самолетом, вероятно уже пустив свой газ. Расположившиеся неподалеку воздушные гвардейцы не подозревали, как близко находится враг. Поскольку луч нейтрализатора невидимости был спроектирован с дальностью действия в милю, преследователи должны были нырнуть ниже. Мгновение спустя большой самолет под ними, казалось, сам устремился к ним с огромной скоростью.

Два радарных луча были постоянно нацелены на судно Пирата. Когда преследователи оказались примерно в двух милях от летевших внизу двух самолетов, неоновая трубка ярко засверкала, сигнализируя о противодействующей энергии. Пират пытался сохранить свою невидимость, в то время как приближающаяся к нему машина пыталась уничтожить ее. В какой-то момент показания амперметра, показывающего нейтрализующую способность луча, начали расти так быстро, что Мори уставился на него с некоторым беспокойством. Несмотря на мощность десять киловатт, которые использовал направленный луч, сопротивление аппарата на борту пиратского корабля было удивительно сильным.

Неожиданно все трое увидели быстро сгущающуюся туманность перед собой. Вмешательство луча, направляемого Мори, вызвало разрушение молекулярных колебаний, которые позволяли свету беспрепятственно проходить через пиратское судно. Внезапно возник круг синего свечения в призрачной форме, и мгновение спустя ионизированный воздух вновь пришел в нормальное состояние, поскольку аппарат Пирата не выдержал нагрузки. Мори сразу же выключил луч, уверенный, что игре Пирата конец. Он быстро обернулся, когда Аркот закричал:

— Мори, смотри, он убегает!

Было поздно. Чужой планер бросился прочь с огромной скоростью. Что-то вспыхивало за ним, и кажущееся невероятным ускорение теперь легко объяснялось длинным огненным следом! Планер двигался с помощью ракет! Невероятная скорость помогла ему исчезнуть из поля их зрения в одно мгновение, и когда Аркот развернул корабль, чтобы преследовать удирающего противника, они только ахнули, увидев, что тот уже на расстоянии нескольких миль от них.

Преследователи ощутили мощный рывок, когда Ар-кот подал полную мощность на генератор, а затем выровнял машину, погнавшись за Пиратом со скоростью молнии. Он увеличивал ускорение, по мере того как все трое привыкли к нагрузке. Пират продолжал удирать, но теперь они неумолимо догоняли, ибо его машина имела некоторое подобие крыльев, которые создавали огромное сопротивление на этой скорости — стрелка спидометра дошла до одной мили в секунду. Они следовали за быстроходным планером быстрее 3600 миль в час. Сопротивление воздуха снаружи вызывало мощные звуковые волны, но ученые ощущали это только по вибрации корпуса, защищавшего их вакуумными двойными стенками.

Расстояние до Пирата стремительно сокращалось. Казалась, еще немного, и он будет в пределах дистанции поражения их пулемета. Внезапно он клюнул носом и бросился на десять миль вниз к земле, заложив крутое пике. Аркот незамедлительно последовал за ним, буквально вцепившись в хвост Пирата. Быстрые маневры на этой скорости стали серьезным испытанием и для людей, и для машины — ускорение казалось сокрушительным, как будто их вес увеличился вчетверо, пока Аркот следовал за Пиратом по большой петле, в конце которой он буквально сел на хвост планера, ракетный след которого создавал поток огня в пол мили длиной.

Пират снова поднимался на скорости, которая казалась невозможной ни для какой другой машины в мире, но цепкий противник позади него не намерен был отпускать эту казавшуюся недоступной крошечную стремительную птицу. Пират выпустил большие облака своего обездвиживающего газа.

К его удивлению, корабль преследователей прошел сквозь них невредимым. Он — тот, кто знал больше всего о газе — так и не смог разработать материал для защитной маски, или бак для хранения, но эти люди определенно преуспели! А эта стремительная машина, по форме напоминающая пулю! Она напоминала миниатюрный дирижабль, но по сравнению с ее маневренностью и ускорением, собственные возможности Пирата показались ему постыдными! Петля, поворот, нырок, подъем и падение, и вперед, словно последний рывок на беговой дорожке на пределе возможностей. Снова и снова Пират закладывал сложные маневры, вызывающие неимоверное напряжение сил, но машина, преследовавшая его, не отставала!

Была только одна возможность избежать преследования. С помощью ракет он мог направиться в космос. При следующем подъеме Пират выстрелил очередным зарядом, направив свой планер прямо к пылающему солнцу, в пустоту межпланетного пространства. Все вокруг стало черным, и звезды засияли торжественным блеском. Но его внимание было сосредоточено только на одном — на сверкающем корпусе, который становился все больше, догоняя его. Пират знал, что поднимается быстрее, чем со скоростью в две тысячи миль в час, но охотник за ним становился все ближе и ближе. Вот он уже оказался в зоне прицельной дальности поражения пулемета… сейчас, сейчас… но тут оружие дало сбой!

Преследователи Пирата сидели с побелевшими губами, напряженные из-за головокружительных трюков на огромной скорости. Их гироскопические кресла крутились подобно гороху в катающемся шаре. Вверх, вниз, влево, вправо, стремительно вперед на невероятной скорости. И вдруг, снова устремившись прямо к зениту, они увидели впереди огромный взрыв пламени. Пират уходил прямо в космос!

— Если он окажется в вакууме, я не достану его, Мори! — пробормотал Аркот.

Подъем с невероятным ускорением заставил их тела принять почти смертельную перегрузку. Стало очень трудно говорить. Но до сих пор судно впереди так и не смогло уйти от погони, казалось, они нагоняют его. Теперь их скорость не сдерживало ни влияние гравитации, ни сопротивление атмосферы, практически сведенное к нулю, они двигались с ускорением, какое только могли выдержать их тела. Но и человек впереди, который пытался убежать, вел свой самолет с ускорением, способным убить любого! Движение корабля-преследователя вдруг начало замедляться. Аркот двинул рычаг к последней отметке мощности и почувствовал легкий толчок, в то же мгновение, когда катушки получили новую нагрузку. Но это ускорение быстро прошло, как только генератор начал сбоить. Движущая сила атмосферного тепла иссякла. Земля в шестидесяти милях под ними представлялась в виде зеленовато-коричневой поверхности, слегка выпуклой, а далеко на востоке они могли различить серебристую линию водной глади! Но у них не было времени отвлекаться на пейзаж, во все глаза они смотрели на столб стреляющего пламени удирающего налетчика! В безвоздушном пространстве он был недостижимым. Они не могли следовать за ним. Аркот развернул свой корабль, на этот раз направив его параллельно земле, наблюдая за планером через расположенный в крыше иллюминатор. Постепенно их машина снизилась до пятидесяти миль, где плотность воздуха была достаточной, чтобы поддерживать необходимую производительность генераторов.

— Да, он обошел нас! Нам остается только одно. Он рассчитывает зависнуть там с помощью своих ракет, пока мы не уйдем, но мы-то можем находится здесь сколько угодно долго, главное только обеспечить каюту необходимым теплом. А вот у него не хватит воздуха на охлаждение, пока солнце будет накаливать поверхность его планера. Единственное, что беспокоит его в данный момент — это высокая температура пламени его ракет. Однако ему придется выпустить еще немалую часть их. Бог мой, что за машина! Но, в конце концов, он израсходует все топливо ракет, так что нам нужно просто висеть под ним и… стоп, не так быстро… он, кажется, не собирается оставаться там, и двигает свой корабль дальше, пока у него это неплохо получается. Ну что же, последуем за ним! Он снова ускоряется, но и мы не отстанем, если будем двигаться на своем уровне.

— Дик, никакой самолет из когда-либо созданных не выдержал бы такие потрясающие рывки и ускорение, как его аппарат. Он стоит у штурвала и сам управляет воздушными рулями, или что там у него! Этот невероятный тип самолета должен быть чрезвычайно прочным! Я никогда не видел подобной формы… хотя… это вполне логичная форма! Он напоминает огромный треугольный наконечник стрелы! А ты что скажешь?

— Да, что-то вроде того. А помнишь, как мы в детстве делали самолетики из бумаги? У него точно такая же форма, треугольные крылья, сходящиеся в к носу, за исключением того, что у него несомненно увеличена площадь крыльев для повышения эффективности. Что-то вроде летающего крыла, изобретенного пятьдесят лет назад. Надеюсь, что этот человек всего лишь клептоман, и сможет излечиться от этой болезни, ведь тогда у меня появится новый партнер по лаборатории. У этого Пирата определенно есть чрезвычайно оригинальные идеи! Он изобретательный человек, но я бы предпочел, чтобы у него скорее кончилось топливо в его ракетных установках! Здесь невыносимо холодно, и я не могу жертвовать значительной мощностью ради комфортной температуры. Его ракетный корабль, кажется, получает все большее и большее ускорение. А мы вынуждены держаться внизу, чтобы получать воздух и управлять генератором. Он опять уходит!

Они следовали за Пиратом держась много ниже, стараясь не отставать.

— Дик почему он не использовал все свои ракеты разом, вместо того чтобы постепенно увеличивать мощность?

— Если бы ты управлял кораблем, Мори, ты бы действовал так же. Посмотри на спидометр и попробуй понять это.

— Хм-мм… 4,5 мили в секунду… но я не понимаю, как он… Бог ты мой! Мы никогда не догоним его, еси он и дальше будет лететь с такой скоростью! Как ты собираешься поймать его?

— Понятия не имею. Но ты упустил один важный факт. Сейчас он делает 4,5 мили в секунду, когда он достигнет 5 миль в секунду, то уже не сможет сойти со своей орбиты в сто пятьдесят миль высотой. Он застрянет на орбите! У него и так уже большая центробежная сила, а вес очень небольшой. Мы находимся намного ниже него, так что нам это не грозит. Ну, вот он делает последний рывок. Мы отстаем довольно сильно, но, тем не менее, сейчас догоним — сейчас… сейчас… мы просто летим параллельно! Он сделал это! Смотрите!

Аркот снял свои часы и отпустил их. Они мгновение держались в неподвижности в воздухе, затем медленно поплыли к задней части каюты.

— Я использую небольшое ускорение, немного больше, чем необходимо для поддержания нашей скорости. Мы слишком высоко, чтобы нам мешало сопротивление воздуха, но мы по-прежнему нуждаемся в энергии. Я не уверен…

Вдруг раздался низкий звук, повторившийся дважды. Мори мгновенно обернулся на шкалу радиоприемника. Внезапно сигнал зазвучал снова. Через мгновение раздался голос — тихий, но отчетливый.

— Я Уэйд… Пират… Помогите, если можете. Можете ли вы двигаться за пределами атмосферы? Превысить орбитальную скорость и выйти из поля тяготения планеты? Я застрял на орбите и не могу сойти. Топливный датчик на нуле, я использовал все свои ракеты. У меня больше нет возможности затормозить и спуститься вниз. Сжатый воздух почти иссяк, но генератор еще работает, он запустит газ приостановки жизнедеятельности… Вы сможете добраться до меня, прежде чем наступит ночь?

— Быстрее, Мори, ответь ему, что мы сделаем это.

— Мы постараемся, Пират… Думаю, у нас получится!

— Мощность теря…

Последняя из его установок прекратила работу! Пират остался в космосе! Преследователи видели, как выстрелили последние его ракеты, мгновение заставив пылать сопла, после чего снова стало темно, и только солнце, отражающееся от серебристого корпуса судна, делало его видимым.

— Мы должны поспешить, если хотим сделать что-нибудь, прежде чем он выйдет на ночную половину! Сообщите в порт Сан-Франциско, что мы немедленно возвращаемся, и что нам нужен большой электромагнит, который сможет работать на постоянном токе порядка 500 вольт, и еще несколько энергоячеек большой емкости; сколько именно, я скажу позже, все будет зависеть от их размера, насколько хватит места. Сейчас я начну замедление, чтобы мы могли сделать разворот и вернуться. Мы где-то к западу от Гавайев, но я уверен, что у нас все получится, если мы используем все свои возможности.

Мори незамедлительно приступил к настройке станции для переговоров с аэропортом Сан-Франциско. Вскоре он установил с ними связь и сообщил о тм, что прибудет в течение часа. Работники аэропорта в свою очередь пообещали приготовить все необходимые материалы; кроме того они готовы были оказать Пирату должный прием, как только он будет доставлен.

Четвертью часа спустя корабль Аркота приземлился на большую посадочную площадку возле Сан-Франциско, и механики сразу приступили к работе. Они прикрепили огромный электромагнит к посадочным полозьям в нижней части машины. Более серьезной проблемой стало подключение электрических клемм без проделывания новых отверстий в корпусе судна. В этот раз Фуллера в поездку брать не стали, а на освободившееся место загрузили дополнительное число энергоячеек. В отсеке питания спешно установили генераторную установку, которая позволила бы управлять кораблем, при питании генераторов от батарей. Пришлось закрепить их распорками, чтобы не допустить скольжение при ускорении. Вся операция потребовала не больше пятнадцати минут.

— Как ты собираешься снять его оттуда, Аркот?

— Я попытаюсь приблизиться к нему с запада. Если бы я зашел с другой стороны, мы встретили бы его на скорости более чем 10 миль в секунду большей по отношению к его машине. Он подсказал верную идею. Он дал понять, чтобы мы подошли к нему на скорости большей орбитальной. Для начала я буду держаться только в пределах земной атмосферы, пока не доберусь до него, держась в воздухе с помощью обычного мотора. Я попытаюсь разогнаться до восьми миль в секунду. Когда мы окажемся рядом с ним, замедлимся на три мили в секунду до его скорости, чтобы соединиться. Мы должны будем добраться до него, прежде чем он попадет в тень Земли, если это случится и он зайдет на ночную половину, то окажется без тепла и умрет от холода.

— Я думаю, что мы спасем его, Дик!

— Я надеюсь на это. Запасные ячейки в порядке? Они понадобятся нам. Если они не будут функционировать, когда мы выберемся в космос, мы улетим в бесконечное пространство! Двигаясь со скоростью восемь миль в секунду мы навсегда покинем Землю!

Воздушный корабль уверенно шел к цели с максимальным ускорением, которое могли выдержать находящиеся на борту люди. Стрелка спидометра устойчиво ползла по циферблату. Спасатели поднялись на высоту в сорок миль, где все еще было достаточно воздуха, но в то же время он не слишком затруднял движение воздушного корабля. Черное небо над ними было усеяно точками сверкающих в космосе звезд. По мере того как друзья продвигались вперед, ощущение веса постепенно терялось; вскоре они достигли орбитальной скорости, и по мере того как корабль устойчиво увеличивал ее, возникло странное ощущение! Гигантская Земля плыла над ними! А под ними сияло Солнце! Верх и низ поменялись местами с потрясающей скоростью! Если раньше стрелка спидометра колебалась возле 7,8 миль в секунду, то теперь она заняла устойчивое положение!

— Разве ты не собираешься ускоряться до восьми миль в секунду, Дик?

— Сопротивление воздуха еще слишком велико! Мне придется забраться выше!

Только на высоте пятидесяти миль они достигли скорости 8,1 миль в секунду. Казалось, прошли часы, прежде чем они добрались до точки, где должна была находиться машина Пирата, и в течение некоторого времени выискивали в черном небе искомую блестящую точку. С помощью бинокля они нашли ее далеко впереди и почти на сто миль выше.

— Ну, вот мы и на месте! Сейчас я попытаюсь преодолеть эти сто миль прямым курсом следуя к цели; действие силы тяжести будет немного тормозить нас, так что мне придется использовать несколько элементов питания. Теперь у нас не будет воздуха, из которого мы получали высокую температуру для того, чтобы оказаться здесь, так что вся надежда на солнечный свет, который смогут поглотить наши генераторы, и я использую его, чтобы как можно быстрее замедлить наше движение.

Крошечная серебристая точка вырастала, пока не обрела черты пиратского планера. Спасатели приближались к нему, медленно, но неуклонно. Наконец, маленькая машина оказалась прямо под ними, всего лишь в сотне ярдов. Они давно уже были вынуждены вести корабль, используя аккумуляторные батареи, но теперь им пришлось использовать немного запасов, заменив ими вертикальные энергоблоки. Вяло поглощая солнечное тепло, машина приближалась к планеру.

Все ближе и ближе.

Наконец, уже только десять футов отделяло спасателей от судна Пирата.

— Порядок, Мори.

Они почувствовали толчок, как только весь ток временно был передан большому магниту на киле. А потом корабль аж подпрыгнул под действием магнитного импульса, притянувшего меньшую машину. В следующее мгновение маленький самолет притянуло к теперь уже выключенному магниту, он коснулся его и только собрался отскочить, как Мори снова щелкнул переключателями, и теперь обе машины были жестко сцеплены воедино!

— Я поймал его, Дик! — воскликнул Мори. — Теперь давай вниз, скорее начнем падение. Мы сможем спуститься на нем. Поскольку это планер, им должно быть легко управлять!

Теперь энергия блоков питания на поверхности машины начала замедлять оба судна, а притянутый магнитом планер позволял сгладить их движение. Спасатели наблюдали, как медленно падает скорость, поскольку поверхность летающего корабля не предназначалась для поглощения солнечного тепла напрямую, и система это действовала не очень эффективно.

Солнце опускалось все ниже за горизонт; и друзья не отрываясь наблюдали это любопытное явление, пока не почувствовали удар воздуха, достаточно плотного для того, чтобы вновь заработали энергоблоки. К машине быстро возвращалась её прежняя мощь по мере того, как она снижалась в более теплые слои атмосферы, к тому же теперь приходилось тратить значительную энергию на то, чтобы удержать планер, норовящий вырваться из магнитных объятий.

На высоте пятидесяти миль генератор заработал на полную, и сразу включились нагреватели. Этого не произошло в другой машине, но здесь спасатели были бессильны. И потому они старались как можно быстрее добраться до теплой зоны атмосферы.

— Ну, вот, я так рад, что мы вернулись в верхние слои атмосферы, Дик. Я не говорил тебе раньше, чтобы не пугать лишний раз, но батарея чуть не подвела нас! У нас оставалось не больше двадцати ампер-часов! Во время маневров я использовал практически всю её мощность. По счастью, у нас теперь нет в ней недостатка. Я знал, что ячейки маломощные, но и понятия не имел, что настолько! Я заметил, как слабеет магнит, но думал, что это было связано с усилением воздушного потока. Сейчас я зайду в пике, а потом позволю этой штуке планировать. Я верю, что она сможет нормально приземлиться, по крайней мере, на это есть шанс, и, конечно, я намерен использовать его. А пока мы не оказались в самом сердце Сибири, нам лучше возвращаться назад.

Их обратный путь лежал строго в нижних слоях атмосферы, чтобы в планере поддерживалась достаточная температура. На высоте не больше двух миль, в изобилующей турбулентностями атмосфере, медленно планируя, они двигались домой. Им потребовалось почти двадцать часов, чтобы пройти расстояние в двенадцать тысяч миль до Сан-Франциско. Они дежурили по очереди, сменяя друг друга за штурвалом. Сопротивление, создаваемое планером заставляло их двигаться не спеша, они могли преодолевать в среднем немногим больше шестисот миль в час, хотя обычная скорость воздушных кораблей на этой высоте была более тысячи двухсот миль в час.

Наконец, на горизонте появились большие небоскребы Сан-Франциско, и тысячи частных самолетов стали попадаться им навстречу. Раздраженно Аркот предупредил их, что порывы воздуха их двигателей могут оторвать планер от магнита. Вскоре, однако, Воздушная Гвардия смогла отогнать воздушные суда зевак на безопасное расстояние и освободить воздушный коридор на одном из нижних уровней городского движения.

Огромная посадочная площадка Трансконтинентальных Линий была заполнена возбужденными мужчинами и женщинами, отчаянно желавшими хотя бы мельком увидеть две невероятных вещи столетия, о которых говорила вся страна, — машину с молекулярным двигателем Аркота и самолет Пирата!

Посадка прошла благополучно под наблюденим Воздушной Гвардии. На месте спасателей и Пирата уже ждал небольшой самолет медицинской службы. Как только появился корабль Аркота, а затем неподвижно и беззвучно завис над посадочной площадкой, толпы зевак уставились на него с волнением и удивлением. Они ожидали какого-нибудь выступления Аркота, они требовали показать замечательные возможности этого корабля в действии. Экипажи Воздушной Гвардии, которые наблюдали схватку между двумя супер-машинами, уже успели раструбить об этом прессе и радио…

Две недели спустя Аркот вошел в кабинет мистера Мори-старшего.

— Вы не заняты?

— Заходи, я занят, но не настолько, чтобы не принять тебя. О чем ты хочешь поговорить?

— Об Уэйде. Пирате.

— О… кхм. Я читал отчеты о его лаборатории в Скалистых горах, а так же отчеты психиатров о нем. И, что немаловажно, я видел запросы, которые ты прислал. Ты хочешь заполучит, его для своей лаборатории. Но каково твое мнение о нем? Ты говорил с ним?

Аркот слегка нахмурился.

— Когда я говорил с ним, он будто разрывался между двумя личностями, пытающимися овладеть одним и тем же телом. Однако доктор Ридджели говорит, что проблема решится, и я ему верю. Ридджели специалист в своей области, не менее чем вы и отец в своих. Призвание Ридджели — излечивать психические раны. Мы сходимся с ним во мнении, что Пират стал безумным еще задолго до того, как мы столкнулись с ним… Мы так же согласились, что у него чрезвычайно тонкий и творческий ум. Как цивилизованная личность он, вероятно, сдвинулся на каких-то мелочах. Ридджели говорит, что это поправимо. Знаете, Ньютон испытывал неврозы в течение почти двух лет. Фарадей страдал от расстройства личности почти пять лет, но даже после этого смог восстановиться и закончить свою монументальную работу. Но эти люди не имели возможности обратиться к современным психо-медицинским методам лечения. Я думаю, мы были бы полными идиотами, если бы отказались от возможности привлечь на свою сторону Уэйда. Безумен он или нет, но он придумал способ стабилизации и хранения атомного топлива для своих ракет. Если бы он был в нормальной форме… В общем, я надеюсь, что это укрепило бы конкурентность семейного бизнеса.

Мистер Мори откинулся на спинку стула и улыбнулся Аркоту.

— У тебя есть отличная возможность. Я заберу его. Раз доктор Ридджели говорит, что у него найдутся винтики для Уэйда взамен потерянных — предложи Пирату работу в твоей лаборатории. Я немного старше тебя, но ты вырос в мире, где психо-медицинские методы по-настоящему работают. Когда я был твоего возраста, психология находилась в зачаточном состоянии, и все врачи были большими экспериментаторами. — Мистер Мори вздохнул, после чего продолжил: — В этом вопросе, я думаю, твое мнение важнее, чем мое.

— Я готов снова увидеться с Пиратом и предложить ему работу. Уверен, что он согласится. У меня также есть уверенность, что в течение шести месяцев он станет намного разумнее большинства людей… Обычный человек не понимает, на что способны современные методы лечения, и Уэйда, естественно, ожидает очень качественная перестройка. Так же как человеку, которому необходимо вылечить сломанную руку, в психиатрической больнице доктора Риджели Пирата проверят от и до, и устранят все проблемы со здоровьем. Он выйдет оттуда даже здоровее, чем прежде. Разум же Уэйда настолько гибок, что он подружился с молекулами и заговорил на их языке… После того как Ридджели научит его, как подружиться с людьми, я думаю, он станет достойным членом нашей команды!


Глава 3 | Путь черной звезды. Развилка | Глава 1