home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава V. Надвигается катастрофа

Катастрофа случилась ночью. Звезды, бесчисленные и яркие, зажигались в небе над пустыней. Это была та прекрасная южная ночь, которую все мы знаем, если не сами, то понаслышке. Звезды мягко мерцали на черном бархате небес. Каждый маленький огонек был сообщением из бесконечности. Космическое величие, разум, хаос, вечность — ночь грез. Вечером Чарли говорил о Разуме во Вселенной. В ту ночь, когда он смотрел на звезды, он был олицетворением Вселенского Разума. Безусловно, в ту ночь добрый гений взял шефство над Землей.

Дул холодный ветер. Его порывы приносили шум ближайшего поселка; смех, песни детей, мурлыканье моторов и испуганный лай собак — звуки, свидетельствующие о жизни человека и его цивилизации. С горы, на которой располагалась обсерватория, город, видневшийся вдали среди песков пустыни, казался россыпью драгоценностей. На востоке серп луны склонился над горой. Чарли шагнул к окну.

Он любовался всем этим. Утонченная красота была сродни поэзии: участок пустыни, горы, свет в восточном небе, грустные тени, сгустившиеся на севере.

На западе высились горы — черная волнистая линия на фоне звезд. Прекрасная ночь, согретая дыханием пустыни, была созвучна мечтам Хайка.

Он смотрел, как профессор спускается по тропе под акациями. Автомобиль проехал вверх по дороге. И когда он проезжал мимо, Чарли рассмотрел его стремительные формы и водителя, сидевшего в кабине. Это был один из тех великолепных роскошных автомобилей, которые в последнее десятилетие опять вошли в моду. Его двигатель мягко мурлыкал, большие тяжелые шины были покрыты пылью. Шикарная машина, судя по всему, приехала из пустыни. Вот автомобиль остановился. Без сомнения кто-то приехал за Уильямсом. Если так, то стоит пойти в обсерваторию и немножко поработать.

В строгом смысле этого слова Хайк не был астрономом. Он не стал делать астрономию своей единственной профессией. Но он знал многие вещи о звездах, которые более ортодоксальные профессора не могли себе даже представить. Чарли был мечтателем. Он имел собственное видение Вселенной, собственную систему мироздания, и у него со звездами имелся общий секрет.

Он бы не стал разглашать свои взгляды на мироустройство, хотя бы потому, что не желал лишний раз оказаться поднятым на смех в научных кругах. Истинность структуры Вселенной, открывшейся его пытливому уму, пока что невозможно было доказать математически, но если бы он и смог это сделать — все равно бы ему не поверили. Хайк ощущал Вселенную, как бурлящий океан Жизни и Разума. Разум! Разум, как цель и смысл бытия материи. Человек был его проявлением, способом самоосознания материи здесь на Земле. Вселенная была беременна Разумом, жаждала познать сама себя. Чарли посмотрел на звезды. Он вышел из кабинета Уильямса, прошел через приемную и оттуда к лестнице, которая привела его к обсерватории. Пока Чарли ожидает своего друга, у него будет достаточно времени для наблюдений. Каким-то шестым чувством он ощущал, что настало время для открытия. Он приехал в Аризону, чтобы использовать телескоп своего друга астронома. Инструмент, который Чарли использовал в своей обсерватории на горе в штате Колорадо, не давал ему тех результатов, что он ожидал. Здесь, в штате Аризона, в сухом чистом воздухе, который до сих пор всегда давал такие великолепные результаты, он надеялся найти то, что предполагал. Но даже он не ожидал обнаружить то страшное доказательство правоты своих дерзких гипотез, которое ему суждено было найти.

Это одна из самых странных частей истории. И вышло так, что он оказался здесь в тот самый момент, когда судьба и безопасность мира зависели от него. Много лет он и его старый наставник, доктор Роболд втайне работали над самыми невероятными проектами. Они оба были мечтателями. В то время, как другие издевались над их «фантастическими и необоснованными грезами», они молча готовили переворот в науке.

Мальчик с зажигательным стеклом вырос под опекой доктора Роболда. Настало время, когда он реально мог много больше, чем собирался сделать Архимед при помощи рычага. Хотя мир не знал это, Чарли Хайк достиг точки, откуда он мог буквально испепелить Землю.

Но это не входило в его планы; хотя он имел возможность, у него не было конечно, ни малейшего намерения. Он был мечтателем, и это было частью его мечты, что человек разорвет его цепи, приковывавшие его к Земле, и сможет выйти во Вселенную. Это было великим замыслом, и если бы не страшное событие, которое забрало его жизнь, он бы без сомнения достиг цели.

Хайк сел за телескоп в десять тридцать. Он взглянул на часы: в запасе было еще больше чем десять минут. Он вычислил точное время для наблюдения. Несколько месяцев он ждал этого момента. Он даже не надеялся провести наблюдения в одиночку, и теперь, когда он находился один на один с великолепным инструментом, он посчитал себя счастливым. Только звезды и Чарли Хайк знали секрет; но даже он не мог представить, что это будет означать.

Хайк достал из кармана кипу бумаг. Большинство из них были покрыты обозначениями, некоторые с рисунками, другие с цветными фотографиями высокого качества. Разложив их перед собой, молодой ученый набросал поверх изображений карандашом целую сеть пересекающихся линий. Затем последовал ряд цифр — быстрые вычисления. Он кивнул, а затем хмыкнул.

Было бы интересно наблюдать за лицом Чарли Хайка в последующие несколько минут. Сначала ученый выглядел задумчивым, спокойным и внимательным. Затем он пришел в восторг, а в итоге замер и лицо его утратило всякое выражение.

Больше пяти минут он был воплощением пристального и напряженного внимания. Все это время он мысленно витал среди звезд, созерцая, что даже не мечтал увидеть. Это было больше, чем Тайна, это было доказательством правоты Чарли Хайка. Теперь он сможет убедить миллионы людей. Но это было больше, намного больше, чем он ожидал. Когда он наконец закончил наблюдения, его лицо стало белым как мел, по лбу стекали большие капли пота, а выражение глаз превратило его в человека возрастом, как минимум, на десять лет старше.

— Боже мой! — нерешительность и чувство бессилия охватили ученого, лишь через пару минут они нашли выражение в словах: — Этот мир… Мой мир… Наше великое и великолепное человечество! — фраза была произнесена тоном, пропитанным отчаянием и безысходностью.

Затем механически он вернулся обратно к телескопу для подтверждения своих наблюдений. На этот раз, зная, что он хотел бы видеть, он не был так испуган: его разум был очищен от эмоций. Когда, наконец, он закончил работу, его лицо было исполнено решимости.

Он был человеком, который быстро соображал — спасибо звездам за это — и, как только он находил ответ, быстро переходил к действию. Угроза уничтожения разумными силами извне нависла над Землей. Если немедленно не прекратить воздействие, огромные массы вещества будут унесены с планеты в космос чужим астрокинетическим антигравитационным лучом.

Хайк мечтал о победе над гравитацией всю свою жизнь. Он никогда не думал, что кульминацией его поиска должна стать полная противоположность тому, что он надеялся отыскать. Сейчас Чарли безумно не хватало его умершего старого наставника. Если бы доктор Роболд был здесь и мог дать своему ученику совет!

Хайк схватил лист бумаги. Его побледневшее лицо было сосредоточено. Считая с быстротой молнии и точностью машины, ученый искал малейшую возможность предотвратить гибель человечества.

Всегда есть шанс, надо только уметь его найти. Хайк работал, ощущая как величайшая опасность в истории дышит ему в спину. В то время как весь мир спал, в то время как беззаботные миллионы людей наслаждались покоем уюта и безопасности, Чарли Хайк в одиночестве искал способ спасти их.

— Только один шанс на миллион.

Он принял вызов. Доля секунды — и его разум перешел от вычислений к стремительному действию. Не сказав никому ни слова, Хайк стремительно помчался по лестнице вниз. Искания и мечты, труды многих лет, вся его жизнь и уроки полученные от доктора Роболда, оказались прекрасной подготовкой к тому, что предстояло сделать.

Но ему было необходимо время. Время! Время! Почему его всегда так мало? Хайк должен был добраться до своего жилища. В шесть прыжков он добрался до офиса Уильямса.

Офис был пуст. Профессор еще не вернулся. В голове Чарли мелькнула мысль, полная мрачной иронии: «Что бы теперь профессор сказал о роли Разума в мироустройстве Вселенной?»

Добравшись до телефона и схватив трубку, Хайк вдруг заметил свет фар вдали на дороге. И как раз в этот момент ему ответили. Последовал краткий диалог.

— Здравствуйте. Профессор? Что? Пошел в город? Нет! Ну, скажите ему, это Чарли, — Хайк смотрел на автомобиль, тормозящий перед зданием. — Привет… Скажите ему, я поеду домой, домой! Домой! В Колорадо… Колорадо, да… На гору… На гору. Ох, не обращайте внимания… Я оставлю записку.

Он бросил трубку. Затем нацарапал на листе бумаги:


Ред, посмотри мои расчеты. Я возвращаюсь к себе. Нет времени, чтобы объяснять. Поймаю попутку. Оставайтесь у телескопа. Не прекращайте наблюдений. Если на Земле все полетит вверх тормашками, значит я не успел.


Помимо записки он оставил одну из карт звездного неба, в центре которой нарисовал карандашом жирный черный крест. Также на карте он набросал несколько строк своих вычислений.

Интересно отметить, что под влиянием стресса в этот критический момент он забыл о звании профессора, которое имел его старый друг. Это было хорошо. Уильямс благодаря этому смог осознать важность ситуации. В течение всей их жизни в решающие моменты он был «Редом» для Чарли.

Но странный каприз Судьбы спутал планы Чарльза. Порыв ветра из открытого окна подхватил листки бумаги, закружил их в воздухе. Из за этого мир оказался обречен некоторое время пребывать в невежестве и отчаянии.

Драгоценная карта закружилась в воздухе, словно маленький самолет, и приземлилась позади книжного шкафа.


Глава IV. Человек — фактор икс | Удивительные истории | Глава VI. Наперегонки с концом света