home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

– Как тебя зовут?

Не открывая глаз, Катя провела ладонью по груди лежавшего рядом мужчины, на ощупь нашла небритую щеку, исследовала прямой нос, высокий лоб, укололась о короткий ежик волос и окончательно проснулась. Приподнялась на локте, во все глаза разглядывая своего спасителя.

– Черт! Что ты тут делаешь?!

– Сплю! – Яр зевнул так, что едва не вывихнул челюсть, и с силой потер глаза. Поднялся и сел на кровати. – А который час?

Не дожидаясь ответа, взял со стола телефон и сам себе ответил:

– Уже полшестого утра. Ну и горазды вы спать, Катерина Пална!

– Имею право! – тут же возмутилась она. – И, кстати, право на то, чтобы спать в кровати одна, тоже имею!

– Да кто бы спорил! – хмыкнул Ярослав, подумал немного и снова завалился на кровать. Благо она была достаточно широкая, сделанная по последним технологиям.

– Стоп! Ты не ответил мне на вопрос! – Катя была непреклонна.

– На какой? – мурлыкнул спаситель, разглядывая ее таким откровенным взглядом, что у Кати от смущения тут же заныл раненый бок.

– Какого… черта… ты… тут… делаешь?! – выразительно и с удовольствием произнесла она едва ли не по слогам.

– В твоей-то палате? Сторожу тебя от твоей подружки, которая вчера чуть не довела тебя до анафилактического шока. – Ярослав приподнялся на локте, медленно скользнул взглядом по изгибам ее тела, прикрытого одеялом, и снова пристально посмотрел ей в глаза.

– Нет, я имею в виду, что ты делаешь в моей кровати. – Катя уверенно выдержала взгляд его светло-серых глаз, не обращая внимания на вспыхнувшие жаром щеки.

– Это объясняется еще легче. Сплю. К сожалению, в твоей палате больше нет свободной койки, а спать каждую ночь в кресле перебор даже для меня!

Он вдруг хитро подмигнул и серьезно поинтересовался:

– Как самочувствие?

Катя дернула плечом.

– Вполне. Шов почти не кровит. Лечащий врач сказал, что меня заштопали на славу, все заживает, а внутренние швы рассосутся сами. А еще он сказал, что выписал бы меня уже к концу этой недели, но его настораживают мои аллергические реакции. – Она вдруг усмехнулась. – Вот только, если честно, у меня давно не было аллергических реакций! Еще со школы! Помню, как однажды начала задыхаться на уроке химии, во время опытов. Но с тех пор так плохо ни разу не было. Странно, правда?

– Не то слово… – Ярослав задумчиво покусал губы и сел. – Катюш, расскажи мне о своей жизни после аварии. Ты ведь жила с тетей? Какая она была? Почему ты уехала? И если у нее все средства твоей семьи, почему ты их не заберешь?

– Зачем тебе знать? – нахмурилась Катя и сразу как-то внутренне напряглась.

– Потому что хочу помочь. – Яр улыбнулся. – Она ведь могла сделать так, чтобы ты лишилась всех накоплений, квартир, ну… что там еще тебе принадлежит?

– Нет! Что ты. Тетя была строгой и жила очень скромно. У меня, конечно, было все необходимое, но не более того. – Катя тут же встала на защиту родственницы.

– Тогда как ты стала банкротом?

Катя на мгновение замешкалась и, не глядя ему в глаза, быстро произнесла:

– Я… М-м… Так получилось. Понимаешь…

– Только не ври мне! – остановил ее Ярослав. – Если хочешь, чтобы я оберегал твою жизнь, мне нужна правда. Ты ведь и сама понимаешь, что кто-то очень хочет тебя убрать! Не из-за твоих же прекрасных глазок! И ты это хорошо осознавала еще раньше, иначе зачем говорить Нине, что ты банкрот? Почему ты жила в общаге, сама оплачивала образование и подрабатывала уборщицей? Почему искала соседку, чтобы снимать квартиру на двоих? Или у тебя действительно нет денег?

– Да! – выпалила Катя и сжала виски. – И нет! Ничего с наследством не случилось! Вот только я не стала вступать в законные права. Тетя всегда винила в случившемся меня и только меня. Жить с чувством вины в смерти близких тяжело. После выпускного я сбежала. Мы с ней в очередной раз сильно поссорились. Я решила все оставить ей и, перед тем как уйти, написала дарственную. А еще записку, в которой сообщила, что уехала в Москву к подруге поступать в институт. И попросила не искать меня.

– На самом деле ты поехала не в Москву, а в Питер. И всем говорила, что ты обычная девчонка-провинциалка?

– Я просто не хотела, чтобы со мной дружили из-за денег, которых я не заслужила. Тем более что никакого наследства у меня больше нет. Если тетя за все это время меня не нашла, значит, ей понравился мой подарок. – Катя грустно усмехнулась.

– Или нет… – Яр почесал порядком заросший подбородок.

– В смысле?.. – Девушка даже попыталась сесть. Охнула, схватилась за раненый бок, покривилась.

Яр бросился к ней, придержал за спину.

– Не надо! Лежи!

– Я больше не могу лежать! – улыбнулась она ему и вдруг нежно коснулась его щеки.

– Ну, марафон тебе бежать пока рано! – усмехнулся он, пытаясь скрыть смущение. Сгреб своей лапищей ее холодные пальчики. – Еще пару дней. Пожалуйста!

– А потом? – Она не отняла руку. Более того, второй рукой провела по его носу, по лбу, по волосам.

«Эх, как хотел вчера побриться… Еще и голову помыть надо было!» – промелькнула запоздалая мысль. Ярослав сделал над собой усилие, стараясь не разомлеть от нежных прикосновений девичьих пальчиков, которые так по-свойски исследовали его довольно потрепанную за эти дни физиономию. С трудом поднялся.

– Потом? Я тебя заберу отсюда. Может, даже завтра. А сегодня мне нужно съездить к твоей тете. Скажешь мне ее адрес?

– Зачем? – Девушка испугалась. – Не надо! Я не хочу, чтобы она знала, где я! Не хочу!

– Я и не собираюсь ничего говорить. Просто съезжу, выясню, что она знает о тебе, да и вообще. Не нравится мне все это!

– Ты о нападениях?

– Именно! – Он снял с крючка пиджак и плащ. – Зачем кому-то поджидать тебя ночью с просьбой уладить дело? Какое дело? Зачем кому-то твоя смерть, если не из-за твоего наследства?

– Но тетя ведь…

– Вот я все и узнаю. Диктуй адрес.


Оказалось, что тетя с племянницей наплевали на роскошный особняк в центре Северной столицы и поселились в небольшом городке под названием Бердск. Как тысячи в стране. Работы нет, перспектив тоже. Вот и едет молодежь в мегаполисы, оставляя такие городки вместе с их сонным, безрадостным существованием.

Ярослав потратил на дорогу три часа. Два часа на электричке, час на автобусе. Тетушкин коттедж находился за городом. Поблуждав по городку порядочное время, Ярослав наконец-то встретил возле местного магазинчика женщину с авоськами, которая знала дом Галины Свечиной и даже проводила его до забора.

– Вот только она уже год как умерла. Сердце, – напоследок сообщила эта женщина. Правда, сперва она досконально вызнала, кто такой Ярослав и зачем его занесло в их маленький городок. – А все из-за этой своей племянницы (прости господи!), которую вы ищете. Она уже давно отсюда умотала. Только сначала угробила всю свою семью, потом и тетку довела. Вот. Тут они жили!

Ярослав смерил взглядом высоченный забор из кирпича, окружавший двухэтажный коттедж. А ничего так тетя… действительно хорошо распорядилась миллионами племянницы.

– Так если она умерла… Что мне делать в пустом доме?

Он с недоумением посмотрел на женщину. Та только замахала руками.

– Идите! Там экономка с дочкой живет. Говорят, что Свечина была ее хорошая подруга. Все равно пока наследники не объявятся, ничего им не грозит. А куда им деться-то?

– Наследники это… – Ярослав сделал выразительную паузу, – ее племянница Катерина Свечина?

– Ну, а кто еще? Органы были тут. Говорят, ищут. В погибших не числится. Значится, скоро найдут.

Поблагодарив словоохотливую женщину, Ярослав нажал на пимпочку звонка и стал ждать. Почти сразу же сверху раздалось жужжание. Он вскинул голову и уставился в стеклянный глаз камеры. Даже так!

Улыбнулся и для важности достал из пиджака корочку МЧС. Щелкнул замок, и дверь открылась.

Вот что за мания у граждан? Если корочка есть – значит, открываются любые двери! Неужели не приходит в голову, что эти корочки сейчас можно купить на каждом углу?

Шагнув во двор, Яр огляделся и едва не присвистнул. Вокруг был идеально ухоженный зеленый газон. Рядом с домом стояла беседка с мангалом, скамьями и столом. В дальнем углу огромного двора находился уже закрытый на зиму бассейн.

– Добрый день. – Входная дверь распахнулась, и ему навстречу выкатилась крошечная женщина на инвалидной коляске. – Я – Маша. Гувернантка. Ну и подруга Гали. Была. Дочь за продуктами поехала. Велела мне никому не открывать, но я же вижу, вы человек порядочный. – Женщина светло улыбнулась. – Вы из полиции?

Да… Бывают же люди, которым даже ради пользы дела не хочется врать. Ярослав проглотил придуманную заранее легенду и только покачал головой.

– Нет. Из МЧС. Но я тут по личным делам. Хотел встретиться с Галиной Олеговной. Даже не знал, что она умерла. – Он помолчал. – А как она погибла?

Маша часто-часто заморгала, прогоняя непрошеные слезы, и полезла за платком.

– Долгая это история… Пойдемте лучше в дом. А то, кажется, дождь начинается. А я вас круассанами угощу. Всю жизнь хотела во Франции побывать. Не получилось. Но кухню знаю в совершенстве. Двенадцать лет поваром отработала, пока Галя не позвала ей помочь.

Ярослав вошел в дом и жадно потянул носом, наслаждаясь запахом свежей выпечки. А еще запахами трав, кофе и ванили.

В этом огромном особняке не было пусто и неуютно. Наоборот! Было такое ощущение, словно приехал в гости к горячо любимой бабушке! Хотя у него никогда не было бабушки, но… наверное, он чувствовал бы себя так же!

Он прошел вслед за Машей в небольшой уютный зал, где в камине горел огонь и потрескивали дрова. В такой дом на Рождество бы приезжать. А еще лучше – жить вместе с любимой женщиной и кучей ребятишек.

– Садитесь! – Маша указала на кресло-качалку с пледом рядом со столиком, на котором стоял большой кофейник с чашками и возвышалось целое блюдо с круассанами. – Наливайте. Кофе я только что сварила. Сахар берите.

Она подъехала с другой стороны стола и с умилением стала глядеть на гостя. Ну точь-в-точь родная бабушка!

– Так что вы хотели узнать о Гале? – снова заговорила она, когда Ярослав налил в чашки кофе и, не дожидаясь хозяйки, начал уминать угощение.

– Я бы хотел узнать все о ее смерти. Понимаете, у Галины была племянница. Катя.

– Да… Бедная девочка… – Маша снова всхлипнула. – Я говорила Гале, чтобы она ее отыскала, но та была гордячкой. Всегда твердила – раз хватило ума уехать, хватит и прожить. А не хватит – вернется!

– Я – друг Кати. – Ярослав отложил надкусанный круассан, понимая, что разговор предстоит серьезный. – И на нее сейчас идет охота. Уже три раза было совершено покушение!

– Ой, божечки! – Маша перекрестилась. – Значит, вы приехали узнать о Кате, а не о Галине?

– Я приехал узнать обо всем! – Ярослав пристально посмотрел ей в глаза. – Расскажите, как и почему умерла Галина. Она ведь не была старой!

– Ей исполнилось сорок. Всего лишь! Только сердце побаливало. – Маша помолчала, собираясь с мыслями, и принялась рассказывать. – Все дело в этих… девицах! Мошенницах! Как только миллионы брата достались Гале, так сразу стали названивать. А одна так даже в гости заявилась! Чуть больше года назад. Здравствуй, мама, вот и я! Ну, конечно, сердце у нее и не выдержало. Два месяца в коме пролежала, да так и ушла, не приходя в сознание.

– Стоп! – Яр подумал и снова налил кофе. – Какие девицы? Что за «здравствуй, мама»?

– Так будто бы дочь ее приходила. А вы не знаете?

Маша всплеснула руками и со страстью завзятой сплетницы заговорила:

– Дело в том, что, когда Гале было всего семнадцать, она влюбилась в шофера своего отца. Олег Викторович был очень влиятельный человек и эту порочную связь пресек на корню. Вот только не сразу узнал о беременности. Потом выяснилось, что Галя на четвертом месяце. Ну, отец дочь под арест. Образование на дому. Гувернантку. То есть меня. Я ведь тогда только окончила высшие поварские курсы, а устроиться на работу без практики всегда трудно, будь хоть семи пядей во лбу! Вот и пошла. Оплата хорошая. Мы с Галей сдружились. Она все мне и рассказала. А когда пришло время родить, в больницу ее не повезли. Позвали врачей. Родилась девочка. Я сама видела. Но пока Галя отдыхала, с ребенком что-то случилось. Акушерка сказала, что ребенок просто перестал дышать. Помню, как показали безжизненное тельце. Как Галя кричала, плакала…

Маша замолчала. Долго утирала слезы и вдруг зло закончила:

– И после этого хватило же наглости заявить, что она – ее дочь!

– Подождите! – Ярослав начал все понимать. – Год назад к ней пришла девушка и сказала, что она ее дочь?

– Именно! Я это сама слышала! Говорит: «Здравствуй, мама, я долго тебя искала. Я живая». А самой на вид лет восемнадцать. Накрашена вызывающе. А главное, на Галю вот ни капли не похожа!

– А описать получится? – Яр достал блокнотик. Рисовать он не умел, просто хотел все записать, чтобы потом не забыть.

– Да чего описывать? Волосы черные. Каре. Глаза, правда, светлые, но это еще ни о чем не говорит. Ярко накрашена. Нос курносый, маленький ротик, подбородок острый. Сама невысокая. Метр шестьдесят, не больше.

– Угу. Ясно. И что дальше? Галина Олеговна ей не поверила?

– Да как поверить-то? – воскликнула Маша. – Она же сама видела свою девочку мертвой. Она ее оплакала. И замуж не выходила, чтобы снова через это не проходить. Грешила на свое больное сердце. Говорила, что наследственное. А тут – нате вам!

– А потом?

– Выгнала она ее. Еще тогда охранники тут жили. Взашей вытурили. А эта бестия еще и огрызалась. Как сейчас помню! Говорит: «Ну, мамуля, ты еще пожалеешь!» Ой. – Маша покачала головой. – У здорового бы человека сердце не выдержало, после такого-то…. Ей плохо стало. Она мне только успела документы передать на дом и завещание на наследство Кати. Квартиры, счета, машины, фирма. А потом ее в больницу увезли. И все…

Маша снова всхлипнула.

– А вы точно уверены, что ребенок Галины был мертв? – Яр выпил залпом остывший кофе. Тут явно было что-то не так! – Ну… я к тому, что есть снотворные препараты и все в таком роде.

– Вы что?! – охнула Маша. – Ее отец, конечно, был строгим и властным человеком, но даже он бы не отказался от собственной внучки!

– Да… – Ярослав виновато улыбнулся и медленно поднялся. – Что-то я ляпнул, не подумав… Спасибо, что рассказали. Кате тоже нужно об этом узнать. Она считает, что тетя злится на нее из-за аварии.

– Да бог с вами! Нет, конечно! Так Катюше и передайте! Галина ее любила. Все-таки родная кровиночка.

– Кстати, я слышал, что у Гали с братом были натянутые отношения. А почему?

– С чего вы взяли? – улыбнулась Маша. – Просто Павел вместе с отцом вел семейный бизнес, а когда отца не стало, взял все в свои руки. Он был очень занятой человек, а Галя после трагедии переехала сюда. Не было у них ни времени, ни возможности для частых встреч…

– Так что, этот дом она построила не на деньги Кати? – Яру было очень стыдно спрашивать об этом у открытой и добродушной Маши, но и не спросить он тоже не мог.

– Да с чего вы взяли? – удивилась та. – Этот дом с давних пор принадлежал семье Свечиных. Раньше это было их семейное гнездо. Первый дом, который построил для своей семьи отец Гали и Павла. Потом они перебрались в Петербург, а дом так и остался. Тут и море недалеко.

– Все понятно. Спасибо, что уделили мне внимание, – попрощался с хозяйкой Ярослав и направился к выходу.

– Подождите! – Маша окликнула его, когда он уже был у двери. – Вот. Галина очень просила меня передать это Кате, если она появится. Не сочтите за труд!

– Хорошо. – Ярослав взял плотный сверток и вышел под моросящий дождь. – Не провожайте!


Глава 12 | Обряд на падающую звезду | Глава 14