home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



VI

Как случайное видео стало вирусным

Байки часто менялись в течение моей жизни, но все же за свой вел я всегда держался, каким бы убитым он ни был. Пожалуй, мою триальную жизнь можно представить в виде большой и красивой коллекции; даже мои изношенные Pashley, даже мой предэвиморский период можно считать своеобразными главами этой истории. К великому сожалению, мой Kona из Данвегана был уничтожен к тому времени, как мне исполнилось 13 (все, что у меня осталось от него, – это обломок руля), но все остальные велосипеды уцелели. Отдельные их части лежат в моей квартире в Глазго; остальные хранятся в доме моих родителей на Скае.

В свои ранние подростковые годы я был одержим желанием обзавестись великом модели Pace, таким же, на котором ездил шестикратный победитель Национального триального чемпионата Великобритании Крис Акригг. У этого байка был крутой дизайн с бокс-секцией из фрезерованных алюминиевых трубок. В школе я рисовал наброски этой модели в своем блокноте, вместо того чтобы следить за происходящим на физике. Купленный мной наконец в Bothy Bikes долгожданный Pace стал самым дорогостоящим из всех моих приобретений того времени, но, впрочем, это не удержало меня от довольно жесткой езды. Позже вел просто разломился надвое, как у меня это обычно и бывает. Сейчас он висит на стене у меня дома в Данвегане.

Pace был редкой зверюгой – его непросто было достать. Велосипед, который в то время использовал Крис, был темно-серого цвета. Он обалденно выглядел, но покупателям приходилось ждать его по 8 месяцев, потому что модель с таким дизайном выпускалась ограниченной серией. Я все же решил пропустить лучшую пору в году, ожидая свой вел и уповая на доброту своих друзей, которые не откажут поддержать меня велосипедом. Я одалживал велы у ребят со Ская и порядочно их ушатывал, так что к тому времени, как ко мне пришел мой Pace, я был по уши в долгах.

По мере того как моя езда улучшалась, байки начали терпеть особенно жестокие побои, но я особо не грузился по этому поводу. Я всегда к ним относился как к инструментам, которые я использую в своей работе, и никакая жалость, и никакое сострадание не могли помешать моему прогрессу. Так что я вовсю уничтожал вилки и колеса, особенно когда тренировал новые трюки вроде тейлвипа, предполагавшего прыжок и удар по раме, чтобы та раскрутилась. Пока рама делает 360-градусный поворот, я должен подпрыгнуть, а затем снова поставить ноги на педали. Это заковыристый маневр, и после каждой четвертой-пятой попытки мне приходилось выпрямлять заднее колесо, потому что оно как бы складывалось во время приземления. Мои перескоки также становились более дерзкими и более рисковыми. Я постоянно пытался прыгнуть на большую дистанцию на Каменистой Парковке и часто падал.

По ночам я гонял по нескольку часов. Многие из тех, кто тусовался в этих местах, были увлечены хайкингом, лыжной ездой и горными велосипедами, так что недопонимания возникали крайне редко. Да и местный люд был приятный. Они просто смотрели, как я гоняю в центре города, прыгаю по камням в темноте под проливным дождем с друзьями или сам по себе во льду и снегу. Никто не был против, в отличие от данвеганцев. Для них я был украшением Эвимора.

Я проникался все большим интересом к большой сцене. Крис Акригг оказывал на меня заметное влияние, и я упивался его статьями в Mountain Biking UK. Я обожал читать про него, потому что его стиль был до жути свежим; он был агрессивен. Крис гонял на своем Pace как на мотоцикле – особенно во время соревнований. Во время объезда препятствия большинство райдеров из соображений безопасности прыгает на своих байках между препятствиями. Но не Крис. Он двигался быстро, при этом плавно, прорываясь через маршрут без остановок. Если Крис постоянно двигался и перескакивал с одного места или объекта на другой, то Мартин Эштон запросто перепрыгивал через целые секции на своем заднем колесе. В своих видео он демонстрировал более отточенную технику – чего стоят одни его 180-градусные перескоки и 360-градусные сбросы. В Эвиморе я часто пытался подражать стилю Криса или Мартина. Когда доходило до моих собственных трюков, я говорил: «Ну, вот это я проделаю как Мартин!» Это был один из способов испытать самого себя.

Тем временем в триалах появилось несколько чумовых стилей, которые были не менее вдохновляющими. Появился движ под названием TGS (Taps, Gaps and Sidehops), в котором такие райдеры, как Нил Таннилклифф и Крэйг Ли Скотт, перескакивали и перепрыгивали громадные дистанции. TGS вырос из горного байкинга, и мне просто сносило башню от него. У меня не было ноутбука, а у тети Джин не было компьютера, так что я был немного не в курсе происходящего. Но когда я наконец увидел их, я был поражен. Они прыгали на полметра выше, чем кто-либо прежде, и перескакивали со стен на перила на переднем колесе. Нил и Крэйг подняли планку, и я был несколько удручен. Если стили Мартина и Криса казались доступными, то эти ребята были гораздо выше. И тем не менее я пытался подражать им, хотя и не достигал в этом особого успеха.

Что до работы, то в Bothy Bikes у меня был оклад подмастерья, но низкая зарплата меня не пугала, потому что я жил в хостеле тети Джин и ел по-королевски: в меню были красная рыба, стейки, печеный картофель и большая лазанья из морепродуктов. Готовили там просто легендарно. К счастью, весь этот сверхпитательный обед сжигался за 11-мильный путь до работы на велосипеде. Я получал максимум удовольствия от такого по-настоящему выгодного места, как Bothy. Мне посчастливилось работать над топовыми байками, общаясь с такими же двинутыми, как и я, покупателями. Я покупал детали и велосипеды по рыночной цене, и вскоре меня осенило: мне светит победа. Не работай я там, мне пришлось бы скопить огромную сумму, чтобы позволить себе то, что я мог просто забрать из магазина.

Да и обстановка там была что надо. Bothy Bikes переехал из хай-стрит Эвимора и теперь находился посреди национального парка, так что в него постоянно заглядывало огромное количество народа – от детей до профессиональных райдеров. По большей части он специализировался на топовых горных байках, таких как Santa Cruz, Scott и Kona, хотя значительная доля прибыли также приходилась на велопрокат для туристов, желающих исследовать парк. Если у вас была тяга к райдерству, то это место было как раз то что надо. Новый магазин был стилизован под шотландский лесной домик, один из тех, которые обычно используют для укрытия в непогоду или для хранения вещей и часто оставляют открытыми для всеобщего пользования. Он находился у дороги, скрытый в лесу, словно хижина из какой-нибудь сказки. Когда выпадал снег – а здесь зимой его было особенно много, – магазин выглядел так, словно сошел с рождественской открытки.

Для меня не было лучшего места работы, чем Bothy, потому что там я мог гонять сколько угодно (то есть когда я не работал в магазине, слушая Mercury Rev и Rage Against The Machine), а день мой обычно начинался с поездки до магазина на моем триальном велике. Часто я появлялся на месте первым. Во время ленча я делал еще один 55-минутный заезд, в оставшиеся до конца перерыва несколько минут бросал в себя сандвич и возвращался на место. Над магазином возвышался большой холм Крэйгеллечи. Если я был достаточно проворен, я успевал добраться до самой вершины, а затем сорваться вниз по крутейшей тропе; часто я проделывал это на демонстрационном горном веле, который брал в Bothy. Иногда я катался с Марком, который тоже работал там. После работы я несколько часов зависал на Каменистой Парковке с моим триальным велом, а после проезжал 11 миль до дома. Я, наверное, был в прекрасной форме.

У меня не было мыслей вроде: «О, я хочу когда-нибудь стать профессиональным райдером». Никогда не было таких идей. Когда друзья предлагали мне написать письмо производителям горных байков с просьбой о спонсорстве и бесплатном снаряжении, я всегда уклонялся. Конечно, это можно было запросто устроить, ведь у меня уже было какое-никакое портфолио. Но я морщился от одной лишь мысли о вымаливании каких-то подачек, да и, если честно, я не верил, что это может к чему-нибудь привести. К тому же я видел, как люди пытались провернуть это в Bothy: молодые райдеры лезли из кожи вон ради бесплатного оборудования, предлагая делать магазину рекламу своими выступлениями на велосипеде или в одежде с логотипами компании. Мне такое не вкатывало. Я всегда верил, что если ты в чем-то достаточно хорош, то нужные люди в конце концов заметят тебя. Да я и так жил идеально. По закупочным ценам.

В 2005 году вирусные видео едва начинали появляться. MySpace пока ничего толкового собой не представлял; мысль о том, что независимые коллективы могут получить предложение от крупных звукозаписывающих компаний, опубликовав в Сети свои домашние записи, как случилось с Лили Аллен и Arctic Monkeys, все еще казалась нереальной. Ни один из топовых горных райдеров, ни один биэмиксер тогда тоже не осознавал важность соцмедиа, да и YouTube, Twitter и подобные им сайты не были еще столь влиятельны, сколь сегодня. Для нас Интернет был дремучим лесом.

Когда мой товарищ Нэш Мэссон предложил мне сделать эвиморское трюковое видео, я ничего особенного в этом не находил. Я полагал, что видос получится угарный. Я уже делал несколько видео про Донни и Джейми, но никогда не думал о том, что они могут выйти за пределы личной коллекции. Мне просто нравилось делать видео, так что я отправился в Инвернесс и купил там камеру за 300 фунтов, а потом Нэш занялся съемкой. Я даже не знал, делал ли он когда-нибудь видео, но он казался заинтересованным.

Как-то мы целый день уделили документированию моего райдинга в Эвиморе. Я прыгал на кое-какие серебристые ограждения у местного супермаркета, а затем вилял в Каменистой Парковке. Неподалеку находился паб под названием Mambo’s, у которого был интересный спуск с урной в конце. Я мог коснуться ее шиной и потом отскочить назад, приземляя заднее колесо в состоянии заднего мэнюала (не опуская при этом переднее). Это была езда на заднем колесе задом наперед, только сильно усложненная. Я скакал по камням и перепрыгивал маленькую речку, протекавшую через город.

Ранее в том же году мы с Нэшем пробрались в Санта-Клаус Ленд, заброшенный парк развлечений в Эвиморе, который предполагалось в скором времени снести, и совершили набег на игровую зону, чтобы заполучить набитые пеной мешки. Нашим планом было навалить эти маты у земляного трамплина, который мы построили поблизости. Имея безопасную область для приземления, мы смогли впервые опробовать флипы. Каждый раз, отправляясь прыгать, мы расстилали мешки, чтобы смягчить падение. Первые мои попытки бэкфлипов были ужасны. Когда я приземлялся, колеса увязали в пене, что могло привести к не очень комфортным посадкам – из-за отдачи большая часть тела врезалась в велосипед.

Я быстро перешел на передние флипы, что стало большим прорывом. Если рядом с райдером нет скейт-парка с такими мешками или каким-нибудь подобным смягчителем ударов, то ему будет трудно найти какое-нибудь безопасное место, где можно практиковать этот стиль прыжков. К счастью, наша самодельная рампа являлась именно таким местом, и, к своему удивлению, после пары попыток я понял, что мы с моим байком можем запросто управляться с флипами. Впервые я оказался на двух колесах вверх ногами, и это было круто. На землю я, конечно, не падал, но все же освоил азы техники флипа. Мы засняли ряд попыток для нашего самопального видео, лучшие из них мы сохранили на память камеры.

Я не думал загружать свои видео на MySpace или YouTube – самые популярные соцсети того времени. Клипы Нэша были исключительно для личного просмотра в кругу друзей, просто куча рандомных трюков без какого-либо порядка или объединяющей идеи. Мне кажется, эти видео целый год пролежали у меня на камере, пока до них не добрался Донни, когда я приехал на Скай на Рождество 2006 года.

Он посмотрел, как я выполняю всякие трюки и влетаю в мешки из Санта-Клаус Ленда, и был сильно впечатлен.

«Дай камеру, Дэниел, я залью это», – сказал он.

«То есть?» – спросил я. Я не совсем понимал его. В интернет-делах я вообще не шарил.

«Просто дай нам камеру, – ответил он. – Мой брат Гордон смонтирует трюки, и мы выложим это в Сеть. Мы сделаем небольшой клип и загрузим его на YouTube».

Я согласился. Наш первый клип мы назвали TartyBikes в честь интернет-магазина, продавшего мне несколько деталей со скидкой. Вскоре я совсем забыл о нем. Когда я в следующий раз включил компьютер, у видео было 250 000 просмотров. Кроме того, оно разошлось по всяким сайтам вроде Trials Forum, но тогда я не был в курсе всего происходящего. Так как у меня дома не было ноутбука или компьютера, я проверял просмотры у друга дома. Каждый раз, залогинившись, я приходил в шок от результатов; особенно меня вынесло после того, как мое видео посмотрел миллион человек. Поначалу мне это казалось забавным, какой-то легкой шуткой, не более того. Я никогда не думал, что видео о том, как я гоняю по парковке, снятое на простенькую камеру, может представлять собой что-нибудь серьезное.

Ох, знал бы только я тогда, что будет дальше…


Парковка супермаркета, Эвимор | Жизнеутверждающая книга о том, как делать только то, что хочется, и богатеть | Триальная трасса, Эйберфелди