home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



XIII

Concrete Circus

Как-то мы с Дэйвом снимали что-то в Эдинбурге, когда вдруг мимо нас промчался автобус. Я не помню точно, где мы в тот момент находились и что именно я делал, но я не могу забыть то впечатление, которое он на меня произвел, – на автобусе было изображено мое лицо. Это был кадр из той рекламы S.i.Jobs, в которой я снимался несколькими месяцами ранее. Теперь на каждом автобусе города красовался я, одетый в костюм и выполняющий тейлвип на своем Inspired. Я был в шоке.

Что это вообще такое?

Слава никогда не привлекала меня. Я не гонялся за ней, но если райдеры видели, что я делал, и им это нравилось, то это мне нравилось. Что до коммерческой стороны, в этом я руководствовался жестким психологическим барометром. С каждым новым предложением я мысленно возвращался к более молодой версии себя, тому, кто только начинал свою карьеру в MacDonald Cycles. Если эта версия оценивала то, что я делаю, как что-то путное, то я мог быть уверен, что все хорошо, все как надо. Если она относилась как-то иначе, то я говорил Тареку, чтоб он не заморачивался.

Мне поступали разные безумные предложения. Во время съемок Way Back Home меня попросили поработать в качестве двойника-каскадера в голливудском боевике «Срочная доставка», в котором играл Джозеф Гордон-Левитт, ранее снявшийся в фильме про Бэтмена (спойлер: в «Срочной доставке» явно чувствуется дань почтения Робину). Поначалу я был не особо расположен к этому. Велосипед, который я должен был использовать, не был триальным: Гордон-Левитт, роль двойника которого мне предлагалось исполнить, играл велосипедиста-курьера, за которым по городу гоняется продажный коп. Курьеры преимущественно использовали велосипеды с фиксированной передачей и катали в редком, но становившемся все популярнее стиле, с которым я не хотел иметь ничего общего. Вместо себя я предложил нескольких своих знакомых, которые гораздо больше подходили для этой работы, чем я. Продюсеров, однако, это не заинтересовало. Позже они пообещали изменить сценарий так, чтобы я мог использовать свой Inspired, и я влился. После всех моих передряг с констеблем Кармайклом в Данвегане я должен был легко войти в эту роль. Я вылетел в Нью-Йорк, где снимался фильм.

Опыт в большом кино у меня, разумеется, отсутствовал. К счастью, про Джозефа Гордон-Левитта нельзя было сказать, что он зазвездился. Вообще говоря, он оказался прямо-таки кайфовым парнем. Да и трюки, которые я должен был исполнить, были много проще, чем полеты с замковых бойниц. Мне предстояло гонять меж припаркованных автомобилей и пластиковых дорожных ограждений, а также сделать 360-градусный прыжок с выступа. По сравнению с напрягом на островах Разей и Скай эта задача казалась сверхпростой.


Я избегал работы на телевидении, потому что райдинг там обычно изображается в неверном свете. Когда мы с Дэйвом создавали Inspired Bicycles и Way Back Home, мы больше внимания уделяли стилю и трюкам, нежели драме. В телевизионных документальных фильмах стереотипное изображение велосипедизма – байкер, летящий по небу; телевизор редко передает то, насколько сложной может быть трюковая езда.

Потому я не проявил особого интереса, когда телеканал Channel 4 в 2011 году предложил мне принять участие в программе под названием Concrete Circus. Однако, поговорив с продюсером и режиссером Майком Кристи, я передумал. Concrete Circus обещал быть чем-то новым, ни на что не похожим; в нем предполагалось задействовать райдеров, каждый из которых прославился через вирусные видео. Среди тех, кого привлек Майк, были скейтер-фристайлер Килиан Мартин и биэмиксер-флэтлендер Килан Филлипс. Еще он сумел вовлечь в свой проект пару паркурщиков, называющих себя Blue, и Фила Дойля из лондонской команды Storm Freerun. Райдерам предоставили почти полную творческую свободу – фактически именно мы отвечали за креативную часть, а не Channel 4. По сути, мне предложили снять видео на деньги телеканала, и эта идея показалась мне годной.

Когда я сказал Майку, что согласен, первой моей мыслью было вновь скооперироваться с Дэйвом Соверби. У нас за плечами были потрясающие вещи. Но существовало одно но. С фильмом Way Back Home я просто выжег Дэйва. Полностью. Процесс проходил непросто, и хотя Дэйв оставался на всем его протяжении предельно терпеливым, это не отменяло зубодробительности всего происходившего. Не могу точно сказать, сколько дней мы провели в дороге, но он неотлучно находился рядом со мной все то время, что мы разъезжали по стране, снимая и гоняя. Кроме того, Дэйва совершенно не прельщала идея сотрудничества с мэйнстримной телекомпанией.

Тогда-то я и подумал о Стю Томсоне, бывшем чемпионе мира по горным байкам. Мы с ним были на короткой ноге; я знал, что он замечательный режиссер, несмотря на то что он только начинал свою карьеру на этом поприще. После того как травма лодыжки положила конец его членству в даунхилльной сцене, он основал компанию под названием MTB Cut. Интернет тогда только начинал набирать обороты, но Стю тем не менее достиг некоторого успеха, загружая в Сеть ежедневные видеоотчеты о чемпионате мира по маунтинбайкам. Он загружал клипы сразу же, как только заканчивал их редактировать, что было довольно ново в этой сфере. А еще он очень креативен. У него есть, так сказать, особое режиссерское чутье, и очень скоро эпичные кинематографичные видео стали его фишкой.

Я подумал, что снимать с ним должно быть весело. Единственной проблемой стал дедлайн. Из-за того, что график у нас обоих был довольно насыщенный, даже для начала работы было трудно выкроить время. Когда мы наконец освободились, все остальные участники проекта уже завершили свои части, и Килиан Мартин приехал к нам на Скай. Это было нереально. До сих пор я видел его только на мониторе. Когда я в Нью-Йорке занимался «Срочной доставкой», кто-то прислал мне электронное письмо с одним из его видео, и меня просто вынесло с этого. Килиан был потрясающ; у него очень плавный стиль, и на скейте он поистине грациозен. Он отлично смешивал олдскульный стиль, флэтленд-райдинг и большие нью-скульные трюки. Он плывет на гребне своей собственной волны.

Встреча с ним, однако, оказала давление. Дедлайн угрожающе висел над нами и никуда не девался, а мы со Стю еще даже с локацией не определились. Идей у меня совсем не было, мысленно я просканировал почти всю Шотландию – мне не составляло труда сделать это, ведь я исследовал страну на протяжении нескольких месяцев во время создания Way Back Home. Ничего из того, что мне предлагали, не казалось мне сколько-нибудь оригинальным или интересным.

«Блин, куда ехать-то, Стю? – бурчал я. – В Шотландии не так много мест, в которых я не был…»

Стю проявил инициативу. Ему пришла идея начать с заброшенного здания в каком-нибудь атмосферном месте, опустошенном и запущенном. Мы часами прочесывали Google в поисках достойной локации и одним дождливым днем таки набрели на то, что искали: Dunaskin Ironworks, завод, пустующий с 1988 года. На фотографиях он выглядел потрясающе. Его экстерьер идеально дополняли два громадных дымохода, фасады с поблекшими кирпичными рисунками и две пары ржавеющих ворот. На территории были осыпающиеся стены, отлично подходившие для прыжков, рельсы, по которым хорошо было скакать, и брошенные поезда, по которым интересно было бы карабкаться.

При ближайшем рассмотрении стало ясно, что это идеальное место для съемки. Все было побито ржавчиной – лестницы, рельсы и поезда. В нашем распоряжении было 2 гектара земли, покрытых заброшенными зданиями и старыми печами, использовавшимися для плавления железа; там же находились подстанция и старое депо с несколькими паровозами и покинутыми путями, по которым ничего не ездило.

Так как работа сконцентрировалась в довольно замкнутой области, мы смогли сколотить сюжетец. Опустелые здания сообщили нам чувство отрешенности. У нас была тематика, и мы планировали выжать из этого места все, что только можно. Мы все отсняли за шесть полных дней, а свою работу назвали Industrial Revolutions в честь локации.

Обычно по завершении съемок начинается разгоряченная дискуссия о саундтреке, основывающаяся на моем длинном мысленном списке групп и композиций. Но в случае с Industrial Revolutions все было с точностью до наоборот. У Стю имелся контракт с лейблом Universal. Проблем с лицензированием у нас не возникло, возможно, благодаря тому, что наш проект собиралось показывать местное телевидение. Нам прислали несколько треков еще до того, как мы начали работать над видео, и разрешили делать с ними что угодно.

Среди них оказался сингл английского исполнителя Бена Ховарда The Wolves; эта музыка, казалось, подходила ко всему, что мы делали. Даже текст соответствовал моему райдингу, особенно когда Бен пел: Falling from high places, falling through lost spaces[6]. Еще до того, как все закончить, мы знали – все идеально сходится; как ни странно, эта мысль помогала всему процессу. Стю открывал двери своего фургона и расставлял колонки. Когда я ездил по поездам или перескакивал с одного рельса на другой, он включал The Wolves на полную. Часто я подгонял свою езду под определенную часть текста или гитарный рифф.

Я не возлагал больших надежд на нашу работу, может быть, потому что это все делалось для телешоу; да и закончили мы наш фильм всего за шесть дней – для меня это был крохотный временной промежуток. Еще одной причиной можно считать то, что съемка прошла в значительной степени безболезненно по сравнению с тем же Way Back Home. В любом случае я не ждал от Industrial Revolutions такого взрыва, который произвел, например, Inspired Bicycles, хотя мы и записали некоторые крутые трюки «на один раз»: к примеру, я сумел проехать по одному узкому кабелю, оставленному между двумя брошенными поездами.

И все же именно эти линии захватили умы публики. Увидев шоу в августе 2011 года, моторейсер Гай Мартин прямо-таки кричал о нем в своем Twitter. Тем временем народ обсуждал документалку Concrete Circus, в которой были офигенные части с Килианом, командой Storm Freerun и Киланом. Мне понравилось. Он стал одним из моих любимых фильмов. Телевизионная слава как таковая меня вообще не интересовала, однако публичность обеспечивала меня возможностями создать больше фильмов. Поднимать престижность своей персоны я не стремился. Мое лицо и так было почти на всех автобусах Эдинбурга, этого моему самолюбию было более чем достаточно.


За хорошими новостями последовали плохие.

Моя левая нога была в неважном состоянии, и я никак не мог догнать, что же я с ней сотворил. Большую часть Industrial Revolutions я едва мог нормально ходить, и суставы в моем колене себя как-то странно вели. Шесть дней я кое-как проковылял, закидываясь обезболивающими, чтобы как-нибудь дотянуть до конца съемок.

Но как только я получил возможность передохнуть, я отодвинул заботу о своем повреждении в сторону. Интенсивность боли вроде снизилась, что стало для меня большим облегчением, ведь вскоре мне предстояло принять участие в уличном видео под названием Strength in Numbers вместе с очень крутыми райдерами Ги Афертоном, Уэйдом Симмонсом и Энтони Мессером. После досконального восьмимесячного изучения шотландской глубинки мне не терпелось сняться в более урбанистической обстановке. Фильм делали Anthill Films, одни из лучших фильммейкеров в нашей сфере; каждому участнику Strength in Numbers выделили индивидуальную секцию, что считалось очень крутым. Такое видео могло вытащить меня за пределы YouTube и еще прочнее утвердить мое имя в мире маунтинбайкеров. Я катал бок о бок с лучшими из лучших, причем в показательном видео.

Воодушевление быстро сменилось фрустрацией. Я отставил восемь недель работы в Канаде и после двух недель изучения локаций все еще чувствовал себя бесполезным. Нога подводила меня. Я не мог понять почему; когда я попытался спрыгнуть с бревна в парке Стэнли, красивом месте в центре города, она громко заявила о себе. Я упал, нога оказалась на гусином помете и поскользила дальше. Я чувствовал, как мышцы вокруг моего колена рвутся и растягиваются, врезаясь в мой мениск. Я был в агонии, не мог ни ходить, ни гонять, и даже шестинедельный восстановительный период в Ванкувере не залечил рану.

После года продуктивности я вновь выбыл из игры. Передо мной лежало столько возможностей, столько шансов исследовать различные локации и испробовать новые трюки – и вот я вновь погряз в рутине ранений, которые, кажется, следовали за каждым видео. Это сильно выбило меня из колеи; ситуация усугублялась тем, что Red Bull хотели от меня еще одно вирусное видео. Что-то обязано было измениться. Я должен был как можно скорее вырваться из возникшего порочного круга. Пора было отдаться на милость медицине.


Внутренняя парковка, Нью-Йорк | Жизнеутверждающая книга о том, как делать только то, что хочется, и богатеть | Транспортный музей Глазго