home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Эдо, Стефан

Эдо конечно знал Стефана; ну то есть как – знал, несколько раз видел у Тони. И слышал о нем немало, хотя на самом деле, если считать только факты, конкретную информацию, почти ничего. Зато намеков и интригующих недомолвок на десяток мистических детективов хватило бы, скажем спасибо Каре за ее повествовательный дар. При этом с виду тот был обескураживающе, почти пугающе обычный, полгорода таких невнятных мужиков средних лет, среднего роста и среднего же сложения, светло-русых и сероглазых, одетых в зависимости от сезона, но всегда примерно «как все», встретишь на улице и не узнаешь, – думал Эдо, деликатно, исподтишка разглядывая засевшего в кресле с бокалом пива начальника местной Граничной полиции. Однако узнал. Причем еще до того, как увидел, потому что Стефан подошел к нему сзади и – не остановил, а слегка придержал, по-свойски ухватив под локоть. Эдо как током шарахнуло, только не мучительно, а приятно, окружающий мир заиграл новыми красками, то есть натурально пошел какими-то радужными пузырями; вот тогда-то он Стефана и узнал, мгновенно и безошибочно, хотя опыта вроде бы не было, прежде тот никогда к нему не подкрадывался и не хватал.

– Привет, – сказал Стефан. – У меня к тебе два вопроса. Первый: ты что творишь?

– Да много чего, – честно признался Эдо. – Но вряд ли по вашей части. Плотоядных демонов на дом не вызываю, души у населения не скупаю, шабашей не устраиваю, секты не собираю, даже в кошмарных снах никому вроде не снюсь. Скучно живу.

– Да я про художника, которого сперва Эта Сторона забрала с концами, а потом ты зачем-то обратно сюда приволок, – объяснил Стефан. – А шабаши мне как раз спать не особо мешают, я на отшибе живу. И чужие души не моя забота, скупай на здоровье, если деньги некуда девать.

– Спасибо, буду иметь в виду, – поблагодарил его Эдо. – А что касается Зорана, который художник, я, к сожалению, ничего особенного с ним не творил. Оно само натворилось. На заказ, если что, повторить при всем желании не сумею, я это имею в виду.

– Да уж догадываюсь, – ухмыльнулся начальник Граничной полиции города Вильнюса. – Но по долгу службы обязан провести профилактическую беседу с начинающим правонарушителем в твоем лице. В связи с этим второй вопрос: пиво будешь? Или днем ничего крепче кофе не пьешь?

– Иногда пью, – признался Эдо. – В критических ситуациях. Будем считать, это и есть она.

– Критическая ситуация – мое второе имя, – подтвердил Стефан.

А первое, вероятно, Всему Трындец, – подумал Эдо, обнаружив, что уже сидит в полутемном баре, когда войти-то успели? Но вслух сказал:

– Вот вы тут главное мистическое начальство, а в барах при этом нельзя курить. Как допустили? Куда смотрели? Околдуйте их как-нибудь, а? А то задолбали уже нелепые ограничения, сил моих нет.

– Да моих тоже, – признался Стефан. – Сам зол как черт. Но это не моя юрисдикция. На обычное человеческое законодательство я не имею права влиять. Типа свобода воли так у них проявляется: выбирать себе такое правительство, чтобы максимально портило жизнь, а потом страдать и ругаться, но не пытаться ничего изменить. Но есть и хорошие новости: в этом баре веранду с лета не разобрали. И погода отличная. Можно пойти во двор под навес.


«Отличная погода» в декабре в Вильнюсе выглядит так: плюс пять, мелкий дождь. Но когда сидишь во дворе под тентом, накинув на плечи поверх зимней куртки яркий зеленый плед, трудно всерьез на нее сетовать. Хорошая, мягкая в этом году зима.

– Это из-за попугаев, – сказал Стефан.

– Что – из-за попугаев?!

– Тепло из-за попугаев, – объяснил тот. – Осенью в городе внезапно завелись попугаи. Несколько штук. Сам понятия не имею, откуда они взялись. Скорее всего, просто из клетки удрали и теперь привольно в наших райских кущах живут. Не в Старом городе, а в спальном районе за рекой. Их там уже многие видели, фотографий полный фейсбук. Попугай птица южная, нежная. И Нёхиси их жалеет. Говорит, куда им мороз, пропадут. А как Нёхиси решил, такая погода и будет. Север это теперь новый юг! Так чего доброго наши холмы покроются зарослями тутовника. А на речных берегах буйно заколосится инжир.

Ухмыльнулся, отхлебнул пива, с явным удовольствием закурил. Сказал:

– Не серчай, что я сразу на «ты». Я со всеми на «ты». Мне иначе нельзя. У меня, понимаешь, слова имеют огромную силу. Слишком долго шаманом был. Чего доброго, обращусь к человеку на «вы», и его станет – ладно бы, двое – семеро. Или три тысячи. Или миллион девятьсот восемнадцать. «Вы» означает «больше одного», сколько именно, остается на усмотрение Небесной Канцелярии, а у них там чувство юмора хуже моего. И куда потом, скажи на милость, всю эту ораву девать?

Эдо присвистнул.

– Миллион девятьсот восемнадцать? Серьезно?

– Честно? Не знаю, потому что пока не пробовал. Но, по идее, может. Еще и не такое от моих слов случалось. Лучше не рисковать.

– Да уж, – вздохнул Эдо. – Я, главное, в первый момент подумал: круто, хочу двойника, как у Тони! Но миллион это ужас, конечно. Миллион меня!

– Вот именно, – подтвердил Стефан. – Лично я бы и от семерых на край света сбежал. Твое слово пока не такой сокрушительной силы, но тренироваться следует загодя. Так что давай, тоже переходи на «ты».

– Ладно, – сказал Эдо, – попробую. Наверное, буду путаться, вы поправляйте… ты поправляй. У меня, я заметил, смешно получается: на Этой Стороне перехожу на «ты» практически сразу, а здесь почему-то с трудом.

– Ну вот, тренируйся, – повторил Стефан. – После меня тебе все станет нипочем. Будем считать это штрафом за безответственное хулиганское поведение. Исправительные работы как есть.

– Шикарный штраф. А если я еще чего-нибудь натворю, придется учиться тебе хамить?

– И пить со мной пиво. На этом этапе обычно перевоспитываются самые упертые рецидивисты. Но, слава богу, не все. А то моя жизнь была бы пуста и печальна; ладно, предположим, не вся целиком, а только та ее исчезающе малая часть, где я бездельник и экстраверт.

Эдо слушал его краем уха, потому что двор и улица за забором, короче, весь видимый мир внезапно стал зыбким, текучим, переливающимся, окутанным почти невидимой сияющей паутиной, которая явственно связывала все со всем. Это зрелище делало его почти непристойно счастливым. Хотелось взлететь, хохотать и рыдать.

На самом деле нечто подобное с ним уже случалось. Но всего пару раз и в совершенно особенных состояниях, больше похожих на обморочную паузу между сном и явью, чем на обычную разумную жизнь. Уж точно не в баре посреди интересного разговора. Раньше в такие моменты он всегда был один и не заботился о том, как выглядит. И слушать никого было не надо. И пытаться понять. Впрочем, ладно. Стефан на своем веку чего только не навидался, – думал Эдо. – Если я сейчас действительно засмеюсь и заплачу от счастья, он и бровью не поведет.


– Вот поэтому со мной надо пить пиво, – заметил Стефан.

Эдо словно бы откуда-то издалека услышал свой голос, который спросил:

– Поэтому – почему?

– Потому что рядом со мной с людьми начинают твориться странные вещи. Ты еще, можно сказать, легко отделался. Сидишь и смотришь, как колеблются линии мира. Это зрелище приятно, в высшей степени поучительно, и его довольно легко пережить. А некоторые начинают всюду видеть чудовищ, которые, будем честны, вполне объективно есть, но выглядят, мягко говоря, непривычно. Еще бывает, вспоминают свои прошлые жизни и смерти, слышат невесть откуда доносящиеся голоса, собственными глазами видят, как течет поток времени, а от этого зрелища даже самого крепкого человека с непривычки тошнит. Да чего только не бывает. Короче говоря, со мной не соскучишься. Я полезный, но довольно невыносимый на первых порах. А пиво помогает, что называется, заземлиться. То есть слегка отупеть.

– О. Спасибо за подсказку, – сказал Эдо и залпом выпил почти полбокала. Но сияющие волокна никуда не делись. Не без некоторого злорадства он констатировал: – Не помогло.

– Через пару минут поможет, – флегматично ответил Стефан. – Это же не пуля, а просто пиво. Ему нужно время, чтобы попасть из желудка в кровь. Но тебе, как я понимаю, не особенно трудно терпеть.

– Трудно, – признался Эдо. – Слишком острое счастье. К такому я не привык.

– Ничего, привыкнешь, – утешил его Стефан. – К хорошему привыкнуть легко. Сам не заметишь, как иначе жить уже не захочется. И тогда начнется самое интересное.

– Самое интересное? Что?

– Охота за этим счастьем. За движением линий мира. За всем, что не может с тобой случиться, но все равно иногда случается. За чудом – тем, что в твоем понимании чудо. И за своей настоящей судьбой.

– А эта, что ли, не настоящая? – опешил Эдо. – Контрафакт?

Стефан одобрительно рассмеялся. Заверил его:

– Вполне настоящая. Просто не вся видна. Любая судьба в этом смысле похожа на айсберг, на виду только верхушка. А чтобы увидеть все целиком, надо научиться нырять. Ты, собственно, уже учишься, да так, что брызги летят. И щепки. И ты сам летишь кверх тормашками, роняя все, что окажется на пути. Причем то, что ты уронил, не падает, а тоже летит. И вот это мне особенно нравится. Легкая у тебя рука!

Слышать все это от начальника Граничной полиции, который сам – легенда и миф, было чертовски приятно. Но пока Эдо слушал, сияние мира как-то незаметно угасло. И движение остановилось. Пиво подействовало, как и было предсказано. Хмеля он не почувствовал, зато вокруг снова был нормальный привычный, удобный для жизни мир. Эдо вроде сам хотел, чтобы все встало на место, но теперь огорчился. Какое-то это место было не то.

– Говорю же, не заметишь, как иначе уже не захочется, – усмехнулся Стефан. – И не надо тебе иначе. Собственно, и не будет. Нет у тебя больше пути назад. Поэтому запиши-ка мой телефон. И звони, не стесняйся. Если будут вопросы и если, что хуже, их слишком долго не будет. И если соскучишься по линиям мира, потому что давно их не видел. И без всякого повода, просто так. Короче, как взбредет в голову. В любое время. Когда мне некстати, до меня хрен дозвонишься. Но ты везучий. Готов спорить, будешь иногда меня заставать.


12.  Зеленый дождь | Тяжелый свет Куртейна. Зеленый. Том 2 | Эва, Сабина