home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Жюль Деге беспокоится о будущем спасенной им девушки. — Встреча с Мишелем Рондо. — Что случилось со старым Жозефом?

Проснувшись на следующее утро, доктор Тюрпен отправился к месье Дорбею. В этот же ранний час, встав с постели, Жюль Деге решил навестить своего друга Мишеля Рандо.

У молодого человека нашлось немало причин для беспокойства, и ему еле-еле удавалось держать себя в руках. Надо было спешить. Во-первых, он хотел убедиться, что его друг Мишель Рандо остался вчера цел и невредим. Во-вторых, он собирался отдать последний долг старику Жозефу, ибо видел, как тот поднимался на колокольню, и не сомневался, что его уже нет в живых. В-третьих, поскольку Жюль считал Жозефа мертвым, то пора было вскрыть таинственный конверт. И, в-четвертых, последняя забота, хотя наш герой и не отдавал себе в том отчета, отодвигала на второй план все остальные: мысль о спасенной девушке неотступно преследовала его.

Как это часто бывает с влюбленными, Деге чувствовал себя и счастливым и несчастным одновременно. Его поразила красота Анны, но о ком же тогда говорил, кого пророчил ему Жозеф? Да и откуда старый звонарь мог знать будущее? Не тронулся ли он, часом, так доверяя старику? Между тем Жюль все время видел перед глазами прекрасное лицо незнакомки. Куда бы он ни заглянул, на каком бы предмете ни остановил взгляд, все виделось в тумане, как бы сквозь мерцающий портрет девушки.

Жюль не был человеком независимого ума и не обладал достаточной способностью к трезвому рассуждению. Попробуйте уравновесить чаши весов, когда на них неодинаковый груз. Ничего не выйдет, ведь так? То же самое происходило и с молодым человеком; думы о юной красавице занимали его куда больше, чем все остальные.

Жюль силился воскресить в памяти недавние события, вспомнил безжизненное тело в его руках и желание, во что бы то ни стало спасти, вынести несчастную из толпы. Ему нравилось вспоминать о трудностях, усталости, опасностях пополам с надеждой, и как-то незаметно, само собой получилось, что он начал преувеличивать эти опасности и то, с какой самоотверженностью, с каким мужеством он им противостоял, чтобы вынести из церкви драгоценную ношу. Еще немного — и Жюль почувствовал бы себя героем. Но простим юноше. Он так любил незнакомку, что она стала для него божеством; он верил в нее, и эта вера, казалось, способна была сдвинуть горы.

Так, лелея мысли о своей внезапной любви, Жюль добрался до улицы Порт-Гишар, номер восемь, где жил Мишель Рандо. При виде знакомого дома он очнулся от сладких грез и удивился, что пришел сюда машинально, не помня дороги. Однако он вернулся на землю. Мишель остался после гибели Жозефа единственным, кому он мог доверять всецело. Если и Мишель пал жертвой катастрофы, с кем же он останется? Жюль не мог больше раздумывать об этом. Когда рука ощутила холод перил на лестнице, его бросило в дрожь.

Жюль. вдруг разом ощутил весь ужас реальных событий, и опасности, которые он только что с ребяческим бахвальством преувеличивал, предстали перед ним достаточно серьезными сами по себе. Деге решил немного пройтись по аллее рядом с домом, чтобы прийти в себя, подышать свежим воздухом. Со стороны он, пожалуй, походил на человека, потерпевшего кораблекрушение.

Молодой человек вышел на улицу и осмотрел дом снаружи. Ничего особенного. Такое же сумрачное, угловатое здание, как и всегда; камень, дерево, шифер — все по-старому. Дом недавно покрасили, и вид у него стал немного веселее. Привычная обстановка подействовала на Жюля успокаивающе. Он прошелся по аллее, вернулся, поднялся на крыльцо, позвонил и мгновение спустя уже обнимал друга, отворившего ему дверь.

— Мишель!

— Жюль!

— Благодарение Господу, ты жив и здоров.

— А ты? Куда ты исчез?

— Я все объясню, Мишель, только дай посмотреть на тебя. Я ведь думал, ты погиб, и не решался войти. Как же можно было забыть о твоей всегдашней осторожности и хладнокровии?!

— Я не стал пробираться сквозь обезумевшую толпу, а подождал сзади, пока все утихнет.

— Потрясающе! Мне бы и в голову не пришло. Но я не мог ждать, Мишель.

— Ты устал, отдохни немного. Тебя ранило?

— Нет. Мне досталось, это верно, но меня не ранило. Во всяком случае, в том, что касается тела.

— Сядем и поговорим спокойно.

Друзья устроились возле окна. Жюль был бледен и чем-то заметно расстроен. Собравшись с мыслями, он начал.

— Мишель, — произнес он с грустью, — старый Жозеф погиб.

— Ты уверен?

— Разве ты не видел, как он поднимался на колокольню?

— Видел.

— А страшный крик слыхал?

— Да, конечно.

— Ты не узнал его голос?

— Все произошло так внезапно, что у меня не было времени подумать об этом.

— Нет, нет, это был его голос, я знаю наверняка.

— Но, быть может, он все же не умер?

— Невозможно, Мишель!

— Знаешь, несчастье произошло не из-за того, что колокол упал, а из-за страха, из-за паники.

— И какой вывод ты делаешь? — спросил Жюль, думавший, казалось, о чем-то ином.

— Думаю, Жозеф мог и не погибнуть.

— Мишель, пойдем к нему! Поднимемся на колокольню. Если же он мертв… Будто в предчувствии недоброго мне как-то не по себе, друг мой.

— Жюль, из церкви мы пойдем прямо к тебе. Еще очень рано. У нас есть время поговорить.

— Спасибо, Мишель, спасибо.

— Видишь ли, Жюль, у тебя робкая душа. Я более рассудителен и хладнокровен, а потому более трезво способен оценить обстановку. Чем дальше ты будешь отодвигать роковой момент, тем сильнее будет твое беспокойство. Поверь мне, советы, предсказания Жозефа ни к чему тебя не обязывают. Будь мужчиной. Когда ты рассказал мне твой секрет, я, как и Жозеф, ответил: «Подожди, Жюль». Теперь я говорю: «Ничего больше не жди».

Речь идет о твоем будущем. Что касается состояния, то ты хорошо обеспечен и всегда будешь жить в достатке. Нищета тебе не грозит. Что же до женитьбы… Ты влюбчив и чувствителен. Но дело это серьезное, выбирать надо с умом. Старый Жозеф хотел помочь тебе. Мы знаем, что у него был богатый жизненный опыт. Следует прислушаться к нему.

Мишель способен был говорить долго. Жюль же думал совсем о другом.

— О чем ты задумался, Жюль? — обеспокоенно спросил Мишель.

— Ни о чем, Мишель, ни о чем. Я благодарен тебе за участие.

— Жюль, послушай. Если ты раскаиваешься в прошлом…

— Нет, Мишель. Нужно взять себя в руки. Нет, я ни в чем не раскаиваюсь.

— Если ты все-таки раскаиваешься, забудь обо всех секретах Жозефа. Я, со своей стороны, готов все для тебя сделать.

— Нет, Мишель. Раз начали, надо идти до конца.

— Хорошо.

— Мишель, ты будешь рядом?

— Я же тебе обещал.

— Пойдем, надо отдать последний долг Жозефу.

— Но, может быть, он все-таки жив. Вдруг он упал на мягкий песок.

— Он мертв, Мишель, это я тебе говорю. Поверь, только очень важное дело помешало мне тут же подняться на колокольню.

— Ты так хотел спастись? — спросил Мишель с улыбкой.

— Я спасался не один.

— О, это другое дело. — И Мишель задумался.

— Ты все узнаешь. А сейчас пойдем к Жозефу.

— Живому?

— Мертвому!


Галлюцинации [62] и кошмары Анны. — Разговор между матерью и дочерью, одержимой ужасным видением. | Священник в 1839 году | Снова встает вопрос о таинственном проповеднике. — По дороге в церковь Жюль и Мишель встречают похоронную процессию.