home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

НА ВОЛЮ БОЖЬЮ

На этот раз не было судна в нескольких кабельтовых от «Резвого». Надо было спасаться бегством с горящего корабля. Хрупкий челн беглецов пускался в море, не имея надежды встретить какое-нибудь судно. Бог знает, какие невзгоды ожидали его впереди!

Что же происходило в трюме в то время, как Билл Митц и мальчики спускали в море спасательную шлюпку и готовились к побегу?

Из-под палубы раздавались страшные крики. Неистово стучали в люки. Разбойники, казалось, вот-вот вырвутся каким-нибудь образом на свободу.

Что касается причины пожара, вероятно, он произошел от разбитого по неосторожности бочонка с водкой, нечаянно подожженного пьяным Морденом или другим матросом. Весь трюм был в огне, и корабль должен был неминуемо погибнуть. Через некоторое время от него останутся лишь жалкие обломки.

Билл Митц, имея в виду, быть может, долгое плавание по морю, позаботился, чтобы в шлюпку взяли побольше предметов первой необходимости. Луи Клодион и Альберт Лыовен стояли в лодке и принимали подаваемые им с корабля ящики с консервами и сухарями, уцелевший бочонок водки, два бочонка пресной воды, переносную кухню, два мешка угля, запас чая, оружие, кое-какую кухонную посуду.

Тони Рено и несколько товарищей спускали в шлюпку мачту, парус, две пары весел, руль, компас и карту Антильских островов. Захватили также несколько удочек, которые могли очень пригодиться. Билл Митц бросил в шлюпку несколько перемен-платья, клеенчатых плащей, одеял, брезент, из которого можно было устроить тент.

Паттерсона первого поместили в шлюпку. Несчастья сломили энергию бедного эконома. Он забыл и о своей трехугольноголовой змее, которая погибнет в пламени, и о латинской цитате, которую ему не удалось перевести. Он только с ужасом думал о предстоящем путешествии в шлюпке в открытом море.

Приготовления эти заняли четверть часа. Дикие крики, долетавшие из пламени, становились все ужаснее. Огонь перешел уже на рангоут.

Казалось, вот-вот из этого горнила покажется полуобгорелая фигура какого-нибудь пирата, которому удалось бежать из пылающего трюма.

Надо было поскорее удалиться от «Резвого». Кажется, взяли все, что надо, и Билл Митц уже собирался сесть в шлюпку, как вдруг Нильс Арбо вспомнил о деньгах.

— Да, — сказал Билл Митц, — надо взять их, или они погибнут вместе с кораблем.

Он возвратился в жилую палубу, взял хранившиеся в каюте наставника деньги, перешагнул рангоут и прыгнул в шлюпку.

— Отчаливай! — крикнул он.

Лодка отошла от «Резвого» и пошла на запад.

В это время под напором нагревшегося воздуха взорвало трюм. Взрыв был так силен, что фок-мачта покачнулась в своем основании и ударилась о бакборт. Весь корабль наклонился, но тотчас же встал, так что не успел зачерпнуть воды, которая могла бы залить пожар.

Ни один из пиратов не показывался еще на палубе. Может быть, они все задохнулись от дыма раньше, чем успели пробиться через пламя.

Было половина шестого вечера. Дул постоянный ветер, можно было поднять парус. Тони Рено и Магнус Андерс приладили на шлюпке парус. Билл Митц сел за руль. Весла убрали. Отдали шкоты, и шлюпка быстро пошла вперед.

Не успели они отойти и полмили, как рухнули две остальные мачты «Резвого», после того как загорелись ванты и бакштаги. Корабль, плоский, как понтон, более не вставал. Мало-помалу он зачерпывал воды. Тогда на палубе показалось несколько человек и среди них Гарри Маркел. Когда негодяй увидел, что шлюпка отошла далеко, что до нее не добраться вплавь, у него вырвался крик бессильной злобы.

Наполняясь все более и более водой, «Резвый» наконец исчез в пучине. Пираты с «Галифакса» бежали от людского правосудия, но не ушли от Божьего суда. От когда-то прекрасного корабля остались только бесформенные обломки, которые плавали на поверхности моря.

Слезы навернулись на глазах у пассажиров, когда они увидели гибель «Резвого».

Буря, свирепствовавшая двенадцать часов, утихла, но от этого положение пассажиров не улучшилось.

Шлюпка длиной в тридцать футов и шириной в пять футов свободно вмещала одиннадцать пассажиров, но на ней не было палубы, негде было спрятаться от дождя, и кроме того, она легко могла зачерпнуть воды.

Билл Митц развесил над частью лодки, от мачты до форштевня, брезент, который, поддерживаемый слегами, представлял из себя как бы тент; под ним могли укрыться трое мальчиков.

Луи Клодион и Тони Рено припрятали на дне шлюпки компас и ящики с сухарями и консервами.

Взятых пассажирами запасов могло хватить дней на десять. В случае истощения запасов можно было еще рассчитывать на рыбную ловлю. Воды тоже должно хватить на неделю, решено было беречь ее, а в случае дождя собирать и дождевую воду.

Но достигнут ли они берега в такой срок, придут ли на Антильские или хотя бы на Бермудские острова?

Едва ли. Бурей отбросило «Резвый» на юго-восток, далеко от Бермудских островов. Билл Митц рассчитывал поэтому, что они придут, скорее всего, или на Антильские острова, или к побережью Южной Америки, в Бразилию, Гвиану или Венесуэлу.

Лучше всего для наших путешественников было бы встретить какой-нибудь корабль.

Вот как обстояло дело вечером двадцать шестого сентября. Уже наступала ночь; ни на востоке, ни на западе не было угрожающих туч. Легкая зыбь покачивала шлюпку. Пассатный ветер наполнял парус. Ночь была безлунная, но звезды сверкали на небе, и среди них ярко горела Полярная звезда.

Луи Клодион и его товарищи продолжали грести по очереди, сменяясь каждый час. Билл Митц нашел, что это слишком утомительно, а силы нужно беречь.

Скоро в лодке все спали. Только Билл не выпускал из рук руля да по временам отдавал или подтягивал свободной рукой шкоты. Маленький фонарь освещал лежавший перед ним компас, который указывал путь.

Ветер дул по-прежнему, и Биллу не пришлось будить мальчиков. Иногда то тот, то другой из них просыпался и спрашивал, не надо ли помочь, но он отвечал им, что все идет хорошо и без них. Кивнув ему дружески, проснувшийся снова закутывался в одеяло и засыпал.

Все пробудились чуть свет. Даже Паттерсон вышел из-под тента и сел на носу.

Утро было прекрасное. Солнце встало на горизонте и разогнало своими лучами легкий туман. Море чуть заметно волновалось, легкие волны рябили поверхность его и плескали о борт шлюпки.

Тони Рено тотчас принялся хлопотать о завтраке, вскипятил на переносной кухне воду, заварил чай, достал из ящика сухарей и влил в воду немного водки.

— Теперь ваша очередь отдыхать! — сказал Биллу Роджер Гинсдал. — Если хотите следующую ночь опять сидеть на руле, вы должны лечь теперь!

— Вы должны! — подтвердил Луи Клодион. Билл посмотрел на небо. Море было спокойно, ветер дул по-прежнему…

— Хорошо, я сосну часок-другой! — сказал он.

Он передал руль Магнусу Андерсу, дал ему некоторые указания и лег под тентом. Но через два часа, как обещал, он снова пришел на корму. Убедившись, что шлюпка идет по верному направлению, он снова окинул взглядом небо и море.

Погода не переменилась. Солнце сияло в безоблачном небе. При сильных испарениях морской поверхности было бы нестерпимо жарко, если бы не свежий ветерок.

Но напрасно направляли путешественники свои подзорные трубы вдаль: нигде не видно было ни белого паруса корабля, ни дыма парохода.

Английские, французские, американские и немецкие суда часто заходят в это время года в эту часть океана, на юг от Бермудских, на восток от Антильских островов. Не проходит дня, чтобы здесь не повстречались два корабля.

Биллу Митцу, естественно, пришла мысль, что бурей увлекло «Резвый» в открытое море, дальше, чем он предполагал; тогда придется идти две, три недели, прежде чем они достигнут берега. Припасы скоро иссякнут. Тогда останутся единственные ресурсы на случай голода и жажды — рыбная ловля и дождевая вода.

Билл Митц начинал терять надежду, но не показывал виду.

Подняли еще малый парус, и шлюпка пошла быстрее.

Уже четыре дня лодка шла наудачу в безбрежном и пустынном море.

Съестных припасов еще хватит на несколько дней, но вода вышла почти вся. Между тем небо чисто и дождя не предвидится. Должно быть, шлюпка уклонилась на юг, а в этом направлении она не придет к американскому побережью и будет скитаться по необъятному океану, сливающемуся с южными морями.

В ночь с третьего на четвертое октября ветер стих окончательно и парус беспомощно повис на мачте.

Сколько отчаяния было во взгляде самых отважных юношей, когда они вглядывались в необозримый простор окружающего их океана!

Даже Билл Митц, сложив с мольбой руки, мог только прошептать:

— О Боже! Боже! Сжалься над нами!

Прошел еще один мучительный день. Солнце палило, было невыносимо жарко, а между тем надо было грести. Только четверо — Луи Клодион, Тони Рено, Джон Говард и Магнус Андерс — были в силах работать. Все остальные, усталые, больные, лежали на дне шлюпки. А скоро не будет более и глотка воды…

Билл старался еще подбодрить спутников. Он оставлял руль только для того, чтобы сесть за весла. Но его надежды, что поднимется ветер, не оправдывались. Показавшиеся было на небе облачка рассеялись. Парус висел неподвижно. Его не закрепляли только потому, что он до некоторой степени защищал от солнца.

Терпеть дальше не было сил.

В ночь у некоторых мальчиков начался бред. Они, крича, призывали мать… Не будь Билла Митца, некоторые из них под влиянием ужасных галлюцинаций бросились бы в море…

Светало. Наступал день, уж не последний ли, которому суждено положить конец их ужасным страданиям?..

Но вот из уст Луи Клодиона вырвался крик:

— Корабль!


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ ДНИ ИСПЫТАНИЙ | Юные путешественники | ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ КОНЕЦ ПУТЕШЕСТВИЯ