home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



117

Сивый ввалился в мрачный солдатский кабак в пригороде Барги далеко за полночь, шатаясь добрел до стойки, швырнул хозяину последний медный карат и глотая вонючий сивушный смрад широко раскрытым ртом, увалился на скамью.

Хозяин взял монету, посмотрел сквозь нее на свет и пробурчал:

— Катись отсюда… Бродяг не обслуживаем. Только солдат…

Сивый шатаясь поднялся, и вращая налитыми кровью глазищами, грохнул кулаком по стойке.

— А я и есть солдат! Его императорского величества, отдельного армельтинского батальона боец! Герой войны, мать его!

Хозяин мрачно оглядел драную рубаху Сивого, его босые грязные ноги и сказал:

— Выметайся, козел форелнский. Сейчас позову стражу, будешь на дыбе потом рассказывать, какой такой войны ты герой!

Сивый набрал в грудь побольше воздуха и открыл было уже рот, но тут к стойке шатаясь подошли трое подвыпивших бирольцев. Один из них глянул на Сивого и махнул хозяину рукой.

— Солдат он, солдат. Не дезертир. Это тот самый, что самого герцога пленил. — Он потрепал Сивого по плечу. — Что, брат армельтинец, пропился совсем? Выпивай, да иди к своим спать, иначе завтра поволокут тебя лошадьми, и не посмотрят, что герой…

Стоявший у стойки воин в черном дорожном плаще, с мечом за спиной, подвязанным на манер рифдольских головорезов, косо посмотрел на них, расплатился с хозяином за пиво и пошел вглубь зала.

Сивый горько усмехнулся, схватил протянутый хозяином кувшин, прижал к груди и побрел в угол. Бирольцы взяли себе ведро вина, тушеных крабов, и смеясь уселись за стол. Сивый приткнулся в углу и разом опорожнил половину кувшина.

Человек в плаще опустился на скамью с ним рядом с ним, и глядя прямо перед собой, тихо спросил:

— Так это и правда ты изловил аведжийского герцога?

Сивый зло покосился на воина. Его лицо показалось Алану смутно знакомым. — Тебе-то что? Интерес какой?

Воин посмотрел на него и поморщился.

— Что-то не верится мне. Видать, что герцог совсем при смерти был, раз какой-то пьянчужка смог схватить его.

Сивый глотнул прямо из кувшина, отвернулся и пробурчал.

— Пошел ты…

Воин слабо улыбнулся и кинул на стол медное кольцо. Сивый повернулся, поглядел на монету, почесал грязную щетину и спросил:

— Что нужно-то?

Воин усмехнулся, но глаза его при этом оставались жесткими и холодными. Сивый сразу же вспомнил это лицо.

— Погоди-ка! А я помню тебя. Ты тот самый козел, из-за которого мне в армию идти пришлось, чтоб с голоду не подохнуть… Ты нам в Норке работу перебил, у маркиза, травоеда. — Сивый отстранился, выпучив пьяные глаза.

Воин резко выбросил вперед руку, схватил железными пальцами уползающего Сивого за запястье и процедил сквозь зубы:

— Не дергайся, прирежу. Глазом моргнуть не успеешь. Где украшения, которые ты с герцога снял?

Сивый задергался и протестующее зашипел:

— Да раздетый он был! В крови весь… Ничего у него не было!

Воин, глядя Сивому в глаза, сильнее сдавил захват. Сивый тихо взвизгнул и запричитал:

— Что тебе надо? У меня ничего нет, ничего… Все забрали имперцы, все до последнего карата… Ничего не осталось, ничего…

Воин взглянул на компанию смеющихся бирольцев и медленным движением вытащил огромный нож. Сивый вздрогнул. Воин подцепил кончиком ножа монету и подкинул ее Сивому.

— Купи на эти деньги себе выпить.

Сивый схватил монету и сжал ее в кулаке. Воин сунул нож в ножны и тихо спросил:

— Скажи мне, где звезда герцога, Алан?

Сивый испуганно замотал головой и заплакал.

— Я все отдал имперской разведке. Все, все что из болот вынес. Меня там били… Кнутами… Хотели железом жечь… Я все отдал… Все…

Сивый, размазывая по щекам пьяные слезы задрал рубаху и показал страшные кровоточащие рубцы на грязном теле. Воин поморщился, сунул нож за пояс, молча поднялся и быстрыми шагами вышел из кабака.

Сивый поскуливая выбрался в ночь, насторожено огляделся по сторонам и побрел, с трудом переставляя заплетающиеся ноги. Когда веселое пятнышко Первой Луны закатилось за зубчатые стены Барги, а ночное небо на западе прочертила первая светлая полоса, предвестник восходящего солнца, он остановился у полуразрушенной фермы. У каменного крыльца он опустился на колени, сунул руку за кладку и нащупал сверток. По его спитому лицу расплылась блаженная улыбка.


предыдущая глава | Отражение птицы в лезвии | cледующая глава