home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9. Битва за Хогвартс

Да, огромная сила собралась здесь, рядом с замком Хогвартс. Никто, даже сам Гарри Поттер, даже сам Салазар Слизерин не подозревали о том, что в этой великой битве двух изначально воинственных начал сойдутся силы, настолько мощные, настолько сильные, готовые мгновенно броситься, чтобы растерзать противника, но тут же лишиться существования…

Амулет Драконов висел на шее у Гарри Поттера, клинок, найденный в лесу, висел на поясе, а меч Годрика Гриффиндора висел за спиной. Волшебная палочка была в кармане мантии, а ключ к темницам Детищ Слизерина, ключ к повелению ими, был в кармане все той же мантии.

Несмотря на то, что с обоих сторон собралось довольно большое количество «воинов», никто не хотел нападать первым. Гарри просто не хотелось первому разжигать эту миниатюрную волшебную войну, а Салазар Слизерин… Что ж он был почти бессмертен, особенно после того, как его оживили, так что ему теперь некуда особенно спешить. И у него было достаточно времени для того, чтобы сам Гарри Поттер умер от старости, это бы почти ничего не изменило.

И все же Гарри Поттер не выдержал первым.

Здесь было Общество Зашиты в полном своем составе, еще несколько десятков учеников, которые решили отстаивать Хогвартс наравне с преподавателями, которые, кстати, тоже воевали за Хогвартс. Здесь так же были кентавры, их собралось здесь не меньше полусотни, в воздухе кружили Призрачные драконы, а по бокам воинства стояли Детища Слизерина, эти кошмарные твари, которых здесь было гораздо больше сотни. Вместе с Гарри здесь были Фред и Джордж, Билл и Чарли, Рон и Гермиона, Джинни и Колин, Сириус и Корнелиус Фадж. Многих собрала здесь просьба о помощи, многие пришли, чтобы защищать свободу.

На стороне же Салазара Слизерина, основателя Хогвартса, истинного Темного Лорда, были несколько десятков Пожирателей Смерти, столько же химер, памятных по прошлому учебному году, несколько великанов, лорд Вольдеморт и целая туча огненных саламандр, которые неизвестно какими путями попали сюда.

На палочках учеников Ховгартса уже давно были готовы заклинания, которые пойдут в ход как только хозяева прикажут, и Гарри отпустил свое заклинание первым. Оно ярко озарило тьму, в которой стояло все воинство, и первый Пожиратель Смерти уже был мертв. Следом за этим заклинанием полетели и все остальные, заготовленные, и созданные снова. Но Пожиратели Смерти уже успевали окружить себя защитой, и не обошлось уже и без потерь на стороне защитников, но поскольку заклинания отражались, то они уже не имели той губительной силой, и попавшие под воздействие только падали без сознания.

Но для Гарри вовсе не это было главным. Он хотел не просто использовать побольше заклинаний и убить насколько возможно большее количество Пожирателей Смерти и прочих прислужников Темного Лорда, он хотел найти самого Вольдеморта, чтобы предложить тому честный поединок на мечах.

И этого человека, если его можно так назвать, Гарри заметил сразу. Он был окружен кучкой самых преданных Пожирателей Смерти, среди которых были и Малфои.

Сейчас уже ничего не могло заставить его повернуть назад, и Гарри механически отбил все выпады Малфоя-старшего, ранив его, пошел дальше. Еще несколько верных прислужников Вольдеморта получили не самые серьезные раны, Гарри продвигался к самому главному своему врагу.

Тот уже, как оказалось, поджидал его.

Они поняли друг друга с одного взгляда, и Гарри приготовился нападать. Но такой меч, каким пользовался лорд Вольдеморт, Гарри не видел до этого ни разу в жизни. Это был, должно быть, очень тяжелый клинок, одна рукоять уже вселяла какой-то необъяснимый ужас, она выглядела так, как будто была создана не для меча, а по крайней мере для того, чтобы сносить крепкие двери с петель. Сам же клинок был очень длинный, и наверняка не менее тяжелый. Но лорд Вольдеморт как будто бы и не замечал всей этой тяжести. Меч постепенно описал один круг защиты, второй, и теперь лорд крутил этим клинком словно тростинкой, вокруг него образовалось некое подобие шелестящего шита — настолько быстро ему удалось раскрутить меч. Гарри достал второй меч, и приготовился нападать. Если уж Вольдеморт продержится против одного меча, то против двух он вряд ли сможет сражаться.

Но это оказалось не так — Вольдеморт только быстрее стал крутить своим мечом, и вскоре Гарри пришлось отступать — даже с двумя мечами он не смог сдерживать напор темного мага. Решение, как и всегда, пришло неожиданно. Гарри решил уйти в глухую оборону — ведь тогда вряд ли лорд Вольдеморт сможет с ним более-менее долго сражаться. Удары сыпались один за другим, и Гарри не замечал ничего другого, что происходило вокруг. И зря.

Пожиратели Смерти, саламандры и химеры, ценой довольно больших потерь, но все же подступали все ближе и ближе к Хогвартсу. Их уже оставалось мало, и многие защитники уже праздновали победу — еще немного, и драконы, которые не понесли никаких потерь, окончательно победят. Но это оказалось не так — Салазар Слизерин не зря был Темным Лордом, и ему повиновались многие создания, каковых ни разу не видел белый свет. Он произнес невероятно могущественное заклинание — замок сотрясся снизу до верху, большинство не устояло на ногах и на улице, а прямо с неба на защитников обрушились дементоры Азкабана. Конечно, призрачным драконам они не могли нанести сколько-нибудь серьезного повреждения, но и сами драконы с трудом справлялись с дементорами. В бой с этими порождениями уж неизвестно чего тут же бросилась настоящая толпа патронусов, но большинство из них очень быстро погасло — дементоров было слишком много.

От ударной волны Гарри отбросило от противника на пару метров, а когда подросток встал, лорда Вольдеморта уже не было видно.

И тогда он посмотрел на защитников, которые под его предводительством защищали замок Ховгартс. Призрачные драконы за первые десять минут битвы смогли уничтожить едва больше полутора десятков дементоров, и положение стало ухудшаться — защитники с каждой минутой отступали все ближе и ближе к замку, к которому не должен был подобраться ни один враг.

И вдруг показалась яркая вспышка света — и к месту схватки подбирались духи, которые наверняка все-таки прорвались через защиту в Министерстве Магии. Теперь защитники отступали все дальше и дальше, первые духи уже почти дошли до входа в Хогвартс.

Гарри стал зрительно искать лорда Вольдеморта, он хотел продолжить поединок, который был прерван. Да и что-то надо делать с теми, ко сейчас вовсю осаждал Хогвартс. Заклинания уже летели отовсюду — даже домовые эльфы выбежали на улицу, чтобы защищать замок, в котором работали. И, надо сказать, что это очень хорошо помогало — магия эльфов, какой бы она не была, очень хорошо сдерживала духов, и они все-таки стали отступать. Посмотрев в небо, Гарри не досчитался одного дракона. Видимо, все-таки напирающая сила была больше.

И тогда подросток вспомнил, что можно призвать еще кое-кого, еще бойцы, которые преданы Хогвартсу настолько, что готовы гибнуть за его свободу в очень больших количествах.

Гарри произнес Великое Заклинание Призыва, и вскоре вокруг него было очень много привидений, которые, пользуясь своей очень скрытой магией, стали теснить нападавших. Как раз к этому времени подоспел Хагрид с довольно большим количеством всяких разных крайне опасных животных, которые тут же бросились растерзывать дементоров. И защитникам повезло — они начали теснить нападавших прочь от Хогвартса, а Гарри пошел искать своего главного врага в этой битве.

Враг нашелся довольно быстро — лорд Вольдеморт, не скрываясь, преспокойно стоял рядом с человеком, но от этого человека исходила сила, настолько грубая и мощная, что Гарри понял — перед ним был сам Салазар Слизерин. Но это подростку было не важно — сейчас он в боевом опьянении хотел отомстить Вольдеморту за то, что произошло год назад в подземельях Хогвартса.

Битва продолжилась мгновенно, без разговоров, без малейших лишних движений, и в этот раз Гарри уже не уходил в глухую оборону, как раньше, а сражался мечом Годрика Гриффиндора — как ни жалко, но второй меч сломался об древний клинок Вольдеморта. И в этот раз битва происходила абсолютно по-другому — ведь Гарри было непросто — в этот раз у него был только один меч — но он атаковал с такой скоростью, что лорду было непросто крутить свой двуручный меч, чтобы умудряться отбивать все эти удары.

Но дальше так продолжаться не могло — Гарри постепенно теснил Вольдеморта к Запретному Лесу, и вряд ли противнику это нравилось — тот с каждым ударом все быстрее и быстрее раскручивал свой меч, и наверняка скоро бы пошел в атаку, если бы по счастливой случайности Гарри не задел врагу запястье — меч вылетел из раненой руки, и упал в нескольких метрах от Вольдеморта. И теперь жизнь этого «человека» зависела от него, от Гарри Поттера.

— Что ты хочешь сделать, Гарри? — с насмешкой спросил Вольдеморт. — Тебе меня не уничтожить. Я уже слишком силен!

— Ну и что? Попытка не пытка, так что не будет лишним еще раз уничтожить твое заново обретенное тело! Тебе же хуже после этого — сколько еще сил понадобиться тебе, чтобы восстановить его? Тем более это уже не будет считаться убийством — ведь, как ты сказал, я тебя не убью. — безразлично ответил Гарри.

— Не-е-е-е-е-ет!!! — раздался крик над рядами сражающихся, но на него не обратили никакого внимания — все сражающиеся были слишком заняты, чтобы отвлекаться на вопль какого-то умирающего бойца.

Гарри видел, как почти неразличимая душа ранее великого волшебника улетела прочь — куда-то в направлении Запретного леса. Ну а здесь остался еще один противник, с которым было бы нелишне встретиться — сам Салазар Слизерин.

Гарри решил и эту битву начать безо всяких слов, но дорогу к Темному Лорду ему закрыл тот самый человек, с которым они уже встретились однажды в поединке, когда Гарри достал Амулет Драконов. И он снова предлагал бой. Сначала Гарри попытался его обойти, но воин на это не давался, и поэтому им вновь пришлось скрестить мечи — и опять, как и раньше, никто из них не мог одержать победу. Удар за ударом, мечи соединялись в битве, и снова расходились в разные стороны. Этот загадочный воин на первых же минутах попытался прорвать защиту, чтобы покончить с приставучим противником — но Гарри удалось отбить эту попытку, и теперь подросток сам нападал на противника. И как всегда, ему хотелось избежать смертей — он только ранил противника, но все же довольно серьезно — из раны на ноге толчками вырывалась кровь. Ну ничего, зато не нападет сзади, во время возможно предстоящей дуэли с самим Салазаром Слизерином.

Гарри подошел к Темному лорду, и поднял меч в позу, с какой он обычно предпочитал атаковать противников. Но реакция Темного лорда немало удивила подростка. Тот даже не взглянул на помешавшего его спокойствию, а просто махнул рукой. Гарри отлетел на несколько метров, чудом не угодив животом на свой собственный меч.

Ну нет, так продолжаться не может. Гарри подошел, не без опаски, к Темному лорду, и крикнул ему:

— Салазар Слизерин, я вызываю тебя на бой!

Снова никакой реакции. Но это только в первые несколько мгновений.

— Да кто ты такой, чтобы бросать вызов мне?! — громыхнул где-то под небом голос.

— Гарри Поттер! — ответил подросток.

— Что ж, если ты ищешь медленной и мучительной смерти, тогда ты нашел ее. — сказал Темный Лорд, и подошел к Гарри. Он был вооружен только необычным резным серебряно-зеленым посохом, которым и воспользовался — Гарри с трудом удалось отбить этот выпад. Посох незаметно изменил свое положение, и теперь подростку пришлось несладко.

В этот раз в битве действительно сошли самые древние и могущественные силы, какие только можно найти на земле — здесь действительно сошлись два очень древних начала, извечные противники наконец-то нашли себя — меч Годрика Гриффиндора и посох Салазара Слизерина.

Каждое соприкосновение этих двух необычайно старых орудий сопровождалось вспышками и громом где-то очень высоко. Внезапно на небо наползли тучи, и стало еще темнее. Но защитники Хогвартса не растерялись — мгновенно поле брани осветили самодельные парящие светильники.

Посох безумно крутился, и Гарри только с большим трудом удавалось отбивать удары, да и то не все. От некоторых приходилось уходить в сторону, приседать, отпрыгивать. Остальные все-таки с горем напополам, но удавалось отбить.

А вокруг продолжался настоящий хаос — атакующие отступали все дальше и дальше, уже ничего не осталось от дементоров и саламандр. Со стороны же защищавших тоже не обошлось без потерь. Полегли почти все Детища Слизерина, в живых осталась едва ли половина кентавров. В почти полном составе остались только Призрачные Драконы, которые кружили сверху.

Гарри подсознанием понимал, что драконы уже скоро уйдут обратно в Амулет, и тогда защитникам будет не очень хорошо, поэтому сейчас он просто обязан покончить с противником.

Но осуществить это никак не удавалось — не удавалось не то, чтобы атаковать Салазара Слизерника, не удавалось просто отражать все те удары, что в таком безумном количестве сыпались на Гарри.

Гарри постепенно отступал. Боковым зрением он видел, как Гермиона и Рон, стоя спина к спине, защищали друг друга от заклинаний, посылали ответные. Иногда случались короткие одиночные схватки с Пожирателями Смерти, но их было слишком мало. И тут Рон и Гермиона заметили происходящее с Гарри, и ринулись ему на помощь, но подойти не смогли — их мгновенно сбил с ног очень сильный ветер. Но это дало определенный плюс — Салазар Слизерин на несколько мгновений отвлекся от Гарри, и подростку удалось ранить противника — из запястья великого мага хлестала кровь.

Но тому как будто было все равно, и он повернулся к Гарри с усмешкой, от которой кровь стыла в жилах.

— Ты думаешь, что смог ранить меня? — спросил он голосом, который не предвещал ничего хорошего. — Смотри, жалкий мальчишка!

Салазар Слизерин провел другой рукой над раной, и та мгновенно затянулась. У Гарри возникли подозрения — а возможно ли вообще победить этого противника? Но выбора не оставалось, либо найдется способ убить его, либо Хогвартс падет под натиском атакующих.

Гари продолжил эту почти безнадежную схватку, ему еще несколько раз удавалось задеть противника, но тому это было безразлично. Зато Гарри теперь мог похвастаться несколькими очень красивыми синяками, которые оставил на его теле посох противника.

— Учти, Гарри Поттер, если ты сдашься, то, возможно я облегчу твою смерть, она будет на пару часов короче. Иначе же я не просто убью тебя, ты будешь умирать сам. И самое меньшее, столько это будет продолжаться — полные сутки. Ну, так что, каково будет твое решение? — спросил Салазар Слизерин.

Почему-то Гарри показалось, что противник не дерется с ним в полную силу — иначе бы от подростка уже ничего бы не осталось.

— Нет! Я никогда не сдамся тебе! — ответил Гарри. Он уже запыхался, и руки подчинялись ему только с очень сильной болью.

— Ты же уже не можешь держать эту жалкую игрушку. — сказал Слизерин. — Еще немного, и ты окончательно сдашься.

— Это мы еще посмотрим! — крикнул Гарри.

Он занес меч над головой, но тут ему в живот врезался посох Слизерина. Не сильно, не торцом, только боковой стороной, но этого хватило, чтобы Гарри в очередной раз отлетел на несколько метров.

Сам же Темный Лорд как будто бы и забыл про своего недавнего противника — он вытянул руки, чтобы посох был перед ним, и начал читать какое-то очень древнее заклинание. И когда Гарри понял, в кого именно оно направлено, силы появились из ниоткуда, и меч Годрика Гриффиндора полетел в незащищенную шею Салазара Слизерина.

Но за сотую долю секунды до того, как Темный Лорд оказался мертв, заклинание сорвалось в его посоха, и улетело куда-то в даль. Похоже, он все-таки промахнулся, и теперь смерть уже никому не угрожает.

Гарри видел, как во все стороны разбежались все, кто атаковал Хогвартс, а еще он услышал мягкий стук чьего-то тела о землю.

Затем крик, полный скорби и отчаяния, вырвал его из объятий радости:

— Гарри!..

Подросток обернулся. И увидел Рона, который сидел на земле рядом с чьим-то телом…

Эпилог

За окном шел дождь. Сегодня был необычный день — не просто последний день весны, а день, когда Гермионе Грейнджер предстояло отправиться в последний путь. Сегодня будут ее похороны.

Гарри надевал черную мантию, почти безразмерную. На ней не было никаких знаков отличия. Ни значка законченного факультета, ни каких-либо инициалов владельца. Это была обыкновенная черная мантия. Похоронная мантия.

Рон был рядом, он тоже надевал похожую мантию. Сегодня, рядом с квиддичным полем, за небольшой фигурной металлической оградкой пройдут похороны всех, кто погиб в той битве за Хогвартс. Невилл Лонгботтом, Симус Финниган, Колин Криви и… Гермиона Грейнджер. Участники Общества Защиты, те, кто отдал свои жизни, чтобы жили остальные.

Гарри помнил, что произошло после того, как Рон показал на мертвую Гермиону, но помнил он это смутно. Что же теперь? Гарри помнил поцелуй на удачу перед началом битвы, Гарри помнил первого убитого ей Пожирателя Смерти. И он помнил зеленое свечение и до ужаса знакомый короткий женский вскрик…

Все как будто вставало перед ним наяву. Гермиона, лежащая на грязной жиже, в которая образовалась из-за внезапно начавшегося дождя. Дождь лил тогда стеной, и не закончился и по сей день.

В молчании два друга отправились в дорогу. Им предстояло проститься с павшими, и тогда, сразу же после этого, им предстояло уехать прочь из Хогвартса. Закончился последний год обучения, закончились игры.

Возле ограды стояло совсем мало человек — не у многих хватило сил придти сюда. Здесь были только профессора Дамблдор и МакГоннагал, Джинни Уизли и младший брат Колина Криви. Теперь к ним присоединились два подростка.

Гарри испытывал раннее почти незнакомое ему чувство. Он чувствовал, что потерял самого родного и близкого человека в мире, но это была грусть светлая, Гарри понимал, что, возможно, это к лучшему. Гермиона уже давно говорила, что без родителей у нее нет будущего. И вот теперь Гарри как будто чувствовал, что душа девушки радуется, ведь она снова с родителями…

— Мы собрались здесь, — начал профессор Дамблдор, — чтобы проводить в последний путь тех, кто пал на поле боя, к нашему горю, не дождавшись его завершения. Мы пришли сюда, чтобы проститься с Невиллом Лонгботтомом, Симусом Финниганом, Колином Криви и Гермионой Грейнджер. Все присутствующие здесь по-своему хорошо знали каждого из погибших. Так давайте же пожелаем им легкой дороги туда, где мы вновь встретимся с ними. Они ушли от нас очень рано, и все они оплаканы. Да упокоятся их души.

Гарри подошел к могиле Гермионы и положил на него две красные розы, любимые цветы девушки.

На плите была надпись:

Hic iacet

Hermionie Grangerus

Requiescat in pace![11]

— Experimentia est optima rerum magistra.[12] — сказал Гарри

— Только если он не смертельный. Что ты будешь делать после окончания Хогвартса. Я хочу отправиться куда-нибудь подальше, за границу, буду учиться на аврора. Деньги-то есть, но мама не хочет этого. — сказал Рон, отвернувшись в сторону запретного леса. Капюшон скрывал его лицо, но Гарри слышал, что голос подростка нетвердый. Он, скорее всего, плакал.

— Cerium voto pete finem.[13] — ответил Гарри.

— Ты прав, но это уже не от меня зависит. Можно сказать ей, что я пока уеду отдыхать от учебы, а в это время…

— Verum est, quod pro salure fit menndacium.[14] — ответил Гарри.

— В жизни всякое может пригодиться.

— Non scholae, sed vitae dicsimus.[15]

— Ты прав.

Они продолжали медленно идти в сторону замка. Скоро уже уезжать, а хочется попрощаться с Хагридом.

— Очень жалко, что она умерла. Она была хорошей девушкой. С ней было приятно поговорить. Эх, была бы она сейчас жива. Ты бы этого хотел?

— Contra spem spero.[16]

— Я тоже.

— Зачем Гермиона вообще полезла в эту схватку?

— Scientia vincere tenebras.[17]

— Хорошо ж она ее победила…

Они продолжали путь. Хижина Хагрида была уже близко.

— Гарри, давай пообещаем друг другу, что чтобы не случилось, всегда останемся друзьями, и будем писать друг другу. — предложил Рон.

— Irreparabilium felix obliviorerum.[18] — ответил Гарри.

— Да брось ты! Будем переписываться. — решил Рон. Голос его по-прежнему дрожал.

Гарри постучался в дверь.

— Кого там несет?

— Это мы, Хагрид.

Дверь открылась. Перед друзьями предстал Хагрид. Глаза у него были красные.

— А, это вы. Ну, заходите…

— Привет. — сказали одновременно Гарри и Рон.

Они зашли внутрь, и сели недалеко от входа.

— Мы, собственно, попрощаться. — начал Гарри. — Мы скоро уже уезжаем из Хогвартса, поэтому решили забежать в свободное время к тебе, попрощаться.

— А, ну да… ну что ж, эта… до свидания. — вытолкнул последние два слова Хагрид. — Я буду по вам скучать. Очень сильно.

— Не «до свидания», Хагрид. «Прощай». — поправил его подросток. — Мы сюда уже никогда не вернемся.

— Не зарекайтесь.

— Никогда. — с нажимом повторил Гарри. — Слишком больно сердцу вновь ходить по этой земле, особенно после того, что здесь произошло.

— Нам пора, Хагрид. — сказал Рон. — И помни нас, пиши, изредка, хоть пару строчек. — голос его вновь дрожал. — Мы будем по тебе очень сильно скучать.

— Да, Хагрид, мы будем по тебе скучать. — добавил Гарри.

— Что ж, прощайте. — Хагрид старался сдержаться, но у него не получилось, и он все-таки разревелся, после того, как Гарри и Рон покинули его дом.


* * * | Гарри Поттер и Темный Лорд | * * *