home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



21

С опытом многое становится проще. Дари поломала голову над первой серией изображений, снятых со стены гексагональной комнаты. Теперь, изучая вторую серию, она недоумевала, почему прежде это давалось ей с таким трудом.

Голубые сверхгиганты просто служили ориентирами, определяя масштаб и общую геометрию рукава. Медленное перемещение галактики в целом и их относительное движение служили своеобразными небесными часами прошлого или будущего данной последовательности изображений. Без точных значений скоростей звезд временной масштаб носил скорее относительный, чем абсолютный характер, но его было вполне достаточно, чтобы судить об успехах колонизации рукава.

Вторая последовательность изображений казалась идентичной первой, за исключением того, что на сей раз оранжевые знаки владычества зардалу распространились по рукаву, поглотив миры, ранее принадлежавшие зеленому клайду, а затем вдруг внезапно исчезли.

Это соответствовало истории. Вместо того, чтобы стать доминирующей силой рукава, зардалу исчезли в Великом Восстании.

После дюжины картинок, без каких-либо признаков колонизации миров, в районе Солнца возникло тускло-красное пятно. Красные маркеры начали распространяться вширь, и тут к ним присоединились желтые огоньки другого клайда. Дари отметила его местоположение. Кекропийцы. Два клайда увеличивались в размерах до соприкосновения их границ. После этого пограничная линия осталась неподвижной, а клайды быстро захватывали другие направления.

Дари утвердительно кивнула сама себе: это прошлое по Квинтусу Блуму. А также, судя по всему, и будущее.

Дари ждала. Внезапно желтые огоньки окружили одну из красных областей. Наконец, когда кольцо замкнулось, желтые огоньки начали вторжение внутрь. Красные точки гасли одна за другой, а их место занимали желтые. В конце концов во всем рукаве остались только желтые огни, воцарились кекропийцы. А затем, когда сверхгиганты-ориентиры заметно изменили свое расположение, произошла последняя перемена. Желтые огни стали гаснуть, один за другим, пока не исчезли. Долгое время во всем рукаве светилась только одна желтая точка поблизости от родной планеты кекропийцев. Затем и она погасла. Рукав утратил последний признак существования разумной жизни.

Это будущее сильно отличалось от того, которое показал Квинтус Блум. В данной серии картинок, так же как и в предыдущей, финальная часть предрекала полную гибель разумной жизни в рукаве.

Что же происходит? Дари задумчиво прогоняла серии картинок по визору. Ложные варианты прошлого и будущего. Может быть, эти картинки — что-то вроде полета фантазии Строителей, своеобразная игра? Они столь далеки от нас, столь загадочны, что трудно ожидать от них каких-то праздных развлечений. Но, возможно, это говорит лишь о скудости воображения Дари.

Наконец она кивнула Каллик, чтобы та запустила новую последовательность.

Уже знакомые первые кадры замелькали на экране. Голубые сверхгиганты-ориентиры и никаких колонизованных миров. Потом появились оранжевые огоньки зардалу и в конце концов пропали. Люди возникли в тускло-красном цвете, кекропийцы в желтом. Они существовали бок о бок, распространяясь в других направлениях довольно долго, пока наконец на внутреннем краю рукава не возникла мерцающая синеватая точка.

Дари внимательно изучила ее положение, но так и не вспомнила каких-нибудь разумных существ в этой части рукава. Исследовательские корабли людей посещали ее, но ничего не обнаружили. Она бросила взгляд на сверхгиганты. Сцена относилась к отдаленному будущему.

Ареал синего клайда расширялся до тех пор, пока он не встретился с людьми. И тут синий цвет стал исчезать. Тусклое красное пятно одолевало синеву, пока новый клайд не исчез полностью. А потом, словно начатый процесс уже невозможно было остановить, красный принялся поедать желтого. Кекропийские миры колебались в численности, словно агонизируя. Клайд съежился до размеров исконного материнского мира кекропийцев. На нем блеснула последняя вспышка желтого, чтобы уступить место тускло-красному цвету.

Люди и только люди остались хозяевами рукава. Проносились тысячелетия, ориентиры-сверхгиганты перемещались по галактике как тонкие голубые змейки. Наконец красные точки стали прекращать свое существование, на этот раз не систематически, а произвольно, одна за другой. Пригоршня их, разбросанных по всему рукаву, висела в пространстве наподобие красноватых песчинок. Но и они начали исчезать. Последнее, что вновь предстало взору Дари, — это пустой рукав и звезды-ориентиры.

— Извините, что прерываю ваши размышления, не хотите ли взглянуть на следующую серию?

Интересно, долго ли Каллик стоит вот так, ожидая ее?

Дари покачала головой. Поскольку она еще не переварила старую информацию, новая порция могла скорее запутать, нежели прояснить картину.

Только тут Дари ощутила, насколько устала. Когда она спала в последний раз? Как долго они находятся в Лабиринте? Она понятия не имела.

А от Жжмерлии по-прежнему никаких вестей. Им с Каллик уже давно следовало отправиться на поиски. Но колдовское очарование полиглифов удерживало ее здесь.

Хуже всего то, что сейчас, несмотря на усталость, ей не удастся заснуть. И причина тому — не беспокойство о судьбе Жжмерлии. Она знала свои слабости — или по крайней мере некоторые. Она могла закрыть глаза, но картинки будут бежать перед ее внутренним взором, и избавиться от этого невозможно, пока нечто, не поддающееся контролю ее сознания, не позволит им исчезнуть. Только тогда она сможет отдохнуть.

— Каллик, давай поговорим. — (Хайменопты, в отличие от людей, казалось, никогда не устают.) — Мне хочется поделиться с тобой некоторыми соображениями.

— Почту за честь.

— Ты видела все три последовательности?

— Разумеется.

— А ты не видела выступление Квинтуса Блума на Вратах Стражника?

— Мне не посчастливилось.

— Жаль. А ты случайно не пыталась изучать содержимое файла Блума здесь, на «Миозотисе»?

Тут Дари поняла, что как человек, собирающийся поделиться с кем-то своими мыслями, она выглядит странновато. Что ни слово, то вопрос. Но Каллик не обиделась.

— Я изучила записи с «Миозотиса» и нахожу их поразительными.

— Прекрасно. Значит, ты знаешь, что Блум нашел в Лабиринте, а наши находки ты уже видела.

— Да, некоторые. Мое почтение, но осталось просмотреть еще три серии картинок.

— Не это главное. Мы еще до них доберемся. Сейчас надо выработать гипотезу, а затем при помощи трех оставшихся последовательностей проверить ее справедливость.

— Эта процедура полностью соответствует методике научного поиска.

— Давай, попробуем. Во-первых, изучим последовательность Блума. Она совпадает с нашим прошлым и с прошлым других известных нам клайдов. Она демонстрирует будущее всех имеющихся в рукаве клайдов, широко расселившихся по колонизированным мирам. Возникает вопрос: «Только ли эту единственную последовательность обнаружил Квинтус Блум?»

— У нас нет данных, чтобы ответить на него. — Каллик обвела комнату всеми своими глазами. — Однако известно, что Квинтус Блум добрался до подобной гексагональной комнаты, правда, может быть, в другом коридоре.

— Вполне возможно. Но ты хочешь сказать, что он должен был разузнать, какие картинки содержатся в пяти других стенах, где бы его комната ни находилась? Согласна. Он очень кропотливый исследователь. Наверняка он изучил все стены. Впрочем, давай обсудим то, что обнаружили мы. Три различные версии колонизации рукава. В двух последних прошлое вполне приемлемо, но отдаленное будущее в любом случае сильно отличается. Согласна?

— Разумеется. Версии не совпадают друг с другом и с тем, что сообщил Квинтус Блум.

— Прекрасно. У меня по этому поводу есть собственные соображения, но я не хочу, чтобы они влияли на твои. Как ты думаешь, в чем состоит единственная величайшая разница между сообщением Блума и нашей находкой?

Анатомия Каллик не позволяла ей нахмуриться, но то, что она не торопилась с ответом, ясно свидетельствовало о ее замешательстве.

— Мое почтение, но мне кажется, здесь целых два важнейших отличия.

Ответ этот несколько смутил Дари. До сего момента все шло как по маслу.

— Два?

— Да. Во-первых, мы обнаружили, что в отдаленном будущем рукав опустеет. Не будет ни колонизированных, ни каких-либо других населенных миров. Квинтус Блум показал совершенно противоположное — рукав с мирами, заселенными различными клайдами.

— Я тоже заметила это. А в чем состоит второе?

— В последовательности Квинтуса Блума присутствовали артефакты Строителей. В наших ничего подобного не было. Никакого присутствия Строителей ни сейчас, ни в прошлом. Но вот это, — Каллик суставчатой лапкой обвела помещение, — это точно артефакт Строителей. Отсюда следует: есть сейчас Строители или нет, но когда-то они точно существовали. — Каллик с сожалением посмотрела на Дари. — Мое почтение, профессор Лэнг, но наше присутствие здесь, в артефакте, доказывает правоту Квинтуса Блума. Только рукав с артефактами соответствует действительности.

Научная работа выработала у Дари огромное уважение к экспериментальным данным. Порой какого-нибудь незначительного факта было достаточно, чтобы разрушить красивую и убедительную теорию.

И вот теперь ей самой пришлось нос к носу столкнуться с невзрачным, но фундаментальным фактом: артефакты Строителей существовали, как справедливо отметила Каллик, в картинах Блума и отсутствовали в их последовательностях. Оспаривать, равно как и игнорировать эти факты было бессмысленно.

Разумнее всего было признать, что картины Квинтуса Блума отражают реальное течение событий, в то время как новые, каковы бы они ни были, — нет. Теперь, согласившись со всем этим. Дари могла наконец расслабиться и немного поспать.

Она бы так и поступила — но не тут-то было. Кто-то из предков наградил ее изрядной долей упрямства. Уже собравшись заснуть, она все же решила просмотреть перед сном три оставшиеся серии.

Каллик, в свою очередь, терпеливо готовила их к демонстрации. Во время этой паузы Дари попыталась направить свои мысли в новое русло.

Лабиринт был новым артефактом, здесь она на все сто процентов согласна с Квинтусом Блумом. И не только потому, что он так выглядел и в глаза не бросалась заброшенность, характерная для всех остальных артефактов, которые ей довелось повидать, а потому, что он находился слишком близко от населенной планеты и не мог оставаться незамеченным на протяжении тысячи лет исследований и наблюдений.

И еще один фактор. Лабиринт отличался не только новизной — он был на виду. Кто бы его ни построил, он явно рассчитывал, что артефакт обнаружат. Дари ощущала какую-то внутреннюю уверенность, несмотря на то, что в настоящий момент ее умозаключения весьма непросто проверить и подтвердить.

Только не вешать нос. Раз уж Лабиринт открыли, его обязательно будут изучать. Конструкторы Лабиринта ожидали, что рано или поздно некое разумное существо — человек или кто-нибудь еще — доберется до этой комнаты. И будет стоять здесь, как стоит сейчас Дари, всматриваясь в испещренные полосками стены, размышляя над их назначением и смыслом. А если уж исходить из того, что подобные открытия неизбежны, сама мысль о том, что серии картинок, обнаруженные Дари и Каллик, — не более чем фантазия Строителей, лишена основания. Все три последовательности, показывающие прошлое, настоящее и будущее рукава, несут важную информацию, имеющую не меньшую ценность, чем сведения Блума. Кто бы ни добрался до самой дальней комнаты Лабиринта, предполагалось, что он сможет разобраться в ее предназначении.

Что же теперь делать?

На этом месте течение мыслей Дари застопорилось. Здесь требовалось сделать какой-то вывод… какой? Это напоминало сверхсложный тест на сообразительность, который она не могла пройти.

Она вздохнула и вернулась к действительности. Каллик давно уже приготовилась и терпеливо ждала.

— Ну хорошо. — Дари кивнула. — Давай посмотрим остальное.

На первый взгляд там оказалось еще больше загадок и разочарования. Четвертая серия поражала чрезвычайной простотой. Зеленый клайд, тот самый, который Дари до сих пор так и не удалось идентифицировать, вновь появился в самой дальней части рукава. Зеленая волна захлестывала солнце за солнцем до тех пор, пока весь рукав не стал зеленым. Другие клайды вообще не появились. В недалеком будущем зеленый огоньки стали гаснуть. И в конце концов исчезли вовсе, и рукав оставался пустым до самого конца демонстрации. Ни зардалу, ни людей, ни кекропийцев. И никаких намеков на светло-лиловый цвет, которым были помечены артефакты Строителей на последовательности Блума.

Дари едва хватило сил попросить Каллик продолжить. Казалось, кто-то другой кивнул головой вместо нее.

— Давай попробуем еще одну.

Последовательность еще только разворачивалась, когда Дари вдруг почувствовала прилив сил. Экран визора ее скафандра засиял с удвоенной яркостью. Артефакты! Между сверхгигантами-ориентирами появились светло-лиловые точки.

Теперь, вслед за появлением зеленого клайда, тут же возник оранжевый цвет зардалу. Потом загорелся тускло-красный клайд человечества. Клайды росли, встречались, взаимоперемешивались, поглощая разделявшие их пространства. Наконец весь рукав заполнился колонизированными мирами. Это была последовательность Квинтуса Блума. Вся разница заключалась лишь в том, что во время своей демонстрации он сосредоточил внимание аудитории на расширении человеческого клайда. Более раннее распространение и конец зардалу, а также их последующее возрождение он умышленно отбросил.

Почему Блум сделал это?

Дари уже могла ответить на этот вопрос.

Он пренебрег ими потому, что не мог объяснить. Во время своего выступления он и понятия не имел, что зардалу вновь появились в рукаве и начали восстанавливать свою численность в историческом центре их клайда — на планете Дженизии. Блуму хотелось, чтобы представленные кадры иллюстрировали его умозаключения.

Началась шестая последовательность, но никаких сюрпризов она не принесла. Просто очередная версия истории рукава, где зардалу появились и исчезли; кекропийцы и люди отвоевывали звездные системы у зеленого клайда и в конце концов одолели его. Затем желтые сцепились с тускло-красными и победили. Рукав заполнился кекропийцами; и, наконец, в течение непродолжительного периода он опустел, не оставив и следов разума. На этот раз никаких признаков артефактов Строителей не наблюдалось.

Дари была уверена, что Блум реконструировал последовательности картинок со всех шести стен. Она ценила в нем ум и педантичность исследователя. Однако, изучив все, он выбрал только одну.

Но кто бы осудил его за это? Только одна содержала в себе артефакты Строителей, которые в нашей Вселенной разбросаны по всему рукаву. Вполне резонно было отвергнуть остальные пять как некую фантазию непонятного предназначения.

Резонно, но Дари такого позволить себе не могла. Ее внутренний голос подсказывал, что остальные пять путей развития рукава равноценны. Само их существование и способ упаковки двухмерных изображений в трехмерном пространстве говорили любому посетителю Лабиринта об их назначении. Кто разберется в смысле картинок, тот гораздо лучше поймет самих Строителей. Или же — рассуждая от противного, — познав природу Строителей, можно понять многовариантность исторических событий и причину столь странного способа хранения информации.

Настал ключевой момент, требующий полной сосредоточенности. Вместо этого Дари с досадой ощущала, как мысли ее толкутся вокруг да около. Она не могла выкинуть из памяти лицо Квинтуса Блума с запудренными красными пятнами и его убеждающий голос: «Если вы заключаете, что Строители обладают магической властью предсказывать отдаленное будущее, тогда вы приписываете им таланты, в которые я не могу поверить».

Но ничего магического здесь и не было. Абсолютно. Просто иная природа сама по себе определяла иную природу предсказаний. Ей в голову вновь пришло ее собственное утверждение. Разумные существа, способные видеть будущее. Не предсказывать, как считает Блум, а именно видеть.

Дари смущала расплывчатость собственных мыслей. Она слишком хорошо знала себя. Когда возникала проблема, ее мучила бессонница. Она не сможет отключиться, пока не найдет решения, или же пока в голове не вырисуется какой-либо иной подход.

Эта последняя мысль, перед тем как она погрузилась в сон, стоя в скафандре и глядя на экран визора, доставила ей какое-то извращенное удовольствие: она засыпает и ничто ее больше не волнует. В то же время она сознавала, что действительно засыпает. А что-то в глубине ее подсознания нашептывало, что теперь у нее есть вся необходимая информация. Загадки Строителей и Лабиринта разгаданы.

Все, что нужно сделать проснувшись, это уговорить собственное подсознание выдать решение. Затем разыскать Жжмерлию и вернуться на корабль.

А потом они все вместе отправятся домой.


предыдущая глава | Схождение | cледующая глава