home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Отступление 11. Воры

"Вор! Вор!" – уткнувшись лицом в подушку, Костя повторял это ненавистное слово уже, наверное, в сотый раз. Тело сотрясала крупная дрожь, лихорадочно возбужденный мозг с такой силой давил на черепную коробку, что, казалось, она вот-вот лопнет. Вспоминалось…

– …Дело пустяшное, – лебезил перед Костей довольный Профессор, который уже не чаял выполнить наказ Козыря. – А Крапленый – мужик что надо. Фартовый, чертяка. Все будет в ажуре, не беспокойся. Сам увидишь. А там долг отдашь – и гуляй, парень…

Магазин обворовали в ту же ночь. Нагруженные мешками с товаром, пробирались в темноте задворками. Впереди шел Крапленый, за ним Зуб, который нес еще и саквояж с воровским инструментом. Щука и Костя шли позади. В глубоком овраге, неподалеку от городской свалки, остановились перекурить. Крапленый швырнул мешок наземь, отдышался и проворно забрался на пригорок. Внимательно осмотревшись по сторонам, по-особому посвистел. И тут же с двух сторон послышался ответный свист.

– Порядок… – Крапленый легко, по-кошачьи, спрыгнул в овраг. – Седой! Ты сваливаешь. Пойдешь вон туда, мимо водокачки, через посадку. Свою долю получишь через неделю. Покеда!

– Держи пять, – протянул Косте руку Зуб. – С крещением тебя, гы-гы…

– Пошел ты… – сквозь зубы процедил Костя и направился к чернеющему неподалеку массиву лесополосы.

"Вор…" – Костя с трудом поднялся и прошел в ванную. Разделся, стал под холодный душ и стоял под ледяными струями, пока не посинел. Растерся докрасна махровым полотенцем и посмотрел на часы. Стрелки показывали начало второго ночи. "Где это Лялька запропастилась? " – подумал с беспокойством.

Лялька появилась под утро. Не зажигая света, прошла в комнату, присела на постель и надолго задумалась, глядя в предрассветный сумрак за окном.

– Не спишь? – наконец спросила вполголоса, и вдруг упала ему на грудь и зарыдала. – Будь они прокляты! Ой, мамочка, что же я наделала!

– Успокойся. Да успокойся же! Что с тобой? – Костя потряс ее за плечи.

– Не могу-у… – продолжала плакать Лялька. – Ой, пропали мы с тобой, Костик! Ой, беда-а-а…

– Да скажи наконец толком, то стряслось?!

Лялька вдруг оттолкнула его, метнулась на кухню. Костя поспешил вслед и едва успел вырвать из ее рук остро отточенный кухонный нож, который Лялька уже направипа себе в сердце.

– Ты что, спятила?! – Костя схватил ее в охапку, отнес в комнату и положил на тахту.

Лялька была невменяема. Она царапала до крови свое тело, порвала зубами в клочья вышитую подушку-думку, что-то бессвязно выкрикивала… Только через час Косте удалось кое-как ее утихомирить. Бледная, истерзанная, подогнув коленки едва не к подбородку, она рассказала ему все.

– …Я видела, как ты мучаешься. Они хотели и на этот раз взять тебя с собой. Мне Чемодан сказал. Я пошла к Крапленому, он тогда жил у мой знакомой Софки, просила, чтобы они тебя в свои дела больше не втягивали. Крапленый только смеялся и хотел прогнать меня. Тогда я сказала, что пойду вместо тебя. Крапленый расхохотался, избил меня, а затем, подумав, вдруг согласился. Если бы только я знала, что он на этот раз удумал… Бр-р! – она содрогнулась. – Он зарезал сторожа. Гад! Кровь, сколько крови… Зачем, Господи?!

– Понятно, зачем… – сумрачный Костя поднялся. – Ты давно этим занимаешься?

– Да. Только с Крапленым… впервые. До этого с Чемоданом…

– Ладно, поспи. И успокойся. Все образуется. – Костя стал натягивать кожаную куртку.

– Костик! – Лялька подхватилась с тахты, упала перед ним на колени и обхватила его ноги. – Родненький, не ходи, не ходи к ним! Я знаю, знаю, куда ты идешь! Прости меня, дуру. Я люблю тебя, люблю!

– Я тоже тебя люблю. Но они нас с тобой в кровь замарали, сволочи, и я им этого не прощу. Где находится логово Крапленого?

– Не нужно, Костик! Они тебя убьют. Это не люди – звери. Мы уедем отсюда, забудем все. Они нас не найдут. Прошу тебя, Костенька, послушай меня. Сегодня уедем, сейчас!

– Поздно, Ляля. Поздно… – смертельная усталость охватила Костю, он едва держался на ногах. – Мы с тобой влипли в грязь по уши. Терять нам нечего. И назад возврата нет. Где "малина" Крапленого?

– Не пущу! – зарыдала Лялька. – Не скажу!

– Как знаешь… – Костя поднял ее на руки и вновь уложил на тахту.

Лялька умолкла, закрыв глаза. Похоже, она была в обмороке. Постояв на ней чуток, Костя нагнулся, поцеловал ее в лоб и решительно направился к выходу…

– Кто там? – голос Профессора был ломким от испуга.

– Открывай…

– Седой?

– Да.

– Ты что, с ума сошел?! – зашипел на него Профессор, втаскивая за рукав куртки в переднюю. – Среди бела дня заявляешься, как к теще на блины…

– Помолчи, – отрезал Костя. – Мне от тебя нужно только одно – где хаза Крапленого?

– Зачем? – прищурился озадаченный Профессор.

– Это не твое дело.

– Ну а если не мое, то катись…

– Ты, старая обезьяна… – Костя в бешенстве схватил Профессора за грудки. – Я с тобою не шучу. Понял?

– К-как… да как ты смеешь?! – вскричал было в гневе Профессор, но, наткнувшись на испепеляющий взгляд Кости, стушевался. – Не знаю, он мне не докладывал… Отпусти!

– Сейчас ты у меня вспомнишь… – Костя резким движением прокрутил Профессора вокруг оси, завел его руки за спину и нащупал болевую точку, как учил когда-то Кауров.

Профессор взвыл не своим голосом. Дикая боль пронзила его с ног до головы каленым железом.

– А-а! П-пусти! Ска… скажу-у…

– Вот так-то оно лучше. – Костя небрежно швырнул обезумевшего от боли Профессора на диван. – Слушаю. Только без обмана. Вернусь – кости переломаю…

Профессор бежал изо всех сил, держась рукой за грудь. Сердце стучало неровно, и казалось, что вот-вот лопнет от перенапряжения. Наконец он добежал до шоссе и замахал руками, пытаясь остановить такси. "Успеть бы… – единственная мысль пульсировала в голове. – Крапленый… Что будет, что будет?!"

Профессор испугался. Впервые за столько лет. Обостренным нюхом старого "хищника он уловил признаки грозной опасности, которая могла поломать все его планы. Черт его дернул пойти на поводу у Козыря. Ничего не скажешь, хороший эксперимент он затеян с этим Седым… "Мне он нужен. Позарез. Приберешь пацана к рукам, по гроб жизни твой должник, будь спок…" – вспомнил записку, которую передан ему Чемодан от Козыря. Прибран, как же… На ум пришел наказ Крапленого никому не открывать адрес его берлоги. Профессор едва не рухнул на асфальт, ужаснувшись предстоящего разговора со своим учеником: забота о личной безопасности у Крапленого была на первом месте, и в этом он был беспощаден…

– Дед, а дед! Что с тобой? – молоденький черноволосый таксист лихо притормозил рядом с Профессором.

– Сердце… Болит. Плохо…

– Садись, отвезу в больницу.

– Нет, туда не надо… Мне бы домой…

– Куда?

– На Рябушовку.

Таксист недовольно проворчал что-то себе под нос, но все-таки открыл дверку.

– Ладно, где наше не пропадало…

– Не сумлевайся, я хорошо заплачу… – едва не на карачках пополз на сиденье Профессор. – Поезжай быстрее…

Из-за угла на приличной скорости выскочило такси, и Костя только в последний миг успел отскочить в сторону, к забору, чтобы не быть обрызганным черной липкой грязью с ног до головы. Проводив взглядом замызганную "Волгу", которая укатила в сторону Рябушовки, Костя зашагал дальше…

Дверь дома, где обитал Крапленый, отворила невысокая, полная, довольно симпатичная женщина. Стучать долго не пришлось, и это удивило и насторожило Костю.

– Вам кого? – тихо спросила она.

– Постояльца, – коротко и зло ответил Костя и, отстранив женщину, прошел внутрь.

Крапленый сидел у стола, поигрывая "парабеллумом".

– Что скажешь, Седой? – не поднимая головы, внешне спокойно спросил он, будто появление Кости в его логове было делом обыденным.

– Ты зачем Ляльку в свои дела путаешь?

– И это все, что ты мне хотел сказать?

– Нет, не все… – Костя шагнул к столу.

– Стой там, где стоишь! – щелкнул предохранитель, и Крапленый наконец поднял на Костю налитые кровью, бешеные глаза.

– С чего это тебя мандраж прошиб, Крапленый? – насмешливо спросил Костя, внимательно наблюдая за указательным пальцем бандита, лежащем на спусковом крючке.

– Ты!.. Ты!… – Крапленый захлебнупся от злобы. – Твою мать! Я тебя на распыл пущу!

– Какой ты грозный. – Костя незаметно для Крапленого напружинился, примеряясь для решающего броска. – А что на это скажет Козырь?

– Имя Козыря на какой-то миг заставило Крапленого заколебаться. Бандит не знал Костиных отношений со старым воровским авторитетом, потому боялся попасть впросак: ослушников своих распоряжений Козырь карал жестоко и быстро, от него спрятаться невозможно, достанет с морского дна…

Костя чувствовал, как в его душу постепенно вползает что-то холодное, скользкое, отвратительное. Когда он шел на встречу с Крапленым, единственным его намерением было высказать все, что он думает об этом подонке, и порвать раз и навсегда всяческие отношения с ворами. Каким он был наивным и глупым… Здесь уже шел разговор о его жизни. И не только его… Перед мысленным взором вдруг встали окровавленные призраки отца и матери. Видение было настолько явственным и живым, что Костя едва не застонал от боли, внезапно пронзившей сердце. Он предал их память, стал на одну тропу с убийцами. Пусть не эти, другие, но именно воры убили его родителей, и не будет теперь им пощады… Не будет! Око за око, зуб за зуб. Ненависть помутила разум, заволокла красным туманом глаза. Чужая кровожадная сила заставила затрепетать тренированные мышцы. Он был готов…

– Козырь? – наконец справился с временным замешательством Крапленый. – Да плевать я хотел на Козыря! Понял! Вот так – тьху! А тебя я в порошок сотру! И твою лярву! Мать… перемать! – орал он дурным голосом.

Позади Кости послышался шорох, но сжигаемый ненавистью юноша не придал этому значения. Сейчас… Ноги спружинили, кулаки налились свинцовой тяжестью… – и страшный удар по голове помутил сознание. Костя попытался развернуться, но тут ловко наброшенная петля-удавка сдавила шею, расколов мир на мириады жалящих осколков. Крапленый-таки добился своего, криком усыпив бдительность юноши…

Очнулся Костя в полной темноте. Он лежал в тесном сыром чулане, связанный по рукам и ногам. Попытался перевернуться на спину – и застонал от боли. Голова была словно чугунная, а содранная веревкой кожа на шее жгла и саднила. Пошевелил пальцами рук, пытаясь восстановить кровообращение, подвигал ногами. Напряг мышцы, стараясь ослабить опутавшие тело петли. Немного полегчало. Прислушался. В дальнем конце чулана, за дверью, бубнили чьи-то голоса. Извиваясь всем телом и отталкиваясь от пола связанными ногами, он, словно улитка, пополз к двери. Добрался, приложил ухо к шершавым доскам и застыл, тая дыхание, пытаясь разобрать, о чем шел разговор.

– …Из-за тебя теперь придется когти рвать отсюда! – шипел змеем Крапленый, как всегда матерясь.

– Ты погодь, погодь, все образуется… – непривычно заискивающий голос Профессора.

– Посмотрим. Я вызвал… – Крапленый назвал имя, но Костя не расслышал. – Приедет – и амба. В расход. Его нужно кончать.

– А Козырь? Что скажет Козырь? – как бы между прочим поинтересовался Профессор.

– Плевать. Своя шкура ближе к телу. Он поймет. А за девкой ты сам присмотри. Она еще нужна для дела. Потом… Хрен с ней, невелика потеря. Чтобы не тявкала, сучка, на ветер.

Постепенно глаза привыкли к темноте. Тоненький лучик проникал сквозь неплотно забитую тряпками отдушину под потолком и упирался в деревянную кадушку, отбрасывая на пыльный пол дрожащие световые пятнышки. Костя внимательно осмотрелся и едва не вскрикнул от возбуждения: около кадушки, в кучке мусора, валялся старый заржавленный кухонный нож! Маленький, с основательно сточенным лезвием, он на поверку оказался очень острым. Пытаясь схватить его связанными за спиной руками, Костя порезал себе палец. Стараясь не шуметь, он дополз до стены, нашел там подходящую щель, воткнул туда рукоятку ножа и принялся пилить бельевую веревку, опутавшую его с ног до головы…

Звуки шагов и скрип отворяемой двери заставили Костю прекратить свое занятие. "Эх, еще бы чуток времени!" – от досады Костя закусил губу до крови. Он едва успел вытащить нож из щели и спрятать его за пояс сзади, под рубаху, как в чулан вошел Крапленый.

– Как попивалось, Седой? – со смехом обратился он к юноше. – Постелька у тебя что надо гы-гы…

Позади Крапивного кто-то заржал.

– Будем кончать тебя, Седой, – продолжал Крапленый. – Отпрыгался ты.

Дверь открылась пошире, и в чулан вошел еще кто-то. И только когда он заговорил, Костя узнал его.

– Здорово, кореш! Давно не видались, гы-гы…

– Валет?!

– А то кто же. – Валет подошел поближе и изо всей силы пнул Костю ногой. – Это тебе, падла, для начала. Зону помнишь?

– Валет, считай, ты мертвец… Я тебя из-под земли выцарапаю… – в ярости прохрипел юноша.

– Какие мы шустрые, – Валет вытащил финку. – Крапленый, дай я с этого гада скальп сниму.

– Оставь. Кровищи будет до хрена. А его еще в машине нужно тарабанить. Я хочу, чтобы он перед смертью поизвивался, как вьюн на сковородке, – снова довольно осклабился Крапленый.

– Лады, заметано. Где мешок?

В чулан протиснулся еще один бандит, широкоплечий, круглоголовый, с огромными глазищами навыкате.

– Держи, – протянул он Валету вместительный чувал. – Да пасть ему заткни, чтобы ни звука…

– С пребольшим удовольствием. – Валет нашел какую-то тряпку и с силой затолкал ее в рот Косте. – Жуй, сучок. Последний ужин.

– Поторапливайтесь, – посмотрел на наручные часы Крапленый. – Время.

– Держи покрепче… – второй бандит легко поднял Костю и затолкал его в мешок.

– Ну и силища у тебя, Лупатый, – восхищенно сказал Валет, затягивая завязки.

"Лупатый!!" – воспоминания обожгли сердце. Теперь он понял все. При первой встрече с Крапленым Костя силился вспомнить, откуда ему знаком его голос, где он прежде мог слышать этот хрипловатый баритон, временами похожий на воронье карканье? Значит, главарем грабителей, которые убили его родных, был Крапленый. Крапленый! Бессильная ярость мутной волной захлестнула рассудок. Костя попытался вытолкнуть кляп, закричать – и потерял сознание…

Лупатый остановил машину в густых зарослях на обрывистом берегу реки. Он знал, что под обрывом находились глубокие ямины, куда водоворот затаскивал все подряд. Валет сноровисто привязал к мешку здоровенное зубчатое колесо и еще раз мстительно пнул ногой неподвижное тело.

– Наше вам…

– Взяли, – поторопил Валета Лупатый, тревожно посматривая по сторонам, – оно хоть и ночное время, но все же…

Бандиты раскачали тюк и швырнули его с обрыва в черную водяную кипень.

– Преставился… – с нервным смешочком Валет достал из машины бутылку вина. – Хлебни, – протянул Лупатому. – Помянем, гы-гы…

– Пей сам, – отрезал тот, усаживаясь за руль. – Не хватало, чтобы ГАИ меня прихватило с запахом. Да поживей.

– Счас, – Валет высосал бутылку до дна и швырнул ее в реку. – Спи спокойно, дорогой друг…

Хлопнула дверка, и машина на малой скорости, не зажигая фар, поползла по еле приметной грунтовой дороге, поросшей высокой щетинистой травой. Над рекой исподволь вставали седые колеблющиеся космы тумана…


14. БУДНИ ТЕСЛЕНКО | Кровавый узел | 15. ОБМАН