home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



19. ЛИЦОМ К ЛИЦУ

Снегирев застонал и открыл глаза. Кромешная тьма окружала его со всех сторон, давила сверху многопудовым грузом. Мишка в страхе дернулся, с трудом повернулся на бок. С груди свалились камни, стало легче дышать. "Где я? Что со мной?" – мучительно пытался вспомнить, поднимаясь на дрожащие ноги. Прислонился лбом к влажным и холодным камням стены – немного полегчало. Вспомнип! Лиговка, старый монастырь, подземелье… А дальше? Провал памяти. Пошарил в карманах и от радости едва не закричал: спички! Чиркнул о коробок, осмотрелся. Он стоял в подземном коридоре, которому не было ни начала, ни конца. Вверху, в потолке, зияла обширная дыра, щерившаяся почерневшими зубьями раскрошенного от времени кирпича. Значит, он провалился с верхнего коридора в нижний… Интересно, который час? Мишка посмотрел на часы и разочарованно ругнулся: стекло разбилось, стрелки отвалились. Часы еще тикали, как ни странно, но толку с них было…

В какую сторону идти? Мишка размышлял недолго – куда глаза глядят. Придерживаясь за стены и время от времени зажигая драгоценные спички, он пошел по коридору в ту сторону, откуда, как ему показалось, тянуло свежим воздухом. Блуждал он долго, часто сворачивая, потому как бесчисленные коридоры заканчивались тупиками. Наконец, уже совсем отчаявшись, он наткнулся на изгрызенные столетиями ступени, которые вели куда-то вверх. Последнюю спичку он потратил в просторном коридоре, сводчатом, с многочисленными нишами. Теперь Мишка уже явственно ощущал дуновение прохладного воздуха. Медленным шагом, осторожно пробуя дорогу впереди ногой, он продвигался по коридору, который постепенно сворачивал налево.

Неожиданно впереди загорелся трепещущий огонек. Мишка едва не заорал от радости, но тут же прикусил язык. Там явно были люди, но кто? Понятно, что вовсе не сотрудники угрозыска, которые понятия не имели, где искать Снегирева.

Осторожно приблизившись к источнику своих радужных надежд, Мишка наконец разобрал, что это был обыкновенный фонарь "летучая мышь" с изрядно закопченным стеклом. Возле него, спиной к юноше, на глыбе отесанного камня сидел человек, что-то задумчиво мурлыкая себе под нос. Сторожа оставили, понял Снегирев. Значит, остальные ушли. Но где Зарубин и Лялька? Их не было видно.

Опять бродить по подземелью в поисках выхода Мишка не желал, а путь на поверхность перекрывал этот музыкальный сторож. И Мишка решился. На цыпочках, тая дыхание, он двинулся вперед, мысленно прикидывая, может ли этот человек быть вооруженным, а если да, то как с ним справиться.

Мишка был уже шагах в пяти от сторожа, когда тот, видимо, что-то учуял. Он резко поднял голову и с беспокойством стал оглядываться по сторонам. "Была не была!" – мысленно вскричал Снегирев и ринулся в освещенный фонарем круг. Человек услышал звуки шагов, вскочил, но Мишка схватил его сзади за шею и с силой швырнул через бедро, нимало не волнуясь о последствиях. Сторож сдавленно вскрикнул и потерял сознание. Не мешкая, Мишка снял его брючный ремень и связал руки. Затем торопливо обыскал. На удивление, у сторожа в кармане не было даже ножа. Перевернув бесчувственное тело навзничь, Мишка присвистнул от удивления: перед ним лежал Профессор! "Вот так штука! Он хоть живой? – подумал Мишка, нащупывая пульс. – Нормально. Пусть позагорает…" – решил и, захватив фонарь, принялся исследовать подземелье.

Грубо сколоченную из толстенных брусков дверь он заметил рядом с грудой битого кирпича, перекрывающего вход в боковой коридор. Отодвинув массивный металлический засов, Мишка осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь сырого каменного мешка, стены которого сплошь покрывал серый мох. Неподалеку от входа, на куче гнилой соломы, лежали связанные по рукам и ногам Зарубин и Лялька.

– Привет, ребятки! – весело сказал Мишка, поднимая фонарь повыше.

– Заткнись, сволочь! – зло огрызнулась Лялька.

– Вот те раз… – удивился Мишка, поставил фонарь и опустился рядом с ними на колени. – А я думал, спасибо скажешь.

– Ты кто? – глухо спросил Зарубин, обжигая Снегирева неистовым взглядом.

– С этого и надо было начинать. Сейчас я вас рассупоню… – Мишка принялся распутывать узлы на ногах Кости и Ляльки. – Очень приятно познакомиться, Михаил, – церемонно поклонился Ляльке. – Давай руки, – обратился к девушке. – Все.

– А мне? – сделав усилие, Зарубин сел.

– Понимаешь, Костя, – да, да, я с тобой давно знаком, правда, заочно – прежде, чем я тебя развяжу, дай слово, что не будешь делать глупости. Идет?

– Как это?

– Дело в том, что я сотрудник угрозыска и знаю о тебе достаточно много. Поэтому извини, Зарубин, но мне нужны определенные гарантии. Знаешь ли, своей жизнью я дорожу, а ты парень честный, так что поверю тебе. Иного выхода нет – отсюда нужно сматываться и побыстрей.

– Ясно, – Костя нахмурился. – Обещаю. Но Крапленый мой!

– Заладил… – Мишка развязал ему руки. – Не волнуйся, от расплаты не уйдет. "Вышка" ему обеспечена.

– Крапленый мой! – Костя морщась массировал занемевшие руки. – У меня к нему свой счет…

– Ладно, поживем – увидим. А сейчас не до жиру… Профессор уже очнулся, ворочался, стеная и охая, пытался встать на ноги. Завидев Костю, он обмер.

– Это не я, не я! – вскричал он; из его глаз хлынули слезы. – Все Крапленый. Пощади! Я старый немощный человек…

– Помолчи, дед… – Мишка прислушался.

Со стороны входа в подземелье послышались неясный говор, звуки шагов, а затем показался и прыгающий фонарный луч. Времени на раздумья не оставалось.

– Помоги! – скомандовал Снегирев Косте, подхватывая Профессора под мышки. – Сюда! – показал он на черный зев камеры.

Они затащили Профессора в темницу, закрыли дверь на засов и поспешили спрятаться в одном из ответвлений коридора…

Зуб гнал машину, особо не выбирая дороги. Страшный в своей ярости Крапленый сыпал проклятиями вперемешку с бранью, кусая губы до крови. Лишь Чемодан, грузно ухая своей тушей о сиденье на каждой выбоине, казался спокойным и апатичным. Его и впрямь волновал в этот момент лишь несостоявшийся ужин, и он изредка вздыхал с сожалением, вспоминая аппетитно поджаренную курицу в холодильнике и четверть ароматного домашнего вина в погребке.

Они торопились укрыться в подземелье монастыря, план которого Крапленый изучил еще в довоенные годы. Это было самое надежное убежище, где отыскать их было практически невозможно: чрезвычайно запутанная система подземных ходов и лабиринтов соединялась с заброшенными штольнями соляных выработок, которые тянулись на десятки километров под землей и имели несколько выходов на поверхность. В тайниках подземелья у Крапленого было припасено вдоволь продуктов и хранились награбленные деньги и ценности.

"Седой… Его работа… – ярился бандит, до судорог в пальцах сжимая рукоятку "парабеллума". – Что я с ним сделаю! У-у-у… По кусочкам резать буду, кровь по капле выцежу…"

Когда Профессор сказал, что наконец вычислил виновника гибели Валета и Щуки и что это Седой, он вначале не поверил и посмотрел на него, как на сумасшедшего; спятил на старости лет, с того света еще никто не возвращался. "Ты что, того… – покрутил пальцем у виска. – Лупатому не веришь?" "Лупатого, хе-хе-хе, уже не спросишь, – рассмеялся довольно Профессор. – Кранты ему пришли, сердечко не выдержало. Пить надо было меньше. Тебе тоже советую, по старой дружбе – попридержись…" "Да пошел ты, советчик хренов!" – вызверился Карпленый. "А и пойду. Понаблюдаю. Седой жив, голову даю на отсечение. Попомнишь меня. Только он один мог так…"

Да, Профессор оказался прав, что и доказал на последнем сходняке. Он сумел разыскать и рыбаков, которые спасли Костю, и даже его тайную квартиру. "То-то я заметил, что Краля запорхала. С чего бы, думаю? В гости напросился, а на вешалке курточка, хе-хе, нашего покойничка. Правда, прикрытая плащом Лялькиным, но меня-то не проведешь. На кухню не пустила, вытолкала за дверь. А я туда особо и не рвался, хе-хе…"

Грузовик на скорости загнали в глубокий отстойник на окраине Лиговки. Тяжело перевалившись через невысокую земляную насыпь, он с шумом плюхнулся с высоты пяти метров в маслянисто-черную гладь. А еще спустя десять минут они нырнули в подземелье, щедро посыпая свои следы махоркой.

Ляльки и Седого в камере не было. Только потерявший способность что-либо соображать Профессор ерзал по соломе, нечленораздельно мыча. Во рту у него торчал кляп.

– Где?! – затряс его Крапленый, подняв, словно перышко, с пола.

– Погоди, – Чемодан подхватил сухое легкое тело Профессора, вынес из камеры, положил возле фонаря, развязал. – Узнаешь? – спросил, присаживаясь на корточки.

– М-м… – округлившиеся глаза Профессора, казалось, вот-вот выскочат из орбит. – Б-болит… – потрогал здоровенную шишку на голове.

– Рассказывай, мать твою!.. – снова заорал Крапленый.

Они сгрудились вокруг Профессора, который никак не мог прийти в себя.

Мишка неожиданно почувствовал, как пальцы Зарубина крепко сжали его локоть. Он понял – последний шанс… Костя тенью выскользнул в главный коридор. Он передвигался какими-то странными шагами, мелкими и быстрыми, но в то же время совершенно бесшумными. "Нужно ему помочь!" – мелькнула мысль, и Мишка поспешил за Костей. Небольшой обломок кирпича попался ему на пути и, отброшенный носком, откатился в сторону.

Крапленый услышал. Он резко обернулся. Луч его фонарика высветил Костю. Крапленый ощерился, поднимая пистолет, но Зарубин уже распластался в воздухе в неистовом прыжке. Яростный крик слился с громом выстрела. Фонарик Крапленого отлетел в сторону, кто-то опрокинул "Летучую мышь", и фонарь погас. В кромешной тьме раздались звуки ударов, чей-то сдавленный крик. Мишка уже добежал к месту схватки, как раздался дикий вопль, оборвавшийся глухим стоном.

Споткнувшись о распростертое на полу тело, Мишка упал. Перекатившись на бок, он неожиданно нащупал какой-то круглый длинный предмет. Фонарик! Мишка нажал на кнопку – и яркий луч высветил картину, от которой ему едва не стало дурно. Профессор, обхватив голову руками, лежал под стеной и что-то чуть слышно бормотал, похоже, молился. Зуб валялся с неестественно повернутой головой. Из его приоткрытого рта стекала тонкая струйка крови, выпученные глаза постепенно теряли осмысленность, превращаясь в пустые стекляшки. А в двух шагах высилась громадная фигура Чемодана, который, по-медвежьи мотая головой, надвигался на Мишку.

– Алексей, не надо! – вдруг раздался требовательный голос Зарубина.

– Седой? – Чемодан неторопливо повернулся к Косте.

– Уходи отсюда, Алексей. Я на тебя зла не держу.

– Ты нас заложил ментам, Седой. – Чемодан схватил Костю за грудки. – А за это ты знаешь, что полагается.

– Я не стукач. Даю слово. У меня счет только к Крапленому.

– Не верю. – Чемодан потянул руку к горлу Кости. – Я тебя сейчас кончать буду, Седой.

Момент удара Мишка заметить не успел. Чемодан с перекошенным от дикой боли лицом сначала медленно опустился на колени, а затем мягко завалился на бок.

– Чемодан, это тебе мой последнее предупреждение! – Зарубин, тяжело дыша, отошел в сторону.

В это время позади Мишки разнилось мягкое свечение. Он оглянулся и увидел Ляльку, которая зажигала "Летучую мышь".

– Где Крапленый? – спросил Зарубин у Снегирева. Только теперь Мишка понял, что Костя ранен. Зарубин стоял, слегка покачиваясь, и прижимал ладонь к левому боку. Сквозь пальцы сочилась кровь.

– Ляд его знает, – отозвался Снегирев. – Сбежал, подлец.

– Крапленый от сявок не бегает! – раздался злобный голос главаря шайки.

Из темноты на освещенное пространство ступил Крапивный. В руках он держал "парабеллум".

– Все, Седой, амба. Я распорю твой живот и кишки на шею намотаю! – от бешенства Крапленый пенился.

Когда он подошел поближе, Мишка увидел, что и бандиту досталось: его правая рука висела плетью, лицо было бледным до синевы от боли, а пистолет он держал в левой.

– Да, против безоружных и слабых ты храбрец, – совершенно невозмутимо ответил Костя, глядя прямо в глаза главаря банды. – Таким я помню тебя с пятьдесят третьего года, когда ты убил мою мать и отца. Помнишь квартиру главного инженера хлебозавода?

– Стоп-стоп, вон оно что… Так это ты тот сопляк, по которому я тогда промазал? Вот это встреча. – Крапленый начал неторопливо целиться. – Сейчас я исправлю ошибку молодости…

– Не-ет! – Лялька рванулась вперед, закрывая собой Костю, и словно дикая коша вцепилась Крапленому в лицо.

– А ты, сука! – отшвырнул ее бандит и выстрелил почти не целясь. – Получи!

Костя словно взорвался. Каким-то невероятным сальто он в мгновение ока преодолел расстояние, отделяющее его от Крапленого, и "парабеллум" выпорхнул из рук бандита. От неожиданности Крапленый едва не упал, но успел опереться о стену. И тут же он выхватил финку.

– До встречи на том свете, ублюдок… – тихо сказал ему Костя.

И остолбеневший Снегирев вдруг увидел, как нервный тик искривил черты Костиного лица, как растянулись его жесткие губы в полуоскале и возле глаз легли морщинки. Зарубин впервые за долгие годы улыбался. Но от этой улыбки веяло могильным холодом.

– Не нужно, Зарубин! – словно очнувшись, закричал Снегирев. – Остановись!!!

Но Костя уже крутил свою смертоносную "вертушку". Мишка услышал хруст височной кости Крапленого, когда стопа Зарубина достигла цели, и короткий звон клинка, выпущенного главарем банды. Крапленый умер мгновенно, даже не застонав.

Костя подошел к Ляльке, которая сидела, прислонившись к стене, бледная и окровавленная. Пуля пробила ей плечо. Костя помог девушке подняться, они обнялись и пошли к выходу из подземелья, поддерживая друг друга.

– Мент? – раздалось сзади.

Снегирев от неожиданности вздрогнул и обернулся. Разминая папиросу, рядом стоял Чемодан.

– Вроде… – осторожно ответил Мишка.

– Оставь их в покое. Вяжи меня… – Он закурил, затянулся пару раз, заложил руки за спину и вперевалку пошагал по каменному крошеву; он все слышал и все понял…

Мишка Снегирев поднял с пола "летучую мышь", еще раз посмотрел на скрюченного Крапленого и поспешил за Чемоданом. Когда он наконец выбрался наружу, то ахнул: над головой ярко голубело морозное небо, а лед на соляных прудах в лучах солнца, казалось, был покрыт сусальным золотом, таким же, как купол храма на дальнем взгорке.

[1] Рыжевье (жарг.) – золото.

[2] Башли (жарг.) – деньги.

[3] Медвежий шнифер (жарг.) – сейф.

[4] Хаза на якоре (жарг.) – квартира очень бедная.

[5] Ксива (жарг.) – паспорт.

[6] Нора (жарг.) – убежище.

[7] Мент (жарг.) – милиционер.

[8] Масть (жарг.) – здесь – воровская "профессия".

[9] Щипач (жарг.) – карманный вор.

[10] Мандраж (жарг.) – испуг.

[11] Вышка (жарг.) – высшая мера наказания.

[12] Волчара (жарг.) – опытный вор.

[13] Сявка (жарг.) – вор-подросток.

[14] Деловой (жарг.) – надежный.

[15] Общак (жарг.) – воровская касса.

[16] Карась (жарг.) – состоятельный человек.

[17] Залетный (жарг.) – приезжий вор.

[18] Фуфлом торганул (жарг.) – замешкался.

[19] Цюань-шу (кит.) – искусство кулачного боя, одна из разновидностей системы боевых единоборств.

[20] Зашухерить (жарг.) – предать.

[21] Попка – (жарг.) – контролер, надзиратель.

[22] Шамовка (жарг.) – еда.

[23] Мужик – (жарг.) – осужденный, хорошо работающий на производстве.

[24] Локшевая работа (жарг.) – неудачное дело.

[25] Шобла (жарг.) – воровская сходка.

[26] Разборняк (жарг.) – выяснение отношений на воровской сход.

[27] Понты гнать (жарг.) – умышленно вызвать скандал.

[28] Шпалер (жарг.) – револьвер.

[29] Кисет (жарг.) – карман.

[30] Пасит (жарг.) – находиться в бегах.

[31] Керосин (жарг.) – банкет.

[32] Пахан (жарг.) – главарь.

[33] Ходить на цырлах (жарг.) – лебезить, заискивать.

[34] Загонялка (жарг.) – товар.

[35] Куш (жарг.) – сумма.

[36] Поц коцаный (жарг.) – дурак меченый.

[37] Сгореть (жарг.) – попасться с поличным.

[38] Амба, амбец (жарг.) – конец.

[39] Варить (жарг.) – думать.

[40] Звонить (жарг.) – рассказывать.

[41] Понты бить (жарг.) – притворяться.

[42] Перо (жарг.) – нож.

[43] Базар (жарг.) – разговор.

[44] Шестерка (жарг.) – подхалим.

[45] Сидор (жарг.) – мешок с вещами.

[46] Блины (жарг.) – деньги фальшивые.

[47] Берлога (жарг.) – квартира главаря.

[48] Щупать (жарг.) – готовить.

[49] Понт бить (жарг.) – возмущаться, протестовать.

[50] Мансы (жарг.) – дела.

[51] Сходняк (жарг.) – сборище воров.

[52] Подорвать (жарг.) – убежать.

[53] Зехер (жарг.) – шутка, обман.

[54] Печник (жарг.) – пассивный педераст.

[55] Толковище (жарг.) – воровской разбор.

[56] Правилка (жарг.) – воровской самосуд.

[57] Куш (жарг.) – богатая добыча.

[58] Дуванить (жарг.) – делить.


18. ОПЕРАЦИЯ | Кровавый узел |