home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 19

Эванджелина чуть не выбежала из замка, но остановилась. Возможно, все к лучшему. Сначала надо во всем разобраться. Получить доказательства измены Эджертона. А потом можно будет отправить кого-нибудь к герцогу.

Да, это имеет смысл. Но при Эджертоне надо будет держать себя в руках. Нельзя позволить, чтобы он что-то заподозрил.

Ждать не было сил, и она выскользнула из замка рано, плотно закутавшись в плащ. Лето кончилось. Было холодно. Пока еще не слишком, но ближе к вечеру обещал ударить настоящий мороз. Она осторожно шла к гроту по длинной тропе, освещенной месяцем. Спустившись в бухту, Эванджелина обернулась и посмотрела на море. Волны росли, затем неторопливо устремлялись вперед, раскатываясь как огромный свиток, и наползали на песок с тихим шорохом, похожим на шепот.

Девушке не хотелось заходить в пугающе темный грот. Она подошла к скале у входа, села и стала ждать. Может быть, Эджертон не придет. Может быть, его уже обнаружили и отец находится в безопасности. Да, как же… Надеяться на это не приходится. Эванджелина знала, что актриса из нее никудышная, но сегодня вечером она обязана убедить Эджертона в своей покорности.

Завтра, думала она, завтра я отправлю герцогу записку. Он вернется и поможет мне.

А Джон Эджертон пусть отправляется в ад!

Чувство вины постепенно отпускало ее.

Холодало. Она вздрогнула. Где же Эджертон? Может быть, она чего-то не поняла или напутала…

– Добрый вечер, Эванджелина. В отличие от большинства женщин вы пунктуальны. Это приятно.

Она резко обернулась, чуть не свалившись со скалы. У входа в грот виднелся силуэт Джона Эджертона, освещенного лунным светом. Долго ли он ждал в темноте и наблюдал за ней?

Она медленно поднялась, сжимая в кулаке воротник плаща.

– Я поняла, что мужчины пунктуальны куда меньше. Возможно, во всем виновата их привычка вваливаться в комнату, когда все остальные уже на месте.

– Вы очень молоды, ваш опыт ограничен, а потому ваше мнение не имеет никакого значения. Вы здесь. Если бы вы опоздали, я бы усомнился в ваших намерениях. Вчера вечером у меня не было возможности сказать вам, как я рад этой новой встрече. Конечно, я бы предпочел восстановить знакомство по-другому, но, увы, так было суждено. Однако я отвлекся. Когда вы придете в грот в следующий раз, прихватите с собой фонарь. Входите.

Эджертон поставил свой фонарь на землю, опустился на колени и зажег его. Затем он встал и обернулся к Эванджелине. Его лицо озарял тусклый желтоватый свет.

– Через двадцать минут с помощью этого фонаря вы подадите сигнал. – Он сделал паузу и пристально осмотрел девушку. – Вы-испуганы. Что ж, неплохо. Это избавит вас от ошибок. Ошибок, которые могли бы оказаться роковыми для вашего дражайшего отца. Она молчала.

– Теперь слушайте меня. На причале вы встретитесь с несколькими людьми. Я буду ждать здесь и следить за вами. Слушайте и запоминайте, потому что у нас мало времени. Это очень важный шаг для вас. Сегодня вечером вы измените Англии. Дело простое, но оно послужит нашей цели. Тем самым вы перейдете Рубикон. Возврата не будет.

Если бы у Эванджелины был пистолет, она пристрелила бы Эджертона, не сходя с места. И без всяких сожалений. Не будет возврата? Как бы не так!

– Вы глупец, сэр Джон. Думаете, сможете победить меня? Не лгите самому себе. Вы всего лишь жалкий старик. Ушар держит в плену моего отца. Вы знаете, что у меня нет выбора. Все остальное не больше чем жалкая мелодрама. Так что не обольщайтесь, черт побери!

Эванджелина решила, что сейчас он ее ударит. Эджертон уже занес руку, но опомнился и медленно опустил ее.

– Не провоцируйте меня, Эванджелина. Вы всерьез считаете, что я не могу забыть девушку, отец которой отказал мне?

– Мой отец тут ни при чем. Это я отказала вам. Он улыбнулся; в темноте эта улыбка казалась устрашающей.

– Эванджелина, теперь вы в моей власти, так что не забывайтесь. В вашей смелости есть что-то забавное. Я охотно побеседовал бы с вами, но не сегодня. Нам предстоит важное дело. Нужно торопиться.

– Вы англичанин. Почему вы предаете свою страну?

Он пожал плечами, покосился на фонарь, а потом поднял глаза.

– Все мы делаем свой выбор, Эванджелина. Я решил помочь великому человеку выполнить то, что ему предначертано судьбой. Его судьба чрезвычайно важна для будущего, в том числе и для моего. Вам этого не понять. Нет, не пытайтесь спорить со мной. Сейчас для этого нет времени. Нам предстоит очень серьезное дело. Ваши обязанности будут различными, но не опасными. Вашей главной функцией станет проверка. Никого не направят ко мне, пока вы не подтвердите, что он действительно тот, за кого себя выдает.

Эджертон вынул из кармана плаща сложенный лист бумаги и вручил его Эванджелине.

– Все послания, которые вы получите, будут зашифрованы с помощью этого кода. Он известен только вам, мне и Ушару. Вы будете встречать людей и тщательно проверять их документы. Ни один человек не должен уйти отсюда, пока вы не заверите их подлинность. Для этого вы будет ставить в конце каждой страницы свои инициалы. Это нужно для нашей с Ушаром безопасности. Кроме того, у нас с вами будут конспиративные клички. Никто не должен знать наших подлинных имен. Ваша кличка Орел, моя – Рысь. Вы достаточно сообразительны, чтобы быстро освоить шифр.

Эванджелина подошла к фонарю и опустилась на колени. Код представлял собой формулу замены букв некоторыми комбинациями цифр.

– У гласных есть свой шифр. Вы овладеете этим искусством, если немного потренируетесь.

– А что делать, если донесение окажется ложным?

– Ничего. Просто направить этого человека в Лондон по данному адресу. – Он протянул ей маленькую визитную карточку. – Сомневаюсь, что кто-то сумеет внедриться в нашу сеть, но предосторожность не помешает. Мы учитываем все возможности. Думаю, вы тщательно удостоверитесь, что не посылаете на смерть искреннего сторонника Бонапарта. Если вы совершите ошибку, вольную или невольную, она станет вашей последней. Конечно, ваш отец умрет тоже, но вы этого уже не узнаете. Она взяла карточку.

– Вы хотите сказать, что каждый, кого я пошлю по этому адресу, будет убит?

– Естественно. А вот это моя карточка. Проверенных людей будете посылать ко мне.

– Где письмо от моего отца? Ушар обещал переслать его.

– Вы получите письмо, когда прибудет лодка. Вместе с новыми инструкциями. Останетесь в Чесли. В случае изменений я дам вам знать… Ну что, герцог уже пытался переспать с вами?

– Нет. Не думаю, что ему есть до меня дело. К тому же он вернулся в Лондон.

– Неважно. Кстати, в тот вечер вы устроили отличный спектакль. Ваши таланты произвели на меня сильное впечатление.

– У меня не было выбора. Герцог и лорд Петтигрю назвали вас своим другом. Человеком, которому они доверяют.

– Да, – кивнул он. – Мне понадобилось много лет, чтобы войти к ним в доверие. Но вы тоже неплохо сыграли свою роль.

– Ошибаетесь, – сказала Эванджелина, глядя ему в лицо. – Я плохая актриса. Если бы герцог не уехал из Чесли, он бы уже наверняка заподозрил неладное. В самом деле, я пробыла здесь совсем недолго, а уже навлекла на себя подозрения. Миссис Нидл – безвредная старушка, но она чувствует во мне обманщицу. Кто будет следующим? Если люди заподозрят меня, я не смогу быть полезной ни вам, ни Ушару.

– Какая еще старушка?

Эванджелина нетерпеливо покачала головой.

– Это неважно. Похоже, она видит мою настоящую сущность.

– Надеюсь, что ради своего собственного блага и блага отца вы быстро освоите это ремесло. У женщин на это талант. Ничего удивительного, поскольку большинство женщин мастерски притворяется. А вы ничем не отличаетесь от других.

– Я вижу, вы не слишком высокого мнения о представительницах моего пола.

– Напротив, я обожаю женщин. Они великолепно умеют добиваться от нас всего, что им нужно. Я их понимаю и поэтому не доверяю.

– Тогда зачем вам было жениться на семнадцатилетней девочке?

– Именно по этой причине. Вы были слишком молоды и еще не успели в полной мере овладеть женским искусством. Я бы вылепил из вас то, что мне нужно. – Он вынул из кармана часы. – Пора. Следуйте за мной. Только осторожно.

Он вынул носовой платок, накрыл фонарь и понес его к выходу из грота. Некоторое время они молча всматривались в темноту. Затем вдалеке увидели две короткие вспышки.

Эджертон сдернул платок и на несколько секунд поднял фонарь ввысь.

– Вы всегда будете получать двойной сигнал и отвечать одним, достаточно долгим, чтобы его успели заметить. Потом к причалу подплывет лодка. Вы встретите ее там. – Эджертон опустил фонарь, снова обернул его платком и поставил на пол.

– В высокий прилив пещера заполняется водой.

– Люди знают, что приставать к берегу следует лишь при низком приливе. И приплывут только в том случае, если вы сами подадите им сигнал. – Он поднял руку. – Слушайте.

Через несколько секунд она услышала тихий плеск весел, погружаемых в воду.

– Идите на причал. Помните, мой дорогой Орел, что теперь вы одна из нас. Вы поздороваетесь с людьми, возьмете у них пакет и вернетесь ко мне. Сегодня мы расшифруем код вместе.

Эванджелина кивнула, быстро вышла из грота и направилась к концу деревянного причала. Она увидела маленькую шлюпку Эдмунда, подпрыгивавшую на волнах, а за ней – длинную лодку, из которой на пристань выбрались двое мужчин в черных плащах с поднятыми воротниками. Один из них шагнул вперед. К удивлению Эванджелины, он безукоризненно говорил по-английски.

– Все в порядке. Вы Орел? Эванджелина только кивнула, не доверяя собственному голосу.

Мужчина смерил ее взглядом и тихо промолвил:

– Мне сказали, что связным будет женщина. Но я не ожидал, что она окажется такой молодой и красивой.

Эванджелину чуть не вырвало. Когда она заговорила, ее голос был таким же холодным, как наступивший вечер:

– Давайте ваши инструкции.

Она вернулась в грот, оставив мужчин ждать на причале, открыла пакет и вынула оттуда два конверта. Эджертон сказал, что в одном из них письмо отца и дальнейшие указания. Во втором лежали какие-то документы и зашифрованное послание Ушара. У нее дрожали руки и кружилась голова; буквы не желали складываться в слова.

– Спокойнее, Эванджелина. Эти люди будут ждать столько, сколько понадобится. Вы переставили буквы местами. Попробуйте снова.

Через пятнадцать минут она удостоверилась, что послание действительно написано Ушаром. Документы были рекомендательными письмами и удостоверением личности некоего Аллена Даннара, которому предстояло занять место секретаря лорда Джорджа Баррингтона, проживающего в Лондоне. Эванджелина слышала это имя впервые в жизни, но была готова держать пари, что лорд Баррингтон имеет отношение к военному ведомству. Она запомнила оба имени. Надо будет рассказать об этом герцогу.

– Подлинные, – сказала Эванджелина, вкладывая бумаги обратно в пакет.

Эджертон вынул из кармана кусочек древесного угла.

– Поставьте свои инициалы в правом нижнем углу. Без них эти люди не смогут отправиться в Лондон.

Когда она протянула пакет одному из мужчин и назвала адрес Рыси, оба кивнули и коротко отсалютовали Эванджелине.

– До свидания, мадемуазель Орел. – Один из мужчин послал ей воздушный поцелуй. – Возможно, мы еще увидимся, но при других обстоятельствах.

– Не думаю, – ответила Эванджелина. Кличка резала ей слух. – Но можете быть уверены, что я никогда не забуду вас.

Когда оба исчезли за поворотом утеса, Джон Эджертон вышел из грота.

– Вы молодец, Эванджелина. Как я и говорил, инструкции для вас находятся в конверте. – Он немного помолчал, а потом коснулся ее щеки.

– Жаль, что в этой мелодраме я играю роль злодея, но зато мы снова вместе, а именно к этому я и стремился. Мы еще увидимся, Эванджелина. Возможно, вскоре вы станете более сговорчивой и пожелаете выслушать меня.

– Нет, – сказала она. – Нет.

– Что ж, увидим. Кстати, Эванджелина, я тоже вижу вас насквозь. Вы все еще колеблетесь. Все еще надеетесь ускользнуть от нас. Не надейтесь. Это невозможно. Слушайте внимательно и запоминайте. Если со мной что-нибудь случится, лорда Эдмунда убьют. Убьют без всяких колебаний и зароют там, где его тело никогда не найдут. Его убьют, и в этом будете виноваты вы. Ну, а затем будет убит ваш отец. Если вы выдадите меня герцогу или кому-нибудь еще, то станете причиной двух смертей. Вы поняли меня?

Эванджелина знала, что он победил. Наверное, это тоже было написано у нее на лице. Нет, только не Эдмунд, не мальчик, который с каждым днем становится ей все дороже! Она этого не вынесет.

– Вы поняли меня?

Наконец она сказала так тихо, что Эджертону пришлось нагнуться:

– Да, поняла.

– Вот и отлично. Возможно, картина станет еще нагляднее, если вы представите себе, что ваш отец и Эдмунд похоронены в одной могиле, причем старик прижимает мальчика к груди. Очень трогательно.

О да, картина впечатляющая. Она промолчала и не изменилась в лице, но ее трясло. Эджертон победил.

Сколько прошло времени, Эванджелина не знала, но в конце концов она медленно поднялась по тропе, сжимая в руке отцовское письмо. Все кончено. Кончено навсегда. Она изменила Англии.

Она предала герцога.

Возврата не было.


Глава 18 | Трудная роль | Глава 20