home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 27

Эванджелина прижимала к груди сумочку. Внутри лежал конверт, который сегодня утром посыльный принес от Эджертона. Она не хотела знать, что находится внутри. Там было что-то страшное. По-настоящему страшное.

День был таким холодным, что даже в карете изо рта шел пар.

Герцог наклонился и поплотнее закутал пледом ее ноги.

– Разве можно поверить, что какие-нибудь три недели назад мы нежились под летним небом?

Карета резко остановилась. В окошко заглянул улыбающийся Джанипер. Ему очень нравится находиться в гуще событий, подумал герцог. Но старик наверняка ломает себе голову, пытаясь понять, какого черта хозяин привез в военное министерство молодую леди. И в самом деле, какого черта?

– Нет, – сказала Эванджелина. – Этого не может быть.

Она стояла перед закопченным зданием из серого камня, мрачным, неприветливым и явно нуждавшимся в окраске. Здание окружал высокий чугунный забор. На улице было неестественно тихо, потому что здесь отсутствовали уличные торговцы, которые могли отвлечь важных людей от государственных дел. Вход в здание охраняли два молчаливых стража, облаченных в мундиры гвардейцев его величества.

– Вон там находится Вестминстер, – сказал герцог, показывая пальцем, обтянутым перчаткой.

– Просто восхитительно, – бодро сказала Эванджелина, не обращая внимания на недоверчивый взгляд герцога, и решительной походкой направилась к высоким черным воротам перед входом в министерство.

Герцогу не понадобилось называть стражам свое имя. Огромные железные ворота тут же распахнулись.

– Добро пожаловать, ваша светлость, – сказал один из гвардейцев.

– Ты останешься с лошадьми, Джанипер, – велел герцог. – Как обычно.

Они поднялись по дюжине выбитых ступенек к огромным двойным дверям. Гвардеец потянул тяжелое железное кольцо и низко поклонился герцогу.

– Ваша светлость, – сказал он, – секретарь лорда Петтигрю сейчас спустится.

– Похоже, вы имеете полное право считать себя самым тщеславным человеком во всей Англии.

– Вот уж нет. Принц-регент может дать мне большую фору. Но я на это не реагирую. – Герцог бросил на нее удивленный взгляд. – А вы что, предпочли бы, чтобы нас никто не замечал?

– Да нет. Просто все обращаются с вами так, словно вы принц-регент.

– Ни в коем случае. Они относятся ко мне намного лучше, чем к нему.

Испуганная Эванджелина застыла на месте. Негромко сказанные слова герцога отразились от стен могучим эхом. Она оглянулась по сторонам. Главный зал вздымался ввысь по крайней мере на четыре этажа; каждый этаж был огражден решеткой из кованого чугуна. На площадках неподвижно стояли гвардейцы в мундирах. По вестибюлю деловито сновали джентльмены всех возрастов в нарядах неизменно темного цвета, лишь на мгновение останавливавшиеся при виде Эванджелины. Все здоровались с герцогом и низко кланялись ему. Это было унизительно. На нее никто не обращал внимания.

– Теперь вам должно быть ясно, почему женщины не слишком любят это место, – невозмутимо сказал герцог, когда какой-то молодой человек, менее самоуверенный, чем прочие, при виде Эванджелины споткнулся и чуть не упал.

– Ричард, Эванджелина! Вы как раз вовремя. Добро пожаловать в мой второй дом. – В дальнем конце вестибюля появился лорд Петтигрю.

В отличие от своих секретарей и клерков он был одет в камзол с пышными рукавами и темно-коричневые бриджи. Несмотря на теплый прием, Эванджелина чувствовала, что он смертельно устал. Несомненно, Дрю считал ее желание посетить министерство капризом и отнюдь не радовался, что ему придется потратить на Эванджелину драгоценное время. Она не осуждала его. При мысли о том, что ей предстоит, она испытывала желание умереть. Однако она очаровательно улыбнулась.

– Спасибо за то, что позволили мне прийти. Он кивнул и обратился к герцогу:

– Поступила новая информация из Парижа. Если сегодня вечером ты свободен, есть люди, которые хотели бы встретиться.

– Конечно, – ответил Ричард. – А теперь покажи этой любопытной мадам свою контору. Ты сам будешь нашим гидом или приставишь кого-нибудь из своих клевретов?

– Великий герцог Портсмутский в сопровождении какого-то клерка? Это невозможно.

Лорд Петтигрю вел их по мрачным и неуютным залам для заседаний, насквозь провонявшим табаком.

– Я давно мечтала увидеть зал, в котором когда-то заседала Палата лордов, – сказала Эванджелина, когда Дрю провел их в старинную комнату с дубовыми панелями, стены которой были свидетелями множества споров о будущем Англии.

Она внутренне ахнула, когда лорд Петтигрю сказал:

– Старая рухлядь. Здесь нет ничего интересного.

Эванджелина подарила ему самую чарующую из своих улыбок.

– Ах, Дрю, как бы я хотела увидеть место, где вы работаете!

Тут он заколебался. Впервые за время ее странного визита.

– Я обещаю, что после этого удовлетворюсь и оставлю вас в покое. – Видя, что Дрю все еще колеблется, она добавила: – Думаю, едва ли можно осуждать леди за то, что она хочет увидеть место, где такие джентльмены, как вы, проводят львиную долю своего времени.

– Будь по-вашему, Эванджелина, – наконец сказал лорд Петтигрю, добродушно махнув рукой. – Одному Богу известно, сколько времени мы с герцогом провели здесь. Насколько я знаю, моей Фелисии никогда не приходило в голову посетить этот мавзолей.

По дороге на второй этаж лорд Петтигрю и герцог обсуждали подробности триумфального возвращения Наполеона.

– Из достоверных источников мне известно, что он будет в Париже завтра. Трудно смириться с тем, что французы встречают его с распростертыми объятиями. Но Англия вскоре поднимется. Англичанам пора понять опасность, которую этот человек представляет для Европы.

Эванджелина споткнулась на ровном месте.

Наполеон скоро будет в Тюильри. Случилось именно то, что предсказывали Ушар и Эджертон. Она почему-то питала надежду, что французы не захотят иметь с Наполеоном ничего общего, а французская армия быстро спровадит его обратно на Эльбу. И тогда Ушар отпустит ее, а потом и отца.

– Эванджелина, что с вами?

– Тут очень жарко, ваша светлость. – Ее голос был таким же тусклым, как свет, который с трудом пробивался сквозь пыльные окна. – Все в порядке.

– Простите, я не ослышался? Вы сказали, что тут жарко? – Он смотрел на нее, прищурив проницательные глаза.

– Да, – только и ответила она.

Лорд Петтигрю извинился за беспорядок, который царил в его офисе. Повсюду лежали кипы документов. В дальней части кабинета стоял стол красного дерева, над которым склонились два человека, изучавшие какие-то карты.

– Джентльмены, – сказал лорд Петтигрю, – будьте добры подождать в приемной. Я отвлеку нас буквально на пару минут.

Оба посмотрели на Эванджелину с изумлением, нетерпением и осуждением, забрали какие-то документы и вышли в соседнюю компату.

Не обратив на эти взгляды никакого внимания, Эванджелина непринужденно подошла к незашторенному окну и посмотрела на Темзу. Она подозревала, что лорд Петтигрю сказалкакую-то подходящую к случаю фразу, но не слышала ни его, ни герцога. Она незаметно покосилась на вторую полку книжного шкафа, стоявшего в дальнем углу. Казалось, книги из него брали редко. Джон Эджертон велел оставить конверт между третьим и четвертым томом слева. Она стояла у окна, что-то отвечая на реплики лорда Петтигрю, и ломала голову над тем, как засунуть в шкаф проклятый конверт.

– Ну что, насмотрелись? – наконец спросил герцог.

Она обернулась и с лучезарной улыбкой протянула руку лорду Петтигрю.

– Да, верно. Дрю, большое спасибо за вашу доброту. Я знаю, как вы заняты, и больше не хочу отнимать у вас драгоценное время.

Эванджелина медленно пошла к широкой двери и незаметно уронила перчатку на деревянный пол. Когда все трое вышли в приемную, она осуждающе покачала головой и сказала:

– О Боже, я уронила перчатку. Подождите минутку, я сейчас!

Не успел лорд Петтигрю позвать одного из своих клерков, как Эванджелина шмыгнула в кабинет, дрожащими пальцами вынула из сумочки злополучный конверт и сунула его между толстыми томами. Она вернулась ровно через три секунды, помахивая перчаткой.

– Прошу прощения. Надо же, какая глупость… Но теперь все в порядке. Наконец я увидела, где вы, джентльмены, находящиеся у власти, проводите время, защищая Англию… – Она бы и дальше продолжала нести вздор, если бы герцог не поглядел на нее так, словно готов был заткнуть ей рот.

Оказавшись в карете, Эванджелина долго прихорашивалась и закутывала пледом ноги. Затем она сложила руки на коленях и уставилась в окно.

– Я вижу, этот визит произвел на вас сильное впечатление, – сказал герцог, пристально глядя на нее.

– О да. Просто неизгладимое. Исполнилась моя детская мечта. Мне довелось наконец-то увидеть… – не оборачиваясь начала лепетать она.

– Помолчите, Эванджелина. – Ричард продолжал изучать ее профиль, в который раз пытаясь понять, что у нее на уме. Наконец он промолвил: – Не могу дождаться того дня, когда я раскушу вас.

Эванджелина не ответила.

– Подозреваю, что теперь вам хотелось бы посетить Палату общин.

Эванджелина взяла себя в руки и обернулась.

– Нет, – язвительно ответила она, – я предпочла бы съездить в Ричмонд. Хочу полюбоваться на ваш знаменитый лабиринт!


Глава 26 | Трудная роль | Глава 28