home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement







6.

В двухтомнике несколько раз упоминается книга Соломона Лурье «Антисемитизм в древнем мире» (1922), но упоминается мимоходом. Непохоже, чтобы автор придавал ей большое значение. Однако в «пакостном опусе» 1968 года книга Соломона Лурье не только упоминается — она цитируется и пересказывается довольно подробно. Особенно импонирует Солженицыну то, что «в возникновении антисемитизма евреи виноваты сами, что причины антисемитизма лежат в свойствах самого еврейского народа» (стр. 10).[863] «Еще раньше, чем сформулировать это самому в тексте книги, — подчеркивает Солженицын, — он [Лурье] высказывает эту мысль в эпиграфе, пророчеством еврейской Сивиллы: „Будут и суша и море наполнены вами повсюду. / Все ненавидеть вас будут за ваши привычки и нравы“. Так вот как давно — с древних же веков — причина антисемитизма была ясна лучшим из евреев» (стр. 10).  «Не следует считать, говорит Лурье, что общественный антисемитизм выражал худшую часть общества — нет, и незапятнанные идеалисты были во главе его» (стр. 10).

Весьма важной и поучительной Солженицын считает мысль С. Лурье о том, что ненависть к евреям не насаждалась властями, а, наоборот, шла снизу. Власти сопротивлялись «народному» антисемитизму, беря евреев под защиту и даже карая их гонителей; а если присоединялись к нему, то всегда с опозданием и только частично, как бы под давлением требования масс.


Вместе или врозь? Судьба евреев в России. Заметки на полях дилогии А. И. Солженицына

С. Я. Лурье


Круг идей «самоотверженного ученого» С. Лурье Солженицын излагает вполне адекватно, то есть без существенных искажений, но и не высказывая возражений, полностью с ними солидаризируясь. Более того, в опусе 1968 году книга С. Лурье служит Солженицыну путеводной звездой, исходным пунктом многих его собственных построений. Во много раз более обширном труде 2001–2002 годов от всего этого остались лишь почти неразличимые рудименты — притом, что расширение первоначального текста шло в основном за счет насыщения его цитатами из «еврейских» источников. Но, как оказывается, то была улица отнюдь не с односторонним движением: тогда как множество «еврейских» цитат добавлялось, некоторые — убавлялись! Почему бы это?

Соломон Яковлевич Лурье был ведущим специалистом по истории и культуре античности. В течение десятилетий он преподавал превосходный курс истории Древней Греции в Ленинградском университете, пока — в период гонений на «космополитов» — не был уволен «за несоответствие занимаемой должности».

Наиболее известен капитальный труд С. Лурье о Демокрите — одном из крупнейших философов Древней Греции. Что касается книги «Антисемитизм в древнем мире», изданной впервые в 1922 году, то она выгодно отличается от большинства работ на аналогичные темы: она опирается на первоисточники. Труд Лурье показывает, насколько глубоки исторические корни ненависти к евреям: они уходят к самым истокам человеческой цивилизации, а не к первым векам христианства, как можно прочитать у многих даже весьма солидных авторов.

Но выводы Соломона Лурье не выдерживают критики. Вопреки его собственному мнению, он обнаружил отнюдь не причины антисемитизма, а только свою собственную принадлежность к специфической категории так называемых самоненавидящих евреев (self-hated Jews). К этой категории психологи относят особую группу евреев-интеллектуалов, которые, выварившись в котле религиозной и национальной нетерпимости, начинают ее оправдывать, находить рациональные объяснения, а для этого — отыскивать в евреях какие-то особые, якобы только им присущие свойства, делающие их ненавистными. По своим внутренним установкам эти интеллектуалы примыкают к идеологам, считающим, что жертва преступления служит его причиной. Представьте себе, что кого-то в темном переулке пристукнули грабители, и вот на него же и указывают как на причину нападения. С какой-то точки зрения так оно и есть: не пошел бы он по темному безлюдному переулку, глядишь — преступления бы не совершилось! В таком смысле и евреи сами виноваты в погромах и гонениях: не было бы их на свете — не было бы и антисемитских гонений.  

Согласно профессору Лурье, в древнем мире антисемитизм появлялся там, где появлялись евреи, отсюда он и делает вывод, что они сами его порождают своими «привычками и нравами». Какими же? Как излагает Солженицын, они «всегда имеют как бы двойное подданство: стране, в которой они живут, и, выше того, — своему всемирному „землячеству“ …В этом-то двойном подданстве, в постоянном сохранении национального чувства не по отношению к стране, где евреи живут, а к своему бестерриториальному единству, Лурье и видит единственную причину антисемитизма во все века, причину озлобления окружающих не-евреев» (стр. 12).

Эти выводы, мягко говоря, очень сомнительны, ибо далеко не все евреи и далеко не во всех ситуациях сохраняют верность своему «землячеству» (например, Лурье его не сохранил). Да и антисемиты подобным объяснением своей нетерпимости к евреям никогда не ограничивались. Ненавистному племени приписывались куда более страшные качества и преступления — отравление колодцев, ритуальные убийства, надругательство над христианскими святынями, колдовство, стяжательство, алчность, патологическая трусость, тайные заговоры и множество других пороков и злодеяний. Причем, само наличие евреев для этого вовсе не обязательно! Я не берусь оспаривать то, что такой выдающийся знаток античности, как С. Я. Лурье, писал о древности, но более поздняя история полна примерами сильнейшего антисемитизма при полном отсутствии евреев.

Так, Шекспир, скорее всего, не встречал в своей жизни ни одного еврея: из Англии они были изгнаны за два с половиной века до его рождения. Но определенные представления о евреях он имел, а какие именно, показано в образе Шейлока: кровожадного, жестокого, всех ненавидящего и всеми ненавидимого ростовщика.[864] Откуда же взялись такие представления? Очевидно, они сохранялись в сознании части британского общества, питаясь предрассудками, передававшимися из поколения в поколение.

Если в Англии евреи отсутствовали лет триста, то в России — восемьсот! Но фантастические  представления об их коварстве, злобе, кровожадности и т. п. не только снова и снова воспроизводились в сознании обывателей, но и накладывали печать на государственную политику, а порой играли важную роль во внутренних религиозно-политических разборках (пример — расправа над «жидовствующими»).[865]

Поскольку присутствие в обществе евреев вовсе не обязательно для присутствия в нем антисемитизма, то основной посыл С. Лурье не состоятелен. Сам он этого, видимо, не знал или об этом не задумывался, но Солженицыну это хорошо известно. Как, вероятно, и то, что книга «самоотверженного ученого» вскоре после выхода в свет стала настольным пособием для ведущего идеолога нацизма Альфреда Розенберга  (выходец из Прибалтики, он хорошо знал русский язык).[866]

Если взгляды и аргументы С. Лурье, подробно изложенные в ШЕД-1968, перешли в «Двести лет вместе» в рудиментарном виде, то от фрагмента об австрийском философе начала XX века Отто Вейнингере, не осталось даже упоминания. Между тем, в «опусе» 1968 году ему посвящено несколько очень прочувствованных строк: «Этот гений, чудо природы, в двадцать три года сгоревший от гениальности, сам еврей, в главе XIII, II-й части своей блистательной книги „Пол и характер“, разбирая еврейство не как расу и не как вероисповедание, а как духовное направление [?], как психическую конституцию [?], дал критику редкой тонкости и огромной амплитуды» (ШЕД-1968, стр. 11).


Вместе или врозь? Судьба евреев в России. Заметки на полях дилогии А. И. Солженицына

О. Вейнингер


Книга Вейнингера «Пол и характер» (1903) дала толчок целому направлению исследований, в этом смысле она действительно считается выдающейся. Но это одно из самых спорных и противоречивых творений не вполне здорового ума и воображения. Молодой философ был почитателем Канта, обладал обширными для его возраста познаниями в биологии, психологии, общественных учениях своего времени. Он был знаком с работами Габино, Дюринга, Чемберлена, но недостаточно подготовлен к тому, чтобы в них критически разобраться. Он сделал попытку доказать моральное и интеллектуальное превосходство мужского начала над женским и арийской расы — над «низшими» расами. Он был противником модернизма, феминизма и других современных течений, а носителями их считал евреев, чью беду видел в отсутствии (или малом присутствии) в них «мужского» начала. Он относил евреев к неполноценным существам (как и женщин), в чем и усматривал причину антисемитизма. Женщины, по его мнению, не заслуживают равноправия в силу своей природной неспособности достичь духовной высоты мужчин арийской расы. Как и евреи. В себе он пытался культивировать «мужское», «арийское» начало, но, осознав, что природную еврейскую неполноценность не преодолеешь, покончил с собой, доведя свое самоненавистничество до логического конца. В его трагической судьбе, как отчасти и в формировании взглядов, похоже, не последнюю роль сыграла неудачная любовь.

Почему в работе 1968 года, Солженицын опирается на С. Лурье и О. Вейнингера, а из двухтомника они вычищены? Видимо, потому, что за прошедшие тридцать с лишним лет надобность в самоненавидящих евреях «классического» образца отпала, ибо успела расцвести их новая генерация. Особенно активны некоторые «сионисты», эмигрировавшие из бывшего СССР в Израиль. С младых ногтей они, как губка, впитывали расхожие антисемитские мифы. Сперва большевистские — про отравленные пули эсерки Каплан, про контрреволюционные заговоры «Иудушки» Троцкого, etc. А затем антибольшевистские — про расстрел царской семьи, про «расказачивание», приписанное Свердлову, про «еврейских» комиссаров, чекистов и, конечно, про большевистского палача Лейбу Троцкого.[867] В Израиле все это и многое другое с мазохистским сладострастием стало выливаться на страницы русскоязычной печати. Черпай горстями! Это и делает Солженицын в первом и особенно во втором томе своего двухтомника, обходясь без Вейнингера и Лурье — ведь использование их работ нацистами сильно подпортило их репутацию.


предыдущая глава | Вместе или врозь? Судьба евреев в России. Заметки на полях дилогии А. И. Солженицына | cледующая глава