home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 15

«Помню, как-то раз я подстрелил утку по-пекински…»

Барон Мюнхгаузен.

Последний обед в Пекине решено объявить праздничным – во-первых, в честь отъезда, во-вторых, в честь присоединения Гонконга. Дух праздника и без нас, впрочем, постоянно витает на пекинских улицах, льется из динамиков, светит из экранов телевизоров, переливается разноцветными флажками и гирляндами. Все это напоминает Новый Год, только летом.

И вот, раз такое дело, мы всей группой направляемся на поиски ресторанчика, где можно закусить уткой по-пекински. Само собой, без этого блюда мы не смогли бы считать себя действительно побывавшими в Пекине. Слово «поиски» придется взять в кавычки – каждый второй ресторан в Пекине предлагает утку по-пекински, хотя это и не означает, что она везде одинаково вкусная. Но нам повезло – нашли маленький, но симпатичный ресторанчик, недорогой по пекинским ценам, но чистый по китайским меркам. Естественно, над баром подвешен телевизор, в котором известнейшие китайские поп-звезды распевают центральный мотив Присоединения, мягкий и шелестящий, как китайский шелк.

Рассаживаемся не без труда водиннадцатиром за круглый стол и делаем заказ: а подайте-ка нам пекинскую утку (пэй-цзин кхао-йа), то есть «утка печеная по-пекински». Молодые официантки с любопытством рассматривают толпу лаоваев, молодые лаоваи отвечают им тем же. Вот в таких вот размышлениях о смысле жизни проходят неторопливые пятнадцать минут, сдобренные ароматом зеленого чая. Приносят утку, наверняка еще вчера благополучно крякавшую в пригороде Пекина. Так как поедание пекинской утки требует известного навыка, А.М. дает нам краткие пояснения.

Во-первых, на стол подают утку отнюдь не целиком, с ножками и крылышками, как это принято рисовать на карикатурах – нет, только кусочки филе небольшого размера, чтобы удобно было брать их палочками (действительно, ведь в китайской сервировочной традиции отсутствуют вилки и ножи!), пропеченные до тонкой коричневой корочки. Во-вторых, ни одно серьезное китайское блюдо не обходится без специфического соуса, и утка по-пекински – особенно; подается миска с густым темно-коричневым соевым соусом (секрет его вкуса фактически и делает блюдо столь известным!). В-третьих, отдельно приносят блюдо с нарезанным палочками луком-пореем и еще одно – с тонкими лепешками-блинчиками размером с чайное блюдце. Процесс поедания таков: в одну руку берется блинчик, второй рукой палочками в него кладется две-три палочки лука и столько же пластиков филе, блинчик заворачивается в трубочку и макается в миску с соусом, после чего продукт готов к кусанию. Думаю, это один из самых простых способов употребления утки по-пекински, наверняка есть и более утонченные (в частности, в ресторанах подороже принято разрезать печеную утку на кусочки прямо перед клиентами…).

Закрепив свое посвящение в коренных пекинцев парой бутылочек хорошего пекинского пива (являясь антифанатом пива вообще, должен отметить, что китайское пиво в частности – очень мягкое и не горькое, и неплохо сочетается с традиционной кухней), мы в полной мере понимаем, насколько хороша жизнь, особенно когда на пару недель удается освободить себя от повседневной привычной кармы и с бесшабашной головой окунуться в такие далекие от тебя проблемы иной цивилизации! Да здравствуют командировки и творческие отпуска!

Да только время неумолимо двигается к вечеру, пора возвращаться в гостиницу паковать вещи к финальному марш-броску – на вокзал следует прибыть заранее, чтобы исключить случайные задержки и закупиться едой в поезд – трое суток одной лапшой грустновато будет. Лишь пара часов остается, чтобы сбегать в магазин «Дружба» – потратить оставшуюся сотню юаней.

«Дружба» – магазин не для бедных; собственно, в основном – для туристов. Но походить по этажам любопытно, тем более что там можно найти то, чего нет в любом другом обычном супермаркете. Например, кисть для каллиграфии размером с легкую ракету класса «земля-земля», метра три длиной и с соответствующим пуком конских волос на конце. Такую держали несколько человек, и предназначалась она для написания императорских указов на огромных шелковых полотнах, которые потом вывешивали где-нибудь на площадях Запретного города. Или полную историю буддизма в Китае за две тысячи лет, упакованную в фолиант весом более сорока килограммов!

Есть изделия и попроще. Кружевные платки ручной работы размером где-то сорок на сорок сантиметров – всего-то шестьсот юаней (около двух тысяч рублей); вазы династии Мао Цзэдуна под старину различной красоты и стоимости; бесконечные сувениры из дерева, коралла, нефрита и яшмы; традиционные халаты и ширмы с росписями… Многие мелкие вещички легко можно найти и на обычном рынке где-нибудь в Чжэнчжоу, только раза в три дешевле. Однако, например, выбор сортов чая неплохой и при этом цены вполне демократичные – можно, конечно, купить тот же самый «Лун-цзин» («Колодец дракона») и в Шаолине на пару-тройку юаней дешевле, но таскать банки или пакеты с чаем через весь Китай смысла нет.

Еще один мелкий сюрприз – кока-кола здесь самая дешевая в Пекине, плюс к этому изголодавшиеся наркоманы могут купить настоящий бразильский кофе, почти европейские торты и пирожные (нам, конечно, и в голову не пришло попробовать) и некоторые другие несъедобные гадости фаст-фуд-происхождения.

Есть в «Дружбе» неплохой книжный отдельчик, где хоть и за дорого, но можно приобрести разнообразные книги по культуре и туризму Китая, непременно с английским переводом, а то и просто на английском языке. Мы, например, наткнулись на иллюстрированный альбом по шаолиньскому кунфу, который так и не удалось отыскать в букинистических лавках в Шаолине.

Рядом же обнаружили отдел отдел аудио-видео продукции. После недолгого осмотра поняли, что там особенно ловить нечего – видеокассет мало и стоят они непомерно дорого – от ста юаней и выше, зато дисков всех возможных форматов завались и в пределах двадцати юаней – но тогда, в 1997-м, лазерных проигрывателей или компьютеров у нас почти не было – ушли не солоно хлебавши!

Взглянув на часы, понимаем что «Дружба» дружбой, а служба службой, и пора бежать в отель собирать вещи.

Все-таки две недели в Китае – это много, особенно при таком напряженном графике перемещений. Добираясь до Центрального вокзала на перекладных, мы начинаем это ощущать – язык вяло ворочается во рту, в разговорах с китайцами склонен ограничиваться одной-двумя дежурными, хорошо заученными фразами – где былое рвение общаться до судороги в мозгах, приплетая в речь весь освоенный словарный запас! Нет, перегрузка явно налицо, и потная тридцатиградусная вечерняя жара лишь усиливает всеобщую депрессию. Восторженных криков типа «Ура, скоро будем дома!» что-то не слышно, Вовка хохмит скорее по привычке, Славик задумался (вероятно, о том, чем придется питаться в поезде), а Роберт Васильевич и вовсе приуныл – видать, оставил изрядный кусочек сердца где-то на горе Шао-ши… Камера мирно лежит в сумке – снимать совсем не хочется, хочется сесть на каменный бордюр у обочины и тупо сосать воду из бутылки с тающим льдом, безумным взором озирая окрестности небоскребов. Где ты, ностальгия по березкам и бескрайним бурятским степям? Почему не хочется черного хлеба с копченой колбасой, женского хора «Ой, цветет калина в поле у ручья» и бочки с надписью «Квас» около дома с надписью «Гастроном»? Хотя нет, бочка холодного кваса не помешала бы… Ну вот, позитив налицо, будем двигаться в этом направлении…

После громадья Западного вокзала Центральный, Пекинский вокзал кажется тихим и провинциальным. О, нас, великих и умудренных опытом путешественников, уже не удивишь смешением наций и языков в зале ожидания, уже не потревожишь запахами местного буфета и не восхитишь чистотой здешнего туалета. Грустными и всепонимающими глазами мы смотрим на зазывал, агитирующих сесть на автобус до Си-Даня – бывали, знаем. Вероятно, есть в нашем облике уже что-то такое, проженный цинизм бывалого туриста, что таксисты и нищие как-то не липнут к нам, предпочитая обрабатывать новичков. Конечно, за полмесяца толкотни по рынкам каждый, даже самый отпетый антикитаист, выучил джентльменский набор коротких фраз, из которых главное место всегда занимает «Отвали, не надо».

Привычно раскидав тюки по мягким сиденьям зала ожидания, назначаем добровольного дежурного и отправляемся в прощальный обход окрестных магазинчиков – за провизией и недокупленными еще сувенирами. Рассказывать здесь не о чем, потому эту страницу читатель так и не прочитает…


Глава 14 | Красноярск-Шаолинь-Транзит | Глава 16