home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА ПЯТАЯ

КОРАЛЛОВОЕ ОЖЕРЕЛЬЕ

Полет бумеранга

Ранним августовским утром большая шхуна с громоздким названием «Торрес— Стрейт-Айлендер» отчаливает от острова Терсди и берёт курс на северо-восток, к самым северным островам Большого Барьерного рифа. Дует свежий восточный ветер, температура воздуха перед восходом солнца —двадцать один градус. На борту нас всего десять человек: шкипер с четырьмя матросами, четверо местных жителей, возвращающихся домой после отпуска, проведённого на острове Терсди, и я.

Цель моей поездки — ознакомление с работами по сохранению морских черепах. Сотрудник Австралийского национального университета доктор Роберт Бастард организовал на нескольких островах специальные фермы, где местные жители выращивают морских черепах до таких размеров, когда им уже не страшны морские хищники. Тогда подросших животных выпускают на волю. Таким путём смертность молоди морских черепах снижается до десяти процентов, а в природе гибель черепашат достигает девяноста процентов.

Роберт Бастард, а попросту Боб, пригласил меня совершить с ним инспекционную поездку по черепаховым фермам. Нужно было проверить, в каких условиях содержатся животные, соблюдается ли режим кормления, смены воды и т. п. Ведь вся эта сеть ферм находится под эгидой Международного союза охраны природы, и Боб персонально отвечает за её эффективность.

Боб остался на причале: у него ещё есть дела на острове Терсди; завтра он догонит нас самолётом. Наш путь пролегает между холмистыми материковыми островами — это вершины гор, которые поднимаются со дна океана. Они расположены на опустившейся под воду окраине материка..

С восходом солнца ветер усиливается, волны начинают заливать палубу, пассажирам приходится скрыться в тесной каюте. Экипаж судна прячется от брызг позади каюты.

В полдень на горизонте появляется первый коралловый остров — Су-Айленд. В отличие от материковых коралловые острова лишь чуть возвышаются над уровнем моря. Издалека Су-Айленд выглядит ярко-зелёным пирогом на жёлто-белом подносе. Буйная зелень окаймлена пляжем из кораллового песка. Хорошо видна окраина рифа, окружающего остров: цвет воды с тёмно-синего меняется на светло-зелёный. Так обозначается рифовая отмель — «крыша» кораллового рифа.

Наша шхуна становится на якорь у края отмели, к берегу мы добираемся на моторной лодке. Из-за наступившего отлива даже моторка не может подойти к берегу — приходится проделать остаток пути по колено в воде, лавируя между острыми скелетами кораллов.

После короткой стоянки и обеда на Су-Айленде снова забираемся на шхуну и к ночи прибываем на остров Коконат. Этот коралловый островок сплошь засажен пальмами, мы спим на песке под мирный шелест листьев.

Ещё до рассвета в прохладной темноте отправляемся в путь и к восьми утра уже достигаем острова Йорк. Это сравнительно крупный коралловый остров, здесь есть посадочная площадка для маленького самолёта. На берегу нас поджидает Боб, прилетевший сюда вчера вечером. Здесь организованы три черепаховые фермы. Одну из них содержит пожилой мужчина, другую — молодая девушка, а третью — толстый здоровяк средних лет, оказавшийся по совместительству единст-ве-нным местным полицейским. Черепахи покрупнее содер-жатся в бетонных бассейнах, а мелкие — в старой ванне, в больших тазах. «Главное — дважды в день менять воду и давать свежий корм», — настойчиво объясняет Боб. Он показывает на несколько черепашек, поражённых грибковыми заболеваниями. Это произошло потому, что недостаточно часто меняли воду. Теперь их придётся лечить, и Боб оставляет фермерам лекарственную мазь.

После обеда совершаем уже вместе с Бобом последний переход на шхуне к конечной цели нашего путешествия — острову Дарнли. Этот небольшой, но гористый островок был виден ещё с Йорка. В северной части он более крут и покрыт лесом, а в южной — полого спускается к морю, склон там травянистый. Внизу видна открытая бухта с песчаным пляжем и широким коралловым рифом. Начался прилив, на лодке мы подходим к самому пляжу.

Нас встречает почти все местное население. Впереди вождь деревни в пурпурной тунике, завязанной спереди большим узлом, полицейский в зелёной форме и широкополой шляпе, учитель, священник и несколько старейшин в ярких туниках. Длину туники они меняют в зависимости от погоды или дальности прогулки — от «мини» выше колен до «макси» по щиколотки.

Живописная деревушка, окружённая кокосовыми пальмами и посадками бананов, гостеприимно курится дымом костров. По случаю прихода шхуны будет большой «кайкай» — праздничное пиршество.

На отмели у берега видны высокие квадратные загоны из бамбуковых жердей — это черепаховые клетки. Они установлены прямо на рифовой отмели, и проблема смены воды отпадает: она сама сменяется с очередным приливом. Зато в шторм бывает, что забор рушится, и черепашки обретают свободу раньше намеченного срока и становятся добычей хищных рыб.

Свою первую экскурсию я начал незадолго до заката солнца, вооружившись сильным фонарём и решив обойти остров кругом, пусть даже придётся вернуться лишь к утру.

Белый песчаный пляж усеян обломками кораллов, раковинами, близ линии заплёска тянется полоса выброшенных водорослей. Среди разнообразных «даров моря» особенно поражает красотой формы раковина наутилуса — головоногого моллюска. Строгая симметрия хорошо отличает её от асимметричных раковин брюхоногих моллюсков.

Местами песчаный пляж прерывается выходами чёрных скал, и на них буквально кишат мелкие чёрные сцинки. Поймать их невозможно: они молниеносно скрываются в расщелинах.

Быстро темнеет, приходится включить фонарь. В лучах света по песку разбегаются прозрачные песчаные крабы. Они держатся у самой кромки воды и с каждой волной отбегают повыше, но тут же сбегают вниз, когда волна откатывается и оставляет за собой мелких животных — желанную добычу крабов.

Неожиданно впереди появляется тёмная преграда — пляж сменяется зарослями мангров в илистой лагуне. С трудом перешагивая через дугообразные корни, пробираюсь через лагуну. Здесь, на илистом дне, обитают более крупные и тёмные крабы.

Из мангров поднимаюсь на склон и попадаю в тропический лес. Толстые стволы крупных круглолистных деревьев — пи-зонии и турнефорции перемежаются с прямыми изящными стволами длиннолистного пандануса, которые держатся на конусе из воздушных корней. К ветвям деревьев прилепились чёрные наросты — это поселения термитов. В сыром лесу они предпочитают жить повыше над землёй.

Листья деревьев кое-где «сшиты» по два-три вместе в виде толстых пакетов. Это тонкая строительная работа тропических муравьёв-экофиллов. Стоит тряхнуть ветку, и из пакета сыплются прозрачные зелёные муравьи. Попав на голову, руки или за шиворот, они наносят болезненные укусы.

В подстилке раздаётся шуршание — крупные коричневые ящерицы сцинки выбегают из-под ног. На стволах деревьев, слившись с корой, застыли ночные ящерицы — гекконы. Между ветвями висит огромное колесо плотной паутины, а в центре её — крупный и длинноногий паук нефила. На листве сидят большие чёрные тараканы и ярко-зелёные кузнечики. Переворачиваю валежник — несколько длинных, до пятнадцати сантиметров, сколопендр скрываются в подстилке. Под другим сдвинутым бревном оказывается целая компания коричневых скорпионов с толстыми клешнями. На тонких ветвях среди листвы прячутся ярко-зелёные квакши.

Дневные экскурсии в лесу хотя и менее таинственны, но т^кже богаты наблюдениями и впечатлениями. В кронах деревьев слышно воркование горлиц. На просветах до краям тропинки порхают красочные бабочки. У цветов тюльпанового дерева и гибискуса на опушке леса вьются желтогрудые нек-тарницы, а над устьем маленькой речки ярким пятнышком проносится сине-зелёный зимородок. Из-под ног стремительно выскакивает полуметровый варан и пулей взлетает на дерево, скрываясь в кроне.

После завтрака местный учитель приглашает меня на рыбную ловлю. Пользуясь приливом, выходим в море на моторной лодке. Под нами «крыша» кораллового рифа, образованная мёртвыми кораллами. Хотя сами кораллы не могут жить в тёплой и бедной кислородом воде лагуны, жизнь на «крыше» пестра и богата.

Дождавшись отлива, я покидаю лодку, стоящую на якоре у внешнего края рифа и, пока учитель рыбачит, отправляюсь пешком по мелководной лагуне.

Повсюду видны чёрные и жёлтые «колбасы» — это голотурии, дальние родичи морских звёзд. Движение их заметить невозможно, так медленно они ползут по дну. Но о направлении их перемещения можно судить по следу, тянущемуся за ними. Если дотронуться до голотурии, она выпускает из ротового отверстия белые клейкие нити. Так же медленно, как и голотурии, движутся по дну лагуны синие и красные морские звёзды. Поразительно разнообразие брюхоногих моллюсков. Среди них особенно красивы моллюски рода ципрея, или каури. Мелкие молочно-белые каури прячутся целыми группами под обломками кораллов, реже попадаются крупные пятнистые каури. Особой осторожности в обращении требуют моллюски рода конус: их «нога» вооружена твёрдой роговой пилочкой. Стоит схватить конуса, как он высовывает свою пилочку и режет руку, внося в ранку сильный яд.

В тени крупных обломков прячутся длинноиглые ежи. Потревоженные, они быстро забегают на другую сторону камня, шагая на своих длинных иглах. Собравшись перевернуть небольшой обломок, я неожиданно обнаруживаю, что это рыба. Недаром её называют рыба-камень: маскировка под облик замшелого камня превосходна.

Из укрытия выныривает небольшой осьминог и пытается улизнуть, но я успеваю подхватить его сачком, чтобы хорошенько рассмотреть и сфотографировать.

Возвращаюсь к лодке и, вооружившись трубкой и маской, плыву вдоль наружного края рифа, где стена его круто уходит в тёмную глубину. Здесь уже господство живых кораллов. Медленно парю в воде над фантастическим «садом», роль цветов в котором выполняют кораллы. На концах хрупких ветвей нежные розетки всех возможных цветов — розовые, белые, фиолетовые. В основание коралловых построек вросли крупные двустворчатые моллюски — тридакны. Их створки окаймлены ярко-синей бахромой. Внутри коралловых зарослей прячутся пёстро раскрашенные рыбки, а над поверхностью рифа медленно бродят более крупные хищные рыбы — групперы, королевские окуни, макрели. Некоторых удаётся подцепить на крючок с насадкой из сардины.

В тёмной расщелине, извиваясь, скрывается змеевидная мурена. На глубине пяти метров вдоль коралловой стены проплывает морская черепаха. Медленно взмахивая передними ластами, она постепенно уходит вглубь.

После успешной рыбной ловли возвращаемся в деревню, где нас ждёт Боб. С ним вместе мы проверяем работу девяти фермеров острова Дарнли. Особенным усердием отличается Тимото — пожилой островитянин, не жалеющий времени для ухода за своими питомцами. И черепахи у него самые крупные и красивые, с хорошо сформированным, гладким и блестящим панцирем. Скоро можно будет выпускать их на волю, и они поселятся среди окрестных рифов.



ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ ПОССУМОВ | Полет бумеранга | ПАПУАССКАЯ НЕДЕЛЯ