home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Первый наезд

Не все бандиты были столь просты, случались и конфликты. Если Институт, находясь в Москве, еще как-то держался на плаву, сдавая в аренду коммерсантам половину лабораторных помещений, то подмосковный филиал давно уже лежал на боку. Платон, пролетая как-то по Институту, мгновенно подсуетился и предложил ВП избавить его от непосильного и ненужного по нынешним временам бремени. В результате «Инфокару» достался трехэтажный корпус на территории в пять гектаров, окруженной глухим бетонным забором. Стратегическое значение этого объекта для автомобильного бизнеса даже не поддавалось оценке: железная дорога находилась в трех километрах, и вагоны с машинами можно было разгружать тут же, не завозя их в Москву. Было решено создать здесь гигантский накопитель для автомобилей, из которого они будут уходить в розничную продажу на московские и немосковские стоянки. Заведовать накопителем поставили Леню Донских.

Местная шпана, в мирные советские годы промышлявшая грабежами дачных участков и устрашающими пьяными набегами на населенные пункты с единственной целью — набить кому-нибудь морду и показать себя, — с началом борьбы за построение капитализма изменила свои стратегические установки. В лучших традициях юных тимуровцев бравые ребята появлялись на садовых участках ближе к завершению летнего сезона, находили председателя правления и предлагали ему свои услуги по охране территории.

— В месяц двадцатка с участка, — говорил предводитель, поигрывая пачкой «Мальборо» и с покровительственной ухмылкой поглядывая на корешей, картинно восседающих за забором на своих мопедах. — И никто чужой к вам не сунется.

Далеко не каждый председатель соглашался сразу. Первый, к которому они пришли, вообще попер их, пригрозив охотничьим ружьем. На следующую ночь у него пропала собака, а еще через день таинственным образом исчез и так и не был обнаружен окружавший участок забор из штакетника. Проснувшись поутру в чистом поле, председатель резко поумнел и пошел на переговоры.

— Теперь будет тридцатка в месяц, — сообщил предводитель. — Я всех своих уже распределил. Надо будет новых нанимать. А это большой расход. Понял?

Регулярно поступающая от садоводов дань создавала для «Тимуровцев» необходимый ресурс для безбедного и приятного существования Но не более того. А хотелось больше. Поэтому возникновение в ближайшем соседстве любой коммерческой точки, нацеленной на добывание денег, воспринималось как праздник.

Понятно, что мощная автомобильная река, вливавшаяся за бетонный забор подмосковного филиала, не могла не заинтересовать бравых ребят. Через какое-то время охрана стала сообщать Донских что у забора крутятся подозрительные пацаны на мотоциклах Было замечено также, что несколько раз к воротам подъезжали «Жигули» с тонированными стеклами, из машины никто не выходил, и стояла она по часу, а то и по два. Обычно это происходило, когда шла разгрузка вагонов.

Возникало ощущение что кто-то пытается подсчитать, сколько машин завозят в накопитель.

Леня Донских, никогда с подобными ситуациями не сталкивавшийся, но увлекавшийся в молодости детективной литературой, распорядился зафиксировать номер, как только появятся таинственные «Жигули». Однако едва охранник вышел за ворота с бумажкой в руках, чтобы записать номер, как он был в считанные секунды исполосован велосипедными цепями и брошен в пыли. А «Жигули» мгновенно скрылись.

Обращение в милицию ничего не дало. Районный участковый, обслуживавший территорию, на которой вполне могли бы поместиться три-четыре европейских княжества, снял с изувеченного охранника показания, осмотрел накопитель, поинтересовался ценой на машины, присвистнул, выпил с Леней водки и отбыл, пообещав принять меры. В Москве, когда Леня рассказал об инциденте, на него спустили собак и потребовали, чтобы он свою колхозную охрану разогнал к чертовой матери и взял профессионалов. На худой конец — ментов.

Сделать это Леня не успел. Посреди ночи Виктора разбудил телефонный звонок. Как сообщил начальник охраны центрального офиса, только что звонили из подмосковного филиала — там ЧП, Ларри уже едет в офис и просит Сысоева тоже прибыть в срочном порядке.

Выяснилось следующее. К вечеру у ворот филиала появились три мотоцикла и уже знакомые «Жигули», номерные знаки которых были тщательно заляпаны грязью.

Из «Жигулей» вышли два молодых парня и вежливо попросили проводить их к самому главному. Зайдя к Лене в кабинет, они сообщили, что имеют деловое предложение и хотели бы провести беседу в присутствии главного бухгалтера.

Как рассказала бухгалтерша, молодые люди выложили на стол несколько листков бумаги, на которых довольно точно фиксировалось поступление автомобилей за последние три месяца, и сказали, что склад функционирует на контролируемой ими территории. То, что это не было с ними согласовано, они рассматривают как неуважение. Впрочем, нет ничего непоправимого, и молодые люди готовы забыть нанесенную им обиду, если будут предприняты определенные шаги. Стоимость обиды они определяют в двадцать машин. Этот вопрос не может обсуждаться, поскольку здесь затронута их репутация как деловых людей. Что касается остального, то, после расплаты за нанесенный моральный ущерб, деловые люди вполне удовлетворятся пятью машинами с каждой сотни, поступающей на склад. К тем четырем с лишним тысячам, которые уже поступили, это тоже относится. Взамен гости гарантируют свою помощь всяческое содействие и вечную дружбу. Конечно, здесь разговор коммерческий, плата за дружбу может выражаться пятью машинами с сотни, а может, к примеру, — тремя, никто не мешает поторговаться. Однако ниже трех машин с сотни они опуститься не могут, потому что это унизительно.

Как выяснилось, за время беседы на территорию просочилось около десятка накачанных молодцов, а к воротам подтянулись еще мотоциклы и три автомобиля.

В ответ Леня сказал, что машины ему не принадлежат, что разговаривать на данную тему надлежит в Москве и что он может дать номер телефона человека, которому и следует делать подобные предложения. После этого ему дважды съездили по физиономии и объяснили, что Москва далеко, а здесь действуют свои правила. И правила эти заключаются в том, что он должен немедленно выдать ключи и оформить документы на двадцать машин, которые искупят нанесенное оскорбление. А если в Москве не хотят, чтобы неприятности продолжались, то вот номер телефона в Раменском, по которому надо позвонить и договориться о времени и месте встречи.

Но лучше не тянуть, потому что иначе гости могут упереться рогами, включить счетчик и забить стрелку. Понял? Или еще раз объяснить?

Леня не понял. Поэтому к моменту, когда гости уразумели, что со склада машины в розницу не продаются и оформить документы Леня физически не в состоянии, стены в кабинете уже были основательно забрызганы кровью. Умаявшись от деловых переговоров, старший посетитель объявил: «Кончаем базар. Вот от тех двух тачек, — он ткнул пальцем за окно, — положи ключи сюда».

— Ларри Георгиевич, — ревела в голос бухгалтерша, — я больше не могла на это смотреть, они бы его убили, он уже стоять не мог, крови было — вы не представляете. Я принесла ключи и отдала. Увольняйте меня, что хотите делайте, но я просто не выдержала. Они забрали машины, а Донских увезли с собой.

— Как тебя зовут, я не расслышал? — мрачно спросил Ларри. — Жанна? Ты все правильно сделала. Молодец. Они сказали что-нибудь?

— Сказали, что завтра, то есть уже сегодня, приедут за остальными машинами. И пока мы с ними не рассчитаемся, Донских останется у них.

— Ладно. Иди спать. Ни о чем не беспокойся.

К утру было решено вынимать Леню любой ценой. Черт с ними, с двадцатью машинами. Даже со ста двадцатью. Главное достояние «Инфокара» — это люди. Все должны знать, что они защищены, что за ними — система, что деньги, ресурсы, мощь — в нужный момент подключается и используется буквально все. А потом уже можно будет разобраться с этой шпаной.

Ларри, прекрасно представлявший себе действующую систему правил, вооружил Виктора полусотней бланков справок-счетов, а Марка — тридцатью тысячами долларов.

— Говорить будете так, — инструктировал он. — Вот двадцать справок. Вы готовы их тут же заполнить. Вот еще десять. Они привозят обратно Леню, ты им выдаешь эти десять. В знак уважения. А ты, — Ларри кивнул Марку, — даешь еще десять тысяч зеленых. В обмен на Леню. Остальное держите в резерве. Но я думаю, что должно хватить. Возьмите с собой человек пять с оружием. Договорились?

Неожиданно появившийся Ахмет внес в разработанный стратегический план некоторые изменения.

— Я тоже поеду, — сказал он, следя за тем, как Виктор и Марк рассовывают по карманам пакеты с документами и деньгами. — Давай я сначала с ними поговорю.

Только мне нужно переодеться.

В филиал Виктор и Марк прибыли в сопровождении трех машин охраны и белого «мерседеса», за рулем которого сидел Ахмет. На нем был черный френч с накладными карманами. Коротко остриженные волосы Ахмета закрывала черная каракулевая папаха, в правой руке были зажаты четки.

— Так, — сказал он, осмотревшись. — Мне кабинет нужен. Пусть накроют стол.

Шампанское, виски… Покушать пусть принесут. И чаю. Машину, — он бросил ключи находившемуся поблизости механику, — пусть помоют. И поставят у двери. А вы, уважаемые, — обратился он к Виктору и Марку, — пойдите куда-нибудь. Посидите пока. Надо будет, я позову.

Через час тишину разорвал треск мотоциклетных моторов. К воротам склада приближалась кавалькада из тридцати мотоциклов, сопровождавшая два джипа и «Жигули». Исполняя приказ, охрана распахнула ворота, кортеж втянулся внутрь.

Три последних мотоциклиста остановились на въезде, прислонили мотоциклы к створкам ворот и, поигрывая велосипедными цепями, стали неторопливо закуривать.


Тяжелый, блин, бизнес… | Большая пайка | * * *