home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement






МЕДВЕДЕВСКИЙ ЛЕС, БЛИЗ ОРЛА


Может быть, Медведевский Лес уже и не близ Орла: города стремительно разрастаются, а леса не менее быстро отступают.

А о Медведевском Лесу надо сказать особо вот почему. Именно здесь в один день, а конкретно 11 сентября 1941-го были расстреляны знаменитая эсеркаМария Александровна Спиридоноваи ее муж, тоже эсер, Илья Майоров.

Марию Спиридонову многие помнят в исполнении Аллы Демидовой, актрисы театра на Таганке, превосходно сыгравшей эту роль. Думаю, многие полагают, что этим спектаклем, простите, событиями этого спектакля (1918год) и закончилась роль самой Спиридоновой. Нет, Мария Спиридонова прожила, как видим, до начала войны, в последние годы политической деятельностью не занималась, работая в заштатной провинциальной конторе экономистом-плановиком…

А ее судьба — судьба настоящего лидера своей партии — заслуживает отдельного описания и, на мой взгляд, подчительна в свете нашей темы.

Свой тернистый путь в революцию Спиридонова начала в Январе 1906 года с покушения — со смертельным исходом — на жандармского полковника Г.Н. Луженовского, беспощадного усмирителя бунтующих крестьян родной ей Тамбовщины.

Как сообщает биографический словарь “Политические деятели России. 1917”, “в полицейском участке С., раздетая донага,подверглась тяжелым избиваниям и истязаниям и затем в вагоне по пути в Тамбов надругательству со стороны арестовавших ее офицеров. Дело Спиридоновой получило международную огласку… 12 марта 1906г. выезднаясессия Московского военно-окружного суда приговорила С. к смертной казни через повешение, замененной бессрочной каторгой, которую она отбывала в Нерчинских тюрьмах.

Замечу, что в Нерчинских тюрьмах, “во глубине сибирских руд”, содержащих смертельно-опасные радиоактивные элементы, отбывали свой срок и декабристы. Царское правительство отнюдьне жаловало политических противников. Еще неизвестно, что мучительнее: мгновенная смерть, даже и через повешение, или муки в нерчинских рудниках, где сама природа убивала людей медленно, но верно.

Кстати, в 1906-м, в марте, М.А. Спиридоновой не было еще и 22-х лет…

Освободили Марию только в 1917-м, после Февральской революции, по распоряжению А.Ф. Керенского, которое так и не обрело статус постоянного.

Наверное, не все знают, что кандидатура М.А. Спиридоновой была выдвинута на пост ПредседателяУчредительного собрания — причем фракциями левых эсеров и … большевиков. Но, к сожалению и несчастью, набрала только 153 голоса, а победил лидер правого крыла партии эсеров В.М. Чернов (244 голоса).

Цитирую “Биографический словарь”: “Вместе с другими левыми эсерами она (Спиридонова. А.И.) покинула Учредительное собрание. Выступая 6 января (1918 года) в Тенишевском училище, “объяснила необходимость роспуска Учред. Собр(ания), говорила о роли Советов… и призывала товарищей рабочих и работниц теснее сплотиться вокруг знамени Сов(етской) власти” (с.302)

Невольно сопоставляю документальную летопись жизни М.А. Спиридоновой с тем привлекательным образом заклятого, идейного врага Советской власти, талантливо воссозданного и драматургом М.Ф. Шатровым, и прекрасной актрисой Аллой Демидовой в фильме “Шестое июля”, и удивляюсь: об одном ли и том же человеке идет речь в документальной исторической книге и художественном кинематографе?

Приведу еще одну деталь из многих, характеризующих не только М.А. Спиридонову, в свое время названную эсеровской богородицей, но и сложность исторического выбора в те, революционные и послереволюционные годы. Призывая на съезде партии левых эсеров (ПЛСР) в апреле 1918-го разделить с большевиками ответственность за Брестский мир, Спиридонова говорила: “Мир был подписан не нами и не большевиками: он был подписан нуждой, голодом, нежеланием всего народа — измученного, усталого — воевать”. “И кто из нас скажет, что ПЛСР, представляй она власть, поступила бы иначе, чем поступила партия большевиков?”

И, наконец, последнее: “Чрезвычайно важно собрать все силы революционной России, чтобы из них создать единое революционное целое, сплошной ком единой социальной энергии и продолжать борьбу,без всякой пощады (подчеркнуто мною -А.И.) и без всяких колебаний, отметая все, что будет встречаться на пути нашей борьбы, которая должна привести нас в светлое царство социализма”(3 января 1918г., с.302)…

Я почему-то сомневаюсь: было это или не было? Не показалось ли мне, будто в покрытой мраком юдоли прошлого происходило то, что откликнулось долгим, добрым или кровавым эхом в нашем сегодняшнем? И возможно ли вообще достичь какой-либо, самой возвышенной цели без крови, без жестокости, без смертоносной гражданской и даже мировой войны?

Слово “терроризм” стало в наши дни самым употребительным, я бы сказал даже так: оно становится словом затасканным, применяемым по делу и без дела. Им легко прикрывать глупость и высокомерие политиков, убежденных, что сила солому ломит, что свободу можно принести на штыках, на броне танков. Сложнее понять тех политиков, которые понимают, что это — невозможно, а поступают так, будто не знают и не понимают бессмысленность выжигания огня огнем.

Ненависть и жестокость, как известно, не знают границ и пределов, опыт прошлого для них — ничто.

Два примера — самых противоположных.

Раскаленный в пламени революции генерал Лавр Корнилов, которого какое-то время назад провозгласили даже спасителем России, говорил о необходимости не просто возврата к смертной казни в армии, в войсках, но и о введении ее в тылу. Разумеется, в числе мер умиротворения, вдохновляющих “цивилизованного” генерала — будущего диктатора России, непременно предусматривалось и запрещение выхода любых газет без предварительной цензуры.

Возможно, это звучит слишком мягко после тех слов, которые стоит привести для характеристики политических воззрений Л. Корнилова. В январе 1918-го,будучи Главкомом Добровольческой армии, он генерал выступил перед офицерами сзаявлением: “Я дам вам приказ очень жестокий: пленных не брать! Ответственность за этот приказ перед Богом и русским народом я беру на себя” А ведь речь шла не о борьбе против иностранных интервентов — речь шла обо всех русских, кто посмел выступить на стороне Советской власти…

А вот пример иного рода. Нарком СНК А.В. Луначарский, все время колебавшийся между большевиками и …кем?…. признавался в октябре 1917-го: “Ясно одно — с властью у нас ничего не выходит”. “Лучше сдача, чем террор. В террористическом правительстве я не стану участвовать… Луначарский не соглашался и с некоторыми другими намечавшимися декретами СНК — в частности, с длительным запретом не только буржуазной, но и соц. печати….Погибнуть за нашу программу — достойно. Но прослыть виновником безобразий и насилий — ужасно…Пусть сорвемся: декреты о мире, земле и контроле над производством народ не забудет? (195).

Вот два подхода, вот две судьбы. Между ними — тысячи других вариантов.



ПО-ЖИВОМУ | Геннадий Зюганов: «Правда» о вожде | «СПРАВЕДЛИВОСТЬ — БИБЛЕЙСКОЕ ПОНЯТИЕ»