home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава третья

Нудный, изнурительный путь позади. Столыпинский вагон и тесный автозак – все это исчезло как страшный сон. Над головой светит солнце. Только оно такое же хмурое и кислое, как репа дежурного помощника начальника колонии.

Этап разместили в карантинном дворике. Родион совсем один. Черкиза нет, Жгут в больнице. Да они бы и не попали на эту зону. Режим не тот. Блюм на соседней зоне. У него тоже строгий режим. И Родион должен был бы попасть туда. Но ему и здесь придется несладко – селезенкой чувствовал.

Рядом с вояками тусовались козлы-красноповязочники. Они копались в личных делах, что-то сверяли, что-то записывали. Деловые чересчур. С ментами разговаривают как с равными. Кое-кто даже повышает на них голос. На вновь прибывших смотрят как на быдло. Это элитные козлы из административной обслуги. Среди зэков они не живут. И даже если захочешь, до них не дотянешься.

Родион слышал о некой экспериментальной зоне вроде «Белого Лебедя». Там такие козлы заправляют почти всеми делами. Менты занимаются только охраной колонии, а все остальные должности занимают красноповязочники. Вот где цветет махровым цветом беспредел. Козлы знают, что ждет их на воле, и в силу этого люто ненавидят зэков. Изгаляются над ними как хотят и в хвост, и в гриву. Головы не дают поднять. До смерти забивают. Нет ничего хуже, чем попасть под такой эксперимент.

Кроме элитных козлов, по головам новичков прыгают маклеры. Это особая категория зэков из серии «купи-продай».

К Родиону тут же притерся один из них. Окинул его с ног до головы загребущим взглядом.

– Костюмчик у тебя ничего, – елейным голосом сообщил он.

– И без тебя знаю. И кроссы – супер, – усмехнулся Родион. – А еще куртка кожаная в бауле. Новенькая, фирмовая.

Барыга пустил слюну.

– Давай махнемся! – выпалил он.

– Баш на баш? А что дашь?

– Сигарет дам. Десять пачек. И чаю дам. Тоже десять...

– Засунь себе это знаешь куда?

– Ты что, не понимаешь? На складе все пропадет.

– Не пропадет. На склад казенные клифты не завезли.

– Откуда знаешь? – удивленно посмотрел на него маклер.

– От верблюда. Сам почему не в казенке? Почему в кишкатуре?

– Так это ж я.

– Я – это кто?

– Я – это я!

– Головка от кия ты, вот ты кто! Вали отсюда!

– Что?! – попытался возмутиться барыга.

Но нарвался на парализующий взгляд Родиона и вмиг обмяк.

– Я два раза не повторяю!

– Понял...

Деловар все понял. Но слинял не так быстро, как того бы хотелось. Уходя, шикнул:

– Еще пожалеешь...

Родион в ответ лишь хищно усмехнулся. Это еще не беспредел. Это всего лишь цветочки. Лето – ягодный сезон. Поэтому за ягодками не заржавеет.

Менты приняли дела новичков, и начался шмон. Контролеры шмонали с пристрастием. Глазами, как сканерами, просвечивали зэков насквозь. Ничего не утаишь.

– Деньги есть? – скорее утвердительно, чем вопросительно спросил Родиона один такой волк.

– Есть, – тихо ответил он.

И незаметно сунул ему в лапу стодолларовую купюру. И при этом посмотрел на него таким взглядом, что у прапора отпала всякая охота разряжать его до последней купюры. А ведь мог. Этим волчарам достаточно почуять запах добычи, чтобы оскалить клыки и рвать жертву на части. Но этот не рискнул связываться с Родионом. Многолетний опыт подсказал, что перед ним птица высокого полета. Он заглотил добычу и взял в оборот следующего.

После шмона – медицинский осмотр и баня.

В бане Родиона уже ждали.

Их было трое. Здоровенные лбы с бритыми затылками. Они возникли в тот самый момент, когда Родион почти разделся, чтобы идти в моечный зал. Его вещи висели на крючке. Он оставался в одних трусах.

– Спешишь, братан? – хищно осклабился самый крупный из них.

– Угадал, – ухмыльнулся Родион. И сурово нахмурил брови. – Пройти дай!

Но здоровяк даже не шелохнулся. Его дружок снял с вешалки спортивные штаны.

– Нехилая вещь, – решил он. – Фирма. Дай поносить!

– Обойдешься.

– Жадный человек – плохой человек... На Купчика зачем бочку катнул?

– За барыгу подписываешься?

– И за себя тоже... Купчик – мой человек.

Здоровяк пытался продавить Родиона взглядом. Но тщетно. Замешательства в глазах нет, но появилась неуверенность в собственных силах. Уже, похоже, не прочь заднюю включить. Понял, что не с лохом дело имеет. Но отступать западло. Приходится кочевряжиться.

– Твой Купчик – фраер локшовый, – презрительно скривился Родион. – А тебе не в падлу за него подписываться...

Отсюда должен был последовать вывод. Здоровяк и сам фраер дешевый. И он должен был понять это без слов.

– Все, отвали!

Родион всем своим видом дал понять, что ему западло с ним разговаривать. Он танком двинулся вперед, оттолкнул плечом здоровяка и шагнул в сторону моечного зала.

– Ты куда, мурло!

На его плечо легла тяжелая длань. А вот руки распускать он никому не позволит. И за гнилой базар он обязан спросить ответ.

Этот прием он знал еще с детства. Нет ничего легче вывернуть руку, которая держит тебя за плечо. Р-раз! И здоровяк сложен в поясе, рука выкручена за спиной. Два! И мощный кулак опускается на его шею. Три! И на полу бесчувственное тело.

Два других зэка немного опешили. Но один из них все же решился замахнуться на Родиона. Согнутые в фалангах пальцы со страшной силой врезались в брюхо, протаранили печень. Бритоголовый взвыл от парализующей боли, скрючился и волчком закружился на полу.

Третьего крепыша Родион сломал тяжелым, прессующим взглядом. Зэк съежился как от лютого холода, втянул голову в плечи, сначала медленно, а затем со всех ног рванул к выходу.

Теперь можно идти мыться...


Глава вторая | От звонка до звонка | * * *