home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Часть первая

Меня выписали из больницы через четырнадцать месяцев.

Я был уверен, что доктор Мейтленд предупредит журналистов, и сбежал оттуда двумя днями раньше. Я не хотел никакой шумихи, мне нужно было просто вернуться в Девон, зайти в кафе и сделать вид, что я отсутствовал всего неделю-другую.

Итак, я ковылял к больничным воротам, пытаясь уверить себя, что боль в спине вполне можно терпеть, а моя дергающаяся походка не так уж смешна. У ворот я сел на автобус, затем пересел на тотнесский поезд, а там — снова на автобус, который, дребезжа, петлял по извилистой дороге среди крутых, изрезанных речушками холмов Саут-Хемс. Был конец зимы, и кое-где вдоль дороги лежал снег. Когда из окна я увидел девонские холмы, в горле у меня предательски защипало, и я порадовался, что не сообщил никому о своем возвращении.

По моей просьбе водитель высадил меня в начале Ферри-Лейн. Он смотрел, как я с трудом спускаюсь по ступенькам автобуса, а когда, тяжело дыша, я едва не грохнулся с нижней, самой высокой, участливо поинтересовался:

— Дружище, с тобой все в порядке?

— Еще бы! — заверил я его. — Просто охота пройтись.

Дверь с шипением закрылась, и автобус загромыхал дальше, по направлению к деревне, а я, хромая, потащился по улице, ведущей к старому парому, откуда была хорошо видна моя «Сикоракс», пришвартованная у противоположного берега.

Вновь увидеть свой дом! Потрепанная зимними штормами, исколотая льдинами, «Сикоракс» оставалась моим домом, единственным и самым желанным. Все эти долгие месяцы только мысли о ней и придавали мне сил.

И вот я спешил к своему пристанищу, точнее сказать, ковылял. Ходьба причиняла мне нестерпимые муки, и я знал, что отныне так будет всегда. Я обречен жить с этой болью, и потому разумнее всего постараться забыть о ней, а лучший способ для этого — просто думать о чем-нибудь еще.

Как ни странно, у меня это получилось. Пройдя полпути, я свернул за угол, и неожиданно солнечный луч, отразившись в окнах старого отцовского дома на том берегу, с невероятной яркостью ударил мне в глаза.

Я остановился, разглядывая отцовский особняк. Новый владелец удлинил здание, пристроив к нему большое крыло, причем его фасадная часть, обращенная к обширному лугу, спускающемуся к воде, была полностью стеклянной. Но мачта, с вантами, салингами и реем, поставленная моим отцом, сохранилась. Правда, на ее верхушке уже не развевался флаг — это значило, что дом пустует. Но теперь все это чужая территория, и доступ туда для меня закрыт.

Подхватив свою котомку, я заковылял дальше. Летом здесь куда оживленней, повсюду снуют матросы с корабельных шлюпок, которые они швартуют у берега. Но до лета было еще далеко, и сейчас лишь одна машина стояла у старого причала. Она была нагружена краской, инструментами, тросами — в общем, всем необходимым для подготовки судна к сезону. Средних лет мужчина возился рядом с нею с красками и кистями.

— Доброе утро! Великолепное утро, не правда ли? — жизнерадостно приветствовал он меня.

— Да, — согласился я.

На якоре стояло с десяток катеров — сущая безделица по сравнению с тем их количеством, которое обычно бывает здесь летом, но достаточно, чтобы заслонить от меня мою «Сикоракс», пришвартованную у пристани неподалеку от глубокого канала, ведущего к старому папашиному эллингу на дальнем берегу.

Начинался прилив. Я надеялся, что общительный мужчина не станет надоедать мне в этот торжественный момент, ради которого я перенес и все эти месяцы, и всю эту боль. Господи, я жил только мечтой увидеть свой плавучий дом, на котором я отправлюсь в Новую Зеландию! Конечно, я был готов к тому, что яхта окажется сильно потрепанной за две минувшие зимы. Джимми Николе писал мне осенью, что с ним придется повозиться, и по его намекам я понял, что работа потребуется весьма основательная. Но это не пугало меня, напротив, я знал, что она доставит мне радость, а дни будут становиться все длиннее, и я начну постепенно набираться сил.

И вот, как ребенок, который хочет продлить удовольствие, я не поднимал глаз, пока шел, хромая, к концу пристани. Лишь когда носки моих ботинок почти коснулись воды, я стремительно вскинул взгляд. У меня перехватило дыхание. Вот я и дома!

А «Сикоракс» на месте не было...


Пролог | Свинцовый шторм | * * *