home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Новый герб Астралии

Суд над заговорщиками состоялся в тот же день.

Сперва, правда, возникло затруднение, потому что председатель королевского трибунала Ревизо Крюка де Творо находился в летнем отпуске и уехал на дачу в какое-то соседнее сказочное пространство. Король полистал толстые книги астралийских законов и вычитал, что в этом случае он на основании статьи три тысячи сто одиннадцать дробь семьдесят семь имеет право назначить главным судьей самого себя.

Респектабо Первый так и сделал.

Но тут обнаружилась другая сложность: не было судейской мантии и парика.

Мантию наскоро соорудили из синей шелковой шторы, а с париком – никак. Церемониймейстер Туто Рюмбокало сказал, что свой парик отдать он не может, потому что без него перепутает не только имя его величества, но и вообще все на свете. А парики слуг и тем более парик злодея Етугоро, конечно, не годились.

Выручил всех опять Леша. Сделал из газеты «Астралийские новости» шапку и…

Чоки-чок,

Чоки-чок,

Превратися в паричок… 

Между тем под окнами Дома правосудия собралась толпа. Все уже знали о заговоре. Большинство негодовало и требовало как следует наказать злоумышленников. Но были и такие, кто их жалел.

Король с балкона пригласил из толпы несколько человек в судебные заседатели. Вызвались два пекаря, смотритель городских фонтанов, один граф, несколько торговцев, директор начальной школы и два безработных водителя городского трамвая (трамвай давно не работал из-за нехватки энергии).

Но оказалось, что недостает еще трех человек. Тогда король включил в состав суда юного графа Андрюшку де Вулканоллу, конопатого кактусенка Яшку Божью Коровку и маленького Филимона.

Адвокаты подсудимых запротестовали:

– Им нельзя, они несовершеннолетние!

– А мучить несовершеннолетних можно?! – возмутилась Даша.

Король сослался на статью закона, в которой говорилось: если обидели детей, значит, дети могут заседать в суде. Все присяжные заседатели – и маленькие, и большие – дружно решили, что четверо обвиняемых виноваты в заговоре против государства и в коварном нападении на рыцаря Прозрачного кота Лешу Пеночкина. А Его Етугоро был также признан виновным в краже колпака-невидимки и в попытке людоедства. (Доказательств, что он в самом деле съел кого-нибудь, у суда не нашлось).

В конце концов король-судья огласил приговор. Суровый, но справедливый.

Бывшего людоеда Его Етугоро приговорили к изгнанию в прошлое – туда, где нет людей. К динозаврам. Главный маг дон Куркурузо взялся устроить это с помощью машины времени.

Его Етугоро презрительно сказал:

– Ну и подумаешь! Все равно я людей уже не ем, а видеть динозавров гораздо приятнее, чем вас. Буду жить-поживать и выращивать морковку. – И он показал суду язык. За то ему дополнительно объявили выговор.

Генерал Бельдевул Хвост был разжалован в подпоручики и в этом звании тут же уволен на пенсию без права ношения мундира.

Маркиза Аугусто-Негусто дон Сеял приговорили к принудительным работам в городском парке в течение месяца и предупредили, что за новое преступление лишат дворянского звания.

Барону Витте фон Люмпо-Лампо назначили полтора месяца домашнего ареста. В это время он не имел права есть ничего сладкого. Кроме того, каждый вечер на пять минут барон обязан был усаживаться в придуманное им «веселое» кресло – чтобы на себе испытывать результат этого адского изобретения.

Барон зарыдал.

– А если он не захочет усаживаться? – усомнился маленький Филимон. – Это, выходит, каждый вечер специальных дежурных к нему посылать?

– Я поговорю с его супругой, – пообещал король. – Баронесса весьма решительная дама, она держит мужа в строгости… Нечего реветь, Виття, раньше надо было думать… Заседание королевского суда объявляю закрытым.

Надо сказать, Лешу интересовал не столько приговор, сколько совсем другие вопросы. Сразу после суда Леша подступил к Ростику:

– Значит, у тебя в Хребтовске есть бабушка?

– Ну, есть… У нее часы остановились, вот я и…

– Да хватит про часы! Давай про бабушку!

– Ну, что про бабушку… Она, когда еще девчонкой была, жила то в Хребтовске, то здесь… А мама – всегда в Хребтовске… А потом… когда мамы не стало, мы с папой почти насовсем переехали сюда. Только он ушел в экспедицию, поэтому я у дяди…

– И ничего не рассказывал, – вздохнул Леша.

– А чего тут особенного? Думаешь, только мы с тобой знаем дорогу между Астралией и Хребтовском? Таких людей немало… Ты лучше расскажи, как это тень превратилась в кота?

Филарету удивлялись многие. Он сам себе тоже удивлялся и радовался. Это же так прекрасно – после того как несколько десятков лет был бесплотной тенью, стать настоящим, полным жизни котом! Лишь одно огорчало Филарета: у него не было тени. Но Леша пообещал нарисовать ему прекрасную густую тень и накрепко соединить с хозяином при помощи «Чоки-чока».

От приступа счастья Филарет потерял всякий интерес к своей коллекции марок. Зачем она жизнерадостному коту? И Филарет преподнес марки в подарок его величеству.

Король был в восторге. Оказалось, что он ярый филателист. Его величество поцеловал Филарета в усатую морду и предложил ему титул императора всех астралийских котов.

Но Филарет отказался. Он дал понять, что ему достаточно звания кошачьего герцога. В тот же вечер он отправился заводить знакомства с прекрасными кошками-аристократками, и у него было несколько победных дуэлей со столичными котами из дворянского сословия.


Вечером Леша и Ростик в зале ПВД поставили на место хрустальную свечу Ореста Редькина. Это было сделано торжественно, в присутствии короля, членов правительства и многих жителей столицы.

Едва стерженек пробки вошел в гнездо, как маховик ПВД заметно увеличил обороты. Лампы прибавили свет… А в столице в это время зажглись в листве тысячи фонариков и на рельсах зазвонили ожившие трамваи.

В слоистых облаках, лежащих на склонах Горы, замерцало множество новых звезд.

– Прекрасно! – заявил Респектабо Первый. – Отныне начинается новая жизнь! Завтра – грандиозный праздник! Господин Монья ля Порт де Монэ! Вам придется выделить из казны приличную сумму на карнавал!

– Ну так и что, – сказал министр финансов. – Как будет угодно вашему величеству. Только потом не говорите, что Монья пускает деньги на ветер… А кто будет распоряжаться праздником? Ведь, как известно, прежний распорядитель сейчас развлекает динозавров… Кстати, он совсем не плохо справлялся со своими обязанностями…

– Ну, и не так уж хорошо, – вмешался Ростик. – Всегда придирался к ребятам. И приказал вырубить шесть каштанов, чтобы проложить аллею к своему новому дому. За это не к динозаврам надо, а еще дальше…

– Мы создадим комиссию для подготовки праздника из юных жителей Астралии, – решил его величество. – А возглавить ее попросим уважаемого дона Куркурузо. Ведь в таком деле не обойтись без волшебства…


Праздник был восхитительный!

Три вечера подряд над Горой взлетали фейерверки, каких давно уже не помнила Астралия. Вертелись сотни сверкающих каруселей. Тысячи жителей в маскарадных костюмах веселились и устраивали игры и приключения. Даже самые почтенные горожане и крестьяне из окрестных деревень на этом празднике чувствовали себя мальчишками и девчонками.

С Луны срочно прилетели артисты цирка «Селено-полено». Они без перерыва давали представления на круглой поляне, где было в шесть раз уменьшено земное притяжение. До упаду смешили зрителей клоуны из группы «Лунус Переплюнус». Поражали лунные слоны-канатоходцы: они были похожи на земных, только крупнее, зеленого цвета и очень ловкие. Но больше всех вызывала восхищение Серебряная Танцовщица. Это была прекрасная девушка в легких одеждах небесного цвета с серебристыми блестками. И с голубыми веснушками на симпатичном курносом лице. Она танцевала на кончиках сверкающих мечей. Тысячи зрителей замирали, а потом кричали: «Браво!» И громче всех – его величество Респектабо Первый…

Особо надо сказать о карнавальном шествии. Оно состоялось на второй день праздника. Длинная процессия двигалась от королевского дворца до площади Ореста Редькина и при этом опоясывала вершину горы спиралью. Одетые в самые удивительные костюмы, астралийцы несли тысячи разноцветных фонарей. Фонари эти отражались в тысячах радужных мыльных пузырей, которые взмывали над головами и не лопались. Надувать такие пузыри научил здешних ребят Леша.

Играли оркестры. А впереди колонны выбивали звонкую дробь зайчата-барабанщики из деревни Мудрые Зайцы. За ними маршировали кактусята с пестрыми знаменами. Вместе с кактусятами шагало Ыхало. У него через плечо была надета малиновая лента ордена Астралийской Доблести первой степени. Орден этот пожаловал Ыхалу король. Такие ордена были у всех, кто принимал участие в схватке с заговорщиками. Только у Филарета лента висела не через плечо, а была повязана бантом вокруг шеи…

Леша, Даша и Филимон в бескозырке ехали на Дромадере. Филимон ехал стоя и держал большущий флаг с гербом Астралии. Он был очень горд.

У Леши был круглый щит с изображением Прозрачного кота. На Даше – ярко-зеленый берет с желтым и красным перьями – подарок Ростика. Над беретом висел и распевал стихи Лунчик.

Впереди Дромадеры шагали Филарет и Лилипут (с малиновой лентой поперек живота), а сбоку трусила глиняная расписная корова. Вокруг нее прыгал подросший глиняный теленок.

Над всем этим праздничным шествием возвышался великан Гаврила. Он неторопливо шагал, подняв над головой карусель, где верещала от веселого страха пестрая астралийская малышня.

А еще выше летала туда-сюда и светила, как настоящая луна, тетушка Ихтилена.

Даша то и дело говорила:

– Как красиво! Верно, Леша?

Леша соглашался. Мало того, он твердо решил, что, когда подрастет, обязательно напишет большую картину: «Карнавал в столице Астралии Горнавере».

Когда процессия проходила по улице Красной Шапочки, сквозь музыку и шум донесся истошный визг. Он летел из открытого окна. Это в своем баронском особняке Виття фон Люмпо-Лампо сидел в щекотальном кресле.

Даша поежилась.

– Леша, ты должен попросить короля, чтобы он помиловал барона. А кресло пусть разломают.

– Пожалуй, – согласился Леша. И подумал, что иначе этот противный визг может надолго засесть у него в ушах и помешает работать над картиной.

На третий день стало известно, что ожидается еще одно торжественное дело: прибивание над воротами нового щита с гербом Астралии. Старый щит порядком обветшал, и король решил, что пора заменить его более красивым и ярким.


Вот тут-то и пришло время торжества для нашей старой знакомой – буквы «а».

После ареста заговорщиков буква куда-то исчезла. Леша решил, что она опять отправилась на поиски «престижного места». И жалел, что не успел как следует поблагодарить ее за спасение.

На самом деле буква все это время жила в королевской сокровищнице, под покровительством министра финансов.

Король решил в награду за подвиг поместить букву на гербе Астралии. В начале слова!

– Если вы, конечно, согласны, – вежливо сказал он.

Буква запищала, что она согласна, только не видит никакой возможности. Ведь в названии королевства первая буква должна быть заглавной.

– А я – обычная, строчная…

– Это дело поправимое, – сказал король. И послал за кузнецом.

Леша тоже был при этом разговоре. Он спросил у буквы:

– А как ты сделалась медной? Была вроде бы из пластмассы…

– Ох, это совсем не трудно. Постепенно заменяла атом за атомом. Я могла бы, если бы хотела, сделаться даже золотой… А вот заглавной – никак…

Пришел кузнец – большой художник в своем деле. Осмотрел букву, кивнул и понес в кузницу. Леша, Даша, Ыхало, Филарет и Ростик пошли за ним. И Лунчик – в кармане у Ыхала.

В кузнице пахло горелым металлом и дымом. Гудел в горне оранжевый огонь.

Кузнец разогрел букву «а». Она попискивала, но терпела. Чего не вытерпишь ради того, чтобы стать заглавной.

Кузнец молоточком стал менять у буквы форму.

Сначала она была такая:

Чоки-чок, или Рыцарь Прозрачного Кота

Затем сделалась такая:

Чоки-чок, или Рыцарь Прозрачного Кота

Потом превратилась в такую:

Чоки-чок, или Рыцарь Прозрачного Кота

И наконец стала, какой хотела:

Чоки-чок, или Рыцарь Прозрачного Кота

Причем со всякими старинными завитушками.

Новый щит с гербом стоял тут же. На лазоревом поле белели три зубчатые башни, поднимался могучий дуб и сверкали звезды. А вверху полукругом выстроились буквы:


…СТРАЛIЯ


Горячую букву «А» кузнец опустил в холодную воду, как новую подкову. Она заверещала, зашипела и быстро остыла. Тогда ее надраили до золотого блеска.

Потом кузнец просверлил в букве отверстия для болтов и привинтил ее на место. Та сияла от счастья. Будто и правда золотая.

– Не вздумай снова удрать. Это будет очень нехорошо с твоей стороны, – сказала Даша.

– Разве я сумасшедшая?! Это самое лучшее место на свете! Я о таком и мечтала!..

И буква «А» засияла еще сильнее…

В полдень великан Гаврила прибил над городскими воротами новый щит с астралийским гербом. Трубачи-кактусята дули в золотые фанфары, зайчата лупили в барабаны, праздничный народ ликовал, разноцветные флаги плескались на ветру…


А на следующее утро Леша, Даша, Ыхало, Филарет и Лунчик уходили домой. Их провожали до станции Пристань Бочкин, Ростик и Лилипут.

Был ранний час, веял прохладный ветерок, и на солнце сверкала крупная астралийская роса.

Когда вышли из ворот, Леша оглянулся на герб. Звезды и буквы сияли в утренних лучах, и ярче всех, конечно, буква «А».

Леша помахал ей рукой.

Но буква не пискнула, не шевельнулась. Она понимала, что на этой должности надо соблюдать солидность.

Можно было добраться до дома очень быстро. Бочкин сказал, что теперь, когда стало много энергии, от столицы до Пристани и дальше бегает веселая сказочная электричка. Но Леша и Даша (у которой уже совсем не болела нога) решили, что хорошо пройтись через Астралию пешком. Вниз под Гору, до Желтых Скал, затем по берегу Залива до Пристани, а оттуда по шпалам прямо к дому.

– Надо зайти в гости к бабке на станции Чьитоноги! – вспомнил Леша.

– И Одинокого Шарманщика навестить! – подпрыгнула Даша.

– Кстати, он сейчас вовсе не одинокий, – сообщил Бочкин. – К нему приехала на каникулы целая куча племянников. Очень славные ребята, все музыканты.

– А ты свою бабушку навестишь? – спросил Ростика Леша.

– Обязательно. Только попозже. Скоро отец должен вернуться из плавания, мне надо его встретить…

– А свой берет ты подарил мне насовсем или на время? – спросила Даша. В этом берете и в своем зеленом спортивном костюме она была похожа на мальчишку-кактусенка.

– Конечно, насовсем! – Было видно, что Ростик готов сделать Даше еще и не такие подарки.

Лунчик дразнил Филарета: подлетит, пострекочет, покажет красный язычок – и удирать! Филарет притворно сердился, подскакивал и махал когтистыми лапами.

Бочкин, Ыхало и Лилипут о чем-то беседовали на ходу…

Леша топал босиком. Сапожки он отпустил погулять, и они умчались вперед. Носились туда-сюда по тропинке и звенели шпорами, как звенят колокольчиками на лугу резвые телята.

Никто никуда не спешил. В Астралии наступил спокойный послеполуденный отдых. А в Хребтовске, дома у Леши и Даши, прошло за это время всего несколько минут. Мама по-прежнему была в гостях у подруги, а папа в мастерской стоял перед мольбертом и задумчиво смотрел на неоконченную картину…


Конец коварных заговорщиков | Чоки-чок, или Рыцарь Прозрачного Кота | Четвертая часть, очень короткая О ТОМ, ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ