home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Расставание


На следующий день мы встаем очень рано. Проверяем, что Отец крепко спит.

Мы выбираем четыре доски.

Мы выкапываем Бабушкино богатство: золотые и серебряные монеты и много драгоценностей. Большую часть мы складываем в холщовый мешок. Еще каждый из нас берет по гранате, на случай, если встретится патруль. Уничтожив патруль, можно выиграть время.

Мы идем к границе на разведку, нужно найти самое хорошее место: непросматриваемый сектор между двумя вышками. Там, под большим деревом, мы прячем холщовый мешок и доски.

Мы возвращаемся домой, едим. Потом приносим завтрак Отцу. Нам приходится трясти его, чтобы разбудить. Он трет глаза и говорит:

— Давно я так хорошо не спал.

Мы ставим поднос ему на колени. Он говорит:

— Вот так пир! Молоко, кофе, яйца, ветчина, масло, варенье! В Большом Городе этого всего не достать. Откуда это у вас?

— Мы работаем. Ешьте, Отец. У нас не будет времени покормить вас еще раз перед уходом.

Он спрашивает:

— Пойдем сегодня вечером?

Мы говорим:

— Пойдем сейчас же. Как только вы соберетесь.

Он говорит:

— Вы сошли с ума? Я отказываюсь переходить эту чертову границу днем!

Нас увидят.

Мы говорим:

— Нам тоже нужно видеть, Отец. Только глупые люди пытаются перейти границу ночью. Ночью патрулей в четыре раза больше, и всю зону постоянно просвечивают прожекторы. Наоборот, около одиннадцати утра наблюдение ослабевает. Пограничники думают, что ни один сумасшедший не рискнет перейти границу в это время.

Отец говорит:

— Видимо, вы правы. Я полагаюсь на вас.

Мы спрашиваем:

— Вы позволите нам проверить ваши карманы, пока вы едите?

— Карманы? Зачем?

— Надо, чтобы вас не смогли опознать. Если с вами что-нибудь случится, и они узнают, что вы наш Отец, нас обвинят в сообщничестве.

Отец говорит:

— Вы предусмотрели все.

Мы говорим:

— Мы вынуждены думать о своей безопасности.

Мы обыскиваем его одежду. Забираем его бумаги, паспорт, записную книжку, билет на поезд, квитанции и фотографию нашей Матери. Все, кроме фотографии, мы сжигаем в кухонной плите.

В одиннадцать часов мы выходим из дома. Мы несем по доске.

Наш Отец не несет ничего. Мы просим его только идти за нами, стараясь как можно меньше шуметь.

Мы подходим к границе. Мы говорим Отцу, чтобы он лег за большим деревом и не двигался.

Вскоре в нескольких метрах от нас проходит патруль из двух человек. Мы слышим их разговор:

— Интересно, что будет на обед.

— Такая же дрянь, как всегда.

— Дрянь дряни рознь. Вчера было просто дерьмо, но иногда кормят сносно.

— Сносно? Ты бы так не говорил, если бы попробовал суп моей матери.

— Я никогда не пробовал супа твоей матери. У меня и матери-то не было. Я всегда ел дерьмо. В армии хоть иногда ешь неплохо.

Патруль идет дальше. Мы говорим:

— Идите, Отец. До следующего патруля двадцать минут.

Отец берет под мышки две доски, идет вперед, прислоняет одну доску к заграждению и карабкается наверх.

Мы ложимся плашмя за деревом, затыкаем руками уши, открываем рот.

Раздается взрыв.

Мы бежим к колючей проволоке, держа две другие доски и полотняный мешок.

Наш Отец лежит около второго заграждения.

Да, есть способ перейти границу: нужно пустить кого-нибудь вперед.

Взяв полотняный мешок, ступая по следам, потом по неподвижному телу нашего Отца, один из нас уходит за границу.

Другой возвращается в Бабушкин дом.



Отец возвращается | Толстая тетрадь | cледующая глава