home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Замок во мраке

Наступила темнота. В небесах узкий серп месяца смотрел рогами вверх. Это напомнило Рагнарсону изображение боевого корабля тролледингцев.

— Какие воины, — задумчиво пробормотал он, — плывут на этом судне?

— Там души проклятых плывут, — в тон ему ответил Тарлсон. — Те, что обречены стремиться вечно к землям благодатным. Пылают алчности огнем глаза их капитана, но берега уходят вдаль, сколь быстро б ни вздымались весла и как бы ни вздувались паруса.

Рагнарсон искренне удивился. Неожиданно открылась еще одна сторона Инреда. А ведь Браги уже начинал опасаться, что имеет дело с узколобым, невежественным солдафоном.

— «Сборник варварских легенд», — вмешался Насмешник. — Составление приписывается Шуранасу Бранкелю, собирателю фольклора доимперского Ильказара. Эй! Они посылают нам пять стрел.

Ночное небо прорезали полдюжины метеоров.

— А это что такое? — спросил Рагнарсон, когда они поднялись до конца склона. Внизу в долине виднелось нечто огромное и черное.

— Замок, — сказал Насмешник.

— Странно, — заметил Тарлсон. — Проводник не упоминал ни о каких крепостях в здешних местах.

— Не исключено, что это руины, оставшиеся со времен империи, — предположил Насмешник.

На западе следы империи встречались довольно часто. Они приблизились к зданию достаточно близко, чтобы выдвинуть новые гипотезы.

— Не думаю, что это империя, — произнес Рагнарсон. — Империя сооружала невысокие массивные стены с квадратными башнями на равном расстоянии одна от другой, что позволяло вести фланговый огонь. Здесь же высокие стены и круглые башни. Кроме того, зубцы на стенах до прошлого века встречались крайне редко.

Теперь настала очередь Тарлсона смотреть на Рагнарсона с изумлением. Насмешник рассмеялся.

Дорога уходила прямо в крепость, в чем не было никакого смысла. В замке царила тьма, там не горели сторожевые огни, из-за стен не доносилось ни запахов, ни звуков. Путники не могли уловить никаких признаков жизни.

— Все-таки это руины, — заключил Рагнарсон. Любопытство всегда было слабым местом Насмешника.

— Мы ведь посмотрим, что там, правда? Эй, послушайте! Может быть, мы там наткнемся на сундук с драгоценностями, брошенный убегающими обитателями. Или отыщем горшок с золотом, зарытый во время осады и готовый прыгнуть в руки пытливого исследователя. Там могут оказаться тайные подземелья со скелетами бывших любовниц владельца замка. Вы представьте, сколько драгоценных колец еще украшают костяные пальцы! А может быть, сыщется и подземный мавзолей, в котором покоятся останки многих поколений владельцев. Все они лежат в драгоценных одеяниях, сверкающих камнями, которые обогатят трех бесстрашных и неуязвимых грабителей могил.

— Ужас! — бросил Тарлсон.

— Не обращайте на него внимания, — сказал Рагнарсон. — Извращенное чувство юмора. Просто хочет сунуть туда свой любопытный нос.

— По-моему, нам следует возвращаться.

Тарлсон, конечно, прав, но и сам Рагнарсон был заинтригован.

— Ну что, Жирная Задница, действуем как в старые добрые времена?

— Прекрасно сказано! — радостно взорвался Насмешник. — И главное — правильно. А то ведь что? Стареем и стареем. В клетках мозга осаждается известь. А сейчас мы ринемся вперед, вернувшись в свои двадцать лет, наплевав на здравый смысл.

Нам опять совершенно безразлично, встретим мы еще один рассвет или нет. Мы бессмертны. Ничто не может нас уязвить.

Да, именно такими дураками они и были, подумал Рагнарсон.

— Значит, отправляемся в исследовательскую экспедицию, Здоровяк? — спросил Насмешник, осаживая лошадь под самыми зубьями подъемной решетки ворот.

— Вы действуйте, — сказал Тарлсон, — а я, пожалуй, поеду в лагерь немного отдохнуть.

— Отлично. В таком случае увидимся утром, — произнес Рагнарсон и вслед за Насмешником въехал в небольшой внутренний двор.

Браги не мог избавиться от ощущения, что он совершает ошибку. В этом месте таилось какое-то зло. И казалось, что оно выжидало… Оно было каким-то нереальным. Рагнарсон знал, что если он резко обернется, то ничего не увидит.

Разгулявшееся воображение, сказал он самому себе. Результат того, что он вернулся в старые и не всегда добрые дни.

Насмешник слез с лошади и вошел в дверь. Рагнарсон заторопился следом.

Внутри оказалось темно, как в склепе. Он шел, прислушиваясь к шаркающим шагам Насмешника и проклиная себя за то, что не догадался зажечь факел. Неожиданно Браги врезался во что-то огромное и мягкое. Насмешник заверещал, как поросенок, которого пнули ногой.

— Делай что хочешь, — прорычал Рагнарсон, — но не стой на пути.

— Лично я прислушиваюсь и в то же время стараюсь не быть растоптанным неуклюжим чудовищем, у которого не хватило ума прихватить факел.

— В таком случае пошли назад. Мы сможем вернуться завтра. Но для Насмешника логики не существовало. Он двинулся вперед.

В помещении становилось чуть светлее, но свет усиливался настолько постепенно, что они не сразу это заметили. Пройдя еще сотню футов, они уже видели так, как можно видеть в предрассветной туманной мгле.

— Здесь что-то не так. Я чую присутствие колдовства. Нам лучше уйти, пока мы не разворошили гнездо.

— Малодушный олух, — ответил Насмешник. — В старое доброе время мой друг Здоровяк ринулся бы в атаку.

— В старое доброе время у меня не хватало мозгов. Я думал, что ты тоже с той поры повзрослел.

Насмешник пожал плечами. Он уже не слишком горел желанием двигаться дальше.

— Только до конца коридора, — сказал он. — Затем мы последуем примеру Тарлсона.

Коридор окончился глухой стеной. Какой смысл в проходе, который никуда не ведет и в котором нет никаких дверей?

— Нам лучше вернуться, — сказал Рагнарсон. Исходящий из невидимого источника свет уже был довольно ярок.

— Ого! — воскликнул он, повернувшись и мгновенно выхватив меч.

Обратный путь им преграждала тьма, как будто кто-то вырезал кусок беззвездной ночи и растянул ее между стенами.

Насмешник обошел Браги и потыкал во тьму клинком. Глубокий укол не остался безрезультатным. Послышался хохот, смахивающий на кудахтанье какого-то безумного божества.

— Ого! — воскликнул Насмешник. — Какой жалкий конец для величайшего разума нашего времени, угодившего в ловушку, как последняя безмозглая мышь…

Он бросился на тьму, выставив вперед меч.

— Идиот! — взревел Рагнарсон. — Адские силы… — пробормотал он через мгновение, когда его спутник исчез, лишь коснувшись черноты. — Вполне возможно, что это и есть вход в преисподнюю, — произнес он и бросился во тьму вслед за толстяком.

Ему показалось, что он провалился в колодец вечности и теперь летел сквозь хаос меняющихся цветов, сопровождаемый странным звуком, похожим на шепот злобных существ. Это длилось, длилось и длилось… И вот, не замедляя темпа, он очутился в большом, слабо освещенном помещении.

Эта комната — или зал — бросала вызов здравому смыслу. Воздух в ней был насыщен невыносимыми миазмами. Из разлившегося по всему помещению тумана доносились шорохи и стоны, и Браги показалось, что в кипящих клубах промелькнуло крылатое человекообразное существо с собачьей мордой, за которым последовал обезьяноподобный карлик с клыками чудовищной длины. Все казалось здесь неустойчивым и зыбким. Исключение составляли лишь пол из нефритовых блоков да огромный черный трон, не правдоподобно зловещий и внушающий ужас. Орнамент на троне напомнил ему барельефы, которые он видел в храмах Арандепута Мертрегала в Гандгачкотиле. Но эти рисунки выглядели еще ужаснее, словно их делали руки, по локти погруженные во зло.

Насмешник с обнаженным мечом в руке бродил вокруг трона.

— Что это? — спросил Рагнарсон, которому редко приходилось видеть толстяка таким подавленным.

— Шинсан.

Итак, они, два старых дурака, угодили в ловушку.

Туман заклубился сильнее, и из него выступил какой-то старик.

— Добрый вечер, — сказал он. — Надеюсь, вы говорите по-некремносски? Отлично.

Старец обратился лицом к трону, опустился на колени и, коснувшись лбом пола, пробормотал несколько слов, которые Рагнарсон не смог разобрать. На какое-то мгновение над троном возник еще один клубок тумана. В его глубине витала женщина ослепительной красоты. Она кивнула и тут же исчезла. Старик поднялся с колен, повернулся к пришельцам и произнес:

— Миледи оказала мне большую честь. Однако дело прежде всего. Вы направляетесь туда, где миледи вас видеть не желает. В Кавелине и без вас все сильно усложнилось. Отправляйтесь домой.

— Вот так все просто? — сказал Рагнарсон. — Мы должны вернуться домой, так как сможем помешать вашим планам, не так ли?

— Да.

— Я не могу сделать этого. — Он послал Насмешнику сигнал пальцами на языке глухонемых, а вслух произнес:

— Я дал слово.

— Видят боги, я пытался вас убедить. Предупреждаю, миледи не терпит неповиновения.

— Это ужасно. Мне так жаль ее разочаровывать. Насмешник неожиданно прыгнул, выбросив перед собой меч. Серебристая нить, выскочив из руки старика, ударила своим концом толстяка в щеку, и тот рухнул на пол. В дело вступил Рагнарсон. Нить блеснула снова. Рагнарсон принял удар на меч, вырвал оружие из руки старика и начал сматывать нить на клинок.

Колдун взвился вверх и скрылся в клубящемся под потолком тумане. Изумленный Браги для острастки еще немного помахал мечом, что, впрочем, не дало никакого результата, встал на колени и пощупал пульс Насмешника.

Сверху на него посыпалась серебристая искрящаяся пыль. Когда первая сверкающая пылинка коснулась его кожи, он тяжело опустился на тело друга.


Новости из Кавелина | Дитя тьмы | Глава 7 1002 год от основания Империи Ильказара В КАВЕЛИН