home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 12

Фиралдия. Орминден. Край Конека

На второй день, после того как Элс примкнул к новичкам, он стал их лидером.

Вечером того же дня путники пришли в Ралли, где жители, в основном, занимались добычей белого мрамора из близлежащей горы. Раллийский мрамор славился своей безукоризненностью и чуть ли не хрустальным качеством. Камень здесь добывали на протяжении двух тысячелетий. Раллийский мрамор можно было встретить повсюду вокруг моря Прародительницы. Им отделывали дворцы, из него изготовляли памятники.

Горожане враждебно поглядывали на странников. Оно и понятно. Вновь прибывшие могли оказаться разбойниками или сбежавшими преступниками. Ими обычно и были все солдаты.

– Если вам нужна работа на каменоломне, отправляйтесь туда поутру. Если же вы разыскиваете того, кто нанимает солдат, ступайте к пустоши на юге города, – сказал подошедший человек, вероятно, коннетабль.

Он не хотел, чтобы путники задерживались в самом городе.

Элс заворчал. Его измученные товарищи не станут доверять первому встречному.

– В лагере раздают горячую еду всем, кто готов примкнуть к войску.

– Кто-нибудь из вас, ребята, заинтересовался горным делом? Советую избрать каменоломню вместо военного ремесла, – обратился Элс к спутникам.

Никто не ответил. Новобранцы устали и скучали по дому, а путь свой продолжали лишь потому, что не хотели раскрывать свои человеческие желания остальным товарищам.

На пустыре, о котором рассказал коннетабль, стояло две дюжины палаток. Элсу лагерь не понравился. Уж слишком аккуратный. И профессионально организованный.

– Похоже, мы подоспели как раз к ужину, – заметил Элс. В сумерках он разглядел, что стоявшие в ряд люди получали еду из рук двух приземистых, широкоплечих, похожих на братьев, поваров.

– Кто-нибудь видит знамена или щиты? Неплохо бы узнать, кто нанимает солдат.

– Так ли это важно? – раздался чей-то голос.

Из зарослей низких кустарников, растущих у дороги, появился вооруженный охранник. Элс опешил. Да, эти люди действительно знали свое дело.

– Еще бы. – Элс постарался рассмотреть охранника как можно лучше. Тот, в свою очередь, разглядывал ша-луга. Каждый понял, что перед ним опытный воин.

– За некоторыми я просто не последую, может из-за того, кто они есть. Но в основном, из-за того, что они прославились тем, что не платят своим воинам, – продолжил Элс.

Сумерки еще не полностью поглотили свет, и ша-луг заметил на лице охранника презрение. Этот человек не относился к наемникам, а потому был о них не слишком высокого мнения.

Элс испытывал к охранникам такие же чувства, но ему приходилось выдавать себя за одного из них.

– Пост номер три! У меня тут тринадцать человек и мул, – прокричал охранник.

– Вы что, думаете, на вас нападут? Здесь? – поинтересовался Элс.

– Если распустишь караул, думая, что здесь безопасно, то в скором времени очутишься на том свете.

Элс заскрежетал зубами. Слова стража подтвердили его догадки. Они очутились среди профессионалов. Неужто ша-луг вновь оказался лицом к лицу с воинствующим братством? Плохо дело. С другой стороны, может, все и не так ужасно, особенно, если братья собирали войско, чтобы поддержать очередное безрассудство Патриарха.

Но Элс знал, с кем имеет дело, и потому чувствовал себя не в своей тарелке. Не так давно ша-луг едва унес ноги от братства.

Кто-то подошел. К братьям он не принадлежал. Слишком маленький и молодой, но, очевидно, этот человек уже долгое время находился среди них, поскольку вел себя по-военному.

– Пожалуйста, пройдите за мной.

– У меня такое чувство, что все, чем я буду здесь заниматься, это убирать объедки и вычищать лошадиное дерьмо, – проворчал Бо Биогна.

Элс представился странником именем Пайпер Хэхт.

– В каменоломне есть достойная работа, Бо.

– Тогда почему бы тебе не отправить туда свою задницу и не стать горным добытчиком?

– Это не для меня. Не люблю торчать на одном месте.

– А я чем от тебя отличаюсь?

И все же Бо Биогну нельзя было сравнить с Элсом. Он сам еще не разобрался чем хотел бы заняться. Ша-луг вообще сомневался, знал ли Бо толк хоть в чем-нибудь. Но старик был обычно честен и старательно исполнял свои обязанности, покуда за ним наблюдали.

– Бо, это твоя жизнь. Я лишь напоминаю: у тебя есть выбор.

Провожатый привел компанию прямо к концу очереди за едой.

– Эй, не можешь взять эту развалюху с собой? – сказал он Просто Простому Джо, указывая на осла.

– С чего вдруг? – стало интересно друзьям Просто Простого Джо. Стальные Мускулы был самым любимым членом их отряда. Он отличался ото всех других мулов, когда-либо существовавших на земле. Дружелюбный и, в основном, покладистый.

– Мой мул прирожденный боевой скакун, – настаивал Просто Простой Джо. Он очень хотел, чтобы Стальные Мускулы присоединился к кавалерии.

Чувство юмора у провожатого начисто отсутствовало. Вот, наверное, почему он подписался именно на такую работу. Он увел будущего военного скакуна.

Элс был под впечатлением. Разумно организованный лагерь. Да и план по набору рекрутов тоже недурен. Горячая пища, огромное ее количество, гарантировала благодарность наемников. Беднота всегда испытывала дикий голод.

– Чей это лагерь? К какому походу здесь готовятся? – спросил Элс незнакомца, что стоял рядом с ним. Проводник подоспел вовремя, чтобы услышать вопрос. Осла с ним не было.

– Лагерем командует капитан Вэлд Арнволкер. Он не сказал ни слова о том, что нам предстоит. Упомянул лишь о благословении Патриарха и о горах богатства, которыми мы сможем поживиться. Говорят, это как-то связано со случившимся в Сонсе.

– Где Стальные Мускулы? Он вообще-то не любит быть вдалеке от Джо.

– Я стреножил его и за палаткой, где вы заночуете. Я дал ему сена и порцию овса.

– Этот предатель так дешево продался? – заворчал Джо.

– Горы богатств? – переспросил Элс. – Послушайте, звучит не очень многообещающе. Только не в Фиралдии. – Возможно, братство готовилось покарать Сонсу за свое изгнание, задумав опустошить это государство и его правителей – три семьи. Элс увидел в возможности отправиться в Сонсу под видом солдата братства иронию.

– Тебя больше интересует нечто новое и увлекательное, не так ли?

Элсу пришлось подавить сильное желание сказать что-нибудь в ответ. Еще в пору своего обучения премудростям военного ремесла ша-лугов он страдал от своей несдержанности. Капитан относился философски к тому, какими приемами ведения войны пользуются западники, однако примириться с ними не мог.

Когда западники решали начать войну, они нанимали для войска отбросы общества, выдавали им старое и некачественное оружие, ставили во главе армии несколько опытных воинов, а затем развязывали толпе наемников руки. Такие войска были опасны как для врага, так и для союзника. Они либо учиняли жуткую бойню, либо разбегались при первом сигнале к битве. Но в мирные времена такие воины обходились весьма дешево. Не было никакой необходимости кормить одевать, обучать и обеспечивать их жильем. К тому если в городе существовала постоянная армия, наемники не представляли никакой угрозы.

Одной из причин падения древней Броской империи послужила как раз таки неспособность пограничных войск оставаться верными одному повелителю в течение долгого времени.

Элс готов был поспорить на золото и выиграл бы его, что мясо, которое так великодушно подали потенциальным воинам и товарищам ша-луга, окажется свининой. Элсу нечистое мясо уже стало нравиться.

– Вы, ребята, точно подгадали время, – обратился к Элсу однорукий шеф-повар. Другой при ближайшем рассмотрении оказался почти копией первого, правда, вторую руку он сохранил.

– В смысле?

– Вы постарались прийти в лагерь именно тогда, когда бесплатно подают завтрак, так ведь? – Хотя, казалось, повару было абсолютно все равно.

Спутники Элса пришли в замешательство.

– Колдун разыграет целое представление, объясняя, почему вам стоит молиться Богу и присоединиться к армии братства. В общем-то, неслыханная дребедень, но если вы стерпите всю эту чушь, то получите порцию еды. И две порции, если обладаете достаточным умом и придете сюда слишком поздно, чтобы застать ту болтовню, которую он несет. Для колдуна этот тип слишком рано отправляется на боковую. – Повар намекал на то, что все чернокнижники состояли в близких и длительных отношениях с Помощниками Ночи.

– Колдун? – У Элса опять появилось дурное предчувствие.

– По-моему, я все ясно сказал. Двигайтесь. Пришло время смены караула. А эти придурки не привыкли стоять в очереди.

– Я их не виню.

Новичок, исполняющий обязанности проводника, показал спутникам место приема пищи и место, где надлежало мыть деревянные миски, кружки и остальные предметы кухонной утвари, выдаваемые в начале очереди. Элс точно знал: этот порядок долго не продержится.

Путникам показали большую палатку, которую они должны были делить с еще шестью возможными солдатами. Снаружи стоял Стальные Мускулы. Мул, вероятно, думал, что попал в ослиный рай. Элсу доводилось ночевать в местах гораздо хуже этой палатки.

– Нас пытаются соблазнить, – сказал Элс Бо Биогне.

– Видел. У них самый настоящий отстойник, – проворчал тот.

Элс его уже заметил. Он представлял собой некое улучшенное подобие обычных отхожих мест, которые устанавливали праманы на поле боя. Это, подумал Элс, доказывало, что всем здесь заведовало братство. А это, в свою очередь, свидетельствовало о том, что воинствующие монахи шпионили за своими врагами.

Военные, в основном, погибали не от жесткой руки Ин-дал ал-Сул Халаладина и других защитников Святых Земель, а от дизентерии, холеры и тифа. Они становились жертвами болезней, поскольку не видели связи между болезнью и своей нечистоплотностью.

Однако даже здесь существовала проблема побочных продуктов, оставляемых животными, особенно лошадьми и собаками.


– Это пока все замечательно, – заметил Гофит Аспел за завтраком.

– Они делают все возможное только для того, чтобы мы присоединились к войску. Как только мы присягнем, все изменится, – согласился Элс.

– Будем надеяться, что они не пошлют все к черту, когда доберутся, куда им надо, – буркнул Бо.

– Ты нас обманул. Тебе приходилось воевать, – решил Тэг.

– Нет. Просто всякое может случиться.

– Тогда надейся на худшее. По крайней мере, будешь к нему готов.

– Вам стоит поторопиться. Сегодня они начнут рано. Где-то произошло нечто важное, – вымолвил внезапно появившийся проводник.

Вести об этом облетели лагерь за пятнадцать минут. Некая тайна, бродившая среди рекрутов, облаченная в дюжину личных форм, ни одна из которых не отличалась правдоподобием.

– Кто-то пытался убить Антипатриарха!

– Его стража перебила убийц!

– Я слышал, им устроили засаду!

Прежде чем все стихло, Элс успел сопоставить версию, по которой сам Господь послал на землю ангела с предупреждением, с той, в которой элитные войска Патриарха были полностью уничтожены неуязвимыми рыцарями-призраками, переброшенными при помощи колдовства из столицы Хансела в новую Броскую империю. Последний вариант был весьма увлекательным и обсуждался всеми без исключения, хотя они прекрасно знали, что Иоанн Черные Ботинки и его дочери жили в Туманном Дворце в Племенце, тем самым негласно объявив о потере интереса к Фиралдии. По словам самого императора, он решил отдохнуть от политики.

Все утро лагерь кипел слухами и предположениями. Реакция командиров на новости, как заметил Элс, была своеобразной.

– Думаю, братство набирает войско для похода в Конек, а не в Сонсу, – сказал он своим товарищам.

– Начинают собираться в путь, – заметил Просто Простой Джо.

Он оказался прав. Военные собирали палатки, кухонную утварь и погружали все на подводы. Лошадей запрягали. Вокруг бегали растерянные собаки. Для полной картины не хватало только процессии, состоящей из женщин и детей.

Чтобы принять рекрутов в ряды войска, приехал седовласый пожилой брат по имени Рэдферн. Помимо людей Элса и еще четырех «может солдат», больше никто не присутствовал на последнем обращении брата к рекрутам. Многого он не сказал.

– Мы отправляемся в дорогу, – его сильный акцент говорил о том, что этот человек родился где-то в центре новой Броской империи. – До того, как мы тронемся с места, вам нужно решить, пойдете ли вы с нами. Оплата будет производиться регулярно. Без задержек. Вам предоставят еду. Лучшую из той, что могут позволить владельцы бараков. Срок службы не превышает одного года. Вы получите оружие. Если потеряете или бросите оружие или снаряжение, должны будете заплатить за него. Если появится возможность, мы предоставим вам форму. В обмен на такую щедрость, вы должны усердно тренироваться, соблюдать все нормы приличия, исполнять религиозные требования и подчиняться порядку братства. Иначе последует суровое наказание. Но, тем не менее, справедливое. О, и вот еще что. Вам придется, как тиграм, сражаться во имя небес, если завяжется битва.

Элс пристально осмотрел вояку. Он обладал всеми чертами, характерными для ша-луга. Если сравнивать его с кем-нибудь, то он был очень похож на Бона.

– Пайп, как ты поступишь? – спросил Просто Простой Джо. Бо, Гофит и все остальные смотрели на Элса.

– Эй, вы же считали себя достаточно взрослыми, чтобы начать самостоятельную жизнь. На кого мы будем работать? Я слышал что-то про колдуна, – спросил Элс старого воина, пытаясь смягчить свое резкое замечание.

Брат нахмурился, он явно ожидал, что наемникам все равно, кому служить. Рэдферн подошел поближе, так, чтобы говорить шепотом. Звук его голоса поглотил нарастающий шум и лязг военного лагеря, который снимался с места.

– Вы это серьезно?

– Конечно. Полагаю, вы верующий. Значит, есть некоторые вещи, которых вы не станете делать, поскольку они противоречат вашей вере.

– Мы воинствующее братство! Меч Небес! – Старый солдат не мог представить, что кто-то сомневается в добродетельности братства.

– Да, но ходили слухи о колдуне.

– Вы не похожи на тех фундаменталистов, которые верят в то, что любой, кого называют колдуном, пособник зла, я прав?

– Да. И все же мне становится не по себе, когда рядом человек, связанный с Помощниками Ночи.

– О, думаю, вам нечего опасаться Грэйда Дрокера, самого ярого противника этих существ. Он проделал долгий путь из Особой Канцелярии, что в Ранче.

– Охотник за ведьмами! – вырвалось у одного внезапно испугавшегося юноши.

– Как так получается? Если братья хотят уничтожить колдовство и тому подобную хрень, а также избавиться от невидимых людей и им подобным уродов, то как же так выходит, что все они могущественные колдуны, чернокнижники Бо Биогна спросил вслух то, о чем про себя думал Элс.

– Вы же не пошлете мирного священника сражаться с воинами противника. Если, конечно, хотите остаться победителем. – Вопрос нисколько не смутил Рэдферна.

На мгновение Элс увидел человека, покидающего палатку которую еще не собрали. Незнакомец был одет в поношенную военную рясу братства, однако ша-луг сообразил, что это колдун из Сонсы.

– Охотника за ведьмами зовут Грэйд Дрокер?

– Это не настоящее имя. Послушайте, нам надо отправляться. Примите же, наконец, решение.

– Размер жалования? – поинтересовался Элс.

– Желторотые салаги будут получать три с половиной скутти серебром ежемесячно, а по окончанию обучения пять. Отличные сонсанские монеты. Едой, оружием и формой их обеспечат. Кольчуг и другой защитной одежды у нас нет. Жалование опытных воинов, от которых потребуется обучать и возглавлять новичков, поначалу составит пять скутти, а когда срок обучения подойдет к концу, возрастет до шести монет.

– А как насчет тех воинов, кто занимал в прошлом должность офицера или еще кого-нибудь? – спросил Просто Простой Джо. В присутствии Стальных Мускулов он будто становился умнее.

– Вы о себе говорите?

– Черт, нет. О Пайпере. Да вы раскройте глаза. Пайп не говорит ни черта о том, чем занимался до встречи с нами. Но даже такому полному идиоту, как я, понятно, что он наверняка когда-то был офицером или, по крайней мере, сержантом. Пайп всегда знает, что делать и как это сделать наилучшим образом.

– А что ты скажешь? – обратился старый воин к Элсу.

– У Джо разыгралось воображение.

Брат стал более подробно расспрашивать ша-луга. Элс давал уклончивые ответы. Он вскользь упомянул «сражение на востоке Шурстулы», «дикарей язычников», «Великие Болота» и еще кое-какие детали. Чем определеннее становился рассказ Тэга, тем вероятнее возможность, что кто-нибудь уличит его во лжи.

От допроса с пристрастием Элса спас отъезд воинов братства. За ними шли рекруты.

– Черт с ним. Я иду. Нигде больше с нами не будут обращаться лучше, чем здесь, – высказал свое мнение Пико Мусси. Он с братом и их другом Гофитом стали собираться в путь. К ним присоединились Бо Биогна и еще несколько человек.

Элс не понимал, почему он отправился с ними. Неужели чувствовал за них ответственность? Или потому, что человек с именем Грэйд Дрокер умудрился сотворить так много зла за то небольшое время, что находился в Сонсе? Ша-луг не сомневался: Грэйд Дрокер и тот колдун – одно и то же лицо.

– Ладно. Я уверил себя в том, что мне удастся найти в Бросе тепленькое местечко. Однако события, происходящие здесь, так и манят меня.

– На том и порешили. Поторапливайтесь, если намерены присоединиться к войску, – изрек старый воин.

Элс старался не замечать того, что его товарищи вздохнули с облегчением, когда он примкнул к ним. Ша-луг не хотел брать на себя ответственность за их жизни.


По официальной версии, Великий послал члена своей семьи в Конек, дабы убедиться в том, что Церковь не страдала больше от надругательств еретиков, которые заполонили эту провинцию. Они ответили тем, что перебили охрану легата, а самого посла бросили подыхать на дороге.

Вскоре после событий в Конеке группа наемников ворвалась в Дворец Висэсмэнта, намереваясь убить Чистого II. Лишь благодаря божественному провидению и быстрой реакции браункнэхтов злоумышленников удалось обезвредить раньше, чем Чистый узнал о грозящей ему опасности.

Естественно, все подозрения пали на Великого. Который, конечно же, заявил о своей непричастности к покушению сразу же после того, как новости о провале задания достигли Броса. Как и предполагали враги Великого, он лицемерил, когда говорил, что строго исполняет все заповеди своего Бога.

Постепенно Элс начал проявлять уважение к заклятому врагу. Воины, с которыми ему довелось повстречаться в Святых Землях, были выращены из людей, которые раньше ничем не отличались от рекрутов, вступивших в войско ордена. Они проявляли недюжинное упорство и непоколебимость.

В лагере братства почти никаких трудностей не возникало. Уцелевшие в сонсанской неразберихе братья, похоже, располагали всем, что могло им пригодиться.

После изгнания из Сонсы колдун вернулся в Брос, где немедленно встретился с Патриархом. На следующий день с подкреплением из Кастеллы долла Понтеллы он отправился на север. Чернокнижник без промедления приступил к набору воинов. С деньгами у него проблем не было.

Спустя несколько недель, в течение которых колдуну пришлось пересечь разнообразные княжества, образовывавшие Орминден, войско братства разбило лагерь на монастырской земле в Дромедане, крошечном епископском государстве. Оно славилось своими виноградниками. Дромедан со всех сторон окружали всякие провинции: Конек, Грольшах, вассальная фиралдийская провинция, а также княжество Сорвин. Четких границ между этими землями не было. Не только край Конека обладал независимостью. Орминден также сохранял суверенитет, несмотря на то, что дробился на многочисленные мелкие княжества, которые имели феодальные обязательства перед многими правителями, включая Хансела Черные Ботинки.

– На севере, в империи, гораздо хуже, – сказал Элсу профессиональный наемник по имени Пинкус Горт. Его военный опыт давал о себе знать. Впрочем, Пинкус не особо его и скрывал. Пинкус и Элс руководили ротой желторотых юнцов. Членов братства было слишком мало, поэтому они не успевали следить за всем, что происходило в лагере, который продолжал расти.

– Даже крошечный городишко в центре небольшого пустынного графства может заручиться поддержкой какого-нибудь государства, которое когда-то было его заклятым врагом. Но вся путаница происходит из-за приданного, а не из-за наследства, как многие полагают.

– Император разберется с этим.

– Кто бы сомневался.

– Что-то я не слышу страсти в твоих словах.

– Не стоит ждать от Хансела многого. Каждое его действие сперва должно быть одобрено электорами.

– Хм. – Элс постарался придать своему голосу такой тон, словно понимал, о чем толкует Горт. Жители ал-Кварна представляли запад куда менее разрозненным и сложным, чем он был на самом деле.

– Есть какие-нибудь соображения, что затеяли эти безумцы? – Пинкуса Горта интересовали лишь деньги, которые платило братство. Его совершенно не волновали их божественные каноны.

– Думаю, мы здесь для того, чтобы пустить пыль в глаза. Патриарху нужно запугать Конек, так как тамошние жители проявили к нему свое неуважение. Потому-то он и приказал этому чокнутому Грэйду Дрокеру набрать войско. Будто наши остолопы – это какое-то страшилище, способное запугать Конек и заставить его повиноваться воле Патриарха.

– Там, откуда я родом, монстры и правда существуют.

– Неужели ты серьезно полагаешь, что наши ребята смогут кого-то напугать?

– Где ты служил? Мне доводилось видеть армии и похуже. И кстати, было это не так давно. Наши ребята усердно тренируются. Ведь им платят неплохие деньги и вдобавок кормят. К тому же братство постоянно поощряет их своими бравыми речами. – В словах Горта сквозил сарказм. – Видел бы ты, с кем нам пришлось работать, когда мы направлялись в Темезу.

– Ты принимал участие в том походе?

– Да. И к тому же на стороне герцога Хармонахского.

– Тогда тебе повезло.

– Я быстро овладел военным ремеслом. Вдобавок, я прекрасно знал, что должно произойти. А потому успел подготовиться. Но, по-моему, герцог набрал войско из таких отпетых мерзавцев, что и во сне тебе не снились. Он даже не пытался их чему-то научить. Просто выдал им какое-то захудалое оружие. Да и вообще не контролировал действия черни. Вспомнить страшно, что тогда произошло. Сантерино оказали миру огромную услугу, когда уничтожили семнадцать тысяч двуногих чудовищ.

– А как же их предводители? Дворяне?

– А вы не в курсе: у них были лошади. Лишь несколько попало в плен. Да и тех выкупили.

Колдун по-прежнему себя не выдавал. Но Элс постоянно ощущал его присутствие. Словно он следовал за ним по пятам. Браслет все время жег запястье ша-луга. Если бы ему только удалось достаточно быстро развернуться…

– Ты раньше работал на братство?

– Нет. Мне кажется, никто из рекрутов не служил под их началом. Я вступил в ряды их войска впервые. Этого бы не произошло, не будь Великий Патриархом.

– Не знаешь случайно, скоро придет обоз с оружием?

У меня нет ничего даже для тренировок.

– Если тебе ничего не говорят, то это не значит, что меня посвящают во все тайны. Я больше озабочен поставками еды. Скоро наступит осень. Мы не можем вечно здесь торчать, поглощая излишки пищи. – Армия стояла у подножия монастыря вот уже больше месяца. В результате за пределами духовного поместья шлюхи, воры и торговцы начали сооружать собственное поселение.

– А вот и Бэхтэр.

Рэдферн Бэхтэр исполнял обязанности сержанта, отвечающего за наемников. Большая ответственность, надо сказать. Он хотел разделить ее с Элсом, Пинкусом Гортом и несколькими другими солдатами. Элсу старый воин напоминал Бона. Сержанту не раз приходилось все это видеть. Лишь нечто поистине необыкновенное могло потрясти его.

На сей раз Бэхтэра что-то взволновало. Его акцент стал невыносим.

– Господа, этой кучке недоносков все-таки предстоит настоящая работенка. Несколько минут назад колдун получил известие о том, что еретики и остальная свора загнали епископа Серифа в его особняк за Антексом и заколотили все окна и двери. Сам Патриарх настаивает на решительных действиях.

– Что? Полное безумие, – Элс не мог поверить словам Бэхтэра.

– У местного епископа есть особняк? В землях, где производят вино? – Горт обожал сей напиток. Много о нем говорил. И часто экспериментировал с ним, поскольку район Орминдена славился прекрасными виноградниками. – С каких таких пор священники…

– Не важно, тебе думать вообще не полагается, – оборвал его Бэхтэр. – Да и мне тоже. В любом случае, я не говорю, что нам предстоит вмешаться. Просто есть такая возможность. Правда, это еще не официальное заявление. Назовем мои слова предупреждающим сигналом. Дабы вы могли сделать вид, будто знаете, что делаете, если приказ об отправлении действительно поступит.

– Прошу прощения. На мгновение меня обуяло волнение, – вымолвил Горт. Сарказма и иронии ему было не занимать.

– Так как насчет оружия? Мои люди все еще тренируются с палками, – Элс никак не мог угомониться.

Великая армия Патриарха насчитывала почти восемьсот человек. Каждый день пребывало еще десять, двадцать и даже тридцать новобранцев. Элса удивляло, что их было так много. Горт придерживался другой точки зрения. Его поражало, что их так мало, особенно учитывая щедрость братства. Возможно, более разумных желающих отпугнули слухи о битве при Темезе.

– На подходе. Так они все время говорят мне.

– Лучше сказать нашим бедным детишкам, что теперь у них появился повод освоить военное ремесло.


Ситуация продолжала накаляться. Епископ Сериф неустанно молил о помощи.

– Если этот тип пожалуется чуть громче, он избавит себя от надобности отправлять посланников, – заметил Элс.

– Находись он в таком ужасном положении, о котором все время говорит, то уже давно был бы мертв, не успев раскрыть рта.

Два представителя братства, коих отправили на разведку, не вернулись. Из палатки колдуна поступил приказ готовиться к наступлению. Впрочем, его быстро отменили, когда Элс, Горт и несколько других воинов напомнили Рэдфэрну Бэхтэру, что треть войска безоружна, а остальные, в основном, получили лишь жалкое подобие оружия. Затем пришло известие, что к армии братства собирается присоединиться Адольф Черный, предводитель наемников из Грольшаха. Он будет пятью сотнями бойцов в течение недели. Возможность настоящего сражения произвела на людей впечатление. Те, кто поступил на службу исключительно пади пищи, испарились. Оставшиеся стали уделять больше внимания своему обучению, которое могло спасти им жизни.


Прибыло оружие. Чего не скажешь об Адольфе Черном. Он почувствовал, что положение дел меняется. И потребовал большей суммы денег.


Маленькая армия вторглась в земли Конека. Братья следили за тем, чтобы не было никаких грабежей, ни каких-либо действий, которые местные жители могли посчитать ужасными. Захватчикам не оказывали сопротивления, но и с распростертыми объятиями их тоже не встречали. Даже поддерживающие Брос епископские священники бросали на воинов неодобрительные взгляды.

Конек ненавидел иноземцев всей душой.

После первого зачисления на службу в армии воцарилась жесткая дисциплина. Братство хорошо знало, кого наняло в ряды войска. Само собой разумеется, среди грубых и неотесанных мужланов встречались воры. Братство не собиралось терпеть то, что считалось нормальным в других лагерях. Попавшись на хулиганстве впервые, солдат получал в наказание десять ударов плетьми, затем его били палками, а если до него не доходило, то увольняли из войска без выплаты жалования. Одного солдата поймали с поличным, когда он насиловал новичка. Так вот, он предстал перед колдуном, прежде чем успел натянуть штаны. Эта встреча оказалась роковой для распутного воина. Хотя последний вздох он испустил на десятые сутки после того, как ему был зачитан приговор.

Мелкое воровство наказывалось ударами палкой.

По крайней мере, хоть на какое-то время отряды сообразили, что от них хотели.

Армия достигла реки Дэчер у подножия горы Мило. Пришлось потратить целый день, чтобы пересечь ее. Развилка главной дороги страны с севера проходила через западный берег Дэчер. На севере и на востоке та же военная тропа Древнего Броса была своего рода границей между новой Броской империей и областью, где разговаривали на какой-то разновидности арнхандерского языка. Чуть дальше к северу дорога вела в Салпено, где правили арнхандерские короли.

В Конеке одна развилка древней дороги вела на запад, проходя мимо многих основных городов этой области. Она оканчивалась у реки Вирс в Парлере. Судоходный Вирс тек на северо-запад, огибал Хорэн и впадал в океан.

Спустя два дня папское войско сошло с дороги и повернуло на юг к покатым холмам, покрытым виноградниками. И вскоре разбило лагерь в поместье епископа Серифа, которое возвышалось над Антексом.

Владения епископа напоминали древнюю латифундию и занимали огромную территорию, которая сплошь и рядом была усеяна виноградниками. Из окон особняка открывался отличный вид на стены Антекса. Этот городок располагался на склоне коричнево-желтых холмов и огибался рекой Джоб. Укрепления Антекса были прочны и находились в отличном состоянии. Они оправдывали уверенность защитников, о которой захватчики прослышали несколько дней тому назад.

Граф Рэймон Гэрэт и жители города, презрительно относившиеся к епископу, открыто заявили разведчикам налетчиков, что у них достаточно запасов провизии, дабы выдержать осаду, которая продлится всю зиму. Они по-прежнему будут отлично питаться, в то время как их враг, находясь за стенами города, начнет жевать ботинки и набивать брюхо грязью, когда сожрет всех собак, кошек и крыс.

Епископ Сериф вышел из особняка, когда захватчики начали разбивать лагерь. Он пришел в ярость, увидев, какой ущерб нанесен его виноградникам.

Элс находился неподалеку, когда епископ повстречался с Грэйдом Дрокером. Но все же недостаточно близко, чтобы расслышать все, о чем они говорили. Колдун явно оказал на Серифа давление. Епископ глотнул воздуха, побледнел, пролепетал что-то. Чернокнижник удалился. Сериф постепенно восстановил дыхание и вновь покраснел. Он стремглав бросился в особняк.

Должно быть, за Грэйдом Дрокером стояла огромная сила. Ведь епископ считался одним из любимчиков Патриарха.

Элс со своими людьми обосновался там, где он мог наблюдать за палаткой колдуна, особняком Серифа и по-прежнему обозревать весь Антекс. Ша-луг пристально осмотрел город и заключил, что жители его заслуженно чувствуют себя уверенными. Высокие стены выстоят все набеги этой неопытной толпы. Даже если Грэйд Дрокер решит применить свое оставшееся колдовство.


Папское войско находилось в поместье вот уже четыре дня. Те, кто осадили епископа, больше не представляли угрозы. Единственная связь войска с Антексом состояла в постоянных оскорблениях друг друга. Воины Патриарха были неопытны и вспыльчивы. Им могли нанести сокрушительный удар, если бы хоть кто-нибудь в городе сообразил, что осаждающие ничего не смыслят в войне и до сих пор не научились держать шаг при ходьбе.

Население Антекса, разумеется, ни в чем не испытывало нужды. Они спокойно могли сидеть, ничего не делая, покуда зима не выпроводит захватчиков. Граф Рэймон Гэрэт специально сделал несколько заявлений, уверенный в том, что единственными потерями окажутся виноградники епископа и тщеславие братства.


Грэйд Дрокер собрал офицеров. Он хотел знать их мнение, прежде чем что-либо предпринять. Как полагал Элс, это не имело никакого смысла. Колдун все равно сделает то, что задумал. Так зачем тратить время на слова, к которым никто не прислушается?

Элсу присвоили звание офицера; он занимал эту должность только потому, что все солдаты братства отказались от нее. Ему не предоставили место в комнате епископа Серифа, где проходило заседание. Снаружи моросил дождь. Из покоев убрали все, что невежественные бойцы могли украсть или запачкать. Элс прислонился к холодной, сырой стене в заднем помещении рядом с Пинкусом Гортом. Ирония судьбы. Сейчас он выполнял ту же роль, что и дома. Роль божьего предводитель войска.

– Брат Дрокер, кажется, чуток рассержен, не находишь? – прошептал Горт.

– Да уж. – К тому же колдун находился в ужасном состоянии.

Слухи подтвердились. Взрыв серебряного снаряда серьезно и бесповоротно покалечил Дрокера. На левой стороне его лица местами обнажалась голая кость.

– Блин, колдун отвратительно выглядит. Такое ощущение, что он провел четыре часа в пасти беззубого тигра, правда, в той ее части, где у зверя еще сохранились клыки, – заметил Горт.

Элс слышал, что Дрокер почти постоянно носит маску. Ша-луг гадал, почему колдун не надел ее сегодня.

Дрокеру помогли сесть за широкий стол. Он действительно был зол.

– Бэхтэр, найди епископа… Серифа. И принципата… Донето. Им приказали… явиться сюда. – Его голос не казался слабым, когда он отрывисто, с придыханием произносил трехсложные фразы.

– Надеюсь, Дрокер наорет на них, так что они почувствуют себя полными придурками. Эти ублюдки втянули нас по уши в дерьмо, а теперь считают ниже своего достоинства показаться здесь, когда мы будем за них все это расхлебывать, – проворчал Горт.

Элс продолжал стоять с пустым выражением лица. Очевидно, за завтраком Горт выпил вина. Он выразил свое мнение слишком громко.

Горт был не настолько пьян, чтобы не заметить свою оплошность. Он заткнулся и не раскрывал рта. Какое-то время.

Прибыл епископ. Элс увидел тучного человека с признаками длительного и упорного морального разложения. По его толстому, румяному лицу можно было предположить, что он давно и постоянно выпивает, и что на днях с ним случился приступ. Сериф предпочел бы сейчас оказаться в другом месте.

Епископ вошел в комнату с напыщенным видом, который тут же исчез под ледяным взглядом Грэйда Дрокера.

Сложно будет плакаться, когда рядом колдун, который продолжал действовать, несмотря на свои увечья.

– Займите место у края стола, епископ. Где принципат? – произнес Дрокер.

Вскоре появился легат. Его несли на носилках стражники и предоставленный епископом член его прислуги. Остальные охранники покинули Донето. Это не сулило ему ничего хорошего, окажись он еще раз в опасном положении.

Элс опасался, что Горт выдаст еще что-нибудь этакое о поинципате. Но сразу же стало понятно: легат прибыл так скоро, как только мог.

Засада подорвала здоровье посла гораздо сильнее, чем об этом официально объявили.

Епископ начал выражать свое недовольство, говоря, что слухи дойдут до самого Великого.

– Вы привлекли внимание Особой Канцелярии. Не вынуждайте ее заметить вас официально. Никто не властен над нами. Даже Его Святейшество. Вам понятно? – ответил Дрокер. Уязвленный епископ умолк. Жизнь, судьба и вся вселенная были совершенно несправедливы.

– Замечательно. А теперь давайте подумаем, как можно решить проблему ереси в Конеке. Епископ, я требую от вас прямых ответов. Никаких жалоб. Никаких оправданий. Отвечайте просто и по существу. Если вы не выполните моего приказа, на вас падет немилость Особой Канцелярии. Вам ясно?

Видимо, нет. Сериф зло что-то пробормотал. И вдруг взвизгнул.

– Наверное, не слушал, – заметил Пинкус Горт, будучи не в состоянии промолчать. Он тихо засмеялся. Горт начал глубоко презирать епископа, когда до него дошли слухи о его поведении.

Согласно конекийской молве, лишь два человека имели для Серифа значение: Патриарх и милый белокурый любовник. Тем не менее у Серифа все же были союзники среди служителей церкви и дворянства; в общем, все те, кого беспокоила мэйзеланская ересь.

Элс всеми силами пытался расслышать вопросы колдуна. Тот уже выбился из сил. Ответы епископа звучали более отчетливо. По ним можно было догадаться, о чем спрашивал Дрокер.

Подробно расспрашиваемый и рассудительно подгоняемый епископ дал понять, что в Конеке возникла сложная ситуация с религией, поскольку его епископский пастырь оказался гнусным мерзавцем.

Никто не удивился, услышав его. Суть проблемы состояла в том, что Церковь непреклонно настаивала на одном и том же: ее люди просто не могут сотворить нечего плохого.

Дрокер попросил одного из братьев продолжить опрос. Сам он выдохся.

Элс присмотрелся к Дрокеру. Теперь этот искалеченный и нашпигованный серебром человек был не в состоянии сделать что-либо в сфере колдовства.

– С этим Донето что-то не так. Он принимает опиум или другой наркотик, – зашептал Пинкус Горт.

Вероятно, так оно и было.

– Может, легат пристрастился к ним. Не похоже, что он страдает от боли.

Спустя мгновение заседание перестало быть интересным. Епископ Сериф уже перечислил все принятые меры по борьбе с мэйзеланской ересью. Все остальные мысли насчет того, что делать дальше, в основном, заключались во фразах «Давайте перебьем и захватим все их имущество». Надо сказать, многие поддержали предложение. Злоумышленники во всем искали выгоду.

– Такой подход к делу лишь ненадолго принесет пользу Церкви, братству и нам. Тем временем Брос сообщает, что Арнхандо пошлет нам на помощь армию. Кстати, новость не должна покинуть стены этой комнаты.

«Как бы не так», – подумал Элс. Новость распространится по всему Конеку. Потому что кто-нибудь из присутствующих должен будет поделиться с другом. А тот решит сделать то же самое… И так далее.

Дрокер вряд ли не понимал этого. Он хотел, чтобы новость стала известна всем и каждому.


– Представление закончено. Пора просыпаться, – тронул Элса за плечо Пинкус Горт.

Элс, смутившись, буркнул в ответ. Он и Горт ближе всех находились к выходу, а потому перовыми должны были покинуть покои. Пройдя десять ступеней, Горт налетел на Элса.

– Что такое? – рявкнул он.

– Ничего. Меня посетила мысль.

– Звучит настораживающе. Может, даже смертельно опасно, если дело касается Церкви.

– Нет. – Элса посетила вовсе не мысль. Видение. Некий образ. Милый белокурый юноша, следивший за отъездом собравшихся из-за гобелена, которым был замаскирован выход. Без сомнения, любовник епископа Серифа. И двойник того, кого Элс знал в другом месте давным-давно. Впрочем не такой уж и двойник, поскольку, увидев Элса, юноша испытал явное потрясение, за которым последовал полный ужас. Ша-луг покачал головой. Невозможно. Мальчишке, которого он знал, должно быть сейчас лет двадцать.


Элс стоял на холме среди виноградников. Он смотрел на Антекс, но не видел его. Ша-луг думал о юноше. Мальчишка все усложнял.

У задних ворот на речной стороне города, словно муравьи, суетились люди. Жители спускались к воде, затем поднимались обратно. Они делали это столетиями. Дорожка была вымощена.

Городские ребятишки купались в реке, несмотря на захватчиков. Элс не придал этому значения.

Как звали любовника епископа? Его имя упоминали. Отношения Серифа с мальчишкой были еще одной причиной, по которой конекийцы ненавидели священника.

Дюжина человек под белым флагом вышла из главных ворот Антекса.

Элс вернулся к товарищам.

Прошел час, прежде чем делегаты добрались до особняка. После чего опять поползли всякие слухи и предположения. Более разумные воины отмечали высоту и толщину стен Антекса и надеялись, что прибывшие собирались склонить колени перед Церковью. В таком случае не придется сражаться.

Господина, чье поместье находилось на вершине Антекса, звали граф Рэймон Гэрэт. Он редко появлялся в своих владениях. Предпочитал дворец герцога в Хорэне. Там плелись тысячи интриг, соблазняющих статного молодого дворянина. Тем не менее граф Рэймон случайно оказался в городе, когда его собрались осаждать, и теперь возглавлял делегацию. Он был безоружен. С непокрытой головой.

Исходя из опыта, полученного в сражениях на востоке, Элс понял, что это могло означать лишь одно: граф намеревался подчиниться. Позже выяснилось, что все высокопоставленные лица Антекса решили удовлетворить большинство требований Патриарха. Они запретят мэйзеланскую ересь, а тех Искателей Света, кто откажется признать свое учение ложным, изгонят. Вдобавок, из Антекса вышлют епископских священников, которые сохранят преданность Чистому II. Епископ Сериф, от коего воняло бренди, грубо прервал графа, не дав вымолвить ему и нескольких слов:

– Просто закрой свой рот, мальчишка. Я здесь диктую условия. – Он достал свиток. – Этих людей следует немедленно арестовать и судить трибуналом святого отца Церкви.

– Церковь не судит дилетантов. Это логичное и очевидное следствие, которое можно сделать, исходя из слов Церкви о том, что мирской ареопаг не имеет права судить священнослужителей, – холодно ответил граф Рэймон.

Услышав такое, Сериф взвился. От вежливости и самообладания епископа не осталось и следа. Он начал бушевать, припоминая свои беды. Все, кто присутствовал при вспышке этого гнева, были шокированы.

– Какое отношение ваши несчастья имеют к делам Церкви? Или ее правам? – прервал Серифа граф.

Четверо из сопровождающих Рэймона были епископскими священниками. Трое из них поддерживали Великого V. До сего момента они содействовали Серифу просто потому, что его назначил Великий.

– Никто из жителей не обязан собирать ваш виноград, епископ, – сказал один сановник.

– Возможно, если бы вы поместили мальчика в подходящий приют, этого бы не написали на стенах собора.

Жители города бахвалились главной церковью. Большая и великая, она все же не была настоящим собором.

В разгар обличительной речи епископа появился Грэйд Дрокер. Его рассердило поведение Серифа, однако он не вмешался. Колдун обратился за разъяснениями к оруженосцу братства, который стал свидетелем всего представления. Дрокер вздохнул, метнул в епископа грозный взгляд, но не остановил его.

Ему доставляло удовольствие, что тупой любимец Великого делал из себя полное посмешище. К тому же Сериф уже много чего натворил, так что его можно было понизить в должности до положения странствующего монаха и отправить обращать язычников с Великих Болот в веру Церкви. Так всегда поступали с никудышными священниками.

– Мы пришли сюда, дабы подчиниться вашей власти во имя мира, несмотря на то, что мы знаем, какова Броская Церковь. Однако нашу попытку отвергли. И нанесли нам оскорбление. Так вот, слушайте меня вы все, кто служит Врагу и особенно тирану Гонарио Бенедокто. Антекс навсегда отворачивается от вас. Наш Бог узрит это мерзкое подобие священника и поймет, почему мы так поступаем. Пусть он заглянет в наши сердца. И тогда решит, на чьей стороне правда, – бросил граф Рэймон.

По сути, граф объявил войну. И во всем положился на Бога.

Не успели Рэймон и его свита зайти в Антекс, сотни умов усердно начали думать над тем, каким образом лучше направить волю Божью на благополучный исход. Все три священника, поддерживающие Брос, вернулись в город.

Элс подумал, что Бог, должно быть, много времени проводит, размышляя над теми словами, которые люди говорят от его лица.


– Они притворялись в надежде, что мы уйдем. Почти все члены семьи Рэймона еретики, – сказал Элс своему отряду. Он высказал официальную версию, которую недавно выдвинул Грэйд Дрокер. Ша-луг намеревался копировать колдуна до тех пор, пока исполнял отведенную себе роль.

Ему требовалось время, дабы переварить то, что недавно попытались сделать жители Антекса.

В подобных обстоятельствах ни один ша-луг не уступил бы противнику ни на йоту. Однако не стоит ожидать, что неверные поступят также.

– По-моему, неплохая была идея, – выразил Бо всеобщее мнение.

– В этой группе нет и двадцати человек, которым не по барабану, чему они там у себя поклоняются. Змеям или скалам. И большинство из них, вероятно, такие же воры, как этот тупой, вечно скулящий епископ.

Элс кивнул. По сути, Бо сказал правду. Ша-луг бросил взгляд в окно на втором этаже особняка, у которого стоял белокурый мальчик, наблюдавший за возвращением свиты Рэймона в город. Элс рассматривал ребенка, покуда тот не сообразил, что за ним следят.

– Игрушка тупоголового епископа, – сказал Горт, поняв, куда смотрит Элс.

– Да.

– Готов к тренировке в сомкнутом строю? Мои ребята против твоих?

– Если ты будешь держать крысеныша Бергера подальше от Пико и Простака.

– Боишься, он их покалечит?

– Да нет. Беспокоюсь о том, как бы Просто Простой Джо чего не выкинул, если сообразит, что Бергер издевается над ними.

– Верно подметил. Я еще ни разу не встречал такого силача, как этот Джо. Какого хрена там внизу происходит?

С реки донесся оглушительный гвалт и рев.

– А, черт! – выругался Элс. – Я так и знал, что это произойдет. Вот почему я приказал своим ребятам набирать воду с этой стороны холма.

Воду для лагеря приносили с реки. Цистерны поместья не могли напоить целую армию. Даже такую маленькую и жалкую кучку простолюдинов, как эта.

Носильщики воды из лагеря натолкнулись на городских юношей, которые плавали в реке. Причем число последних явно превышало количество первых. Положение, накаленное до предела, наконец-то нашло выход.

Молодые воины, расположившиеся чуть поодаль от склона, с гиканьем бросились на выручку.

– Началось, – сказал Горт.

– Бо, пойди, скажи ребятам, что они должны построится здесь прямо сейчас, – распорядился Элс.

– Ты не собираешься вмешаться в это дело, а? – удивился Горт.

– Не собираюсь. Я просто заставлю их маршировать, чтобы они не бросились туда.

– Тогда, пожалуй, и я своих соберу. Или половина из них погибнет из-за своей глупости.

Все развивалось слишком быстро. Безумие нарастало. Вниз побежали остальные наемники. Из города вышли юноши. Их встреча превратилась в уличную потасовку у стен города. Граф Рэймон Гэрэт все еще находился на краю города а потому не мог помешать глупости, которую совершала молодежь Антекса. В виноградниках над городом уполномоченные Патриархом офицеры братства не заметили происходящего. Они все находились внутри особняка, спасаясь от непогоды с недовольными лицами.

Элс вдруг понял, что он упустил из виду. Покуда мальчишки резвились в реке и обменивались оскорблениями с захватчиками, сотни людей несли воду в город.

Цистерны Антекса не были готовы к осаде.

Поначалу ни одна сторона не применяла оружие в столкновении. Но вскоре наемники не преминули воспользоваться этой возможностью.

Понадобилось убить несколько человек, чтобы жители Антекса запаниковали.

Наемники наступали. Кипящая толпа сражалась у задних ворот, пытаясь прорваться в город. Горожане не успели опустить решетку. Они не оказали никакого сопротивления, когда захватчики хлынули в город. Лучники на стенах выпустили несколько стрел. Безрезультатно. Толпу уже нельзя было остановить.

Элс не мог удержать свой отряд на месте, когда зашел разговор о добыче. Лишь Бо Биогна, Просто Простой Джо и, конечно, Стальные Мускулы сохраняли самообладание и остались с Элсом.

Что касается отряда Горта, лишь только он не поддался всеобщему безумию, когда в воздухе запахло кровью.

Наконец из особняка появился Рэдферн Бэхтэр.

– Что черт возьми, происходит? Куда все подевались? – потребовал он объяснений. В лагере осталось не больше тридцати человек.

– Наша ребятня проникла в Антекс. Сдается мне, они убивают всех, кто встречается им на пути, – ответил Элс.

– Кто приказал им это сделать?

– Кажется, Папа и епископ Сериф ясно дали понять, что не стоит зацикливаться на милосердии.

– И сколько это продолжается? Почему никто не оповестил нас?

– Нам, отбросам общества, не разрешается входить в дом. Покуда кто-нибудь не выйдет и не пригласит нас. Наверное, боятся, что мы испачкаем паркет грязью и свиным говном, – заметил Горт.

Город располагался не так уж далеко от лагеря. Слышались крики.

– Горт, тебе не нужно быть мудрецом, – Бэхтэр поспешил в особняк. Вскоре появились все братья. А потом и епископ. Он тут же закричал, что никто не исполняет его приказов. Ярость его становилась все невыносимее. Епископ ударил одного из воинов братства, и тот упал на землю. Прежде чем Сериф успел сделать нечто более отвратительное, прибыл Грэйд Дрокер.

Суровый взгляд колдуна охладил епископа. Спустя миг Сериф объявил о своем намерении найти лошадь и немедленно отправится на ней в город. В Антексе у него была недвижимость.

– Вы! Старший из вас! Что случилось? – Дрокер увидел Элса и Горта.

Пинкус сделал, как ему велели. Он все объяснил.

– А вы почему по-прежнему здесь? – спросил Дрокер.

– Мне сказали сражаться с врагами Церкви, а не убивать женщин и детей. Какая разница, где я: здесь или там? Вы и сами сталкивались с подобной ситуацией ни один раз. Это подобно огню, который сам должен погаснуть. Если я останусь здесь, а мне не давали приказа быть в другом месте, то не приму на душу еще один грех к тем, что уже есть.

– А ты, Хэхт?

– Я согласен с Пинкусом.

– Исходя из того, что я вижу, вы двое уже знакомы с этим монстром, как и я. Но, так или иначе, мне следует вмешаться, – пробормотал Дрокер. Лицо его ничего не выражало. Однако казалось, что он одобряет поведение Элса и Горта. Ша-луг больше не делал ничего, что могло привлечь к нему внимание.

– Вы, ребята, оставайтесь здесь. Охраняйте принципата. И имущество епископа. Если хотите. Я попытаюсь спасти Антекс. Хотя боюсь, Господь отвернулся от него, – изрек Дрокер.

– Куда собираешься податься, когда тут все закончится, Пайп? – спросил Горт, как только колдун удалился на достаточное расстояние, откуда не сумел бы услышать разговор.

– Не знаю. Пока не думал над этим. А почему ты спрашиваешь?

– Полагаю, сейчас существует реальная возможность, что к завтрашнему утру мы останемся без работы. Возможно нам придется даже спасаться бегством.

– Чего?

– Именно сейчас в городе разразилась настоящая бойня А все потому, что жители Антекса проявили ужасную глупость. А потом запаниковали. Но их гораздо больше, чем наших ребят. Которые, по сути, всего-навсего дети-переростки, не соображающие, что творят.

– Думаешь, их перебьют?

– Есть такая вероятность. К тому же я считаю: сам исход не столь важен. Сегодняшние события определят, как Патриарх и Конек с этого момента станут уживаться друг с другом. А пока давай займемся охраной Донето.

– С каких пор его повысили? Когда я впервые о нем услышал, он был простым епископом, стоявшим на пороге Коллегиума. Но колдун все время называет его принципат. А это наивысший чин в Церкви. После Патриарха. Название произошло от древнеброского слова, обозначающего титул принца.

– Дрокер приехал из Броса. Полагаю, Великий присвоил Донето это звание в качестве награды, поскольку в любом случае его кузен должен был умереть через несколько дней.

– Ну ты и циничный ублюдок.

– Точно.


Сначала Дрокер отправился к главным воротам Антекса. Колдуна и его сопровождение отказались впустить. Здесь защитники города проявили активность. Назойливые лучники вынудили воинов братства пробраться к открытым задним воротам. Они прошли той же дорогой, которой вынужден был пройти чуть раньше епископ Сериф.

В городе царил хаос. Захватчики терпели поражение там, где им оказывали серьезное сопротивление. Но защитники были так же неопытны. И там, где происходило настоящее кровопролитие, они без надлежащего руководства в панике рассыпались по городу.

Улицы заполнились сотнями погибших и умирающих. Бойня заслуживала того, чтобы стать исторической поэмой рассказывающей, как вместо воды в канавах струились потоки крови.

Самое ужасное произошло в соборе епископа Серифа. Здесь попытались укрыться более тысячи жителей Антекса: мэйзелане и епископцы.

Захватчики выломали двери собора и учинили бойню в доме Господнем. Безумие царило и в других районах города. Вместо того чтобы угасать, оно лишь разрасталось. Налетчики разбились на мелкие группы и рыскали по городу в поисках легкой добычи и жертвы.

Епископ Сериф достиг Церкви, когда там еще продолжалась резня. Когда он с пеной у рта, разгневанный ущербом, нанесенным «его» собственности, вломился в собор, то получил благословение от жителей города Конека всех вероисповеданий, всех уголков Антекса.


Когда в собор прибыл Грэйд Дрокер, в живых осталось лишь несколько человек. Среди уцелевших находился и епископ Сериф. Однако его тучное тело свидетельствовало о том, что кто-то жестоко покарал духовника. Он чудом избежал смерти. Может, епископа действительно любил его Бог.

Борьба не прекращалась. Правда, шла уже по инерции. Захватчики зализывали раны, занимались грабежом или вообще устали сражаться.

Грэйд Дрокер решил исполнять обязанности военачальника. Он отправил солдат братства напомнить наемникам, что распределение награбленного полностью находилось в ведомстве предводителя армии.

Не самый умный ход. Дрокер находился в городе, наводненном беззаконниками. Его единственную защиту составляла горстка людей, которые не были высокого мнения о нем или Особой Канцелярии.

Нескольких посланников убили. Однако самым ужасным в этой истории оказалось решение наемников уничтожить то, что им не разрешали взять себе. Они стали поджигать дома.


Казалось, легат ни капельки не удивился, когда увидел Элса, Горта и их товарищей. Они дерзко пробились через двух охранников. Донето что-то пробормотал.

– Нас прислал Дрокер для вашей охраны. Похоже, вам может понадобиться наша помощь, – объяснил Горт.

Донето что-то спросил. Он явно нанюхался наркотических паров. Но, несмотря на это, хорошо соображал. Легат хотел знать, что происходит.

– Пинкус, объясни, а я пойду, осмотрю место и решу, можно ли его оборонять. – Впрочем, он уже знал ответ. Тридцать человек, осел, два нервных охранника и небольшое количество напуганной прислуги, которая быстро испарялась, поскольку не могла побороть страх. Это здание явно строили не для оборонительных целей.

Элс искал мальчишку. Любовник Серифа станет настоящим кладезем информации.

Особняк был просторным, богато обставленным и пустым. Он напоминал о доме. Для такого огромного здания требовалось двенадцать слуг. Но Элс не увидел ни одного на первом этаже. Сериф был слишком скуп, чтобы нанять хорошую прислугу.

Элс нашел личные покои епископа. Ша-луга поразила роскошь и убранство помещения.

Здесь уже горели свечи, хотя темнеть еще не начало. Многие из свечей были сделаны из пчелиного воска, самого дорогого материала. Однако они не рассеивали мрак полностью. В углах комнаты мелькали небольшие странные тени, которые раскрыли неутешительную правду. Епископ Сериф общался с Помощниками Ночи. Тени оказались небольшими и недостаточно могущественными, чтобы представлять угрозу, но они все-таки присутствовали в покоях. Помощники Ночи всегда были рядом. Разумный человек никогда не забывает об этом.

Элс бесшумно прошелся по комнате, пока не нашел помещение, где напротив окна стоял кто-то маленький и стройный. Этот кто-то наблюдал, как горит Антекс.

– Оса.

Мальчишка подпрыгнул словно ошпаренный. Он заметался, пытаясь скрыться.

– Выхода нет.

Мальчишка пристально посмотрел на ша-луга.

– Капитан Тэг.

– Здесь меня все называют Пайпер Хэхт.

– Что вы делаете в Конеке?

– Меня послал Лев. Я должен следить за халдарами. А какова твоя история? Последний раз, когда мы виделись, тебе исполнилось одиннадцать. Тогда ты был первым среди сверстников в школе Цветущей Весны. С тех пор прошло восемь лет. А тебе по-прежнему одиннадцать.

– Меня, как и тебя, послал сюда Лев. После того как я провел полгода в руинах эр-Рашала. Отныне я никогда не буду выглядеть старше, чем сейчас.

Элс кивнул. Оса, которого он помнил, был очень умен и совершенно бесстрашен. Впрочем, Тэг его толком не знал, да и не придал особого значения, когда мальчишка исчез из казарм Цветущей Весны. Такое случалось.

– И что ты должен делать?

– Создавать хаос и раздор среди халдар так, чтобы они не смогли предпринять еще один поход. Надо сказать, дела у меня шли прекрасно.

– Ты травишь Донето наркотиками, не так ли?

Оса кивнул.

– Кстати, убийц подослал также я, но не получилось. Однако спасение Донето принесет гораздо больше пользы, чем его смерть. Из-за него Патриарх продолжает интересоваться Конеком.

– Как тебе удалось устроить покушение? У нас здесь нет людей.

– Я также служу императору Грааля. Именно он направил меня сюда. Хансел знал, что епископ неравнодушен к мальчикам.

– Из-за тебя сорвалось убийство Чистого. Ты предупредил его.

– Я усложняю жизнь врагам ал-Прамы. И империи, когда это выгодно, – зловеще улыбнулся Оса.

– Твой епископ может долго не прожить.

– Знаю. Я пытался решить, что делать, если он погибнет.

– Он сейчас в городе. Там же и колдун. Донето внизу и полностью находится в моей власти. Что, если все трое умрут…

– Этого нельзя допустить. Если Великий потерпит здесь полное поражение, он оставит Конек и сосредоточит внимание на походе к востоку.

Действительно так. Однако нельзя было допустить, чтобы Великий добился успеха в Конеке. Завоевание данной провинции даст ему богатства, которые он использует для организации других походов. Если Конек перестанет интересовать Великого, то лишь Кальцир да император Грааля будут тормозить его намерения захватить восток.

– Объясни, как ты связан с императором?

– Гордимер преподнес меня Иоанну в качестве подарка. Как оружие, которое Хансел мог использовать по своему усмотрению. О такой услуге Льва попросил сам Иоанн. В ал-Кварн прибыл незнакомец. Он хоть и разговаривал с Гордимером, однако все вопросы адресовал эр-Рашалу. Этому человеку требовался особый раб.

– Ага. Значит, они обучили тебя и наложили чары, прежде чем продать. Кто-нибудь по имени Фэррис Рэнфроу был замешан в этом?

– Он исполнял обязанности посредника между двумя сторонами.

– А ты лично его встречал?

– Да. И по-прежнему изредка его вижу. Это происходит тогда, когда в планах появляются изменения. А что?

– Гордимер и эр-Рашал приказали мне выяснить о нем все, что я смогу. Он их беспокоит.

– Этот тип скользкий и умный, но он предан императору. Им незачем беспокоиться. Император заинтересован лишь в том, чтобы чинить преграды Великому и расширить влияние новой Броской империи. Он палец о палец не ударит, если остальной мир исчезнет подо льдом.

Элс решил не спорить. Оса Стайл питал к Иоанну Черные Ботинки какую-то нежность.

– Тебе о чем-нибудь говорит имя Старкден? – Элс все еще не забыл, что эта женщина покушалась на его жизнь.

– Старкден. Имя мне знакомо. Вроде бы так зовут какого-то контрабандиста. А что, это важно?

– Для меня да. Старкден пыталась убить меня на Ранче. Этим случаем заинтересовалась Особая Канцелярия. – Элс все еще ломал голову над тем, было ли это как-то связано с внезапным отправлением Грэйда Дрокера в Сонсе.

– Я могу спросить Фэрриса Рэнфроу. Он знает каждого человека по ту сторону мира.

– Буду признателен. Только не упоминай моего имени. – У Элса появилось предчувствие, что скоро он встретится с агентом императора.

– Тебя, наверно, уже разыскивают, – заметил Оса.

– Ты прав. Я тебя не видел. Ты меня не знаешь. Если будет такая возможность, я еще поговорю с тобой. Если епископа Серифа убьют, тебе, вероятно, удастся сойтись с Донето.

– Может быть. Но все изменится. У этого человека вообще нет пристрастий в сексе.


– Где тебя носило? Я уже собирался отправить на твои поиски разведывательный отряд, – поинтересовался Пинкус Горт.

– Заплутал маленько. Эта развалина похожа на кроличью нору. Она абсолютно непригодна для обороны. Если сюда пожалуют жители Антекса, мы покойники. Полагаю, пришло время набить карманы золотом и делать отсюда ноги.

– Вернулись несколько человек. Я думаю, жители Антекса разгромят тех придурков, которые вломились в город. Но о нас я позаботился.

– Как?

– У нас теперь есть работа. Мы новые охранники Донето. И наш новый хозяин желает немедленно покинуть Антекс и отправиться в Брос.

– Ты гений, Пинкус. Злой гений, – изрек Элс.

– Да это было раз плюнуть. Ты хочешь отправиться в Брос. Я хочу отправиться в Брос. Принципат не хочет оставаться здесь. Он говорит, что лучше умереть в дороге, чем находиться здесь. Донето ненавидит Конек. Для последнего это может плохо кончиться, если принципат вдруг решит отомстить и начнет нашептывать своему кузену подходящие слова, – скромно пожал плечами Горт.

– Хорошо. Отлично. Я не вижу причин, по которым мы обязаны оставаться с братством.

– Пайп, сюда направляется толпа уродов. А нам приказали охранять Донето.

– Ладно. Я согласен. Как насчет остальных?

– Некоторые предпочитают остаться здесь и посмотреть, что произойдет дальше. Они хотят поживиться. Более толковые ребята понимают, что пора уходить. Даже если нашим желторотикам удастся справиться с разъяренными горожанами. Все теперь изменилось. Эти миролюбивые конекийские идиоты осознают, что броская Церковь рассматривает их лишь в качестве ресурсов, которые можно использовать по своему усмотрению. Все, что имеет отношение к Бросу, вызовет у жителей Антекса негативную реакцию. Поэтому, когда это произойдет, нам лучше быть подальше отсюда.

– Наверно, ты прав. Когда ты намерен отправиться в путь? И сможет ли Донето справиться с таким напряжением?

– Надо уходить с первыми лучами солнца. Если, конечно, простолюдины не направятся сюда раньше. Что до того, выдержит ли Донето дорогу, мы можем какое-то время и повозиться с ним. Но, по-моему, это не так уж и важно. Появимся в Бросе с его телом с таким видом, словно очень-очень старались уберечь легата.


Вместе с Элсом на горящий город смотрели Просто Простой Джо и Стальные Мускулы.

– Жаль, нет способа вытащить оттуда эту глупую ребятню. Если их только уже не перебили, – вымолвил Элс.

– Не вини себя за то, что не уберег их от глупости, Пайп.

– Легко тебе говорить, Джо. Ты не видел Бо?

– Он и Горт решили посмотреть, не найдут ли ящик с оружием братства.

– Ну, конечно. Пойду, поищу их. А ты подготовься к спешному отходу.


Глава 11 Крепость Великих Небес. Королевство Богов | Помощники Ночи | Глава 13 Рядом с Рекал на южной границе Арнхандо