home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 3

«Единственное, что надежнее, чем магия – это твои друзья.»

Макбет.

Ааз нахмурился, и повторил жест, на сей раз немного быстрее.

Сцена осталась неизменной.

Я решил что что-то случилось.

– Что-то случилось? – вежливо спросил я.

– Тебе лучше поверить, что что-то случилось! – прорычал Ааз. – Оно не действует.

– А вы уверены, что проделали все правильно?

– Да, я уверен в этом, как был уверен последние пятьдесят раз, когда проделывал его!

Он начал казаться обиженным.

– А вы не могли бы…

– Слушай, малыш. Если бы я знал, что именно случилось, я бы уже давно все исправил. А теперь просто-напросто заткнись и дай мне подумать.

Он уселся скрестив ноги в центре пентаграммы, где начал чертить на полу непонятные узоры, мрачно бормоча про себя. Я не знал, что он делает: пробует ли какое-то альтернативное заклинание или просто упорно думает, но решил, что спрашивать будет неблагоразумно. Вместо этого я использовал время для упорядочивания собственный мыслей.

Я все еще не знал, является ли Ааз угрозой для меня или единственным возможным спасением от большей угрозы. Я хочу сказать, к тому времени я был весьма уверен, что он шутил насчет вырывания у меня сердца, но ведь это такое дело, насчет которого хочется иметь полную уверенность. Одно я усвоил почти наверняка: в этой магии содержалось нечто большее, чем левитирование перьев.

– Так вот в чем дело!

Ааз снова очутился на ногах, прожигая тело Гаркина взглядом. – Ух, этот недоношенный вомбатов сын!

– А что такое вомбат? – спросил я и сразу же пожалел об этом. Прыгнувший ко мне в голову мысленный образ был таким ужасным, что я обрел полную уверенность, что не хочу знать подробностей. Мне не требовалось беспокоиться. Ааз не собирался терять времени на ответ мне.

– Ну это весьма убогая шутка. Вот и все, что я могу сказать.

– Э-э… О чем вы толкуете, Ааз?

– Я толкую о Гаркине! Он-то и устроил мне это! Если бы я мог подумать, что дело зайдет так далеко, я бы превратил его в козорыбу, если бы представился такой случай.

– Ааз… я все еще не…

Я замолк. Он прекратил бушевать и уставился на меня. Я рефлекторно съежился, прежде чем узнал в его оскале улыбку. Мне больше нравилось, когда он бушевал.

– Сожалею, Скив, – промурлыкал он. – Полагаю, я выразился не совсем ясно.

С каждой минутой мое беспокойство возрастало. Я не привык к тому, чтобы люди, не говоря уже о демонах, были со мной любезны.

– Э… Это пустяки. Я просто хотел узнать…

– Видишь ли, ситуация такова. Мы с Гаркиным … уже какое-то время немного подшучивали друг над другом. Это началось в один прекрасный день, когда мы выпили, и он повесил на меня счет. Ну, когда я вызвал его в следующий раз, то провел его над озером и ему пришлось играть свою демоническую роль по горло в воде. Он расквитался… ну, не буду наскучивать тебе ненужными подробностями, но у нас вошло в привычку ставить друг друга в неудобное или неловкое положение. Игра эта на самом деле ребяческая и совершенно безвредная. Однако на сей раз…– глаза Ааза начали сужаться. – Но на сей раз этот старый целователь лягушек зашел слишком … Я хочу сказать, эта игра немного отбилась от рук. Ты ведь согласен?

Он опять обнажил свои клыки в улыбке. Я сильно хотел согласиться с ним, но я не имел даже смутного представления, о чем он говорит.

– Вы все еще не сказали, что случилось.

– Случилось то, что этот вонючий грязелюб отнял у меня мои способности! – взревел он, забыв про свое самообладание. – Я заблокирован! Я не могу ни хрена сделать, пока он не снимет своего глупого шуточного заклятия, а он не может, потому что мертв! Теперь ты понимаешь, меня, фантик плюшевый!

Я понял и принял решение. Спаситель он или нет, но лучше было бы, если бы он вернулся туда, откуда взялся.

– Ну, если я смогу что-нибудь сделать…

– Сможешь, Скив, мой мальчик. – Ааз снова стал сплошное мурлыкание. – Все, что тебе требуется, это разжечь огонь под старым котлом, или что там у вас есть, и снять это заклятие. Тогда мы можем отправиться каждый своей дорогой и…

– Я не могу этого сделать.

– Ладно, малыш. – Его улыбка стала немного более принудительной. – Я буду держаться поблизости, пока ты не станешь на ноги. Я хочу сказать, для чего же еще существуют друзья?

– Дело не в этом.

– Чего ты хочешь? Крови? – Ааз больше не улыбался. – Если ты попытаешься меня грабануть, я…

– Вы не понимаете! – отчаянно перебил я. – Я не могу этого сделать, потому что не могу этого сделать! Я не знаю, как!

Это его остановило.

– Хмм. Это может стать проблемой. Ну, вот что я тебе скажу. Вместо того, чтобы стаскивать это заклятие здесь, что ты скажешь насчет того, чтобы просто вышибить меня в мое родное измерение, а там уж я найду кого-нибудь, кто снимет его.

– Этого я тоже не могу сделать. Вы вспомните, я же говорил вам, что никогда не слышал об…

– Ну, а что же ты м о ж е ш ь делать?

– Я могу левитировать предметы… ну небольшие предметы.

– И? – поощрил он.

– И… э… я могу зажечь свечу.

– Зажечь свечу?

– Ну… почти.

Ааз тяжело опустился на кресло и закрыл лицо руками. Я ждал, когда он что-нибудь придумает.

– Малыш, в вашей дыре есть что-нибудь выпить?

– Я принесу вам воды.

– Я сказал выпить, а не чем-нибудь помыться!

– О, слушаюсь.

Я поспешил принести ему кубок вина из хранимого Гаркиным небольшого бочонка, надеясь, что Ааз не заметит, что кубок не особенно чист.

– Что оно сделает? Поможет вам вернуть ваши способности?

– Нет. Но оно, возможно, поможет мне почувствовать себя немного лучше. – Он опрокинул вино одним глотком и пренебрежительно посмотрел на кубок. – Это самый большой сосуд, что у вас есть?

Я отчаянно огляделся, но Ааз уже меня опередил.

Он поднялся и вошел в пентаграмму и взял жаровню. Я по прошлому опыту знал, что он была обманчиво тяжелой, но он нес ее к бочонку, словно она ничего не весила. Не трудясь выбросить гаркинское варево, он наполнил ее до краев и сделал большой глоток.

– А! Вот так-то лучше, – выдохнул он.

Я почувствовал легкую тошноту.

– Ну, малыш, – молвил он, смеривая меня оценивающим взглядом, – похоже, мы связаны с друг другом одной веревочкой. Положение не идеальное, но это все, что у нас есть. Время закусить пулю и разыграть сданные карты. Ты ведь знаешь, что такое карты, не правда ли?

– Конечно, – подтвердил я, слегка уязвленный.

– Хорошо.

– А что такое пуля?

Ааз закрыл глаза, словно борясь с какой-то внутренней смутой.

– Малыш, – произнес он, наконец, – существует приличный шанс, что это партнерство сведет одного из нас с ума. Скорее всего, это буду я, если ты не сможешь отделаться от тупоумных вопросов на каждом втором предложении.

– Но я же не понимаю и половины сказанного вами.

– Хмм. Вот что я тебе скажу. Попробуй накапливать вопросы и задавай мне их все чохом раз в день. Лады?

– Я постараюсь.

– Отлично. Итак, вот как я рассматриваю ситуацию. Если Иштван нанимает в убийцы бесов…

– А что такое бес?

– Малыш, ты дашь мне передохнуть?

– Извини, Ааз. Продолжай.

– Правильно. Ну, гмм… вот и случилось! – он обратил взор к небесам, призывая их в свидетели. – Я не помню, о чем говорил!

– О бесах, – помог я.

– О! Верно. Ну, если он нанимает бесов и вооружает их нестандартным оружием, это означает только одно – он снова принялся за свои старые фокусы. Ну, а поскольку у меня нет моих способностей, я не могу убраться отсюда и поднять тревогу. Но тут-то, малыш, и вступаешь в игру ты… Малыш?

Он выжидающе посмотрел на меня. Я обнаружил, что не могу больше сдерживать своего несчастья.

– Извини, Ааз, – сказал я тихим жалким голосом, в котором едва узнал свой собственный. – Я не понимаю ни одного слова из всего сказанного тобой.

Я вдруг понял, что вот-вот расплачусь и поспешно отвернулся, чтобы он меня не увидел плачущим. Я сидел со струящимися по щекам слезами, попеременно борясь с порывом вытереть их и гадая, почему меня заботит, увидит меня демон в слезах или нет. Не знаю долго ли я оставался в том же положении, но к реальности меня вернула холодная мягкая рука на плече.

– Эй, малыш. Не казни себя, – голос Ааза был удивительно сочувственным. – Не твоя вина, что Гаркин сквалыжничал со своими тайнами. Никто и не ожидает, чтобы ты знал что-то, чему тебя никогда не учили, поэтому тебе тоже нет причины ожидать этого.

– Просто я чувствую себя таким глупым, – сказал я, не оборачиваясь. – Я не привык чувствовать себя глупым.

– Ты не глуп, малыш. Уж я-то знаю. Будь ты глуп, Гаркин не взял бы тебя в ученики. Эта ситуация так занесла меня, что я забылся и попытался говорить с учеником, словно он полный законченный маг. А вот это как раз глупо.

Я все еще не мог заставить себя ответить.

– Черт возьми, малыш, – он слегка встряхнул меня за плечо. – Прямо сейчас ты владеешь магией больше, чем я.

– Но ты больше знаешь.

– Но не могу этим воспользоваться. Знаешь, малыш, у меня идея. Со смертью старины Гаркина ты, в своем роде, отрезанный ломоть. Что ты скажешь насчет того, чтобы временно записаться в ученики ко мне? Мы начнем обучение с азов, словно ты учащийся, который ничего не знает. И мы будем проходить шаг за шагом с самого начала. Ну, что ты скажешь?

Несмотря на свою мрачность, я испытал подъем духа. Как он выразился я не глуп. Я способен узнать золотую возможность, когда увижу ее.

– Вот здорово! Это кажется великолепным, Ааз!

– Значит, заметано?

– Заметано, – ответил я и протянул руку.

– А это что такое? – прорычал он. – Разве моего слова тебе не достаточно?

– Но ты же сказал…

– Совершенно верно. Ты теперь мой ученик, а я не пожимаю руки ученикам направо-налево.

Я убрал руку. Мне пришло в голову, что этот союз будет не сплошь розы и песни.

– Итак, как я говорил, вот что мы должны предпринять относительно текущей ситуации…

– Но я же не получил еще никаких уроков!

– Совершенно верно. Вот твой первый урок. Когда обрисовывается кризис, не трать зря энергии на пожелание обладать сведениями или умением, которыми ты не обладаешь. Окапывайся и управляйся с ним, как сможешь, с помощью того, что у тебя есть. А теперь заткнись, пока я введу тебя в курс дела… ученик Я заткнулся и стал слушать. Он с минуту меня изучал, затем сделал легкий удовлетворительный кивок, отхлебнул из жаровни и начал.

– Итак, Ты имеешь смутное представление о других измерениях, потому что я ранее рассказывал тебе о них. Ты также знаешь по опыту из первых рук, что маги могут открывать проходы в барьерах между этими измерениями. Ну, разные маги используют эту возможность на разный лад. Некоторые из них, вроде Гаркина, используют ее только для того, чтобы произвести впечатление на деревенщину, вызвать демона, видения других миров и тому подобные штуки. Но есть и другие, с мотивами не столь чистыми.

Он остановился отхлебнуть вина. Удивительное дело, я не испытывал ни малейшего желания перебивать его вопросами.

– В разных измерениях технология прогрессировала с разной скоростью, так же, как и магия. Некоторые маги используют это для собственной выгоды. Они не циркачи, но они – контрабандисты, покупающие и продающие технологию через барьеры ради прибыли и власти. Большинство изобретателей в любом измерении на самом деле – скрытые маги.

Должно быть, я нахмурился, сам того не сознавая, но Ааз заметил это и признал подмигиванием и ухмылкой.

– Я знаю, что ты думаешь, Стив. Все это кажется немного бесчестным и беспринципным. На самом же деле они довольно этичная компания. У них есть свой свод неписанных правил, называемый Кодекс Контрабандистов, и они весьма точно соблюдают его.

– Кодекс Контрабандистов? – переспросил я, на миг забывшись. На этот раз Ааз, кажется, не возражал.

– Он похож на Кодекс Наемников, но менее насильственный и более выгодный. Во всяком случае, например, одна статья этого Кодекса гласит, что нельзя приносить изобретение в измерение, если это изобретение чересчур прогрессивно для этого измерения, вроде принесения управляемых ракет в культуру длинного лука или лазеров в эпоху камня и пороха.

Я с величайшим трудом сохранил молчание.

– Как я уже сказал, большинство магов довольно близко поддерживаются Кодекса, но иногда на свет вылезает плохой маг. Это-то и приводит нас к Иштвану.

При звуке этого имени я ощутил внезапный холодок. Может быть, было что-то иное в том, как его произносил Ааз.

– Некоторые думают, что у него не все дома. Я лично считаю, что у него там много лишнего магического барахла. Но какой бы ни была причина, он помешался на том, что хочет править всеми измерениями. Он попробовал провернуть это раньше, но мы вовремя прослышали про это и наша компания собралась в бригаду, чтобы преподать ему урок хороших манер. Фактически, я именно тогда и встретился с Гаркиным.

Он сделал жест жаровней и выплеснул на пол немного вина. Я уже начал сомневаться в его трезвости, но его голос, когда он продолжил, казался достаточно ровным.

– Я думал, что после последней взбучки, он бросил это дело. Мы даже подарили ему несколько сувениров, чтобы он наверняка не забыл о ней. И тут обнаруживается это дело. Если он нанимает помощников из других измерений и вооружает их оружием развитой технологии, то вероятно, он снова пытается это сделать.

– Что сделать?

– Я же тебе сказал. Захватить власть над другими измерениями.

– Я знаю, но как? Я хочу сказать, как то, что он делает в этом измерении, поможет ему править в других?

– Ах, это. Ну, каждое измерение обладает определенным количеством энергии, которую можно канализировать и обратить в магию. Разные измерения обладают разным количеством, и энергия каждого измерения распределяется или разделяется магами этого измерения. Если он сможет взять под контроль или убить всех других магов в этом измерении, то сможет использовать всю магическую энергию для нападения на другое измерение. Если же он сможет победить и там, у него будет энергия из двух измерений для нападения на третье и так далее. Как видишь, чем дальше он продвигается в своих замыслах, тем сильнее становится и тем труднее будет его остановить.

– Теперь я понимаю, – сказал я, искренне радуясь и наполняясь энтузиазмом.

– Хорошо. Тогда ты понимаешь, почему мы должны остановить его.

Я перестал испытывать радость и энтузиазм.

– Мы? Ты имеешь в виду нас? Тебя и меня?

– Знаю, малыш, это не бог весть какие силы, но как я уже сказал, это все, что у нас есть.

– Думаю, теперь и мне хочется выпить немного этого вина.

– Нет, малыш. Ты теперь тренируешься. Тебе понадобится для практики все время, какое у тебя есть, если мы хотим остановить Иштвана. Чокнутый он или нет, но когда дело доходит до магии, он молодец хоть куда.

– Ааз, – медленно произнес я, не отрывая глаз, – скажи мне правду. Ты думаешь, есть шанс, если ты научишь меня магии, остановить его?

– Конечно, малыш. Я бы даже пытаться не стал, не будь у нас с тобой шанса. Доверься мне.

Меня это не убедило, и, судя по звуку его голоса, Ааза тоже.


ГЛАВА 2 | Другой отличный миф | ГЛАВА 4