home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 11

На мгновение оба оцепенели: он — сидя на корточках, она — стоя рядом с кофейником в руке. Выстрел?

А собственно, что в этом такого? Они не единственные в мире, как бы это им ни казалось. Наверняка где-то ходили геологи-разведчики, охотники, трапперы, индейцы…

— Может быть, у нас все же есть соседи, — предположил Дункан, стараясь говорить безразличным тоном.

Насколько далеко слышен выстрел? В чистом воздухе, может, на милю, а то и дальше. Этот выстрел не был далеким, в пределах двух миль, не больше. А это означало, что, возможно, кто-то живет совсем рядом.

Или их настигла банда Шеббитта.

— Кто-то охотится, — добавил Дункан. — Один выстрел и в такое время дня. Я думаю, кто-то убил оленя или лося.

Вечером Том поймал три довольно крупных форели. Они сварили их на маленьком костерке. С утра Дункан осматривал дом. Пока он решал, что надо сделать в первую очередь, Сюзанна осмотрела продукты. Дары индейцам изрядно сократили их запасы.

Осталось лишь несколько фунтов муки и всего чашки три сахара. Имелся кусок бекона, немного сушеных яблок и кое-какие приправы. К счастью, остался еще достаточный запас кофе и почти нетронутые несколько фунтов чая.

Дункан выслушал жену и кивнул.

— Все в порядке, можно жить спокойно. Том снабдит нас рыбой к ужину, на завтрак хватит оленины. Завтра я пойду на охоту.

В тот день они основательно убрались в хижине. Вычистили и вымыли пол, обтерли потолок и стены, вымели паутину с чердака. В окнах не было стекол, их заменяли куски парусины, подвешенные так, чтобы пропускать свет и не пропускать дождь. В хижине было две комнаты — спальня и гостиная, совмещенная с кухней. Был закуток с навесом для хранения дров.

— Вот тебе работа, Том, — сказал Дункан. — Ты должен нарубить дров, чтобы заполнить его.

Том взглянул и ужаснулся:

— Па! Это ж займет несколько дней!

— Может, даже несколько недель, но, если мы останемся здесь, он должен быть заполнен. В углу положи смолистую сосну и тонкую кору для растопки.

На следующий день в нескольких милях к югу Дункан застрелил оленя, освежевал его и принес шкуру и лучшие куски мяса в хижину, а Сюзанна нашла первую землянику. Ягоды были мелкие, но пахли изумительно.

Но звук одиночного выстрела встревожил их. Дункан Маккаскел знал, что они не обретут покоя, пока не выяснят, кто стрелял и почему.

На утро третьего дня он оседлал гнедого с белой отметиной на лбу и белыми чулками на трех ногах.

— Далеко не отлучайся, — сказал он жене. — И держи дробовик под рукой. Я уезжаю на несколько часов и до заката непременно вернусь. Если увижу дичь, постараюсь что-нибудь добыть.

Сюзанна с Томом смотрели ему вслед, пока Дункан не скрылся в осиннике. Он поехал к горам вверх по течению ручья. Сюзанна знала, что он намеревается обследовать ближайшие окрестности.

Она согрела воды и приступила к стирке. Том отправился подбирать валежник, кору и другое топливо.

Когда Сюзанна огляделась по сторонам, она с тревогой осознала, как много надо сделать до наступления холодов, и в который раз подумала о том, как плохо они подготовлены для той жизни, какую собирались вести. Покончив со стиркой и развесив одежду на веревке, протянутой от фургона к хижине, она достала лист бумаги и принялась составлять список того, что необходимо сделать. Когда выпадет снег, добывать припасы будет трудно, поэтому все надо приготовить заблаговременно.

Она все время прислушивалась, не раздастся ли выстрел, но не было слышно ни звука. Том пошел за деревья и поискал проделанную ими колею. Вернувшись в хижину, он сказал:

— Никаких следов от колеи. По крайней мере, я ничего не смог разглядеть. Ветер и дождь уничтожили все наши следы.

Значит, их не обнаружат. Они в безопасности. Однако она знала, что нужно быть начеку. День стоял теплый, и, не находя себе места от беспокойства, она спустилась к реке. Том удил рыбу и покачал головой, когда она заговорила с ним.

Сюзанна уже собиралась уйти, как вдруг что-то наверху привлекло ее внимание. На краю утеса за деревьями сидел на лошади человек. Он был ей незнаком. Всадник вглядывался во что-то к северу от них, и она медленно отступила к кустам, поманив Тома.

Том смотал удочку и скользнул за ней. Съежившись, они вместе наблюдали за всадником.

Некоторое время тот был неподвижен. Затем повернул лошадь и начал спускаться по тропе к реке. Когда он повернулся к ним, у Сюзанны перехватило дыхание.

Нос у человека был сломан, и даже на расстоянии ей показалось, что она увидела шрамы на его лице, хотя это могли быть тени от листвы. Всадник спустился вниз, но вдруг натянул поводья, резко повернул коня и устремился вверх по тропе.

Издалека послышался слабый зов.

Они быстро вернулись в хижину, и Том проверил, заряжен ли дробовик.

— Это был тот самый человек, Том, я уверена. Тот самый, которого я отделала той ночью.

— Да, нос у него сломан, — сказал Том. — Как ты думаешь, он знает, кто это сделал?

— Конечно, кто-то из нас, Том. Скорее бы возвращался отец. Интересно, как они нашли нас?

— Не верю я, что нашли, — сказал Том. — Иначе он не повернул бы и не уехал. Это просто разведка.

Сюзанна подумала, что с того места, где он стоял, хижина не видна, не виден и фургон. Лошади и мулы находились на пастбище выше хижины.

— Том, — вдруг сказала она, — иди поймай Эмби и приведи его сюда и мулов тоже. Мы их напоим и будем держать сегодня возле дома.

— Я нашел одно местечко за осинами, настоящая конюшня, — сказал Том. — Там можно укрыться от ветра и дождя. Не займет много времени приспособить его.

К счастью, они не разжигали костра. Воду нагрели раньше, и огонь погас. Иначе разведчик мог заметить дым. Она проследила, как Том карабкался вверх по тропе к пастбищу, достала дробовик, сходила в кладовку за патронами и положила по четыре штуки в каждый карман фартука.

Где же Дункан? Она не слыхала выстрелов, ни звука не раздалось с тех пор, как он уехал несколько часов назад. Тени становились все длиннее. Вершину голой горы еще озарял свет, ничто не нарушало тишины прохладного вечера.

Дункан сказал, что вернется до темноты, но его все нет и нет. Она ощущала странное стеснение в груди… Был ли это страх? Ее взор обратился на тропу.

Тому тоже пора было вернуться. Вряд ли животные отвязались, ведь они были накрепко привязаны к кольям. Она нервно вышагивала по траве, прислушиваясь…

Печально прокричала сова в зарослях у реки. Но сова ли это? Она знала, что таким образом индейцы иногда переговаривались друг с другом.

Сюзанна взяла дробовик и пошла к тропе. Но успела сделать лишь шаг, как услышала удар копыта о камень, и замерла.

— Ну вот и хорошо. И тоже одна.

Сюзанна повернулась. Дробовик она спрятала в складках юбки, надеясь, что враги его не увидят. Ее охватила паника, но она сразу же успокоилась.

Перед ней стояли человек со сломанным носом и другой — худощавый, с темным лицом, в рубахе из оленьей кожи.

— Совсем одна, — повторил человек с плоским носом. — Ей-богу, нам везет, правда, Гурон?

— Я не совсем одна, — спокойно сказала Сюзанна, — но это ведь не важно, не так ли, джентльмены?

Бустер хмыкнул.

— Лесть вам не поможет, мэм. Ни в коем случае. Я не джентльмен и никогда себя за такого не выдаю.

Она стояла, не шелохнувшись, прямая, как стрела. Бустер вынул ногу из стремени.

— Мы знаем, мэм, что вы совсем одна. Если хотите, можете поднять шум, но ни к чему хорошему это не приведет.

— Неужели ничто не заставит вас следовать своей дорогой? Мы собираемся построить здесь дом. Мы не хотим никому досаждать.

Бустер снова усмехнулся:

— Что ж, очень мило с вашей стороны, мэм. Я люблю иметь дело с людьми, которые, как вы, не хотят никому досаждать. Это освободит нас от массы хлопот.

— Если ничто другое вас не заставит следовать своей дорогой, — Сюзанна вскинула дробовик, — как насчет этого?

Даже произнеся эти слова, она удивилась, как это она, Сюзанна Маккаскел, могла такое сказать, но руки ее, державшие ружье, не дрожали. Кон Воллиен, мелькнуло у нее в голове, гордился бы ею.

Бустер остановился.

— Ну-ну, мэм, поосторожнее. Эта штука может быть заряжена.

— Так и есть, — ответила она спокойно. — И мой муж говорил мне, что она способна с близкого расстояния разнести человека в клочья. Надеюсь, мне не придется это проверять… Мне не по душе вид крови, джентльмены.

Бустер уставился на нее. Он был очень зол, но вместе с тем не хотел рисковать. Выстрелит ли она? Говорит она весьма хладнокровно, и хотя, может быть, слишком напугана, чтобы стрелять, он не был уверен, что хочет испытать ее способности. Выстрел из дробовика с такого расстояния запросто разорвет человека надвое.

— Ну-ну, мэм…

Впервые подал голос Гурон:

— Бустер, ты, по-моему, торопишься. Ты подумал, что скажет Ред?

На мгновение Бустер замолк. Он очень хорошо знал, что может сказать Ред Хил.

— Твоя правда, Гурон, — сказал он. — Может, лучше вер немея в лагерь?

Вдруг послышался слабый хруст камней снизу. Оба резко повернули коней. Сюзанна прицелилась им в спину.

— Проваливайте… и не возвращайтесь больше.

Бустер Маккетчон оглянулся.

— О, мы уезжаем! — сказал он. — Но мы еще вернемся. У нас есть мужчина, страстно желающий познакомиться с вами, мэм, мы вернемся все вместе.

Гурон повернул лошадь к реке и поскакал прочь. Бустер последовал за ним. Дробовик, особенно в руках испуганной женщины, вещь опасная.

Сюзанна пошла назад к хижине. Она постояла там, прислушиваясь к удаляющемуся топоту копыт. Она слышала плеск воды, когда всадники переправлялись через ручей, и удары копыт по камням, когда они пересекали широкую каменистую полосу речного русла.

Тут появился Том с лошадьми и мулами.

— Ма, они ушли?

— Да, думаю, ушли… на какое-то время.

— О Бог ты мой, ма, ты была такая страшная. Я так испугался, жутко испугался!

— Я тоже.

— Ну, ты действовала храбро. Ого! Как ты наподдала им!..

— «Наподдала»! Том, как ты выражаешься?

— Ну, во всяком случае, ты заставила их отступить. Вот уж расскажу папе…

— Он скоро должен приехать. Пойдем в дом и зажжем лампу, а ты разведи костер. Теперь они все равно знают, где мы. Я сомневаюсь, что они захотят вернуться сюда этой ночью, но, так или иначе, мы должны быть к этому готовы. Твой отец приедет усталый, и надо приготовить кофе и горячую еду.

Она старалась говорить уверенным тоном, но сердце ей сжимал страх. Вдруг что-то произошло? Вдруг кто-то из врагов обнаружил Дункана и случилась беда? Правда, стрельбы не было… Ну, а если это произошло в каком-нибудь каньоне? Разве отсюда услышишь?

Сюзанна зажгла лампу, посмотрела в открытую дверь и увидела, что свет в доме делает еще гуще тьму снаружи. Поставив лампу на полку, она пошла к Тому, который разжигал костер.

Она снова посмотрела в сторону темного леса и серебристого ручья. Полоса гравия у кромки воды выглядела теперь белой.

Где же Дункан?

— Ма, не беспокойся! Его могли задержать многие причины. Может, ему надо переправиться через ручей, он в некоторых местах глубокий. И отец ищет брод. Или ему пришлось объезжать густой кустарник. Иногда человек задерживается дольше, чем рассчитывает, сам того не сознавая.

То, что сказал сын, было, конечно, правильно, но уговоры Тома не уменьшили ее страхов. Она чувствовала: что-то произошло!

— Он лежит где-нибудь раненый, я просто вижу это!

— О, ма!.. Может, он просто не нашел в темноте дорогу домой и устроился на ночлег. Это самое мудрое. Кон говорил мне, что, если заблудишься, самое лучшее оставаться на месте до утра, а выбираться уж при дневном свете.

— Как было бы хорошо, если бы папа был сейчас дома.

— Мы должны справиться сами, ма. Нельзя же всегда рассчитывать на то, что папа придет и спасет нас. Я нашел там, за осинами, что-то вроде потайного загона из осиновых бревен. Наверно, индейцы построили.

— Что ты предлагаешь?

— Спрятать там мулов. Трех по крайней мере. Мы… я хочу сказать — я сяду верхом на старого Валаама. А ты можешь взять гнедую лошадь.

— Ладно, Том. Завтра, если отец не появится, мы отправимся на поиски. Это лучше, чем сидеть здесь и ждать, когда вернутся бандиты.


Глава 10 | Быстрый и мертвый | Глава 12