home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 17

Кон Воллиен не особенно доверял Доббсу. Тот мог выполнить обещание, а мог и обмануть. Но насколько Воллиен был осведомлен, Доббс должен был сделать так, как сказал, если ему не помешают. Доббс промышлял конокрадством, уводил по несколько голов то тут, то там, но Кон не слышал, чтобы он проявлял подлость или жестокость.

Воллиен вернулся к лошади и стал ждать дальнейшего развития событий. Если шайка Шеббитта нападет с той стороны, откуда ее и ждали, и Дункан Маккаскел откроет огонь из засады, то есть надежда пробить брешь в их рядах. Было бы неплохо, если бы стреляла и Сюзанна.

Этой женщине не надо было ничего объяснять. Она видела этих бандитов, когда проезжала через поселок, они пытались убить ее мужа и напасть на их лагерь. Она отбросила щепетильность благовоспитанной дамы и огрела Бустера Маккетчона по носу дубинкой.

Кон рассмеялся. Да, это у нее здорово получилось. Когда она бьет, то делает это всерьез и обеими руками.

Что же теперь?

Бандиты совсем близко и готовятся нанести решающий удар. На этот раз они горят желанием пролить кровь. Они проделали изрядный путь через прерию, им дали отпор, их стало меньше, и они не намерены шутить.

Кроме того, на их стороне Гурон.

Кон заколебался — не подойти ли поближе к их лагерю. Но у Гурона был звериный слух, и он обладал способностью улавливать любое движение. Было бы глупо провоцировать его сейчас.

Воллиен сел на коня и поехал вдоль ручья: по мягкой земле конь ступал почти бесшумно. Время от времени Кон останавливался и прислушивался. Наконец он подъехал к скрытому среди осин загону, где Маккаскел держал мулов. Воллиен поставил лошадь в густую тень и, взяв ружье, перешел на откос, откуда мог прикрыть огнем подход к хижине. Оставалось только ждать.

Ночь была тихой. Мерно журчала вода в ручье, слабо шелестели листья, в небе кружил ночной сокол. Кон вытер ладони о рубашку и снова взял ружье.

У хижины зашевелилась еле заметная тень. Кон удобнее улегся на землю и, вдавив левый локоть в мягкую глину, стал медленно наводить винтовку на цель. Хорошо, что заряд уже в патроннике: если бы ему пришлось заряжать в такой тишине, его бы услышали.

В хижине замерцал слабый свет: ее обыскивали.

Кон обвел взглядом открытое пространство перед хижиной, деревья внизу вдоль потока, и тут он увидел бандитов.

Они приближались не так, как он ожидал: не по тропе и не группой, а шли цепью, ведя лошадей на поводу. Лишь слабый шорох, лишь намек на движение предупредили его о начале боевых действий.

Он быстро взглянул на хижину. Гурон? Возможно, но теперь его уже там не было.

Воллиен оглянулся, моля Бога, чтобы Маккаскел не дремал. Бандиты рассредоточились и двигались почти бесшумно. Их было плохо видно.

Слегка повернувшись, он выбрал мишень, старательно определив высоту и расстояние, затем прицелился в смутно видневшуюся фигуру, медленно нажал пальцем на спусковой крючок. Ружье подпрыгнуло, и ночь расколол резкий звук выстрела. Внизу раздался дикий вопль, и бандиты открыли огонь.

Через мгновение с позиции Маккаскела прогремел другой выстрел. Крик, брань… Еще выстрел… Кон трижды перекатился через себя. Он перестал стрелять, ожидая ответных выстрелов нападавших.

Бандиты перебежали, стараясь обнаружить стрелков, рассеялись и сделали наугад несколько ответных выстрелов. Одна пуля угодила в землю рядом с Воллиеном, другая срезала ветку над его головой.

Кон быстро вернулся на прежнее место, переместился чуть ниже по откосу и укрылся среди молодых деревьев. Под ним, распростершись на траве, лежал человек. Лошадь, потеряв седока, перебежала через ручей.

Бандиты атаковали дом, окружив его и взяв в кольцо, но быстро поняли, что ошиблись, и теперь рассредоточились, несомненно, обнаружив по выстрелам местоположение его и Маккаскела.

Скольких они уложили? Одного? И был ли он в самом деле мертв или просто затаился и ждет удобного случая, чтобы броситься в укрытие?

Кон отступил под деревья; они не защищали, но позиция для стрельбы была удобная.

Кто же внизу? От этого зависело многое. Если это был Ред Хил… или Пэрди… Вряд ли!

Кон спустился еще ниже по крутому откосу, держась за стволы деревьев, и оказался на одном уровне с хижиной. По крайней мере двое нападавших перешли к бобровым прудам. Там была мягкая почва, завалы из бревен, а также много засохших стволов, похожих в бледном свете луны на привидения.

Внезапно из засады выстрелил Маккаскел.

Мгновенно ответили четыре или пять винтовок, расщепляя пулями стволы деревьев и кусты. Кон выругался, но воспользовался случаем и быстро выстрелил по ближайшей вспышке. Перевел винтовку и дал залп по тому месту, откуда был сделан второй выстрел.

Пуля разорвала листья над его головой. Он снова выстрелил по вспышке и пошел к бобровым прудам. Кроме редко стоящих деревьев укрыться там было негде. Упавшие стволы были голые. Воллиен, постояв в нерешительности, зашагал на другую сторону прудов. Дважды, заслышав движение, он прятался за старые пни. До него глухо донеслась брань, кто-то застонал от боли.

Но голоса слышались неясно, он не смог определить, откуда они доносились.

Кон поскользнулся на узкой полоске песка, потом наступил на камень, еще раз поскользнулся и оказался в воде.

Пуля ударила в бревно почти у его ноги, он сделал длинный шаг и вышел к узколистному тополю на откосе. Кон пересек пруды, и… ничего не произошло.

Корни деревьев были завалены темными кучами сушняка, бревен, кусков коры — следы последнего паводка или, может быть, наводнений многолетней давности. Кон притаился за ними.

Внезапно слева от него раздался топот копыт. Мимо проскакали всадники. Не меньше двух, а может быть, и больше.

Уловка? Чтобы выманить его, заставить встать и подстрелить? Или они и впрямь покинули поле боя?

Воллиен подождал несколько минут. Все было тихо: ни шепота, ни шороха. Захлопала крыльями сова и пролетела прямо над водой. Он продолжал неподвижно стоять.

Потом осторожно двинулся вперед, остановился, подождал, затем двинулся снова. Ничего подозрительного. Вдали раздался удаляющийся топот копыт, на сей раз это был один всадник, и снова все стихло.

Воллиен остановился и увидел лошадь с, пустым седлом. Тускло блестела отполированная временем кожа. В каких-нибудь тридцати ярдах от хижины на траве лежало мертвое тело.

С опаской Кон двигался дальше, держась тени деревьев. Теперь он был на вражеской территории и не хотел получить пулю от Маккаскела.

Прошло еще полчаса, пока он кругами приближался к месту засады Маккаскела. Наконец, миновав стройные белые осины, он скользнул в укрытие.

Засада была пуста. Маккаскелы ушли.

В темноте Воллиен ничего толком не видел. Присев на корточки, он торопливо ощупал листья. Ничего… Ни крови, ни оружия, ни тел.

Почему они ушли? Или их вытащили силой?

Если искать следы ощупью, можно стереть знаки, которые они могли оставить, поэтому, выйдя из укрытия, он пошел через залитую лунным светом поляну к лежавшему телу.

Кон перевернул его носком сапога. Человек без шляпы, лицо его было обращено к небу.

Это был залитый кровью Бустер Маккетчон с пулевым отверстием в черепе.

Воллиен подошел к лошади Маккетчона, сел на нее и поехал за хижину к загону, где были спрятаны мулы. Мулы, гнедые лошади Маккаскелов и его мустанг были там. Он снял упряжь с лошади Бустера и завел ее в загон. Вывел своего коня и сел в седло.

Сейчас больше ничего нельзя было сделать, кроме как постараться не уничтожить следы, которые они могли оставить. Было два варианта: либо Ред Хил и Док Шеббитт захватили Маккаскела, либо, усомнившись в дальнейшей безопасности своей позиции, Маккаскел покинул ее сам.

В первом случае Ред не стал бы церемониться с Маккаскелом. Он убил бы его на месте.

Те, кто был убежден в существовании золота, попытались бы вынудить его выдать тайник. И они не поверили бы ему, если бы он стал утверждать, что у него нет никакого золота.

Где-то здесь по-прежнему бродят братья Мэнтл и Гурон. Воллиен завел лошадь в осинник, привязал ее, растянулся на земле и заснул под охраной мустанга. Кон смертельно устал и спал крепко.

Поблизости журчал ручей, над ним таинственно перешептывались осины, ухала сова.


После первых выстрелов Дункан Маккаскел быстро привял решение.

Теперь, заключил он, налетчики обнаружили их позицию и скоро появятся здесь. Отсюда вывод — надо уходить.

Он шепотом сообщил о своем решении Сюзанне и Тому.

— Па, — сказал Том возбужденно, — недалеко есть тропа! Я видел ее! По ней можно пройти через рощу!

— Давайте попробуем.

По этому крутому склону, вероятно, спускались олени. Возможно, те самые олени, в лежке которых они устроили засаду. Так или иначе, по их тропе они могли тайком покинуть засаду.

— Прекрасно, Том. Покажи маме эту тропу. Идите прямо по ней, перебегите осторожно открытое место и ждите меня под деревьями.

— Дункан! А как же ты? — спросила Сюзанна.

— Не беспокойся. Я немного подожду, сделаю еще несколько выстрелов и потом уйду. Пусть они думают, что мы все еще здесь.

— А если мы потеряем друг друга? Что тогда?

— Встретимся у загона, где мы оставили мулов.

Том потянул мать за руку.

— Пошли, ма!

Неохотно, бросая через плечо тревожные взгляды на мужа, Сюзанна последовала за сыном.

Поляна была залита лунным светом, но под тесно растущими осинами стоял мрак и тишина. Тропа была крутой и еще более темной. Подобрав юбки, стараясь не задевать кусты, Сюзанна шла за Томом. Скоро они оказались наверху.

Том быстро огляделся и нашел оленью тропу.

Дункан Маккаскел взглянул на залитую луной поляну. Там стоял высокий человек в фетровой шляпе с широкими опущенными полями, в руке он сжимал ружье. Лица его нельзя было разглядеть, но, без сомнения, это был один из бандитов.

— Привет, Мак! Собираешься куда-нибудь?

Дункан Маккаскел испугался, потому что знал: эти люди не остановятся перед убийством.

— Да нет пока, — ответил Дункан спокойно, стараясь выиграть время в надежде на какой-нибудь случай. — Я с нетерпением ждал возможности поговорить с вами.

— Со мной? — Человек был явно озадачен.

— Ну, конечно. Я любопытен, мистер… э-э?

— Мэнтл. Айк Мэнтл.

— Я любопытный человек, мистер Мэнтл, и с того времени, когда началась вся эта заваруха, я просто сгораю от любопытства. Мне безумно интересно знать, почему вы меня преследуете? Простите, но это же бессмысленно.

Айк Мэнтл был ошарашен, в нем тоже проснулось любопытство. Этот человек вел себя как-то непонятно. Зеленый новичок — это всем известно! — но он был не таким, как другие.

— Нетрудно сообразить, — сказал Айк таким тоном, как будто они вели дружелюбный разговор. — Нам нужно ваше золото.

— Золото? — Дункан Маккаскел был ошеломлен. — Но у меня нет золота! Господи Боже ты мой, да будь у меня золото, вы полагаете, я бросил бы все там, на Востоке, и пустился бы сюда? Не знаю, бывали ли вы на Востоке…

— Не был.

— Да разве здесь есть возможность распорядиться деньгами так, как на Востоке? Будь у меня золото, я бы оставался дома, пока не истратил бы все до последнего цента. — Он глубоко вздохнул. — Собственно говоря, это как раз то, что я и сделал. Много-то у меня не было, но то, что было, ушло сквозь пальцы, как вода.

Это Айк понял.

— Я считаю, такое может произойти где угодно. — Тут до него дошло, что надежда завладеть золотом рухнула окончательно, и он разозлился: — Вы что хотите сказать, что в фургоне у вас ничего нет?

— Да были кое-какие вещи Сюзанны… то есть миссис Маккаскел, кое-какая мебель, но везти ее было слишком тяжело. Теперь остались инструменты, постели да самая необходимая утварь. Ну, там железная печурка-голландка и прочее в том же роде.

— Зато, — сказал Айк, смирившись с реальностью, — у вас есть мулы, лошади, женщина. Придется удовольствоваться ими.

Айк удивлялся себе. Как это он ведет мирную беседу с человеком, которого собирается убить? Но Маккаскел как-то сумел навязать ему легкий тон непринужденного разговора.

— А почему бы вам не уехать, мистер Мэнтл? Видите ли, мои лошади и мулы принесут вам одни неприятности. Известно же, чьи они, мистер Мэнтл.

— Не важно. Тут нет иной полиции, кроме шестизарядного револьвера, а мой ничем не хуже других.

— Да, но в ходу и веревка, мистер Мэнтл. По слухам, тут часто внедряют законопослушание при помощи петли. В особенности когда дело касается женщины… или конокрадства.

— А кто ж узнает? — сказал Айк. — Лошади — это лошади, мулы — это мулы, а люди… вам-то не придется выступать свидетелем против нас.

— Мистер Мэнтл, а почему бы вам не уехать отсюда? Вы думали, что у нас есть золото. У нас его не оказалось. В нашем фургоне нет ничего, что могло бы представлять ценность для человека в седле. И, кроме того, я должен предупредить вас: наши мулы и лошади могут сослужить вам плохую службу.

— Плохую службу? Как это?

Дункан Маккаскел лгал спокойно и хладнокровно.

— Мистер Мэнтл, на Вишневом ручье сейчас расквартированы три кавалерийских полка, потому что в скором времени ожидаются столкновения с индейцами. В одном из полков служит офицером мой брат. Он ожидает нас. Если мы не прибудем вовремя — а мы уже и так запаздываем на несколько дней, — он встревожится.

Мой брат — человек жесткий и упорный, он непременно начнет расследование. Мы купили этих мулов и гнедых у брата, он сам их вырастил. Как вы заметили, это породистые мулы и гнедые хороших кровей. Он станет разыскивать животных и выйдет на вас и ваших друзей.

Я мог бы добавить, сударь, что мой брат — человек очень вспыльчивый. Если его разозлить, он взрывается, как порох, а под его началом несколько сотен солдат.

История была здорово придумана, и Маккаскелу от всего сердца хотелось, чтобы бандиты в нее поверили.

— А ну-ка, — Айк Мэнтл взмахнул ружьем, — выбирайтесь наружу. — Маккаскел вышел. — Теперь направо, под деревья.

Остальные ждали его там.

— А где женщина? — спросил Хил. — Где она?

— Ушла. Они смотались. Я поймал этого, когда он собрался идти за ними.

— Я убью его!

— Погоди, — вскинул руку Айк, — ты слишком спешишь, Ред. Это ж мой пленник. Во всяком случае, послушай сперва, что он тут мне наплел.

Айк повторил рассказ, немного его приукрасив, и Док Шеббитт разразился проклятиями.

— Черт бы тебя побрал, Айк! Он же врет! Неужто ты не понимаешь?

— Может быть. Ты что, хочешь поехать к Вишневому ручью на этих мулах, чтобы проверить, не ошибся ли ты? Несколько недель назад там повесили человека. Там народ крутой, они могут это повторить.

— Где твоя баба? — накинулся Ред на Маккаскела. — Куда ты ее девал, будь ты проклят!

— Не имею ни малейшего представления, а если бы знал, ни за что бы вам не сказал.

Ред размахнулся и сильным ударом сбил его с ног. Маккаскел тяжело ударился о землю, голова закружилась, во рту появился вкус крови. Он был боксером, и ему случалось получать удары раньше.

Дункан медленно встал на ноги, поглядывая на нацеленное на него оружие.

— Она с Воллиеном, — сказал он и выплюнул кровь. — Она бросила меня.


Глава 16 | Быстрый и мертвый | Глава 18