home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 54

Мелисса сидела на кухне за столом, когда вошел Джим Ледбеттер.

— Привет, Джим! Проходи, садись.

— Спасибо. — Он снял шляпу и пробежал пальцами по волосам, потом подошел и сел напротив.

— Не видала Тревэллиона?

— Он не заходил уже несколько дней. Я все думала об этом, Джим. Мне кажется, он влюблен.

— Может, и так, только я что-то волнуюсь. Я-то думал, он сразу появится, когда узнает, какая здесь произошла перестрелка. Кстати, как Тиэйл? Что о нем слышно?

— Совсем плох. Удивляюсь, как он уложил их обоих. Они подошли с двух сторон, один окликнул его, а когда он обернулся, другой выстрелил. Первый тоже начал стрелять. Одного он ухлопал сразу, потом упал, перекатился на бок и уложил другого. Никогда не видела ничего подобного!

— Так ты была там?

— Да. Они подкрались у меня на глазах, я хотела окликнуть его, но опоздала — все произошло слишком быстро… Джим, надо предупредить Трева.

— Предупредить Тревэллиона? О чем?

— Джим, ты когда-нибудь слышал о Чистильщике?

— О Топоре? Конечно. Он убил одного моего знакомого парня на границе с Орегоном. А что такое?

— Он здесь, в Вирджиния-Сити.

— Неудивительно, Мелисса. Подобный сброд так и тянет в эти края.

— Не в этом дело, Джим. Он приехал сюда за Тревом. Он разговаривал с этим жутким Ваггонером, который расспрашивал повсюду о Треве. Трев считает, что именно он украл у него золото. Они поздоровались как лучшие друзья… Потом заходили в кондитерскую, и я слышала, как они упоминали имя Тревэллиона. А еще они говорили о каких-то Риге и Лесе.

Ледбеттер насторожился.

— Это те двое, что стреляли в Джекоба. Они из шайки Ваггонера.

— Джим, Топор знает Трева. Помнишь, когда мы ехали сюда? Где-то между Грязнулей Майком и Строберри, точно не помню, нам повстречался всадник, такой красавчик со светлыми волосами, он тогда еще проводил Трева долгим, пристальным взглядом… Я видела его после, в Калифорнии. Это и есть Чистильщик, Джим. Это и есть Топор.

Ледбеттер допил кофе. Все это, конечно, догадки. Но может оказаться и правдой. Топор с Ваггонером беседовали как старые приятели, Ваггонер — дружок тех двоих, что пытались убить Тиэйла. Все сплетается в один клубок.

— Пожалуй, поеду, попробую что-нибудь разузнать. Мелисса, если Трев объявится, расскажи ему все как есть. Пусть будет начеку.

Когда Джим скрылся за дверью, Мелисса подбежала к окну и долго смотрела ему вслед. Тревэллион сказал, что Джим влюблен в нее. Тогда это показалось ей нелепым. Но что, если это правда? А какой он замечательный человек — прямой, честный, порядочный! И почему она до сих пор увлекалась не пойми кем?!

Кристиан Тэпли только что закончил работу и собрался уходить, когда подъехал Ледбеттер.

— Тревэллион? Нет, Джим, не видал. Вообще-то я ждал его — думал, вместе съездим проведаем Тиэйла.

— К нему сейчас нельзя. Он очень плох, и ему нужен покой. Послушать доктора, так он на ладан дышит,

Ледбеттер набил трубку.

— Вот что, Тэп. Не нравится мне все это. Что с Тревом? И в кондитерской не появлялся, и здесь его нет.

Тэпли ухмыльнулся.

— Лед, да ты сам прикинь-ка. Эта красавица актриса… Ты разве не замечаешь, что он от нее без ума?

— Может, оно и так. Я тоже думал об этом. Только и ее нигде нет.

— Вот видишь? А я тебе про что говорю?

— Ладно, пойду, — развел руками Ледбеттер. — Появится, передай, чтобы был осторожен. Топор в городе. Не исключено, что он здесь по его душу.

В квершлаге под номером сорок девять мерцало слабое пламя свечи. Взрыв устроили в том месте, где квершлаг ответвлялся от основного туннеля, но последовавший за ним обвал не закрыл доступа в туннель, оставив несколько ярдов свободного пространства. Оно заканчивалось в нескольких футах от того камня, на котором сидела Грита. Воздуха пока хватало, свечей тоже.

Вэл один за одним вытаскивал камни и откатывал в сторону — лопата их не брала. За ненадобностью он прислонил ее к стене и повесил на нее куртку, жилет и рубашку.

— Вэл, давайте я помогу вам. Я сильная.

— Позже. Работы еще много.

Его спина и плечи покрылись пылью, и по ним, оставляя бороздки, стекал пот.

— Вэл, уже десять. Не лучше ли вам отдохнуть?

— Отдохну, когда выберемся.

Он работал упорно, стараясь не делать лишних движений и беречь силы. Думать не мог, потому что было не о чем. Он сразу понял, какая работа ему предстоит, и теперь старался изо всех сил. Самое главное сейчас — проделать отверстие, в которое хлынет воздух, иначе они задохнутся.

Помощи ждать неоткуда. Охрана, нанятая Маргритой, наверное, уже приступила к службе и никого не пропустит на территорию прииска.

Сейчас десять. Тревэллион не мог припомнить, в котором часу они отправились на прииск, знал только, что дело шло к вечеру — приблизительно часа в четыре-пять. Уже почти шесть часов, как они томились в этой западне, если не считать, что минут тридцать у них ушло на осмотр туннеля. Вэл присел на обломок породы.

Он очень устал, но представлял, как будет изможден, когда они выберутся отсюда. Однажды ему уже случалось быть заваленным в горной пещере, тогда его откопали оказавшиеся поблизости индейцы. Он вспомнил, как ему тогда не хватало воздуха, стало трудно дышать и пламя свечи начало меркнуть.

— Вы, я вижу, сильная женщина, — улыбнулся он, посмотрев на нее. — Не закатываете истерик, не жалуетесь, не плачете. Думаю, с вами можно быть откровенным. Скорее всего зарядов поставили несколько, через определенные интервалы, и прозвучали они одновременно. Помните кусок бикфордова шнура, который я подобрал? Его явно обронили в спешке.

— Так вы считаете, взрыв подстроен?

— Конечно. Никто не будет оставлять в шахте подготовленную взрывчатку, а сама она взорваться не может. Кто-то ждал нас и сделал это нарочно.

— Но если взрывчатку заложили в нескольких местах, то и завалов должно быть несколько?

— Да, несколько. Или один большой. Скорее, первое. Чтобы завалить проход в таком узком туннеле, много взрывчатки не требуется. Если взрывов было несколько, то завалы протянутся ярдов на пятьдесят или шестьдесят.

— Да, это много.

Грита смотрела на Тревэллиона, его спокойствие ее удивляло. Она видела, что он во что бы то ни стало пытается найти выход из положения и что-нибудь придумать. Вот он заметил, что она не впадает в истерику, а сам обладает такой выдержкой, которой кто хочешь позавидует. Она еще никогда не видела такого невозмутимого спокойствия.

— Слишком много. Без помощи тут не обойтись. Но помощи ждать неоткуда, поэтому все обстоит проще.

— Проще?!

Он улыбнулся.

— Конечно. Мы знаем, что помощь не придет, и не станем сидеть сложа руки и ждать неизвестно чего. Спасение зависит только от нас. Нам больше не на кого рассчитывать.

— Вы думаете, это дело рук Элберта Хескета?

— А кого же еще?

— Но за что он так ненавидит нас?

Тревэллион пожал плечами.

— Сомневаюсь, что он нас ненавидит. Насколько я понял, мы для него всего лишь досадная помеха, которую он пытается устранить. Он решил убрать нас, как убрал бы камень с дороги или пятно с одежды.

— Он беспокоит меня. Мне порой кажется, что я где-то видела его раньше.

— Что ж, вы могли встретить его на улицах того городишки в Миссури много лет тому назад.

— В Миссури?! Нет, это невероятно!

— Как сказать. Меня это тоже беспокоило. Там слонялся человек, который случайно видел, как отец рассчитывался за фургон золотыми монетами… испанскими дублонами… Он очень интересовался этими монетами…

— На его месте любой заинтересовался бы, и я тоже.

— Вы совсем другое дело. А потом кто-то подначил тех выродков совершить то, что они совершили. Они даже сами не помнят, кто их подбил на это.

Тревэллион снова принялся за работу. Он выковыривал камни и откатывал их в сторону. Он не интересовался количеством сделанного и не смотрел, сколько еще осталось. Он просто работал.

В двенадцать часов он снова сделал перерыв.

— Грита, вы бы поспали. — Он даже сам не заметил, как назвал ее по имени. — Возьмите мой жилет и положите под голову. Вместо подушки.

— Пожалуйста, не беспокойтесь.

— Поспите, а я поработаю еще пару часов.

— Как обстоят дела?

Он пожал плечами.

— Ничего хорошего. — Он поднял свечу и осветил проделанное углубление. Просвета не предвиделось. — Еще работать и работать. Отдохните. Я потом тоже посплю.

Возле устья квершлага Грита устроила себе подобие постели и, как ни странно, уснула.

А Вэл все копал. Ему удалось проделать узкое углубление, куда он мог забраться ползком.

Сделав перерыв, он постарался мысленно представить себе планировку шахты, которую изучал в конторе. Он припомнил, что где-то неподалеку от того места, где они сейчас находились, есть заброшенная выработка с прорытым в ней наклонным штреком. Только вот где именно?

Он отер пот со лба и снова принялся за дело.

Горные работы в Комстоке всегда представляли большую сложность. Не раз шахтерам приходилось натыкаться на бьющие из недр горячие источники и спасаться от них бегством в страхе оказаться ошпаренными. Квершлаг, в котором они оказались, проходил между двумя туннелями, расходившимися от главной выработки V-образно, так что опасность горячих источников исходила скорее всего спереди, а никак не со стороны разветвления. Но полной уверенности быть конечно же не могло. Подземные владения Комстока отличались коварством, и в них людей подстерегали любые неожиданности.

Тревэллион упорно трудился. Мышцы ломило от усталости, пот заливал глаза, и их разъедало от соли. Он заметил, что стал отдыхать все чаще, а свеча теперь горела совсем слабо — или это ему только показалось?

Расчищенное пространство достигало теперь футов пятнадцати в длину. Вэл рубашкой вытер пот с груди и лица. Маргрита спала. Он посмотрел на часы, лежавшие на плоском камне, они показывали два часа ночи.

Работа продвигалась мучительно медленно. Приходилось откатывать каждый камень или огибать те, которые он не мог сдвинуть, и чем глубже продвигался Тревэллион, тем труднее давался ему каждый шаг.

Наконец он бессильно опустился на землю, моргая от заливавшего глаза пота. Тревэллион всегда был одиночкой и ходил сам по себе, поэтому его отсутствие вряд ли скоро заметят. Да и Маргриты хватятся только завтра вечером перед спектаклем. Воздуха начинало не хватать. Как долго они протянут? Еще двенадцать часов? За это время они… И никто не догадается, где их искать. Если только Тиэйл… Конечно же, Тиэйл! Он вернется в отель, обнаружит, что Гриты нет, и начнет разыскивать ее. А может, и не начнет, а подумает, что она попросту отдыхает в своем номере.

Около пяти часов утра впереди послышался грохот падающих камней. Вэл протянул руку, ощупывая пространство. Пустота! Он выполз из прорытого туннеля, взял свечу и, держа ее перед собой, снова прошел насквозь завал. Забрезжившую было надежду закрыла туча отчаяния. Впереди образовалось пространство длиной футов в пятнадцать, а за ним — новая, непроходимая насыпь камней, стеной преградившая путь.

Тревэллион выполз из туннеля и опустился на землю возле спящей Гриты.

Новый каменный заслон… а за ним наверняка следующий.

Вэл почувствовал опустошение. Уронив руки на колени, он опустил голову и закрыл глаза. Его охватила усталость… смертельная усталость…


Глава 53 | Жила Комстока | Глава 55