home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 7

… на улице, где живете…

Цитата из записки анонимного вымогателя

Я думал, что по улицам Извра страшновато ходить или ездить днем. Ночью они делались совершенно иным миром. Я не знал, следует ли мне чувствовать испуг или подавленность, но точно знал, что не чувствую себя уютно.

Дело не в том, что я был один. На улице находилось множество извергов, и, конечно, со мной по-прежнему был Кальвин. Просто дело в том, что иному обществу предпочитаешь полное одиночество. Общество Кальвина было желанным… и это, даже для самого невнимательного читателя, должно определить, в чем именно заключался источник моего неудобства.

Изверги! (Превосходно! Выходим в отличники. ) Так вот, может показаться излишним говорить, что рядом с извергами чувствуешь себя неуютно. Как уже отмечалось, это измерение не славится своей общительностью, не говоря уж о гостеприимстве. Однако, той ночью на улицах я узнал нечто новое: изверги бывают разные.

Большинство туземцев, с которыми я сталкивался до этого, были просто обыкновенными людьми… только скверными. Они имели работу и интересовались в основном тем, как заработать на жизнь и уберечь себя. Однако после заката ту же территорию населяли личности совершенно иного сорта.

Чаще всего бросались в глаза спавшие в подъездах и в водостоках. Сперва я видел в этом способ избежать уплаты по сотне за ночлег в номере, я так и сказал Кальвину. Тот предложил мне взглянуть на растянувшихся извергов чуть поближе. Я взглянул и понял, что и пятьсот золотых за ночлег будет не слишком большой тратой, лишь бы избежать вступления в их ряды.

Они были грязными… что неудивительно, если спишь в водостоке. Хотя я никогда не отличался способностью различать цветовые оттенки, мне даже при плохом освещении ночных улиц удалось разглядеть, что зелень их чешуи какого-то нездорового оттенка. Честно говоря, они выглядели какими-то мертвыми… Но мертвыми они не были. Позже, когда я упомянул о них Эдвику, то выяснил, что это были изверги, чьи доходы упали ниже уровня жизни в этом измерении. Они оказались позади всех и не могли теперь позволить себе ни жилья, ни гардероба для восстановления своего положения. С какими бы финансовыми затруднениями ни сталкивались спящие, они не имели ничего общего с затруднениями извергов, разделявших с ними ночные улицы. Поскольку занимались они в основном торговлей, я буду называть вторую группу толкачами… хотя благодаря такому назначению это слово приобретает в данном случае отрицательные ассоциации.

Разодеты они были столь же ярко, как любой бес, хотя имели склонность держаться в тени и высовывались оттуда, предлагая шепотом прохожим товар. Я так и не узнал, что именно они продавали, поскольку ни один из них не обратился ко мне. Нельзя сказать, что они не замечали, как я прохожу, так как следили за мной неподвижными глазами рептилий, но что-то увиденное ими побуждало их оставить меня в покое. Не могу сказать, что меня сильно расстраивало такое пренебрежение.

Я так внимательно смотрел на наблюдателей, что чуть не прозевал нужный нам ресторан. Но Кальвин его заметил и привлек мое внимание. После чего мы в него вошли.

Еще во времена, когда я впервые встретился с Аазом, мне довелось соприкоснуться с изврским рестораном. Конечно, произошло это на Базаре, где были созданы определенные условия для деятельности подобных точек, но это все-таки в какой-то степени подготовило меня к тому, что можно ожидать.

Кальвин же до этого не обладал опытом знакомства с изврскими столовыми. Через два шага в заведении я чуть не потерял сознание из-за одного лишь запаха. Честно говоря, я и себя чуть не потерял, хоть я и соприкасался с изврским рестораном, но никогда раньше по-настоящему не заходил. Если есть такие, кто находился в таком же положении и считал себя умудренным опытом, то позвольте вас предупредить: этот запах многое теряет к тому времени, как доберется до улицы.

— Что сдохло?!

Зажав нос, джин пренебрежительно оглядел обстановку ресторана.

— Да брось ты, Кальвин, — упрекнул я, пытаясь представить дело пустячным. — Неужели ты никогда не нюхал запаха доброй домашней стряпни? Ну, знаешь, когда у матери что-нибудь подгорало?

Если читатель заключит из вышеизложенного, что изврская кухня не то, что благоухает… а от нее идет вонь до небес, то могу сказать, что мое писательское умение достигло, наконец, уровня моих читателей. Я в самом деле сказал то, что пытался сказать. Однако, к счастью для прочих измерений, одни лишь слова не могут донести почти осязаемую текстуру вони.

— Если б моя мать так стряпала, мы б от нее избавились… даже раньше, чем нам довелось это сделать, — заявил напрямик Кальвин.

Любопытное, между прочим, замечание.

— Ты не можешь убедить меня, будто тебе нравится это, — настаивал он. — Хотя ты и немного странный, но все-таки разумное существо.

— Так же, как и изверги.

— На этот счет я готов поспорить… тем более когда я почувствовал, что они едят. Но ты уходишь от вопроса. Ты и в самом деле собираешься съесть кое-что из этого добра?

Я решил, что шутка зашла слишком далеко.

— Ни под каким видом! — шепотом признался я. — Если ты последишь повнимательней, то увидишь, что иная еда тут выползает из тарелки.

— Предпочитаю не следить! — отвел глаза Кальвин. — Серьезно, Скив, если ты не собираешься ничего есть, то зачем же мы сюда пришли?

— О, я собираюсь попробовать достать чего-нибудь съедобное. Только не то, что тут готовят для туземцев. Вот потому-то я и искал заведение, где подают пищу из иных миров и для для иномирян, и, будем надеяться, удобоваримую.

Мои слова не произвели на джина впечатления.

— Мне все равно откуда рецепт приготовления. Ты говоришь, что собираешься взять что-то приготовленное на этой кухне и побывавшее вблизи блюд, воняющих так, как эти, а потом положить в рот? Может быть, нам следует обсудить достоин ли ты звания разумного существа.

Если смотреть с такой точки зрения, то резон в его словах был. Я вдруг почувствовал себя далеко не таким умным, каким считал несколько мгновений назад.

— Чем могу служить, сэр?

Материализовавшийся рядом со мной изверг держался столь чопорно-официально, как виденные мною фигуры, восседающие на свадебном торте. Он каким-то образом овладел техникой раболепства, но сохранил умение глядеть на тебя сверху вниз. А еще говорят, будто официанты не поддаются обучению!

— Ну, мы… то есть, я…

— А! Стой-лик на однофо!

Я вообще-то готовился сыграть отступление, но этот парень не собирался предоставлять мне такой возможности.

Столы и стулья, казалось, раздвигались на пути перед ним, когда он следовал по залу, как парусный корабль сквозь водоросли, таща в кильватере меня. Когда мы проходили, головы поворачивались в нашу сторону, и начинались шепотки. Если клиенты пытались вычислить, где они видели меня раньше, то разговор, возможно, будет долгий.

— Жаль, что я не подумал приодеться, — шепнул я Кальвину. — Заведение это весьма классное. Удивляюсь, как меня впустили без галстука.

Джин бросил на меня взгляд.

— Не знаю, как сказать, Скив, но ты одет и носишь галстук.

— О! Верно.

Я и забыл, что изменил в такси свои чары личины. Одна из трудностей с чарами личины в том, что сам я не вижу результата своей работы. Хотя я достиг такого уровня, что могу поддерживать иллюзию, не уделяя ей много сознательных мыслей, это означает, что я иногда забываю, какую, собственно, внешность я поддерживаю.

Я плюхнулся на отодвинутый для меня стул, но отмахнулся от предложенного меню.

— Как я понимаю, вы подаете иноизмерные блюда?

Изверг отвесил легкий полупоклон.

— Да. У нас ест широкий фыбор на самый распорчифый фкус.

Я понимающе кивнул.

— Тогда скажите официанту принести мне что-нибудь пентейское… и подобающее вино.

— Отлично, сэр.

Он осторожно удалился с глаз, предоставив мне изучать наших сотрапезников. Было слишком оптимистичным надеяться, что случайное совпадение приведет Ааза в тот же обеденный зал, но посмотреть не вредно.

— Ты управился с этим довольно гладко.

— С чем именно, Кальвин?

— С заказом.

— Спасибо.

— Ты действительно настолько уверен?

Прежде, чем ответить, я взглянул на ближайшие столики, не подслушивает ли там кто.

— Я уверен, что не смог бы даже прочесть меню, — тихо сказал я. — А попытка прикинуться читающим заставила бы меня выглядеть еще большим дураком. Я просто следовал общему правилу — «Когда сомневаешься, полагайся на суждение официанта». Обычно оно действует.

— Достаточно верно, — допустил Кальвин. — Но официант-то этот не изверг. Все равно это смелее, чем я счел бы разумным.

Джин определенно обладал талантом заставлять меня тревожиться из-за уже принятых мной решений.

К счастью, тогда принесли вино. Я нервно проделал ритуал с опробыванием, а затем принялся пить во всю. Соединение нервозности и жажды заставили меня выдуть первые три бокала, не останавливаясь перевести дух между ними.

— Ты полегче налегай на эту микстуру, пока не вложишь в себя немного еды, — с нажимом посоветовал Кальвин.

— Не беспокойся, — отмахнулся я. — Ааз мне всегда повторял одну премудрость: «Если ты не уверен насчет пищи в измерении, то можешь питаться выпивкой».

— Он тебе это говорил, да? Ничего себе дружок. Скажи пожалуйста, это когда-нибудь срабатывало?

— Чаво?

— Питание выпивкой. Оно приносило тебе какую-то пользу или доставляло кучу неприятностей?

— О, куча неприятностей случалась с нами не раз. Как-нибудь напомни мне рассказать тебе о том, как мы однажды решили похитить приз Большой Игры.

— Вы с Аазом?

— Нет. Я и… э… это была…

По какой-то причине мне стало трудно вспомнить кто именно участвовал со мной в той операции. Я решил, что самым мудрым будет перевести разговор с меня на иную тему, пока не прибудет остальной заказ.

— Кто б там ни был. Однако, коль речь зашла о бутылках, долго ли ты ждал, пока я вынул пробку из твоей?

— О, недолго для джина. Я б сказал, что ожидание длилось не больше…

— Тананда!

— Извиняюсь?

— Со мной была Тананда, когда мы пытались стащить приз… во всяком случае, в первый раз.

— О.

— Рад, что скинул эту ношу. Итак, что ты говорил, Кальвин?

— Ничего важного, — пожал плечами джин.

Он казался немного расстроенным, но мне думалось, что я знал почему.

— Кальвин, я хотел бы извиниться.

Он немного расслабился.

— О, ничего, Скив. Просто дело в том…

— Нет, я настаиваю. С моей стороны было хамством заказывать, не спросив, не хочешь ли и ты чего-нибудь поесть. Просто было бы неудобно заказать блюда для того, кого никто не видит. Понимаешь, что я пытаюсь сказать?

— Конечно.

Кажется, я снова сбил его с толку.

— Дело не в том, что я забыл о тебе, — надавил я. — Просто я подумал, что раз ты такой маленький, то много не съешь, и мы, вероятно, сможем разделить мой заказ. Теперь я вижу, что это обидно для тебя, и поэтому, если ты хотел бы личный заказ…

— Разделить заказ с тобой будет вполне достаточно. Хорошо? А теперь нельзя ли оставить эту тему?

Что-то волновало джина и мои усилия изменить его настроение оказались, к сожалению, напрасными. Я погадал, махнуть ли на это рукой, но решил, что нельзя. Именно из-за такого равнодушия и откладывания на потом и возникла ситуация с Аазом.

— Скажи-ка… мгм… Кальвин?

— А теперь что?

— Я явно расстроил тебя, а мои попытки исправить положение только ухудшают дело. Мне не хотелось проявлять к тебе неуважение, но это, кажется, произошло. Если я не могу улучшить ситуацию, то не мог бы ты сказать мне, что я наделал, чтобы не повторить промашку?

— Вино не помогает.

Услышав короткий ответ Кальвина, я кивнул. Он был прав. Вино подействовало на меня сильнее, чем я ожидал. Мне стало трудно понимать, о чем он говорил.

— Оно не помогает… но беда не только в этом, — сказал я. — Спиртное всего лишь усиливает положительные и отрицательные качества. Оно может сделать мои неприятные привычки более неприятными, но не само вино им причина.

— Верно, — неохотно признал он.

— Поэтому выкладывай напрямик, — призвал его я. — Что во мне такое неприятное, раздражающее? Я стараюсь быть милым парнем, но в последнее время это получается с трудом. Сперва с Аазом, а теперь и с тобой.

Джин поколебался прежде, чем ответить.

— Я знаю тебя не так давно, Скив. И могу высказать первое впечатление.

— Так давай мне первое впечатление. Я действительно хочу…

— Ваш обед, сэр!

Проводивший меня к столику изверг снова парил надо мной, на этот раз с официантом на буксире. Этот молодец шатался под тяжестью огромного накрытого блюда, от которого подымался соблазнительный пар.

Мне отчаянно хотелось услышать, что хотел сказать Кальвин, но вид блюда напомнил мне, что я отчаянно проголодался. Очевидно джин почувствовал мое затруднительное положение.

— Давай, Скив, ешь, — поощрил он. — Я могу подождать, пока ты закончишь.

Благодарно кивнув, я переключил внимание на изверга.

— Запах вкусный, — сумел произнести я с искренним удивлением. — Что это?

— Одно из фирменных блюд! — просиял он, протягивая руку к крышке. — С Пента!

Крышка театрально исчезла, и я оказался лицом к лицу с кем-то другим из моего родного измерения. К несчастью, не он подавал фирменное блюдо… он был фирменным блюдом! Поджаренный, с мертвой крысой в зубах для украшения.

Я совершил единственный нормальный поступок, какой пришел мне на ум — бухнулся в обморок.


ГЛАВА 6 | Мифо-наименования и из-вергения | ГЛАВА 8