home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава пятая

Стас, следом за Гуровым войдя в приемную генерала Орлова, послал воздушный поцелуй Верочке.

– А вот и я! Расскажите мне, Верочка, как вы ждали меня все эти бесконечные часы и минуты, пролетевшие со вчерашней нашей встречи!

– Ой, Стас! А я слышала, что с тобой вчера что-то случилось! – воскликнула Верочка, и Стас, нахмурившись, кашлянул:

– Не верь! Все ложь! И все было не так!

– А никто и не говорит, как именно и что было! Расскажи, расскажи, расскажи!

Гуров, открывший обитую коричневой кожей дверь кабинета генерала, задержался и позвал Стаса:

– Ну ты, казанова! Опять завис? А руководство будет ждать? Пошли, сперва доложишь о своих подвигах!

– Ну, вот так всегда, – развздыхался Стас перед Верочкой. – Печаль гложет мое исстрадавшееся по любви сердце, потому что романтики в этих стенах не вижу никакой. То есть абсолютно!

Стас подошел к двери. Гуров уже вошел, а Крячко, обернувшись, негромко сказал Верочке:

– Я и вчера себя вел, как герой, это просто в моих привычках! Я стараюсь каждый день совершать по одному геройскому поступку.

Подмигнув Верочке, Стас зашел в кабинет и закрыл за собой дверь.

Генерал Орлов сидел, нахохлившись, в своем кресле и вертел в руках авторучку.

– Привет, Петр Николаевич, – бросил Гуров, пожал генералу руку и сел на кресло слева.

– Петру Николаевичу наше почтение! – Стас, улыбаясь и кланяясь, подошел, тоже пожал протянутую руку и сел напротив Гурова.

– Как твое здоровье, Станислав? – спросил Орлов, с тревогой поглядывая на Стаса. – Я слышал, ты перенес… – Орлов замялся, – черепно-мозговую травму?

– Перенес, – согласился Стас. – Чувствую изменения в психике. Кошмар полный! Начинаю сам себя бояться.

– Какие еще изменения? – Орлов тревожно взглянул на Гурова, кашлянул, завертел авторучку еще быстрее. – Что-то серьезное?

– Придуряется наш клоун, как всегда, – буркнул Гуров, – не видишь, что ли? Я так думаю, что маловато его били. И не теми предметами.

– Помолчи, Лев, – оборвал Орлов Гурова, – пусть Станислав сам ответит. Ему же виднее, как он себя чувствует. Что с тобой, Стас? Голова болит?

– Болит душа, – ответил Стас, – а в башке так много новых незнакомых мыслей, что просто страшно. В отпуск хочу, в теплые края. И сделать с собой ничего не могу. Желание сильнее меня. Наверняка это следствие травмы, перенесенной, кстати, на ногах!

– Ну, ты слышишь? – спросил Гуров у Орлова. – Все у него нормально! Такой же клоун, как и всегда! Даже злость берет!

Орлов внимательно посмотрел на Стаса и покачал головой в такт своим мыслям.

– Ну, может быть, Лев, ты и прав. Мне тоже кажется, что волноваться за здоровье Станислава не приходится.

– Креститься надо, когда кажется, – буркнул Гуров. – Чего вызвал? У нас дел невпроворот и времени, как всегда, ни хрена нет. А ты отвлекаешь! Стас мог бы тебе объяснительную написать у себя в кабинете и через Верочку передать.

– Да хватит тебе ворчать, Лев Иванович, – Орлов отложил авторучку и потянул ближе к себе папку, до этого лежащую слева от него. – Появилась дополнительная информация, хочу вам ее предоставить. Сами посмотрите. В общих чертах следующее. Сперва относительно вина. Бутылка настоящая, содержимое – тоже. Однако бутылка была вскрыта и в нее добавлен яд. Как вы уже, наверное, знаете, цианистый калий.

– Эта новость состарилась еще вчера, – буркнул Гуров. – Что еще?

– Вчера вы не могли знать, что вино изначально было фирменным.

– А нам-то что?

– А то, что это вино дорогое и экспортируется в Россию только одной организацией – концерном «Элитные вина». Производится во Франции, в провинции…

– Что еще? – перебил его Гуров.

Орлов замолчал и укоризненно взглянул на сыщика.

– А вы не обращайте на него внимания, – посоветовал Стас. – Вредный и склочный характер полковника Гурова известен давно и далеко за пределами этого кабинета. Скандалист он редчайший и неуживчивый притом!

– Цирк уехал, а клоун остался! – проворчал Гуров и повернулся к Орлову: – Все у тебя, что ли? Давай бумажки, сами разберемся, читать умеем!

– И даже мелкими буквами! – поддакнул Стас. – Хоть как напиши, хоть мелко, хоть крупно, все сумеем прочитать, если, конечно, по-русски написано.

– Этот тип точно по голове ушибленный! – проворчал Гуров.

– Один раз точно, я это помню! – кивнул Стас. – Но, возможно, что били еще, пока был в отрубе-с. Легкость в мыслях у меня необыкновенная-с. Это все – последствия шока.

– А по поводу происхождения бутылки, это, конечно, полезно, – сказал Гуров, обращаясь к Орлову и напрочь игнорируя Стаса, – но я не думаю, что это такая уж редкость. Если у нас продается только одним концерном, то в той же Франции наверняка это вино можно запросто купить в каждом городе. И что теперь? Будем вычислять, кто прилетал из Франции в последнее время? А за какой срок?

– Вино шестьдесят восьмого года, – тихо произнес Орлов.

– Ну вот и попали, на ровном месте и мордой об асфальт! – воскликнул Гуров. – Какая классная задачка! Ты, надеюсь, без ведома руководства, рискуя лампасами, не дашь нам указивку проверять всех наших граждан с этого срока?

– А в продажу оно поступило только в прошлом году, не считая одной маленькой партии, проданной в том же шестьдесят восьмом, – закончил Орлов.

– Вот как? – Гуров уже заинтересовался и даже наклонился над столом. – И большая была партейка? Ну, та, которую продали, начиная с прошлого года?

– Четыреста бутылок, – ответил Орлов.

– Это много или мало? – снова подал голос Стас. – Как я понимаю, такие напиточки ящиками не покупают и из горла не пьют. Получается, что четыреста бутылок – это до хренища!

– Из них двести тридцать одна была продана концерну «Элитные вина». Его головной офис в Петербурге… Далее. Ресторан «Харбин»…

– Эх и злачное же местечко, доложу вам, господа! – сказал Стас. – Нужно будет вас туда как-нибудь пригласить. Угощают так, что потом руководство здоровьем интересуется! Представляешь, Петр, после посещения этого гребаного «Харбина» вызывает тебя министр и спрашивает: «Как ваше здоровье, Петр Николаевич?» Впечатляет?

– Не очень, – ответил Орлов и осторожно взглянул на Гурова.

А тот уже начал заводиться. Он барабанил пальцами по столешнице, плотно сжимал губы, и по всему было заметно, что вот-вот разразится буря.

– Ну так вот… – продолжал Орлов. – Этот ресторанчик ни разу серьезно не засвечивался. Поразительно чистое место. У «Харбина» были какие-то мелкие проблемы с разными инспекциями, два раза с налоговиками, но у кого их нет…

– У меня ни разу не было, – сказал Гуров. – Все? А, нет, ты еще не сказал, кто там хозяин.

– Формально Ветринов-младший, – сказал Орлов, – но фактически это внушает сомнения. Однако все так здорово запрятано, что определить без признательных показаний, кто там рулит, практически невозможно. Слишком все запутано. Но формально там рулит Ветринов, и именно он решал все вопросы с налоговой инспекцией.

– Как это нельзя определить, кто там хозяин? – не понял Гуров. – А как прописано в учредительных документах?

– Когда-то там было одно ООО, потом другое, потом все купил Ветринов, потом он все продал первому 000, и так несколько раз прошло по кругу, и в результате, пока он сам не скажет, никто и не определит принадлежность ресторана. На втором этаже у него студия, подготавливающая… – Орлов замялся и забегал глазами. – Как бы это сказать… – Он снова завертел авторучкой, немного покраснел.

– Может быть, проституток? – подсказал Стас. – Есть такая служба сервиса, называется «проституция»…

– Достаточно, Стас, – вздохнул Орлов. – В общем, там их и готовят.

– А что, теперь начали уже учить на проституток? – раздраженно удивился Гуров. – Может быть, и сертификаты выдают?

– Не знаю, с заданием не посылали! – резво отозвался Стас. – Но готов пойти в это самое заведение и лично проверить.

– Ну, ладно, разрезвились, ребятки, – Орлов отложил авторучку. – Дело тут еще вот в чем, Лев. Анатолий Ветринов был, как бы это сказать, одним из тех банкиров, у которого никогда не прослеживались связи с организованной преступностью. Даже в самые беспредельные годы он умудрялся ускользать от «крыш», от влияния – и все такое прочее…

– Дивлюсь я этим двум братцам, – усмехнулся Гуров. – У одного банк, к которому нет никаких претензий, у другого ресторан какой-то, с которым тоже проблем нет. Да вот только банкира отравили, а в ресторане напали на Стаса по неизвестной причине, а потом дали ему за это деньги.

– Взятку, – поправил Стас Гурова, – взятку дали, а не деньги. Если говорить, что побили и дали за это деньги, то получается, что я этим методом начал зарабатывать себе на жизнь, а меня это не устраивает!

– Теперь мы подошли ко вчерашней истории. – Орлов старался не обращать внимания на болтовню Крячко. – Она малопонятна. Будем надеяться, что пока. Давайте попробуем разобраться вместе. Итак, ваши мнения, господа.

– Да, поскольку карты перемешали, следует подумать, во что мы играем и какие козыри. В этом кабаке происходит что-то однозначно криминальное, – заявил Гуров. – Надо быть специфическим кадром, чтобы устроить нападение на полковника милиции, особенно когда он тебя ни на что не провоцирует. Подробности, описанные Стасом, говорят об устойчивой преступной группировке.

– Не знаю, не знаю, – Орлов покачал головой. – Ты не забывай, Лев, что ты полностью в курсе событий, а я-то все знаю только в твоем скомканном изложении по телефону, да еще из рапортов. Пятьдесят тысяч рублей – это не те деньги, чтобы ими затыкать рот нашему Стасу. – Почему ты стал следить за этой Ольгой? Чем она тебя насторожила или заинтересовала?

– Она мне показалась девушкой злобной и завистливой, – признался Стас. – Увы, совсем не понравилась. Ну, в общем, эта сестренка мне назначила свидание, намекая, что ей есть что мне сообщить. И я решил пробить ее связи. Проводил ее до «Харбина», а дальше вы знаете.

– А в этом «Харбине» оказался главным или одним из самых главных брат покойного Ветринова, – констатировал Орлов.

– А любовница банкира сама работала в этом ресторане или в агентстве на втором этаже, – добавил Гуров. – Можно предположить, что меньшой братик сыграл определяющую роль в подсовывании ее под своего старшего братца.

– Кто-нибудь из вас уже встречался с младшим Ветриновым? – спросил Орлов.

Стас и Гуров молча покачали головами.

– А почему, позвольте вас спросить? – Орлов чуть-чуть повысил голос, не намного, а так, в самую меру, чтобы никто не обиделся.

В первую очередь он, разумеется, думал о реакции Гурова. Но Гурову и этой малости хватило.

– А мы чем занимаемся? Мы опрашиваем свидетелей, восстанавливаем картину происшествия, до вдовы даже ветриновской руки еще не дошли! А насчет братца, кстати…

– Ну, тихо, тихо, Лева. – Орлов двумя руками плавно и ненастойчиво помахал в сторону обидчивого сыщика. – Никто же не говорит, что вы ничего не делаете! Как раз все наоборот!

– Ты говоришь, что мы делаем слишком много? – вставил Стас. – Мне и самому так же кажется. И давно уже! Перерабатываем, блин! Стахановцы!

– Заткнись! – заорал на него Гуров и повернулся к Орлову. – Петр! Когда ты, наконец, отстанешь от меня?! Ты всучил мне это дохлое дело, теперь начинаешь еще упрекать! Да зачем мне все это надо! Или я делаю все, как считаю нужным, или ни хрена больше не делаю! Я ведь не просил у тебя этого задания!

– Успокойся, Лев, успокойся, пожалуйста, – Орлов улыбнулся, – никто не сомневается в твоей компетенции, никто не сомневается в твоей правоте…

– Да как можно, – вставил Стас, – или мы богом обиженные, или по башке трахнутые? Пардон, я хотел сказать, грохнутые!

– Все дело в наезде на Стаса! – рявкнул Гуров. – Почему его оставили в живых?

– Ну вот, он уже огорчается от того, что видит меня живым, жестокий человек, – развздыхался Стас. – Кровожадный людоед.

– Короче, Петр, – Гуров снова повернулся к Орлову. – Если Стаса не убили, значит, они предполагают, что на «Харбин» будет совершен наезд всей нашей мощью, потому такие вещи мы не прощаем. Верно?

Орлов кивнул.

– Это – раз! – сказал Гуров. – Второе. За каким, спрашивается, хреном, они подкинули эти деньги в машину Стаса? Зачем?

– Ну и как ты думаешь? – спросил Орлов.

– Сумма оскорбительна! – заявил Гуров.

– Действительно, – поддакнул Стас, – надо выпустить, что ли, таблицу расценок на основе тарифной сетки и реальной должности. Может, для какого задрипанного участкового в Саратове эти пятьдесят тысяч и нормальная сумма, а мне лично мало. А за моральный ущерб?

Гуров кашлянул и присел на краешек кресла.

– А ты молчи! – бросил он Стасу.

Стас кивнул и отвернулся.

– Одним словом, – недовольным голосом пробурчал Гуров, – нападение, оставление в живых и деньги. Эти три фактора говорят о том, что, во-первых, что-то происходит внутри криминальной группировки, контролирующей «Харбин». То, что там криминал, сомнений уже не вызывает. Но какие-то силы внутри группировки буквально вызывают удар на «Харбин», наверное, имея стратегической целью какие-то изменения в руководстве. Ты, Петр, не узнал ничего, как я понял, о том, кто стоит за «Харбином»?

Орлов отрицательно покачал головой.

– Ну вот, – продолжил Гуров, – все эти дела меня и заставляют тянуть с визитом в «Харбин» и к Ветринову. Не собираюсь идти в ту дверь, которую для меня держат открытой разные подонки.

– И какие тогда у вас планы? На сегодня, я имею в виду? – спросил Орлов.

– Вдова, – ответил Гуров, – потом снова банк. Гранин, заместитель Ветринова-старшего, сказал мне, что дела в банке обстоят плохо и улучшению их мешал именно их покойный президент.

– Это версия? – быстро спросил Орлов.

– Безусловно, – кивнул Гуров. – Прав ли Гранин или нет, это не важно, а важно то, что он так считал и так мне сказал. Мужичок Гранин робкий, на лидера никак не тянет, но, если говорит такие вещи, следовательно, в банке сформировалась оппозиция курсу президента, и это нельзя не учитывать. Он же все-таки умер.

– Попил винца и отравился. Самая лучшая антиалкогольная пропаганда, – заметил Стас.

– А вот нашего битого казанову я думаю послать…

– Только не туда, – быстро проговорил Стас. – Не надо, патрон, я больше не буду!

– К любовнице президента! – закончил Гуров. – Если уж он пошел по этим бабам, то пусть со второй сестренкой поработает. Может быть, что-то и нароет.


* * * | Эхо дефолта | * * *