home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 35


Джим Маклолин прокашлялся и обвел взглядом собравшихся, дабы убедиться, что присутствуют все приглашенные. Лучше бы Джекоб Мейтленд не назначал его своим душеприказчиком.

Брэдфорда, например, вряд ли приведут в восторг некоторые пункты завещания. Джекоб демонстрировал свою власть даже после смерти.

Сегодня отсутствовали двое из тех лиц, которых касалось завещание Джекоба. Его любовница отказалась появиться среди убитых горем членов семьи. В неизвестном направлении отбыла Анджела Шеррингтон.

Джим вздохнул. Ему следовало бы найти мисс Шеррингтон. Он надеялся, что Брэдфорду удастся отыскать ее на Западе. Надо будет поговорить с ним об этом попозже.

— Если нет возражений, я начну, — заявил Джим. — Прежде всего должен заметить, что это последняя воля покойного, и она выражена в полном соответствии с законом.

И Джим Маклолин начал читать:

— «Я, Джекоб Мейтленд, находясь в твердой памяти и здравом уме, не испытывая давления или принуждения со стороны какого-либо лица, выражаю свою последнюю волю и тем самым отменяю распоряжения, сделанные мною ранее.

Первое: я объявляю, что все мои долговые обязательства после моей смерти не аннулируются, а переходят к моему сыну, Брэдфорду Мейтленду.

Второе: предприятиям, которые…"

Брэдфорд не слишком вникал в смысл, когда Джим Маклолин читал распоряжения, касающиеся колледжей, благотворительных заведений, служащих, друзей и прочего. Брэдфорд думал о кратком свидании с Кендиз и Робертом, об их рассказе о смерти Джекоба и его похоронах. Совершенно очевидно, что Закари не сказал ему всей правды о подлинной причине смерти отца.

Брэдфорд уже принял решение отдать «Золотые дубы» и плантацию Закари, коль скоро отец, оставляет право решения за ним. Он в упор не желает видеть «Золотые дубы». С этим местом связано слишком много воспоминаний, которые будут постоянно питать его гнев и раздражение. Он еще не решил, что ему теперь делать. Он собирался ехать в Техас, на ранчо, которое любил, но сейчас это было невозможно.

Десятое: моей экономке, Ханне, которая верно и преданно служила мне долгие годы, я завещаю пять тысяч долларов и два акра земли, известной под названием «Виллоу фарм», куда она может переехать в любое время, которое сочтет удобным, или же она вольна оставаться в «Золотых дубах столько, сколько пожелает».

Брэдфорд улыбнулся, увидев стоящую — иначе не скажешь — с обалделым видом Ханну. Отец всегда щедро платил тем, кто верно служил ему.

"Одиннадцатое: Закари Мейтленду я завещаю единовременно пятьсот тысяч долларов, дополнительно выплату двадцати тысяч долларов ежегодно до конца его жизни и отель «Раш» в Лондоне (Англия); законным наследникам, которые у него могут появиться, завещаю: по пять тысяч долларов ежегодно наследникам женского пола и по десять тысяч наследникам мужского пола.

Двенадцатое: Кристал Мейтленд я завещаю пять тысяч долларов ежегодного содержания с условием, что она родит законного наследника не позже чем в течение двух лет после моей смерти».

Брэдфорд улыбнулся, увидев, как ахнула Кристал. Он заметил также улыбку на лице Закари. Кристал отныне придется подчиняться мужу в постели, подобно оплаченной шлюхе, с мрачным юмором подумал Брэдфорд.

Внезапно он осознал, что вовсе не ненавидит, а скорее, жалеет Закари. Брэдфорд был даже благодарен брату за то, что тот развязал ему руки и избавил от этой стервозной бабы. Подумать только — ведь он когда-то любил ее!

Он снова улыбнулся, когда Джим зачитал о завещании десяти тысяч долларов в год вдове Каден — его содержанке и любовнице — и определенной суммы Роберту Лонсдейлу, которого считал своим третьим сыном. Брэдфорд напрягся, когда прозвучало имя Анджелы Шеррингтон. Он не слышал слов Джима, радостного вздоха Ханны в глубине комнаты и еще одного громкого всхлипа Кристал. Перед ним возник образ Анджелы, обнаженное тело которой было обмотано простыней; руки Гранта обнимают ее, а она его целует… Сука! Проститутка! Интересно, к тому моменту они уже кончили заниматься любовью или только разогревались? Впрочем, это не играло роли. Надо было убить их на месте, что он и собирался сделать, когда увидел их в обнимку на кровати.

Как она когда-то говорила? «Ты должен больше доверять мне, Брэдфорд». И еще: «Я никогда больше не покину тебя. Я люблю только тебя и никого другого». Лживая стерва! Брэдфорд Мейтленд до конца дней своих не будет доверять ни одной женщине!

— Итак, Брэдфорд, теперь это все твое. Как ты чувствуешь себя в роли миллионера?

Брэдфорд поднял глаза. Вопрос Джима Маклолина нарушил его мысли. Он увидел, что в кабинете никого, кроме них, не осталось. Оглашение завещания было закончено.

— Чувствую так же, как всегда, — устало ответил Брэдфорд. — Зачем так много денег?

Джим Маклолин не мог пожаловаться на то, что его собственные дела идут плохо. Он был одним из ведущих адвокатов Мейтлендов и; имел весьма существенный годовой доход. Он сам был близок к тому, чтобы стать миллионером.

— Так или иначе, — деловым тоном произнес Джим Маклолин, — у меня имеется копия завещаниям полный список собственности и авуаров. Не сомневаюсь, что ты в курсе всех дел, потому что многие годы представлял интересы отца. Но Джекоб верил также, что земля — сама по себе богатство, и приобрел немало. Между прочим, твои владения разбросаны по всему свету.

— Владения, которые я по всей вероятности, никогда не увижу, — сказал Брэдфорд.

— Какое это имеет значение? Большая часть земель приносит весьма осязаемый доход, на них кормится множество людей. Такое скептическое отношение твой отец вряд ли бы одобрил.

— Возможно, — ответил Брэдфорд. — Но я не испытываю потребности делать деньги, поскольку их у меня более чем достаточно… Что если я все раздам, а затем сам наживу состояние?

— Боюсь, что это невозможно, — твердо сказал Джим. — Как сказано в завещании твоего отца, все владения должны остаться в семье. Они, естественно, могут быть проданы, но никак не розданы. И если ты захочешь отказаться от наследства, оно целиком перейдет к Закари. — Брэдфорд скрипнул зубами. Нет, оно не перейдет к Закари, по крайней мере до тех пор, пока Кристал остается его женой. Ему придется самому распоряжаться миллионами Мейтлендов, как того и хотел отец.

— Какие у тебя сейчас планы, Брэдфорд?

— Я знаю только то, что завтра утром уезжаю в Нью-Йорк… Надо побыстрее опять заняться делом, — неохотно добавил Брэдфорд.

— Стало быть, ты не собираешься навестить Техас? — решился уточнить Джим.

— Нет! — поспешно и с некоторой горячностью ответил Брэдфорд, при этом его глаза сердито сверкнули.

Джим изучающе посмотрел на Брэдфорда. Определенно, что-то терзает душу наследника, он явно не был расположен отвечать на вопросы. Джим опасался, что Брэдфорд придет в ярость от условий завещания, но тот, похоже, слушал вполуха.

— Что ж, я тоже вернусь в Нью-Йорк, как только разыщу мисс Шеррингтон, — сказал Джим, поднимаясь из-за письменного стола Джекоба. — Тебе не удалось что-нибудь выяснить о ее местонахождении?

Брэдфорд ответил не сразу. Он выдержал паузу, чтобы совладать с подступающим гневом. Когда он наконец заговорил, в голосе его явно ощущалась горечь.

— Последний раз я видел мисс Шеррингтон в Накогдочесе, но у меня есть основания предполагать, что вы найдете ее на ранчо в Техасе. Она наверняка будет там со своим очередным любовником — моим управляющим Грантом Марлоу.

Джим лишился дара речи. Мисс Шеррингтон и Брэдфорд еще совсем недавно были так дружны. Что, кстати, в глазах Джима выглядело весьма скандально, потому что он знал о помолвке Брэдорда с Кендиз Тейлор.

— Вот бумаги, о которых я говорил раньше, — прервал наконец паузу Джим, обходя стол и передавая их Брэдфорду. — Есть также письмо твоего отца, которое он просил передать тебе лично после оглашения завещания. Оставляю тебя наедине с письмом. Мы еще увидимся до твоего отъезда, я уверен.

Брэдфорд дождался, пока Джим вышел из комнаты, и лишь тогда вскрыл конверт с отцовским письмом. Он читал его медленно, слова, на каждой странице подпрыгивали, словно маленькие демоны. "Невероятно, но отец просил его сделать одну вещь, которую он никогда не сможет сделать. Это было так несвойственно отцу. Он всегда говорил, что никогда не будет заставлять детей поступать сообразно его личным желаниям.

А сейчас Брэдфорд испытывал глубокое сожаление, ибо не был намерен и не мог выполнить последнюю отцовскую волю. Джекоб хотел слишком многого.

Комната, в которой отец проводил большую часть времени за последние двадцать два года, казалось, еще помнила хозяина. Брэдфорд бросил пристальный взгляд на письменный стол, на пустое кресло позади стола. Пустое… Он не заметил, как крупная слеза скатилась по его щеке, как ее догнала другая…

Кабинет отца Брэдфорд покинул нескоро.


Глава 34 | Ангел во плоти | Глава 36