home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 17

Тане едва удавалось сохранять невозмутимость в течение того времени, пока Штефан одевался с помощью слуги. Она то отводила взгляд в сторону, то с неожиданным интересом наблюдала за этим ритуалом. Больше всего ее поразило, как маленький слуга ловко управлялся со своим рослым господином.

Штефан приказал ему говорить только по-английски, что тому, кстати, удавалось неплохо. Таня услышала, как Иошка ворчит на хозяина по всяким мелочам: то он слишком долго выбирает рубашку, то он поворачивается не вовремя, то мешает ему застегивать пуговицы… Такое может себе позволить только старый слуга. Штефан терпеливо сносил все попреки и лишь изредка подшучивал над Иошкой, нарочно поддразнивая его. Для Тани это было открытием — такой своенравный и неприступный Штефан вдруг способен на безобидное подшучивание! Над ней-то он подтрунивал тоже, но это граничило с издевкой. А сейчас его трудно было узнать.

На Таню такой Штефан произвел странное впечатление. Его дружелюбные отношения со слугой вызвали в ней противоречивые чувства. Когда он улыбался, ей почему-то становилось не по себе… А все из-за того, что Штефан в таком расположении духа был так хорош и приятен, а она вовсе не хотела видеть в нем привлекательного молодого человека. Конечно, он не так красив, как Василий, но она все равно не может от него глаз отвести и от этого начинает злиться. Лучше, чтобы отношения строились так: он — враг, она — пленница. И никакой золотой середины. Но Таня не могла забыть его поцелуи и объятия, вспоминая которые она каждый раз как бы заново испытывала те пьянящие ощущения, еще не так давно охватывавшие ее…

А тут еще вид обнаженного сильного тела Штефана… От этого человека нужно бежать как можно скорее и как можно дальше.

Таня облегченно вздохнула, увидев, что казавшаяся бесконечной процедура одевания завершена. Штефан был одет в темно-коричневые панталоны, приталенный, облегающий статную фигуру сюртук песочного цвета и желтую шелковую рубашку. На манжетах, видневшихся из-под рукавов, были золотые изящные запонки с монограммой.

Определенно Штефан собирался куда-то идти, и Тане ужасно хотелось, чтобы он сделал это как можно быстрее. Но он явно медлил, поглядывая то и дело на нее. Потом подошел с зеркалом в руке. Таня почти догадалась, о чем сейчас пойдет речь.

— Или смой краску с лица или подправь свой грим, — сказал он и положил зеркало ей на колени, — и поспеши, потому что мы идем обедать.

Опять он ей приказывает? Хотя и старается это смягчить, но все равно по одному взгляду понятно — надо покориться. Как ей надоели все эти требования!

Таня уже была готова отдать зеркало и заявить, что обойдется и без него, как вдруг увидела свое отражение. Ее охватил ужас. Штефан уже как-то заметил, что она похожа то ли на оборванку, то ли на нищенку, да это еще мягко сказано. Похоже, она сунула голову в печку и раздувала там пепел, а потом просто размазала по лицу грязь! Темно-серая кожа с пятнами — следы от пальцев Штефана, когда он прикасался к ней. Стыд, да и только! Как же теперь все исправить, когда у нее нет ни пудры, ни краски, ни крема?

О том, чтобы просто взять и умыться, и речи быть не может! Девушка не хотела сдаваться без боя. Штефан даже в таком виде пристает к ней, а что будет, когда он увидит ее настоящее лицо? Внутренний голос искушал ее показать ему себя в истинном свете, но Таня быстро подавила в себе эти слабые ростки тщеславия.

— Так сойдет? — спросила она после того, как за несколько минут распределила все одним ровным, но уже более тонким слоем по лицу: где-то пришлось убавить, где-то прибавить.

— О, у тебя вид усталой старой карги! Мне больше нравилась замарашка!

Таня стиснула зубы, стараясь терпеливо снести очередную обиду и удержаться от того, чтобы тут же не броситься к умывальнику. Все равно он догадывается обо всем. Но одно дело — пытаться угадать, а другое — удостовериться воочию. Она попыталась обойти этот острый угол.

— Ты, кажется, сказал что-то о еде? Мы куда-то идем обедать? — спросила Таня.

— Если хочешь, можно сюда принести поднос с едой.

— Не хочу, — поспешила она заверить его, удивленная, что ей разрешают выйти, — а разве ты не боишься, что я позову кого-нибудь на помощь? Например, капитана?

— Этим ты поставишь и его, и себя в неловкое положение. Не советую.

Таня широко раскрыла глаза:

— Что ты наврал ему про меня?

— Ничего особенного, тут и фантазии не требуется. Сказал, что ты моя сбежавшая жена. Ты бросила меня и двух крошечных детей в придачу. Боюсь, тебе не удастся вызвать сочувствие ни у кого, к кому бы ты ни обратилась.

При этом Штефан расплылся в милой улыбке. Таня пришла в бешенство.

— Тебе что, обязательно надо было выставить меня такой бессердечной гадиной? — возмущенно воскликнула она. — Понятно, никто бы не удивился, брось я только тебя. Но детей?

Штефан на это усмехнулся и взял Таню под руку. Они вышли из каюты и направились по коридору. По пути в ресторан он решил кое-что узнать у Тани подробнее.

— Ты любишь детей, Таня? Королю необходим хотя бы один наследник.

— Вашему королю он не нужен. Он даже не собирается спать со мной и вообще прикасаться ко мне, насколько я знаю. И за это большое ему спасибо.

— Большинство женщин обожают Василия. Я считал, что ты обрадуешься возможности выйти за него замуж.

— Значит, ты ошибся.

— А если бы у тебя был выбор?

— Сколько можно говорить о выборе? У меня его и не было, и нет, не так ли?

Штефан не ответил. Они подошли к ресторану, который оказался маленьким, уютным и со вкусом обставленным, насколько Таня могла видеть через открытую дверь. Андор и Василий уже сидели за столиком. Лазаря не было видно, похоже, он приводил себя в порядок после купания в реке. Других девушек, то есть пленниц, как подозревала Таня, за столом не было. Да разве эти иностранцы допустили бы, чтобы девушки собрались вместе и обсудили красивую сказочку?

Штефан вдруг задержал Таню в дверях.

— Мы недоговорили, — сказал он.

— О чем это?

— О детях.

— Говорил ты, а не я.

— А ты мне не сказала, что ты лично думаешь об этом.

— Боюсь, мне нечего, сказать по той простой причине, что я не собиралась выходить замуж.

— Это было раньше, теперь все по-другому. Что ты думаешь сейчас?

— Но ведь Василий не собирается делить со мной ложе, поэтому я не понимаю, каким образом… Погоди, ты на что намекаешь? Что сойдет и внебрачный ребенок?

— Нет, я не то.., то есть… Впрочем, не важно. Он как-то странно быстро замял вопрос и повел Таню в ресторан. Она искоса поглядела на него, не понимая, почему он выглядит таким смущенным. К чему эти разговоры? Но девушка решила не думать об этом, лучше прикинуть, какие у нее возможности для побега. Сейчас вряд ли что-нибудь получится, необходимо сначала присмотреться. А вот если ей вечером тоже разрешат поужинать вместе со всеми! Тогда надо скорее обдумать план побега.

Она держалась очень хорошо, не спорила, не отвечала на колкие замечания. Даже по отношению к Василию, который не мог удержаться от издевок, Таня вела себя крайне осторожно. Она не обращала внимания на косые взгляды пассажиров, которые наверняка уже были посвящены в душераздирающую историю, выдуманную Штефаном. Очевидно, заметив ее, все стали живо обсуждать пикантную историю и осуждали девушку. Ее нисколько не трогало все это, в голове было только одно — бежать.

Чтобы отвлечься, она разглядывала женщин, которые изо всех сил старались привлечь внимание Василия. Тот тоже оценивающе провожал взглядом каждую проходившую мимо молодую особу. Штефан, конечно, проигрывал рядом с этим напыщенным индюком. А дамы его вообще не интересовали. Таня искренне забавлялась, наблюдая все это.

Вечером, за ужином, молчаливое заигрывание продолжалось. И более того, несколько дам передали мужчинам, Штефану и Василию, приглашение через капитана. Все напряглись, поглядывая на Таню, но она выглядела по-прежнему невозмутимой. В общем, вела себя очень кротко. Поэтому, когда она попросила разрешения выйти на минутку, Штефан спокойно поручил Андору сопровождать ее. Правда, едва заметным жестом дал понять, чтобы тот держался к ней поближе. Если бы Штефан знал, что Таня умеет плавать, он ни за что не отпустил бы ее от себя на палубу.

Присутствие Андора нисколько не изменило ее решимости. Он шел за ней, но не настолько близко, чтобы задержать в случае побега. Таня даже остановилась ненадолго, чтобы осмотреться и прикинуть, где и когда лучше прыгнуть в воду. Пароход готовился сделать поворот: если она нырнет позже, то будет не в силах обогнуть этот мыс, надо успеть до него. А затем корабль скроется за поворотом, и ее уже никто не увидит. Правда, все равно в такой темноте ее не разглядеть на воде.

Как здорово она придумала — прикинуться не умеющей плавать! Теперь можно спокойно приготовиться и…


Глава 16 | Принцесса | Глава 18