home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 19

Это же надо такое придумать: будто она сама хотела, чтобы ее нашли! Таня даже не знала, как ответить на подобную чепуху. Да и стоит ли? Ей, конечно, есть что сказать Штефану, но она не в состоянии рта раскрыть, потому что он пронизывает ее взглядом и его глаза сверкают в темноте. Вот нашел-таки беглянку, дьявол! Немудрено, что, как он сам заметил, ее белая сорочка — его сорочка была видна издалека. Разве она нарочно? Таня просто не подумала об этом, а вовсе не пыталась привлечь к себе внимание. Знал бы, как она пряталась, как кралась в зарослях…

И все это напрасно! Все зря! Какая-то насмешка судьбы. И он считает, что поймал ее? Пусть сначала попробует схватить!

Таня осторожно подняла с земли свою мокрую юбку. Штефан, стоявший очень близко, следил за каждым ее движением. Она искоса поглядела по сторонам — нет ли кого-нибудь еще поблизости? Никого. Тогда Таня, резко размахнувшись, швырнула юбку прямо Штефану в лицо, темная мокрая материя повисла на его голове, и он теперь ничего не мог увидеть. А Тане только это и надо — пробежать мимо и давай Бог ноги.

Штефан в ярости зарычал как зверь, Таня еще больше испугалась и припустила быстрее. Если до этого он просто злился, то теперь явно рассвирепел. От такого добра не жди, это она знала. Таня бежала, продираясь сквозь кустарник. Надо бежать как можно дальше и спрятаться где-нибудь от своего страшного преследователя.

Не сразу она сообразила, что на ней, кроме ботинок, ничего нет! Ветки больно стегали тело, а она от страха даже не чувствовала боли. Так как же быть? Куда она денется голая? Нельзя думать сейчас об этом. Надо сначала удрать от этого дьявола, а потом решать, как и во что одеться. Таня не слыхала сзади никаких шагов, вообще никаких звуков. Это напугало ее еще больше: не знать, где кроется опасность, гораздо хуже. Что же делать?

Девушка уже задыхалась, и ноги ее просто не слушались. Она свернула немного в сторону, там за деревьями виднелась маленькая полянка. Споткнувшись о кочку, она почти упала на мягкий ковер мха. Стоя на коленях и зажав рот рукой, чтобы не слышно было ее прерывистого дыхания, Таня попыталась прислушаться. Тяжелые шаги Штефана прозвучали очень близко, слишком близко, чтобы успеть предпринять хоть что-нибудь. В тот же миг он опустился на колени рядом с ней. Она так и оцепенела от ужаса.

Потом очнулась и стала кричать во весь голос. Тут Штефан повалил ее навзничь на землю, но при этом предусмотрительно придержал за голову. Таня и охнуть не успела, как он впился яростным поцелуем в ее губы. Волнение и страх охватили ее — опять? Этот человек знает только один способ справиться со своим гневом! Она пыталась высвободиться, извивалась как змея, но это привело только к тому, что Штефан прижался к ней всем телом. А на ней даже юбки нет! Одним резким движением бедер он раздвигает ее слабеющие ноги… Она уже чувствует, насколько сильно его плотское вожделение. Хорошо, что он одет…

Поцелуи Штефана становились все жарче и требовательнее. Таня уже не старалась так отчаянно бороться, в ней вдруг проснулись неведомые ранее чувства. Все ее тело трепетало, где-то глубоко внутри зарождалась волна ответного желания, что было для нее необычным, новым и неожиданно сладостно-приятным. И в то же время во всем, что происходило с ней, было что-то пугающее. Она явно не хотела терять самообладание и пыталась хотя бы мысленно сопротивляться.

Но поцелуи Тане нравились, очень нравились… Штефан так искусно проделывал это, что у нее дух захватывало. Ей стоило огромных усилий удержать себя от того, чтобы не обвить его шею руками и самой не целовать его в горячие губы… Меньше всего он ждет от нее этого. Он сердится и хочет освободиться от напряжения, проявляя насилие по отношению к ней. Дай Бог, чтобы все ограничилось поцелуями, как в прошлый раз.

Но эта спасительная мысль тут же улетучилась из ее головы: Штефан слегка приподнялся, и его рука прикоснулась к ее груди. Осторожная, почти нежная ласка, прикосновение грубоватых пальцев к нежной коже сосков привели Таню в состояние, близкое к обмороку. Она не ожидала, что это может быть так приятно, так волнующе… Не в силах сдерживаться, она сладострастно застонала. Штефан оторвался от ее губ и поглядел на Таню затуманенным взглядом. При этом его ладонь скользнула по ее телу к животу и ниже.., ниже… Он снова целовал ее, и она не могла разобрать, что ей приятнее: вкус его поцелуя или прикосновение подрагивающих пальцев…

Замирая от удовольствия, Таня вдруг подумала: неужели он еще сердится? Потом ей вообще расхотелось думать о чем бы то ни было. Будь что будет…

— Штефан! — раздался вдалеке громкий крик.

Оба вздрогнули, и Штефан ослабил объятия, поднял голову и прислушался. Таня не узнала голос, но подумала, что это кто-то из его друзей. Она теперь могла легко высвободиться, но ей не очень хотелось. Постепенно возвращаясь с небес на землю, Таня снова насторожилась: чего теперь ей ждать от Штефана? Она не могла хорошо разглядеть выражение его лица, а ей важно знать: прошел ли у этого вспыльчивого человека приступ гнева или нет? Если он еще не выпустил весь пар, то грозит ли ей новое телесное наказание? Судить о Штефане она могла только исходя из недавнего опыта. Правда, на этот раз ей не очень хотелось, чтобы все закончилось заурядным битьем по мягкому месту. Значит, она хочет… Нет, и этого тоже не надо. Боязно.

Штефан взял ее за подбородок, наклонился близко и сказал, глядя ей в глаза:

— Если ты когда-нибудь еще будешь прыгать с борта корабля, рискуя жизнью, я отделаю тебя розгами или палкой, потому что это тебя впечатляет сильнее, чем все остальное.

Говорил он тихо, чеканя каждое слово, чтобы она запомнила все хорошенько.

— Ты хоть представляешь себе, что я пережил, пока нырял и искал тебя в воде? — спросил он вдруг совсем другим тоном. — Минут десять я буквально прочесывал метр за метром, боялся, что тебя ударило колесом, представляя ужасную картину. Было темно, и я чуть с ума не сошел от волнения. Потом, окончательно измотанный, поплыл куда-то, все время озираясь по сторонам, и что я вижу? Белые рукава твоей рубашки, когда ты спокойненько направлялась вплавь к берегу.

Таня слушала, открыв рот от удивления: значит, он переживал из-за нее, волновался? И он так говорит об этом, даже голос дрогнул… Нет сомнений, что Штефан действительно испугался за нее. И вдруг Таня почувствовала себя виноватой. Кто бы мог подумать: ему небезразлична судьба какой-то девчонки, которую он украл для продажи в бордель? Таня готова была подвергнуть сомнению собственные домыслы по поводу своего загадочного похищения, но побоялась думать об этом всерьез. Надо же, минут пять назад для нее вообще существовали только ощущения, те неожиданные чувства, которые он разбудил в ней, а теперь нужно снова трезво рассуждать.

Это тем более странно, что он продолжает обнимать ее и рука его касается ее обнаженного бедра. В подобной позе трудно вступать в беседу, невозможно сосредоточиться на словах, высказать все, что она готовилась ему объяснить.

— Почему ты молчишь? — спросил Штефан. Ей показалось, что он ждет извинений. Этого еще не хватало! Таня сделала над собой усилие, чтобы ответить непринужденно.

— Пойми, мне невыносима мысль о том, что придется плыть по океану Бог знает сколько времени в эту, как ее, вашу Кардинию и все время бояться, что ты рассердишься на что-нибудь или на кого-нибудь и опять начнешь свои выходки. От этого можно просто сойти с ума. Скажи, а что ты делаешь, когда под рукой нет женщины, на которую ты можешь навалиться, чтобы успокоиться?

— Жду, пока какая-нибудь подвернется, — ответил он с легкой усмешкой. — Надеюсь, я не причинил тебе боль, Татьяна?

— Как раз самое время поинтересоваться, — усмехнулась девушка, — ты еще собираешься бранить меня?

— Может быть, и нет.

— А с поцелуями покончено?

— Конечно, нет.

При этом он вдруг погладил ее по бедру. У Тани побежали мурашки по телу.

— Нельзя же заниматься и тем, и другим одновременно, — сказала она.

— Я могу, Он наверняка просто дразнит ее, подумала Таня. Да еще улыбается во весь рот, ведь чувствует, какая ее начинает бить дрожь от его прикосновений! Ей никак не понять, почему он так волнует ее, почему ее то безудержно тянет к нему, то она стремится от него прочь. Надо побороть первое желание во что бы то ни стало. Освободиться. Уйти. Исчезнуть.

— Если ты не сердишься на меня, Штефан, отпусти, — попросила она. Он будто не слышал.

— Я не хочу, чтобы ты не правильно поняла меня, маленькая Таня. Ты ошибаешься, если считаешь, что я хочу заниматься с тобой любовью только в разгневанном состоянии.

Тут он склонился к ней и прикоснулся губами к самому уху, она почувствовала его горячее дыхание на щеке. Он прошептал:

— Я хотел тебя вчера вечером во время танца и после. Сегодня тоже сотни раз, а сейчас умираю от желания. Скажи, что ты хочешь, чтобы я любил тебя, Таня. Попроси…

Такого поворота она не ожидала: просить Штефана любить ее? Взять ее сейчас? Не то чтобы ей совсем этого не хотелось, ей даже понравилось, как он сказал… Но разве она посмеет? Хотя…

Таня уже готова была уступить, настолько сильно было искушение, но в это время совсем близко раздались голоса друзей Штефана. Он вздохнул, поцеловал ее в щеку и быстро встал. Она услышала, как он заговорил с кем-то, при этом голос его стал вдруг глуховатым.

— Я весьма признателен вам за то, что вы последовали за мной, прыгнули в реку и еще рыскали в этой кромешной тьме. Но в данный момент ваше присутствие нежелательно, вы стесняете принцессу. Отвернитесь!

Таня почувствовала, как заливается краской от смущения и неловкости. Она же совершенно голая! А сама забыла об этом. Хорошо, что Штефан сообразил. Что же ей делать? Он опять пришел на помощь — присел, снял свой сюртук и молча отдал ей. Таня мгновенно напялила его на себя и запахнулась, стараясь не обращать внимания, что он абсолютно мокрый. По длине он едва доходил ей до колен, сверху же открывал большую часть тела. Она отвернула довольно узкие лацканы и тем осталась довольна — все же лучше так, чем вообще ничего.

Поодаль, в кустах, девушка разглядела две темные фигуры. Неожиданно раздались торопливые шаги и к ним приблизилась третья. Она услышала взволнованный голос Лазаря:

— Вы нашли Штефана?

— Да. А он поймал нашу рыбку, — ответил, кажется, Андор.

«Рыбка» показала им язык, хорошо, что они не видели, и тут же подумала, а не смыться ли ей потихоньку, пока они там переговариваются? И в тот же момент чья-то рука — Штефана, конечно! — крепко взяла ее за локоток. Все, теперь никуда не деться. По крайней мере до утра.


* * * | Принцесса | Глава 20