home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 13.

КАК ГНОМЫ ОТКАЗАЛИСЬ БЫТЬ ОБМАНУТЫМИ

Тириан подумал – или, вернее, мог бы подумать, будь у него на это время – что они находятся внутри маленького соломенного хлева около двадцати футов длиной и шести шириной. В действительности же они стояли на траве, над ними простиралось глубокое синее небо, а воздух приятно обвевал их лица, как будто было раннее утро. Неподалеку росли купы деревьев с густой листвой, из-под каждого листа выглядывал золотой, бледно-желтый, пурпурный или ярко-красный плод, какого не найдешь в нашем мире. Плоды на­вели Тириана на мысль об осени, но в воздухе было что-то говорившее о том, что вокруг лето и никак не позже июня. Все направились к деревьям.

Каждый сорвал тот плод, который ему понравился, и се­кунду все помедлили. Эти фрукты были так прекрасны, что каждый подумал: «Это не для меня… уверен, что мы не дол­жны срывать их».

– Все в порядке, – сказал Питер, – я знаю, что мы все чувствуем, но я уверен, совершенно уверен – мы зря боим­ся. Мне кажется, мы попали в страну, где все разрешено.

– Так давайте! – сказал Юстэс, и они начали есть.

На что эти плоды были похожи? Они не могли описать их вкуса. Я же скажу только, что, по сравнению с ними самый свежий грейпфрут, который вы когда-либо ели, казался вя­лым, самый сочный апельсин – сухим, груша, тающая во рту – твердой как дерево, а самая сладкая земляника – кислой. В этих плодах не было семян или косточек, а вокруг них не было ос. Если бы вы хоть однажды попробовали эти плоды, то самые прекрасные яства в мире показались бы по­том невкусными, как лекарство. Как мне описать их вкус? Вы не поймете, на что они похожи, пока сами не попадете туда и не попробуете.

Когда они съели уже довольно много, Юстэс сказал коро­лю Питеру:

– Ты не расскажешь нам, как вы сюда попали? Ты соби­рался это сделать, когда появился король Тириан.

– Я не многое могу рассказать, – ответил Питер, – мы с Эдмундом стояли на платформе, и видели, как подходит ваш поезд. Помнится, я подумал, что он слишком быстро едет на повороте, и еще я подумал, как смешно, что наши, возможно, в том же поезде, а Люси об этом не знает…

– Ваши, Верховный Король? – спросил Тириан.

– Я имею в виду наших папу и маму – Эдмунда, Люси и моих.

– Как они оказались там? – спросила Джил. – Не хочешь ли ты сказать, что они знают о Нарнии?

– О, нет, они ничего не знают о Нарнии. Они ехали в Бристоль. Я слышал, что они собираются ехать утром. А Эдмунд сказал, что они обязательно поедут этим поездом. (Эдмунд был из тех людей, которые знают все о железных дорогах).

– И что случилось потом? – спросила Джил.

– Ну, это нелегко описать, – ответил Верховный Король, – да, Эдмунд?

– Не очень легко, – согласился Эдмунд. – Это было не по­хоже на те разы, когда нас вытаскивало из нашего мира с помощью Магии. Раздался ужасный рев, что-то ударило ме­ня, но не ушибло. Я почувствовал, что это не так пугает, как… ну… волнует. И… еще одна странная вещь – у меня болело колено, ссадина, которую я получил, играя в регби, и я заметил, что колено внезапно прошло. Я почувствовал себя очень легко, и затем… мы очутились здесь.

– Нечто похожее произошло и с нами в вагоне, – сказал лорд Дигори, вытирая остатки плодов с золотой бороды. – А главное, что мы с тобой, Полли, перестали чувствовать себя одеревеневшими стариками. Вы, юнцы, этого не понимаете, но мы перестали чувствовать себя старыми.

– Юнцы! В самом деле! – возразила Джил. – Я не верю, что здесь вы оба намного старше нас.

– Мы не возражаем, – заметила леди Полли.

– А что случилось с тех пор, как вы попали сюда? – спро­сил Юстэс.

– Ну, – сказал Питер, – долгое время (я действительно уверен, что это было долгое время) ничего не случалось. За­тем дверь открылась…

– Дверь? – удивился Тириан.

– Да, – сказал Питер, – дверь через которую ты вошел… или вышел. Разве ты забыл?

– Но где она?

– Посмотри, – ответил Питер.

Тириан оглянулся и увидел самую странную вещь, из всех, которые вы можете себе вообразить. В нескольких яр­дах от них, хорошо видная в солнечном свете, стояла грубая деревянная дверь, в деревянной же раме. И ничего больше: ни стен, ни крыши. Тириан подошел к ней, сбитый с толку, остальные последовали за ним – посмотреть, что он будет делать. Он обошел дверь кругом, но с той стороны она вы­глядела точно также. Тут тоже были солнце и трава. Дверь просто стояла, словно она росла здесь, как дерево.

– Благородный сэр, – обратился Тириан к Верховному Ко­ролю, – это величайшее чудо.

– Это та самая дверь, через которую ты появился с тархистанцем минут пять назад, – сказал Питер, смеясь.

– Но разве я не попал в Хлев из леса? Похоже, дверь ве­дет из ниоткуда в никуда.

– Так кажется, если обходишь вокруг, – возразил Питер, – но приложи глаз к щели между двумя планками и посмот­ри сквозь нее.

Тириан приложил глаз к отверстию. Сначала он не видел ничего, кроме темноты, но затем его глаза привыкли, и он разглядел перед собой слабый красноватый отблеск костра и звезды на черном небе. Он увидел темные фигуры, они сто­яли или передвигались между ним и огнем. Он слышал, о чем там говорят, и голоса были похожи на тархистанские. И он понял, что смотрит через дверь Хлева в темноту равни­ны Фонарного столба, где сражался в своей последней битве. Солдаты обсуждали, надо ли идти искать тархана Ришду (никто не хотел этого делать), или лучше поджечь Хлев.

Он снова посмотрел вокруг и с трудом поверил своим глазам. Над ним было голубое небо и во все стороны, без конца и края, расстилалась покрытая травой земля, а его новые друзья стояли рядом и смеялись.

– Похоже на то, – сказал Тириан, рассмеявшись сам, – что этот Хлев, изнутри, и тот Хлев, что снаружи – два со­вершенно различных места.

– Да, – подтвердил лорд Дигори, – его содержимое больше его оболочки.

– Да, – подхватила королева Люси, – в нашем мире тоже был однажды такой Хлев, где внутри было нечто большее, чем весь наш мир.

Она впервые заговорила, и по трепету в ее голосе Тириан понял почему. Она воспринимала все гораздо глубже и была слишком счастлива, чтобы говорить. Ему захотелось снова услышать ее голос, и он попросил:

– Будьте так любезны, леди, продолжайте, расскажите о ваших приключениях.

– После шока и шума, – начала Люси, – мы обнаружили, что попали сюда. Мы тоже пришли в изумление от этой двери. Потом она открылась в первый раз (мы увидели тем­ноту) и вошел огромный человек с обнаженной саблей, судя по всему – тархистанец. Он встал за дверью с саблей, под­нятой на плечо, готовый обрушить ее на того, кто войдет. Мы подошли к нему и заговорили, но он нас не видел и не слышал. Он не глядел на небо, на солнечный свет, на траву – я думаю, что видеть все это он не мог. Так мы ждали до­вольно долго. Потом услышали, как с той стороны отодви­гают засов. Но солдат не изготовился ударить саблей вошед­шего, он сначала хотел рассмотреть, кто это. Мы поняли, что ему было приказано рубить одних и пропускать других. Когда дверь открылась, здесь, с этой стороны двери, внезап­но появилась Таш. Никто не заметил, откуда она взялась. А в дверь вошел большой кот. Он лишь раз взглянул на Таш и убежал, спасая свою жизнь. И вовремя, ибо Таш броси­лась за ним, а дверь, закрываясь, стукнула ее по клюву. Солдат видел Таш. Он повернулся, и с побледневшим ли­цом низко склонился перед чудовищем, но оно исчезло. Снова долгое время ничего не происходило. Наконец, дверь открылась в третий раз, и вошел молодой тархистанец. Мне он понравился. Часовой у двери был изумлен, увидев его, и я подумала, что он ожидал кого-то совершенно другого…

– Я все понял, – вмешался Юстэс (у него была привычка перебивать рассказчика), – кот должен был войти первым, и часовой получил приказ не трогать его. Затем кот вышел бы и сказал, что видел их ужасного Ташлана, изображал бы испуг, чтобы напугать остальных зверей. Но Хитр не мог догадаться, что в Хлеву – настоящая Таш. Поэтому Рыжий выскочил действительно испуганным. А потом Хитр послал бы того, от кого он хотел избавиться. И часовой убил бы его. И…

– Друг, – сказал Тириан мягко, – ты мешаешь леди рас­сказывать.

– Часовой, – продолжала Люси, – был удивлен. Это дало вошедшему время, чтобы приготовиться к обороне. Они сра­жались друг с другом, и он убил часового, и выкинул его тело за дверь. Потом медленно пошел вперед, туда, где бы­ли мы. Он видел нас, и все остальное. Мы попытались заго­ворить с ним, но он был как в трансе, все время повторяя: «Таш! Таш! Где Таш? Я иду к Таш». Поэтому мы дали ему пройти, и он пошел дальше. Он мне понравился. А после этого… уф! – Люси переменилась в лице.

– После этого, – произнес Эдмунд, – кто-то кинул через дверь обезьяну, и Таш появилась снова. Моя сестра так мяг­косердечна, что не сможет рассказать, как Таш покончила с обезьяной одним ударом клюва.

– Поделом ему, – заметил Юстзс, – Обезьян не поладил и с Таш.

– Потом, – продолжал Эдмунд, – сюда попал Юстэс, потом несколько гномов, за ними Джил, и наконец, вы сами.

– Я надеюсь, что Таш съела и гномов, – проворчал Юстэс. – Маленькие свиньи…

– Нет, этого она не сделала, – ответила Люси, – все было не так ужасно. Они здесь. Их видно отсюда. Я пыталась по­дружиться с ними, но это бесполезно.

– Подружиться с ними! – закричал Юстэс. – Разве ты не знаешь, как эти гномы вели себя!

– Остановись, Юстэс, – сказала Люси, – пойдем и ты по­смотришь на них. Король Тириан, возможно, вы сможете что-то сделать.

– Не могу сказать, что сегодня я очень люблю гномов, – отозвался Тириан, – но по вашей просьбе, леди, я сделаю все.

Люси повела их, и вскоре они увидели гномов. Это было странное зрелище. Гномы не прогуливались, не радовались и не отдыхали (хотя связывающие их веревки исчезли), они сидели маленьким тесным кружком, лицом друг к другу, не глядели по сторонам и не замечали никого, пока Люси и Тириан не подошли так близко, что смогли прикоснуться к ним. Гномы разом подняли головы, как будто ничего не ви­дя, а только прислушиваясь и пытаясь по звукам угадать, что происходит.

– Осторожней! – угрюмо сказал один, – соображайте, куда идете, вы сейчас наступите нам на головы!

– Вот еще, – возмутился Юстэс. – Мы не слепые, у нас есть глаза.

– У тебя, должно быть, прекрасное зрение, если ты мо­жешь здесь хоть что-нибудь разглядеть, – буркнул тот же гном (звали его Диггл).

– Здесь? – спросил Эдмунд.

– Какой ты тупица, конечно здесь, – ответил Дигтл,. – в этой черной как смоль, вонючей маленькой дыре.

– Вы ослепли? – спросил Тириан.

– А разве ты не слепнешь в темноте? – отозвался Диггл.

– Но ведь здесь светло, глупые гномы, – воскликнула Лю­си. – Разве вы не видите? Посмотрите! Посмотрите вокруг! Разве вы не видите неба, деревьев, цветов, разве вы не ви­дите меня!

– Как, во имя всех Обманщиков, я увижу то, чего нет, и как я могу видеть тебя лучше, чем ты меня, в такой темно­тище?

– Но я вижу тебя, – возразила Люси. – И могу это дока­зать. У тебя во рту трубка.

– Так может сказать каждый, кому знаком запах табака, – отозвался Дигтл.

– О, бедняги! Это ужасно, – огорчилась Люси. И тут у нее возникла мысль. Она сорвала дикую фиалку: «Послушай, гном, если у тебя что-то не то с глазами, то с носом, навер­но, все в порядке. Понюхай это». Она наклонилась и под­несла свежий влажный цветок к безобразному носу Диггла. Но ей пришлось быстро отскочить назад, чтобы избежать удара маленького тяжелого кулака.

– Как ты смеешь? – закричал он. – Зачем ты суешь этот мерзкий помет прямо мне в лицо? Тут еще и чертополох. Что за нахальство! Кто ты?

– Подземный житель, – сказал Тириан, – она – королева Люси, посланная сюда Асланом в глубоком прошлом. И только ради нее, я, Тириан, ваш законный король, не снесу вам головы немедля, ведь вы предали дважды.

– Ну, это уж слишком! – воскликнул Диггл. – Как ты мо­жешь нести такой вздор? Разве твой чудесный лев пришел на помощь? И теперь – даже теперь – когда вы разбиты и брошены в эту темную дыру, вы продолжаете старую игру. Придумали бы новую ложь! Пытаетесь заставить нас пове­рить, что никто не заперт в темноте, и еще неизвестно во что.

– Это не темная дыра, пойми, глупец, – закричал Тириан. – Выходи отсюда, – он подался вперед, схватил Диггла за ремень и колпак и вытащил из тесного кружка гномов. Как только Тириан поставил его на землю, Диггл метнулся на­зад на свое место, потер нос и завыл:

– О-о-о, что ты сделал! Стукнул меня лицом о стену! Ты расшиб мне нос.

– Боже мой! – сказала Люси. – Что мы можем сделать для них?

– Оставим их, – предложил Юстэс. В этот миг земля задрожала, сладкий воздух внезапно стал еще слаще, что-то яркое вспыхнуло позади. Все повернулись. Тириан обернул­ся последним, потому что боялся. Мечта его сердца – огромный, настоящий, золотой Лев, сам Аслан был там. Все стояли на коленях вокруг его передних лап, спрятав руки и лица в гриве, а он поворачивал голову, касаясь их языком. Затем он устремил взгляд на Тириана, и тот, дрожа, подошел, стремительно обнял лапы Льва, а Лев поцеловал его и ска­зал:

– Отлично, последний король Нарнии, твердо стоявший в последний час.

– Аслан, – попросила Люси сквозь слезы, – можешь ли ты… сделаешь ли ты что-нибудь для этих бедных гномов?

– Дорогая, – ответил Аслан, – я покажу тебе, что я могу сделать, и чего не могу.

Он подошел к гномам поближе и издал низкое рычание, сотрясшее воздух. Гномы заговорили друг с другом: «Слы­шишь? Это та шайка на другом конце Хлева. Пытаются ис­пугать нас. Они делают это специальной машиной, не будем обращать внимания. Не дадим снова обмануть нас».

Аслан поднял голову и потряс гривой. Внезапно на коле­нях у гномов оказались роскошные яства: пироги, языки, голуби, трюфели, мороженое, а в правой руке у каждого – бокал с отличным вином. И все было бесполезно. Они нача­ли жадно есть и пить, но было ясно – они не понимают, что у них в руках. Им казалось, будто они едят то, что можно найти в Хлеву. Один говорил, что пытается есть солому, другой – что нашел кусок старой репы, а третий – что ест сырой капустный лист. Потом они подняли к губам золотые бокалы с красным вином и сказали: «Нравится ли вам пить грязную воду из того же корыта, что и осел? Никогда не ду­мали, что дойдем до такого». Вскоре каждому стало казать­ся, что другой нашел что-то более вкусное; они начали драться и отнимать друг у друга куски и ссорились до тех пор, пока не завязалась настоящая драка, и вся изысканная еда была размазана по их лицам и одежде и растоптана под ногами. Наконец они сели, чтобы привести в порядок кровоточащие носы, и сказали:

– Во всяком случае, здесь нет Обманщика. Мы никому не позволим обманывать нас. Гномы для гномов.

– Вот видите, – промолвил Аслан, – они не позволяют нам помочь им. Они выбрали хитрость вместо веры. Их тюрьма внутри них, и потому они в тюрьме. Они так боятся быть обманутыми, что не могут выйти из нее. Пойдемте, дети. У меня есть еще одно дело.

Он подошел к двери, и все последовали за ним». Он под­нял голову и прорычал: «Пришло время!», и затем громче: «Время!», и затем так громко, что голос его дошел до звезд: «ВРЕМЯ». И Дверь открылась.


Глава 12. ЧЕРЕЗ ДВЕРЬ ХЛЕВА | Последняя битва | Глава 14. НОЧЬ ПАДАЕТ НА НАРНИЮ