home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



10

В стране тем временем что-то подспудно вызревало.

Вдруг приняли поправки к Трудовому кодексу и разрешили создание небольших кооперативов в сфере услуг и общественного питания.

Как-то внезапно, словно за одну ночь, на каждом углу в Москве появились мини-пекарни, в которых продавался горячий, с пылу-жару, хлеб и огромные восхитительные «французские» булки. Мама теперь вставала пораньше и, несмотря на очереди, каждое утро приносила теплую, наполненную сладким духом, булку, чтобы порадовать сыновей на завтрак аппетитными бутербродами. Интересным новшеством в мини-пекарнях были анкеты, выдававшиеся вместе с покупками. В этих анкетах, которые можно было заполнить дома и бросить в специальный ящик при следующем посещении магазина, предлагалось указать, какой хлеб потребитель хотел бы видеть на прилавке мини-пекарни – таким образом дирекция кооператива хотела определить размеры спроса на хлебобулочные изделия в данном районе и приоритеты потенциальных покупателей. Это было так необычно – желание выявить спрос само по себе, – что семейство Москаленко (правда, без участия Сергея) как-то целый выходной день посвятило обсуждению своих вкусов и заполнению таких анкет, получив от сей процедуры странное и ни с чем не сравнимое удовольствие.

После мини-пекарен в городе появились кооперативные мастерские по мелкому ремонту бытовой техники. Работники этих мастерских занимались в основном самым востребованным в столице видом частной предпринимательской деятельности – подключением импортных «магов» и «видиков» к советским телевизорам, к колонкам и звукоусилителям. Мастерские скупали радиотехнический хлам, производили ремонт или собирали из нескольких старых магнитол одну, вполне работоспособную, после чего выставляли ее на продажу. Спрос на такие услуги был очень высок, и зарплаты, которые получали обычные работники в этих мастерских, были сопоставимы со ставкой профессора.

Юра узнал об этом от дяди Вали, который заходил к отцу на чашку чая и хвастался, что его «старший» устроился после техникума в одну такую мастерскую, пропадает на работе по двенадцать часов, но уже хорошо приоделся, купил подержанный мотоцикл с коляской и решил копить на свою собственную «тачку».

– Я его спрашиваю, – рассказывал дядя Валя с довольным смехом. – Где ты ее держать-то будешь? Гараж у нас один! А он мне так серьезно отвечает: свой куплю. А потом – куртку на плечи и на работу.

– Буржуй просто, – изумлялся Москаленко-старший, покачивая головой.

Дядя Валя вдруг обиделся за сына:

– Ничего он не буржуй. Вкалывает, как проклятый. Мы так никогда не вкалывали. Имеет право работать и зарабатывать.

– Я всячески за, – тут же отыграл назад отец. – Молодец! Что еще скажешь? Правильно, значит, решил себя поставить. Молодец!..

Потенциальные возможности нового вида кооперативных услуг Юра оценил осенью, когда у него сломался программируемый калькулятор «Электроника Б3-34» – еще один подарок отца, предмет зависти со стороны одноклассников. Юра кое-что понимал в современной электронике, изучал основы, зная, что в летной школе ему это пригодится, а потому очень хорошо представлял свои возможности по починке такого рода техники и сам под корпус не полез – предпочел доверить дело специалисту. Будучи юношей гордым, Юра понес свой калькулятор сначала в специализированное ремонтное ателье, хотя оно и находилось у черта на куличках. В ателье поломанную машинку приняли без энтузиазма и посоветовали зайти через месяц.

– Почему так долго? – недоумевал Москаленко-младший.

– Заказов много, – лениво отозвалась толстая приемщица. – Очередь большая.

Юре пришлось ей поверить на слово. Однако и через месяц «Электроника» еще не была готова. Только через два с половиной месяца разъяренный от бессмысленных ожиданий Москаленко-младший получил свое сокровище назад: за всё это время мастера ремонтного ателье сделали только одно – обмотали «Электронику» резинкой, под которую засунули серую бумажку. Из бумажки следовало, что сломанный калькулятор восстановлению не подлежит по причине отсутствия на складе необходимых деталей.

Умерив свою гордость, Юра пошел к «буржуям» – в ближайшую кооперативную мастерскую. На приемке там сидел парень лет двадцати в джинсовой спецовке и в футболке с надписью «МММ» на груди. Юру он встретил приветливо, повертел калькулятор в руках, потом быстро заполнил какой-то бланк и попросил клиента подождать в углу. Юра присел на диван, заметил на журнальном столике какие-то журналы – оказалось, что это свежие выпуски «Изобретателя и рационализатора» и «Радиотехники», – полистал их, нашел статью о радиолокаторах, используемых в воинских частях, и углубился в чтение…

Ремонтная мастерская располагалась в помещении на первом этаже обычной окраинной «хрущевки» – что здесь было до вселения кооператоров, Юра, может, и замечал, но забыл. «Буржуи» устроились со вкусом: отремонтировались, достали где-то хорошую польскую мебель, развесили по стенам внушительные производственные плакаты тридцатых годов – где только достали?

Не успел Юра дочитать статью о радарах, как приемщик вернулся и позвал его:

– Всё готово!

– Уже? – Москаленко-младший не поверил своим ушам.

– А чего тянуть? – приемщик подал Юре заполненный бланк через стол. – Здесь распишись. Гарантия на ремонт – год.

Форменная грабиловка, конечно! «Буржуи» содрали с Юры пять рублей – бешеные деньги за десять минут работы! Однако после двух с половиной месяцев мытарств и расчетов в столбик Москаленко-младший был готов выложить и червонец.

– А что такое «МММ»? – спросил Юра, расплачиваясь с приемщиком.

– Машины и механизмы Мавроди, – отозвался парень, пересчитывая мелочь. – Мастера и мастерские Мавроди. Каждый переводит по-своему. А на самом деле – просто МММ. Запоминается.

– А кто такой Мавроди? – не отставал любознательный Юра.

– О! – молодой приемщик закатил глаза. – Сергей Мавроди! Это великий человек! Когда-нибудь он станет первым советским миллиардером!

– Как Корейко? – не сдержался Юра, вспомнив фильм «Золотой теленок»; знаменитую книгу он в то время еще не прочитал.

– Ха! – приемщик нисколько не смутился и не обиделся. – Лучше! Много лучше! И я тоже когда-нибудь стану миллиардером!

Юра скептически хмыкнул, вспомнив исторический монолог отца, обращенный к сыновьям.

– С чего это вдруг? Если ваш Мавроди станет миллиардером, зачем ему с вами делится?

– Потому что я не просто работник! – с гордостью заявил приемщик. – Я – партнер!

Юра ушел из мастерской в задумчивости. А калькулятор, кстати, починили качественно – он проработал без замечаний еще три года, и Москаленко-младший забрал его с собой, когда уезжал поступать в Оренбургское авиационное училище.


предыдущая глава | Звезда | cледующая глава