home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



13

Однако менялись не только правила торговли. Не прошло и полгода, как правительство всерьез взялось за армию.

Глобальная «чистка» армейских рядов началась летом, которое вошло в московский фольклор как «жаркое». Лето было действительно жаркое – как в прямом, так и в переносном смысле. Особенно жарко стало генералам.

О «чистке» Юра услышал краем уха в аэроклубе, а потом об этом открыто заговорили по телевизору.

Еще в мае «Юность» напечатала повесть известного писателя Юрия Полякова «Сто дней до приказа». Москаленко-младший эту повесть не читал, ему и без повестей хватало литературы, но Венька Бейшан рассказывал о ней всякие ужасы: типа в повести показана страшная «дедовщина», которая царит в нашей армии, показано, как там унижают и убивают новобранцев, а офицеры наживаются на солдатах, заставляя их строить дачи вместо боевой подготовки.

Юра, конечно, и раньше слышал о «дедовщине», но воспринимал ее как должное – опытные солдаты должны учить молодых, а слухи о страшных массовых избиениях и диких ритуалах «посвящения», о «дембельском поезде» преувеличены. Юра был уверен: в ВВС, где он собирался служить, такого нет и никогда не будет. И вдруг выясняется, что все слухи – правда.

Газеты как с цепи сорвались. «Комсомольская правда» посвятила проблеме целый разворот, дискуссионные материалы опубликовали и «Труд» с «Известиями». Кое-кто из участников дискуссии высказывался в том духе, что «Сто дней до приказа» – это поклеп на Советскую армию, а потому повесть надо запретить. Другие, наоборот, радовались, что тема «дедовщины» стала предметом обсуждения, потому что только через открытый разговор советское общество может решить эту проблему.

Позиция КПСС в этой дискуссии стала ясна после того, как издательство «Правда» выпустило повесть Полякова отдельным изданием и миллионным тиражом. Теперь ее можно было найти везде – даже в киосках «Союзпечати». Прочитал ее и Москаленко-старший, хотя почти не интересовался беллетристикой, отдавая предпочтение газетам. Удивился, сказал: «Странно, а в наши времена ничего похожего не было», и на этом дискуссия в семье Москаленко завершилась, не начавшись.

В июле в армии произошли аресты – об этом москвичи узнали из новой передачи «Час суда», появившейся в вечернем эфире второй программы. Передача была интересна тем, что в ней показывали реальные уголовные дела и то, как с ними работает суд. Задачей передачи было определено «юридическое просвещение советских граждан», и действительно многие выпуски были очень интересны, давая материал для живого обсуждения. И вот – таким материалом стала пресловутая «дедовщина».

Юра видел только один такой выпуск, но он потряс его. Перед судом предстали два сержанта, избивавшие новобранцев и в конце концов убившие одного из них, а также их командир – полковник, пытавшийся скрыть преступление. Показывали фрагменты судебного заседания, плачущих родителей убитого новобранца и хмурых солдат из подразделения, дававших показания. Приговор поразил своей необычайной жестокостью: сержанты получили по десять лет колонии строго режима, а полковник – высшую меру наказания!

Оказалось, что это не единственный приговор такого рода. Всего в то лето к разным срокам заключения за «неуставные взаимоотношения, приведшие к тяжким последствиям», были осуждены больше сотни «дембелей» и три десятка офицеров, потворствовавших беззаконию. Семеро из осужденных были приговорены к расстрелу.

Быстрота и беспощадность судебного преследования по фактам «дедовщины» произвела эффект. Много позже, уже будучи курсантом, Москаленко узнал от старших товарищей, служивших тем летом на срочной, что, во-первых, следствие было проведено грамотно: заподозренные в «разгуле дедовщины» части посетили с негласной инспекцией представители военной прокуратуры и Третьего Главного управления КГБ, были собраны неопровержимые доказательства, а потом выдвинуты обвинения, – а во-вторых, после открытых процессов над «дедами» и проштрафившимися командирами был выпущен циркуляр, в котором говорилось, что подобные инспекции будут проводиться и впредь. Старшие офицеры призадумались и решили не доводить дело до того, когда их поставят к стенке. В частях были приняты самые радикальные меры по пресечению «дедовщины» – за малейшее подозрение рядовых, сержантов и даже лейтенантов, командиров взводов, отправляли на гауптвахту. Прибывающих новобранцев поселяли отдельно, чтобы разрушить криминальную традицию. Усилили боевую подготовку, чтобы не было солдат, слоняющихся без дела. А командиры, не уверенные в своих подчиненных, дневали и ночевали в казармах.

Всё это наложилось на первые шаги по глубокому реформированию советских вооруженных сил. В Политбюро ЦК КПСС давно обсуждали вопросы реформирования и модернизации армии, а к лету 1985 года созрела вполне ясная программа. Аналитики из Генерального штаба указывали в своих докладах, что война XXI века будет «дистанционной» войной, когда противники не видят друг друга, а используют высокоточное оружие и боевые роботизированные системы. Танк и мотопехота в этих условиях становились малоэффективными – превращаясь в идеальную цель для летающих роботов, вооруженных ракетами. Таким образом таковые армии с мотопехотой в новых условиях могли выполнять свои функции только на оккупированных территориях. Изменение общей стратегии, направленной на укрепление обороны, требовало отказа от танковых армий – в течение трех лет было решено сократить их общую численность с шести тысяч машин до одной тысячи. Эту группировку предполагалось держать на западном направлении, поскольку использование бронетехники было бы оправдано только на европейском театре военных действий. Поскольку танки являются одним из инструментов поддержки мотопехоты, сокращению должны были подвергнуться и пехотные части. На первом этапе их предполагалось сократить на двести тысяч человек, однако в конечном итоге за десять лет они были сокращены на полмиллиона солдат и офицеров. За счет высвободившихся средств в Политбюро решили усилить ВВС, ВМФ и стратегические войска.

Время показало правоту лидеров Советского Союза, решившихся на трудоемкий процесс преобразования вооруженных сил. Когда началась война в Персидском заливе, СССР был готов отстоять свои интересы в этом регионе. И доказал свою готовность действием.


предыдущая глава | Звезда | cледующая глава