home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Плата

Одинокий крест в чистом поле,

Ворон на кресте, словно на престоле.

Правит ворон царством и безмолвны слуги,

Под землей сокрытые воины уснули.

Но взметнется птица, закричит надрывно,

Чтоб проснулись тени, временем забытые.

И на землю выйдут призраков полки

И из ножен вынут грозные клинки.

Чтобы испугалось, затаилось зло,

В норы свои черные, в бездну уползло.

Обойдут дозором призраков полки

Землю всю святую матушки-Руси.

И вернутся в мягкую мирную постель,

В ту, что земля-матушка приготовит всем.

До поры до времени воины уснут.

Ждать, пока людские их стоны призовут.

- Что ты говоришь, ведун? - удивленно спросил мальчик.

- Не обращай внимания, княже. Это просто стихи.

- Заговор?

- Может, и заговор, - не стал спорить Середин. - Заговор, чтобы отсюда больше никаких бед на Русь не пришло.

Пыльная дорога, на которой они сейчас стояли, упиралась в высокую арку в виде двух огромных змей и обрывалась за ней. Олег очень хорошо помнил, как при первом взгляде на это сооружение его передернуло от отвращения. На горах Аспида лежала печать проклятия, и ведун чувствовал это каждой клеточкой тела.

- Ладно, дорога долгая, - потянул повод Олег, поворачивая гнедую мордой к темнеющему впереди лесу, и пнул ее пятками: - Н-но пошла!

Застоявшаяся кобылка с места перешла в рысь, натянув поводья заводных коней. За тремя путниками шел целый табун, и Олег хорошо понимал, что еще намучается за время пути с этой лошадиной толпой. Единственный выход - гнать как можно быстрее, чтобы дойти до Изборска не за пять-шесть, а дня за три.

Больше всего Олегу не хотелось делать остановку в болотах вокруг Мертвого озера, а потому он гнал отдохнувших в колдовской конюшне скакунов широкой рысью, решив в первый день обойтись даже без дневки. Княжич ему не перечил, укутанная в оставшийся от воеводы меховой плащ нянька - тем более.

Незадолго до темноты путники оказались у развилки. Середин повернул направо, миновал еще с полверсты и, заметив полузаросшую просеку, двинулся на нее. Вскоре узкая тропа, по которой редко кто ходил, привела их к прогалине у ручья. Олег, поглядев на деревья с густыми кронами, едва пропускавшими солнечный свет, слегка поежился, но спешился. Мальчик тоже спустился с седла, деловито дернул пряжку подпруги, потрогал толстые шершавые стволы высоких деревьев, густую траву, подступавшую вплотную к ручью.

- Зачем мы ушли так далеко с дороги? - шепотом спросил княжич.

- Чтобы на глаза никому не попасться. - Середин начал расседлывать гнедую. - Мало нас, ставить на дежурство некого. Как бы спящими кто не застал. Я сейчас, гостинцев берегине оставлю, коней на просеке привяжу. Авось упредят, коли незнакомцы появятся.

- Я могу посторожить!

- Завтра переход опять длинный будет, княже. По полночи спать - с коней падать начнем. Помоги лучше табун напоить, да укладываться станем. Только без костра. Огонь в сумерках издалека видать.

Они перекусили соленой курятиной, закусывая ее курагой и черносливом, выпили немного хмельного меда. Любава поднялась, низко поклонилась:

- Спасибо за хлеб, за соль, ведун, - и ушла на другой край поляны, скромница. Андрей, настороженно вглядывающийся в окружающие заросли, моргнул. Раз-другой: И уронил голову на потник.

Лес погрузился в сон. Серебряное покрывало лунного света заботливо укрывало его, прогоняя ночной мрак прочь.

"Лучше бы тучи гуляли, - недовольно подумал Олег. - Этак нас и с тракта разглядеть недолго".

Однако изменить погоды он не мог - а потому просто откинулся на спину, положив саблю возле руки, прикрылся полой шкуры и сомкнул глаза.

Ему приснилась Мара. Прекрасная Ледяная Богиня в легком домашнем халатике стояла на кухне у газовой плиты и жарила блины. Желтая узорчатая стопка росла на тарелке со стремительностью, возможной только в сновидениях. Наконец из холодильника была извлечена хрустальная ваза с малиновым вареньем, банка сметаны.

- Ну что, нравится? - с усмешкой поинтересовалась женщина.

- Еще как! - кивнул Середин, не в силах оторвать глаз от выреза халатика.

- Ты не туда смотришь. - Богиня взяла его под подбородок, подняла лицо, заставив утонуть взглядом в своих бездонных глазах. - Так что, будешь переезжать ко мне?

Она качнулась вперед, и их губы слились в горячем страстном поцелуе:

Олег дрогнул, вырываясь из пут сна, и услышал совсем рядом тяжелые шаги. Он приоткрыл глаз, положил руку на рукоять сабли - и в тот же миг на нее опустился тяжелый яловый сапог:

- Ты чего удумал, раб? - Второй ногой неведомый противник ударил его в бок, под ребра. Ведун со стоном откатился, кратко окинув поляну взглядом: несколько татей в епанчах, однорядках и опашнях. Все бездоспешные - значит, тати. Человек десять. Княжич бился в руках одного, зажимающего ему рот, на другом конце поляны еще трое уже сдирали с Любавы одежду. - Вставай, тряпье скидывай. Негоже невольнику в кожах да сапогах разгуливать.

- Только не бейте больше: - Олег приподнялся на четвереньки, замер, покачиваясь. Разумеется, тать не удержался от соблазна и со всего размаха ударил его в живот. Ведун упал, схватившись за живот обеими руками и торопливо просунул руку в выглядывающую из кармана петлю кистеня.

- А ну, вставай, раб.

- Да-да, я уже встаю, господин:

Скрючившись, как бы от боли, Олег перекатился ближе к грабителю, подобрал под себя колено, чуть приподнялся, готовясь к броску, и выплеснулся в едином рывке. Взмах кистеня вдоль земли - граненый грузик врезался в колено, подломив ногу, а Олег, почти распрямившись, уже рванул его за собой. Взмах, удар сверху вниз - и у татя, копошившегося в его сумке, разлетелся костяными осколками затылок. Удар влево - грабитель, что осматривал зубы гнедой, успел только повернуться на шум и схлопотал ломающий ребра удар в грудь. Четвертый враг отпустил Андрейку, схватился за рукоять меча, но вытащить не смог - мальчишка повис у него на рукаве, вцепившись мертвой хваткой, и Олег не упустил драгоценных мгновений.

Все остальные тати успели понять, что жертва решила показать зубы, и приготовились к схватке.

- Будь ты проклят! Выродок! Ублюдок! - выл разбойник со сломанным коленом. - Мне же больно!

- Извини: - Ведун, чуть отступив, взмахнул кистенем и впечатал его "романтику с большой дороги" в лоб. Чтобы в спину не ткнул при возможности. Потом спрятал кистень обратно в карман и подобрал с земли саблю.

Тати сбивались в стаю - пара вышли из-за коней, еще один, подтягивая штаны, выбрался из кустов. Их набра-лось аж восемь. Один удерживал бьющуюся и воющую в голос Любаву - значит, против ведуна оставалось семеро. Андрейка, схватив меч одного из убитых врагов, встал возле Олега:

- Покажем им, ведун!

- За спиной моей смотри, - приказал Середин и начал шептать наговор.

- Сдавайся, тупица, - предложил долговязый разбойник. - Мы тебя просто латинянам продадим. А так ведь сперва пораним, а потом жилы вытягивать начнем да железом каленым жечь.

- Щ-щас! - Ведун начертал знак Перуна взмахнул рукой, и: И понял, что бог грозы, как и Мара, лишил его своих подарков. Метать огненные шары он больше не мог. - Предатель:

- Руки ему руби! - первым кинулся вперед долговязый.

Олег еле успел нагнуться, подхватить с земли чей-то щит, принять на него удар меча и в ответ рубануть понизу. Долговязый вскрикнул - до добить его Середин не смог. Сбоку мелькнул топор - ведун принял его на клинок, отвел в сторону, увидел, как другой топорик падает сверху на щит, дергает верхний край к себе, открывая щель для удара - но сабля успела выскочить навстречу первой, вонзившись татю точно между глаз. Олег отпрянул, отступая от заходящего сбоку грабителя. Счет уравнялся уже на отметке шесть к одному. А если долговязому досталось хорошо - то и пять к одному. В общем, шансы уцелеть стремительно повышались.

Слева кинулись с топорами двое, справа один - навстречу двоим Олег выбросил щит, третий топор отбил саблей и тут же обратным движением резанул врага по груди. Тот неуклюже попытался пригнуться, и кончик клинка задел его шею. Вверх ударил фонтан крови.

- Три-ноль, - подвел итог Середин, поворачиваясь влево. Однако тут высунуться из-за щита ему не дали. Удар сыпался за ударом, в нескольких местах чужой, стянутый ремнями из сырого дерева щит оказался пробит, доска с края отвалилась. А между тем еще двое татей с мечами опять заходили справа.

- Великий Сварог, еще немного, и я останусь без щита, - пробормотал Олег. - Придумай что-нибудь! Неужели вы про меня уже забыли?

Сквозь грохот ударов по щиту топот копыт было не различить, а потому выросшая из груди разбойника с топором рогатина показалась воистину божьим подарком. Его напарник повернул голову - и голова исчезла. Последние двое ринулись врассыпную. Но в воздухе промелькнула палица, ударила татя в спину и с хрустом опрокинула. Хрустнул, скорее всего, позвонок. Всадник повернул ширококостного скакуна за другим злодеем. Сверкнул булатный меч - и развалил его надвое.

Один тать все-таки ушел: Любаву никто более не держал, а вдалеке слышался хруст ломаемых ветвей.

Нежданный спаситель спешился, развернул плечи:

- Ты ли это, ведун Олег?! - содрогнулся лес от громогласного крика.

- Я, боярин Радул.

- Нашел! - Богатырь раскрыл свои объятия, и Середин не без внутреннего страха шагнул ему навстречу.

Однако боярин, с чувством потискав своего соратника, ничего ему не сломал. И даже вроде синяков не оставил.

- Откуда ты, боярин?

- Да вот, понимаешь, - взмахнул рукой богатырь. - Обманул нас тот витязь, оказывается. Никакой рати я на тракте не нашел. И в лесу никаких следов стоянки не заметно. Я к россоху вернулся - а его и нет! Поляна приметная, дерево - а нет отворота, и хоть ты тресни. Я все дни туда-сюда ездил - нет ничего. Ни вас, ни россоха, ни ратника того как не бывало. А сегодня поутру еду, слышу: никак девица о помощи кличет. Я сюдыть повернул, да сечу и увидел. А то, стало быть, ты татей режешь! Остальные где? Воевода, Сварт белобрысый, Ермолай, девка твоя?

Олег почувствовал, как по его сердцу скребнули кривым кошачьем когтем. Он покрутил головой, подозвал мальчика:

- Знакомься, Андрей. Это боярин Радул, богатырь из Киева. А это княжич изборский, сын князя Радомира.

- Нашли, стало быть? - наклонился к нему могучий воин.

- Нашли: - Олег повернулся и начал собирать в чересседельную сумку разбросанные по поляне вещи.


Ключ Времен | Ключ Времен | * * *