home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Беседа 22

Забытый язык сердца

24 октября 1986 г., Бомбей


Возлюбленный Бхагаван,

я боюсь встречи с Вами. Трепещущий, потрясенный, одинокий... это означает смерть.


Встреча с учителем — это всегда своего рода смерть... смерть всего, чем ты был, смерть твоего эго, смерть твоей личности.

Но это не только смерть, но и воскрешение: рождение нового, рождение свежего и невинного — новый рассвет на горизонте, новое цветение твоего существа. Но, естественно, сперва ты должен встретиться со смертью, ты должен пройти, через нее.

Только после этого может быть воскрешение.

Смерть — это плата за твое воскрешение; так что твой вопрос важен.

Ты боишься приблизиться ко мне. Это не ново. Это не имеет никакого отношения к тебе или ко мне. Это старо, как мир.

Самыми древними писаниями в мире являются Веды. Они описывают учителя как смерть, — но такую смерть, которая случается только с блаженными.

Это не обычная смерть, это не смерть твоего тела; это смерть, которая трансформирует тебя.

Все остается прежним — тело, мир — и вместе с тем ничто не остается прежним, ибо твое видение, твоя перспектива, твой взгляд на вещи претерпевает такую глубокую мутацию, что, хотя внешне все остается прежним, в глубине все меняется.

Ты входишь в новое измерение жизни — в измерение вечности, измерение экстаза, измерение вне времени и пространства.

Но необходимо определенное мужество.

Тебе надо будет приблизиться к учителю, тебе надо будет пройти через этот огонь, который сжигает в тебе только фальшивое. Из него ты выйдешь как золото высочайшей пробы.

Назначение мистической школы в том, чтобы придать тебе мужества: «Не волнуйся. Мы прошли через это испытание; этот огонь холодный, а смерть — благословение».

Но если у тебя недостаточно мужества, тогда, наверное, время твое еще не пришло; может быть, эта смерть случится в какой-то другой жизни рядом с каким-то другим учителем.

Но зачем откладывать?

То, что возможно прямо сейчас, не следует откладывать на завтра.

Зачем оставаться в несчастье даже еще на один день, даже еще на одну минуту, даже еще на одну секунду?

Смерть эго — смерть твоей личности, смерть всего, чем, как ты думал, ты был, сразу же открывает дверь.

В твоем сердце начинают распускаться новые цветы, начинают возникать новые песни, новые танцы.

Ты больше не ходишь, а просто танцуешь, летаешь.

И это такой экстаз, такое блаженство... надо только немножко мужества.


Возлюбленный Бхагаван,

Вы всегда говорили нам, что мы должны радоваться тому, что мы живы, но глубоко в себе я обнаружил очень сильное стремление к смерти — не то, чтоб мне хотелось совершить самоубийство, просто я хочу умереть естественной смертью.

Каким-то образом я знаю, что, умерев, я могу обрести то, чем я действительно наслаждаюсь, — безмолвие. Я могу сказать, что я сыт по горло этим отвратительным миром, он мне смертельно надоел. Кроме того, чтобы быть с Вами, нет ничего, к чему бы меня тянуло.

Возлюбленный Бхагаван, что со мной не так?


С тобой все в порядке.

Все не так с этим миром.

Только отсталые люди не испытывают скуки.

Ты разумен. Ты видишь, что нет ничего значительного. Жизнь — это тоска, повторение. Кажется, что в ней нет никаких приключений, никакого вызова; кажется, что нет никакой надежды. Завтрашний день будет таким же, каким был день вчерашний.

Скука — это прерогатива человеческих существ, ни одно другое животное в мире не скучает.

Видел ли ты когда-нибудь скучающее животное?

Скука — это высокое качество разума. Это значит, что ты проницателен, ты видишь, что в конечном счете нет ничего, кроме смерти. С пустыми руками ты пришел в этот мир, и с пустыми руками в один прекрасный день ты уйдешь из него, а все, что происходит между рождением и смертью, ужасно скучно.

Поэтому я не могу сказать, что с тобой что-то не так.

Каждый разумный человек задумывается над тем, что, может быть, то, что недоступно в жизни, будет доступным в смерти. Психологи выяснили, что почти каждому разумному человеку по крайней мере один раз в жизни приходит в голову мысль о самоубийстве — он может и не совершить его, но такая идея у него возникает.

Особенно в этом столетии — такие величайшие философы, как Жан-Поль Сартр, Мартин Хайдеггер, Серен Кьеркегор, Марсель... почти все выдающиеся мыслители современного мира согласны в одном — они во многом расходятся, но в одном все они абсолютно согласны, — а именно в том, что жизнь не имеет смысла. А если это так, тогда естественным образом возникает вопрос: зачем продолжать жить? Если в жизни нет никакого смысла, тогда что за нужда тащиться от колыбели к могиле без всякого толку?

Есть только одна современная философия — экзистенциализм.

В разные века возникло много философий, но в этом веке есть только одна философия — и это экзистенциализм. А его основное положение настолько странно, что все эти философы кажутся безумцами. Если они не сумасшедшие, тогда сумасшедшие мы — другой альтернативы нет.

Все это философское движение, называемое экзистенциализмом, говорит, что жизнь бессмысленна, случайна, бесцельна, она полна тревоги и тоски, жизнь — это кошмар.

И какой контраст...

Гаутама Будда, Лао-цзы, Нагарджуна, Бодхидхарма... они говорят о блаженстве, о потрясающих возможностях экстаза, о прорастании в новые измерения бытия.

В чем же дело? Откуда эта диаметральная противоположность?

И Жан-Поль Сартр, или Ясперс, или Мартин Хайдеггер — это не глупые люди, они столь же разумны, как любой Гаутама Будда. Им недостает только одного... они полагаются только на рассудок. Они очень рациональные люди, они полностью забыли сердце. Они живут в уме, а ум — это пустыня. Там ничего не растет — там нет цветов, там даже нет ни одного оазиса.

Современный человек мало-помалу забыл язык сердца. Возможности, которые открываются только через сердце, полностью забыты. Осталось только одно — рассудок, рациональность.

И беда в том, что все прекрасное принадлежит сердцу, все существенное принадлежит сердцу, все значительное — это аромат сердца.

Рассудок очень хорош, когда речь идет об объектах, о мертвых предметах; для научных исследований рассудок — наилучший инструмент. Что касается вещей, то рассудок — лучший метод исследования. Но как только речь заходит о чем-то живом, рассудок оказывается бессильным. И если задать рассудку вопрос, касающийся жизни, любви, покоя, радости, блаженства, он будет все это просто отрицать, как будто этого вообще не существует.

Рассудок подобен слепцу. Если заговорить со слепцом о свете, он скажет, что никакого света нет. Ибо чтобы увидеть свет... ни слух, ни осязание, ни обоняние, ни вкус ничем здесь не помогут. Все органы чувств совершенны, но только глаза обладают способностью видеть свет, цвета, радугу.

У рассудка есть ограничение. Он является совершенным инструментом для изучения мертвых вещей.

И вот одна из ошибок всего этого века: мы спрашиваем у слепых о свете, мы спрашиваем у глухих о музыке.

Бесполезно спрашивать рассудок о любви, смысле, значительности, экстазе. Рассудок будет просто говорить, что этих вещей не существует, — ибо рассудок никогда не вступал в контакт с ними. Рассудок не намеренно отрицает их, просто они вне его досягаемости.

Хорошо, что в твоей жизни по крайней мере одна вещь все еще имеет значение: твоя любовь ко мне.

Но ты не можешь дать ей какое-то объяснение. Или можешь? Это что-то рациональное? В этом есть какая-то арифметика? Какая-то научная оценка? Твой ум может показать это?

Ты связан со мной не через ум; просто часть твоего сердца все еще живет со мной, все еще танцует, все еще поет. И в этом великая надежда: твое сердце не мертво, ты еще не отверг его полностью.

Этой маленькой лазейки достаточно. Если я смогу проникнуть через нее, я смогу принести тебе весь скрытый во мне Рай — не беспокойся.

И ты такой молодец, что не думаешь о самоубийстве. Поэтому время еще есть, ты ждешь естественной смерти. Не беспокойся.

До прихода естественной смерти я дам тебе отведать естественной жизни.

И как только естественная жизнь опьянит тебя, ты станешь частью вечного потока жизни, который не знает конца. Каждое мгновение тебе будет казаться, что ничего большего уже быть не может, но в следующее мгновение нечто большее будет становиться возможным.

Это бесконечный процесс. Только впусти меня. А помочь мне войти ты сможешь, если будешь медитировать.

Сиди тихо...

Жизнь скучна — так что хуже не будет, если ты будешь сидеть с закрытыми глазами, ведь смотреть-то не на что. Сиди себе тихо, спокойно.

Ты вглядывался во внешний мир и не нашел ничего, кроме бессмысленности. Теперь, попытай счастья с внутренним миром, смотри внутрь.

И я обещаю тебе, что те же самые глаза, которые ничего не нашли во внешнем мире, во внутреннем мире найдут все — это будет непрерывная аллилуйя!


Возлюбленный Бхагаван,

что со мной происходит? Я все больше и больше открываюсь, и у меня такое чувство, что тени в моем теле постепенно исчезают. Когда я закрываю глаза, я вижу в теле больше света. Это так прекрасно, и меня переполняют чувства к Вам — как никогда раньше.

Возлюбленный Бхагаван, возможно ли это? Я ли это? Почему все еще возникают эти сомнения? Не могли бы Вы объяснить это?


Все, что происходит с тобой, — это то, к чему в глубине души стремится каждый искатель.

Ты здесь именно для этого. Это только начало.

Вначале это вполне естественно: ум будет порождать сомнения. Но не надо сердиться на ум; ум не может понять это, это за пределами возможностей ума. И, естественно, ум хочет, чтобы ты оставался рациональным, рассудительным, нормальным.

Ум порождает сомнения по той простой причине, что он хочет защитить тебя. Он не против тебя, он пытается защитить тебя, чтобы ты не попал в некое безумное пространство.

Но ум порождает сомнения только вначале. И это как раз то время, когда учитель и его школа помогают тебе не придавать значения тому, что говорит твой ум, и исследовать то новое, что возникает в тебе.

Ты воспринимаешь свет. Все тени исчезают, и в тебе возникает светящееся тело — тело света. Ум может признать существование скелета, но он не может признать существование светового тела.

Ум очень примитивен, он все еще верит в материю.

Физики пришли к выводу, что материи вообще нет, существует только энергия. Но частицы энергии движутся так быстро, что создают иллюзию материальности. Это совсем как быстро вращающийся вентилятор: ты не видишь три его лопасти по отдельности, они становятся кругом.

Если бы они двигались со скоростью света, как движутся электроны, ты бы мог сесть на вентилятор и не почувствовать, что под тобой что-то меняется. Ты бы не заметил, что между лопастями есть промежутки, так как прежде чем ты успевал бы заметить промежуток, одна лопасть вентилятора сменяла бы другую; скорость вращения превратила бы вентилятор в сплошной круг.

Все материальное только кажется материальным.

Но ум очень примитивен.

Сердце же ни примитивно, ни современно.

Сердце вечно, оно не знает делений времени.

Поэтому сердце может видеть тело из света без всяких сомнений. На самом деле тело из света более подлинно, чем то материальное тело, которое ты видишь, ибо тело из света — это тело из электронов, чистое электричество.

После второй мировой войны случилась такая история: один солдат возвращался домой. Он не был дома пять лет, и ему не терпелось обнять свою жену. Когда же он наконец обнял ее, его ударило — такой электрический удар, что он упал на землю. Он сказал: «Боже мой, что случилось?» Пять лет его жена ждала и ждала его, в ней накапливались электрические силы.

Позвали врачей. А они не могли даже взять ее за руку, чтобы пощупать у нее пульс, — их сразу же било током. Тогда позвали электрика в надежде на то, что у нее что-то не в порядке не по медицинской, а по электрической части.

Электрик очень испугался. Он сказал: «Пусть она сперва возьмет в руку электрическую лампочку».

Он дал этой женщине лампочку мощностью в сорок ватт, и, когда она взяла лампочку в руку, лампочка зажглась.

Это был первый случай такого рода. Эта женщина была насыщена электричеством. Благодаря этому случаю начались исследования в области электричества человеческого тела; и сейчас считается установленным фактом, что каждое человеческое тело обладает электричеством.

Если у тебя очень восприимчивые глаза, ты можешь увидеть вокруг тела электрическую ауру. Как на изображениях Нанака, Кабира, Кришны, Рамы, Будды... эти круги над их головами не фикция, не плод воображения художников; эти ауры видели их ученики и другие медитирующие люди.

И сейчас в Советском Союзе есть один фотограф, который даже фотографирует эти ауры... Он разработал очень чувствительные фотопластинки. Его фамилия Кирлиан, потому такая фотография получила название «кирлианова фотография». Он стал известен во всем мире. Если он сфотографирует тебя, то на фотографии ты увидишь не только свое физическое тело, но и окружающую его световую ауру.

И вот что странно: если кто-то потеряет руку в результате несчастного случая и Кирлиан его сфотографирует, то на фотографии руки не будет, но аура руки останется. Электрическое тело останется нетронутым — ничто не повреждено, отпала только физическая часть. Если в результате несчастного случая ты потеряешь один палец, то на фотографии будет темное изображение четырех физических пальцев, окруженное более светлым контуром, а на месте пятого пальца будет только его более светлое изображение.

И так не только с человеческим телом. Если у розы оторвать один лепесток, то кирлианова фотография покажет электрическую ауру недостающего лепестка.

Итак, с тобой происходит вот что: по мере того как ты становишься тихим, ты начинаешь осознавать свое внутреннее существо, которое окружено светом.

Древние называли его астральным телом, световым телом, телом из звездного света — именно это и означает слово «астральный».

Только запомни, что это не из области ума, и скажи уму: «Это тебя не касается. Занимайся своим делом».

Существование не ограничено умом, оно гораздо больше, оно гораздо таинственнее.

У тебя есть все возможности, которые когда-либо были у любого мистика в мире, но тебе надо утихомирить свой ум, а не то эти сомнения будут продолжать беспокоить тебя.

Вот почему я настаиваю на том, что, прежде чем вступить в таинственный мир, надо сперва утихомирить ум. Приучай ум молчать, не думать, чтобы когда ты войдешь в таинственный мир, ум не становился у тебя на пути, не задавал тебе каверзные вопросы, на которые ты не можешь ответить, — и даже если ты сможешь дать ответ, ум не сможет понять его.

Возможности ума ограничены. Ум — это биокомпьютер. Это не все твое существо.

Сердце гораздо больше. А за пределами сердца есть еще твое существо, которое больше сердца. А за пределами твоего существа есть универсальное бытие, которое бесконечно.

Чтобы проникнуть в эти тайны, тебе необходим безмолвный ум, который не будет мешать тебе.


Возлюбленный Бхагаван,

Лао-цзы описывал природу будды скорее как женскую, чем мужскую — что делает весьма подозрительной историю о том, что если встретишь на своем пути Будду, то его надо убить.

Иначе говоря, предположим, что я встречу ее на пути. Бхагаван, это определенно сулит беду. Что Вы посоветуете?


Миларепа, что касается тебя, то если тебе на пути встретится будда — как женщина, — для тебя это не составит труда. Ты — великий губитель женщин. Так что убей ее с любовью — какая в этом проблема?

Лао-цзы сильно облегчил тебе дело.

Это верно, что все великие качества являются женскими: любовь, сострадание, сочувствие, доброта. Все эти качества обладают женским ароматом.

Есть и мужские качества — качества воина, мужество. Это жесткие качества — надо быть твердым, как сталь. Ибо мужские качества развивались на войне, а женские качества развивались у домашнего очага, в саду любви, в заботе о муже и детях — женщина живет в совершенно другом мире. Мужчина живет в непрерывной борьбе. За три тысячи лет на земле было пять тысяч войн — похоже, что убийство является единственной профессией мужчины.

На днях Нирвано показал мне фотографию, на которой Рейган целует свою жену. У него такой вид, как будто он собирается убить эту женщину! Эту фотографию надо бы размножить и распространить по всему миру — ибо он выглядит совсем как шимпанзе.

Даже в поцелуе есть какое-то насилие — может быть, это ядерный поцелуй.

Мир живет разделенным на две части. Мужчина создал свой собственный мир, а женщина живет в тени — она создала свой собственный мир в тени. Это большое несчастье, ибо человек — мужчина это или женщина, — чтобы быть полным, цельным, должен обладать сразу всеми качествами. И мужчины, и женщины должны быть нежными, как лепесток розы, и одновременно твердыми, как меч. Так что, какой бы ни была ситуация... Если ситуация требует от вас быть твердым, как меч, вы готовы; если ситуация требует от вас быть нежным, как лепесток розы, вы готовы. Эта гибкость сделает вашу жизнь более богатой.

И вы должны сочетать в себе не только эти два качества — качества лепестка розы и меча, — но и все другие качества.

Мужчина и женщина — это две части одного целого; их мир тоже должен быть одним целым, и они должны обладать всеми качествами — ни одно качество не должно считаться сугубо мужским или женским.

Когда кто-то обладает только мужскими качествами, этот человек многое теряет в своей жизни. Он становится сухим, черствым, жестким, почти мертвым.

А женщина, которая полностью забыла, как быть твердой, как бунтовать, обречена на то, чтобы быть рабой, ибо у нее остаются только мягкие качества. Роза не может противостоять мечу, она будет уничтожена.

Тотальное человеческое существо еще не появилось на свет. Есть мужчины и есть женщины, но нет человеческих существ.

Миларепа, все мое усилие направлено на то, чтобы привести в мир цельного человека — со всеми прекрасными качествами женщины и со всеми бунтарскими качествами мужчины. И все эти качества должны составлять единое целое.

Но с самого начала мы говорим детям... Если маленькому мальчику хочется играть с куклами, мы говорим ему: «Как тебе не стыдно! Ты же мальчик, мужчина, а ведешь себя как девчонка!»

А если девочка пытается взобраться на дерево, мы сразу же останавливаем ее: «Так девочки не поступают! Это занятие для грубых мальчишек. Сейчас же слезь вниз!»

С самого начала мы разделяем мужчину и женщину.

И дети страдают... ведь в том, чтобы взобраться на дерево, есть своя радость, и ни одна женщина не должна быть лишена ее. Быть на верхушке дерева, когда дует ветер, сияет солнце, поют птицы... если вы там не бывали, то Вы нечто упустили. И только потому, что вы — женщина... Странно... Никому не следует запрещать пускаться на поиски приключений — лазать по горам, плавать в океане — ибо в этом возбуждении есть нечто духовное.

Мужчине не следует мешать, когда ему хочется плакать. Но ему мешают, ему не позволяют дать выход слезам... ведь слезы — это только для женщин: «Ты же мужчина, и ты должен вести себя по-мужски». А слезы — это такое прекрасное переживание.

В глубокой печали или в великой радости, когда человека что-то переполняет, слезы дают этому выход. А когда слезы подавляются, одновременно подавляется и то, чему они могли бы дать выход, — глубокая печаль или великая радость.

И хорошенько запомните, что природа здесь не установила различий. Она дала мужчине и женщине одинаковые слезные железы, одного размера.

Но если вы — мужчина и плачете, то все осуждают вас: «Ты ведешь себя как женщина!»

Вам следует ответить: «Что я могу поделать? Сама природа дала мне слезные железы. Природа ведет себя как женщина. В этом нет моей вины, я просто наслаждаюсь своей природой. Я имею право на слезы».

Все качества должны быть доступны каждому.

Есть мужчины, которые не способны на любовь, ибо в них воспитывались совсем другие качества: «Ты должен быть твердым. Ты должен драться за место под солнцем. Ты не должен проявлять эмоции. Ты не должен быть чувствительным».

Ну как можно ожидать от мужчины, который неэмоционален, нечувствителен, которого приучили не проявлять чувства... как можно ожидать от него любви? А когда ему недостает любви, жизнь его становится жалкой. И с женщинами делают то же самое.

Я бы хотел, чтобы все различия исчезли. Каждому следует позволять все, что является естественно возможным для человека — независимо от того, мужчина это или женщина.

И у нас был бы более богатый мир, состоящий из более богатых людей.


Возлюбленный Бхагаван,

можно мне задать Вам тибетский вопрос? Сейчас третье тело Господа Будды растворилось в Вас. Не называется ли оно ментальным телом? Означает ли это, что все ментальное наследие Будды, все его учение о медитации и посвящении — вся его система — растворилось в Вас. Означает ли это также, что Вы освобождаете земной шар от всех систем, поглощая их Вашей любовью и дружелюбием?

Пожалуйста, расскажите анекдот. Джайеш сходит с ума!


Во-первых, Джайеш, третье тело — это не ментальное тело.

Первое тело — это физическое тело. Второе тело — ментальное тело. Третье тело — астральное тело.

Человек становится просветленным, когда он превосходит ментальное тело.

Астральное тело состоит из чистого света — только пламя без дыма вокруг него.

Во-вторых, ты прав: я готов взять всю отраву в мире, которая сводит людей с ума, и выпить ее — ибо отрава эта не может сделать из меня безумца.

Я могу освободить людей от всех их ядов: теологии, религий, политических идеологий.

Это все яды, и с самого начала они постоянно сводят человечество с ума. Христиане убивают мусульман, мусульмане убивают индуистов, индуисты убивают буддистов, и это продолжается и продолжается... атеисты убивают теистов, теисты убивают атеистов. Кажется, мы не хотим, чтобы кто-нибудь в этом мире обладал свободой — по крайней мере свободой мысли.

В Советском Союзе преследуют моих санньясинов, правительство не оставляет их в покое. А они не делают ничего дурного.

Только того, что они связаны с чем-то, что не является коммунистическим, достаточно, чтобы привести коммунистов в бешенство. Коммунизм должен быть единственной религией в Советском Союзе.

Коммунисты ничего не понимают из того, что я говорю; они не понимают, что мой атеизм является гораздо более утонченным, чем атеизм их Карла Маркса, их Энгельса, их Ленина.

Они не понимают, что я за подлинный коммунизм в мире.

А в Советском Союзе никакого коммунизма нет. Да, там больше нет капиталистов и теперь нищета разделена поровну.

Я против нищеты. Я хочу, чтобы поровну делилась не нищета, а богатство.

И основной идеей в коммунизме было создание бесклассового общества, — а этого, не получилось. Там больше нет капиталистов, но люди, находящиеся там у власти, стали новым классом, новой элитой. Нигде в мире капиталисты не обладают такой властью, какой обладает новая элита в Советском Союзе.

И после революции прошло уже семьдесят лет. Страной правит одна и та же группа людей, в нее нет притока свежей крови. И они хотят установить свое господство над всем миром.

И у Америки такое же намерение: уничтожить свободу, уничтожить индивидуальность, создать во всем мире непрямой империализм. Это ей почти удалось.

Я хотел бы разрушить все эти идеологии, освободить людей из их клеток, вернуть им крылья, вернуть им небо.

Так что ты прав. Это дело всей моей жизни.

И до последнего дыхания я буду продолжать делать то же самое — освобождать людей от индуизма, от ислама, от христианства, от иудаизма, от коммунизма, от фашизма, от национальностей, от деления на мужчин и женщин, черных и белых.

Сколько бредовых идей мы несем на своих плечах? Из-за этого бремени мы не можем расти.

Я хочу, чтобы все полностью освободились от этого бремени.

Я понимаю Джайеша. Он говорит, что сходит с ума... ведь почти три месяца он был в разлуке со мной.

История его жизни необычна.

Он был преуспевающим бизнесменом, а затем это ему надоело. Он услышал обо мне, почитал обо мне и приехал из Канады, чтобы быть со мной в моей американской общине. Он приехал с большими ожиданиями: «Теперь я буду сидеть и медитировать».

А на следующий день его арестовали вместе со мной и нас бросили за решетку.

Он сказал мне: «Бхагаван, это уж слишком. Я же приехал медитировать... Но в некотором смысле мне повезло, что я с самого начала нахожусь с Вами. Неважно, что в тюрьме...»

А затем он сопровождал меня по всему миру, нас депортировали из одной страны в другую.

Его не было здесь три месяца — он работал на меня. Определенно, он должен сходить с ума, ведь он пытается найти для меня штаб-квартиру. Он делает все возможное — но в последний момент вмешивается Америка. Ведь он постоянно окружен американскими шпионами. Американской посол непрерывно следит за каждым его шагом.

Когда правительство какой-нибудь страны уже готово подписать соглашение о предоставлении мне права создать общину в этой стране, в последний момент раздается телефонный звонок и сам американский президент начинает шантаж. Он угрожает: «Если вы позволите Бхагавану оставаться в вашей стране более тридцати шести часов, тогда вам придется вернуть нам все займы, которые вы получили от нас в прошлом, — а речь идет о миллиардах долларов. А если вы не можете вернуть их, тогда процентная ставка будет удвоена. Во-вторых, немедленно будут аннулированы все соглашения о займах на будущее, — а это опять миллиарды долларов. Вы можете выбирать, вы свободны; вы можете выбирать между Бхагаваном и американскими займами».

Естественно, ни одна страна не может позволить себе... Им приходится давать мне отказ.

Джайеш работал, работал и работал... почти целый год. На переговоры с политиками уходит один или два месяца, а когда окончательное решение вот-вот должно быть принято, Америка начинает оказывать давление. И это не давление, это просто шантаж. Америка угрожает другим странам: «Мы задушим вас».

И, несомненно, страна будет задушена — она не может вернуть займы, а все ее будущие программы основаны на займах, которые должна предоставить Америка. Все эти программы... останутся недостроенными мосты, больницы, и безработица возрастет настолько, что вся экономика страны просто лопнет. Это экономический империализм: внешне вы обладаете политической свободой, но глубоко внутри вы не свободны, никто не свободен.

Естественно, после трех таких месяцев ему нужен анекдот, чтобы просто посмеяться.

Джайеш, я слышал, что некий человек по имени Рейги — никакого отношения к Рональду Рейгану — работал в цирке дрессировщиком слонов.

Он выдрессировал слона по приказу поднимать одну ногу. Затем он выдрессировал его поднимать две ноги, затем — три. Рейги во всем стремился к совершенству, поэтому он предпринял попытку выдрессировать беднягу-слона поднимать все четыре ноги одновременно. В конце концов он пришел к выводу, что это невозможно.

Но ему в голову пришла великолепная идея — он дал в газетах объявление: «Любой, кто сможет заставить моего слона поднять все четыре ноги одновременно, получит от меня десять тысяч долларов. Плата за попытку — сто долларов».

Многие люди пытались сделать это, но все они потеряли по сотне долларов. Как может слон поднять... Они прибегали к убеждению, гипнозу, медитации, — но ничего не получалось.

И Рейги был счастлив, он собирал денежки.

Но в один прекрасный день к цирку подъехал голубой автомобиль с откидывающимся верхом и из него вышел человек очень маленького роста. Он спросил у Рейги: «Ты — тот человек, который заплатит мне десять тысяч долларов, если я заставлю слона поднять все четыре ноги одновременно?»

Рейги сказал: «Да. Но за право попытки ты должен дать мне сто долларов».

Коротышка дал Рейги сто долларов и вернулся к своему автомобилю. Он достал из багажника стальной прут.

Рейги представить себе не мог, что собирается делать этот коротышка. Приходили люди, которые прибегали к помощи йоги... пробовали всевозможные приемы. «Что он будет делать?» — Рейги затаил дыхание.

Сперва коротышка подошел к слону спереди и посмотрел ему в глаза. Затем он подошел к слону сзади и изо всех сил ударил его стальным прутом по яйцам. Слон как подпрыгнул — и все его четыре ноги оказались в воздухе!

Рейги было обидно до слез. Он успел заработать на этом только восемь тысяч додларов. И этот коротышка его облапошил! Рейги пришлось отдать ему еще и две тысячи долларов из своего кармана. И этот коротышка уехал, увозя с собой десять тысяч долларов.

Но затем Рейги придумал, как ему вернуть эти десять тысяч долларов.

Известно, что слоны кивают головой вверх и вниз, но никто еще не видел слона, качающего головой из стороны в сторону.

И Рейги дал в газетах еще одно объявление: «Любой, кто заставит моего слона покачать головой из стороны в сторону, получит от меня десять тысячи долларов. Плата за попытку — сто долларов».

Снова стали приходить люди и делать попытки. А Рейги собирал с них по сто долларов, он снова был доволен: приходило много людей — йоги, даосы, дзэнские мастера, всевозможные колдуны.

Но все они терпели неудачу — слон только кивал головой вверх и вниз.

Но в один прекрасный день к цирку снова подъехал голубой автомобиль с откидывающимся верхом и из него вышел тот же коротышка. Рейги бросило в дрожь: «Этот тип... что он выкинет на этот раз?»

Коротышка спросил: «Ты — тот человек, который даст мне десять тысяч долларов, если я заставлю слона покачать головой из стороны в сторону?»

Рейги сказал: «Да, но сперва ты должен дать мне сто долларов».

Коротышка дал ему сто долларов. Затем он подошел к своему автомобилю и достал из багажника стальной прут.

Рейги подумал: «Этот идиот... снова этот прут? Как же он заставит слона покачать головой из стороны в сторону?»

А коротышка подошел к слону, посмотрел ему в глаза и сказал: «Ты узнаешь меня?»

Слон закивал головой: «Да».

Коротышка сказал: «А хочешь еще раз получить по яйцам?»

Слон закачал головой: «Нет!»

И коротышка потребовал еще десять тысяч долларов!


Беседа 21 Арбуз и нож | За пределами просветления | Беседа 23 Десять не-заповедей