home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

На следующий день мы подходили к Артрерии. К счастью после дождя никто не заболел. Через три часа он закончился, и мы могли развести костер, хотя отыскать более-менее сухие ветки было довольно трудно. Все же после долгих поисков, мы справились. После того, как все немного обсохли, наше путешествие продолжилось. Заночевав в ближайшей деревне, к полудню мы подошли к воротам столицы империи Сверкающего.

– Дошли. – Рон плюхнулся на траву и стал рассматривать городские укрепления. – И что теперь?

– Хороший вопрос. – Ольга вопросительно посмотрела на меня.

– Что дальше, что дальше! А дальше войдем в город.

– И что мы там будем делать?

– Пока не знаю, – честно признал я. – Лично я собираюсь действовать по обстановке. К тому же нам надо куда-нибудь пристроить наше сокровище.

Словно почувствовав, что разговор идет о ней, Роксана подняла голову и посмотрела на меня. Потом подошла и протянула сорванный цветок.

– Возьми. Он холоший. И класивый, – добавила она, чуть подумав.

– Красивый, – согласился я, принимая подарок. Потом встал. – Ладно, идем в город. Сидеть здесь бессмысленно. Под сидячий камень, как известно, вода не течет.

– Вода не течет под лежачий камень. Про сидячий ничего не говорится.

– И кто-то уверял, что нудный я. – Я искоса посмотрел на Ольгу. Та возмущенно фыркнула, потом расхохоталась.

– Ладно-ладно, больше не скажу ни слова о твоей нудности. Признаю свою ошибку. Больше этого не повторится. А теперь вперед! Ведите нас, господин генерал! – Обижаться или сердиться на нее было совершенно невозможно, и я присоединился к ее смеху.

У ворот нас встретил усиленный наряд солдат. Один из подошедших к нам стражников поинтересовался, кто мы такие и куда идем. Я как можно более подробно ответил, что мы бежим от набегов, в результате которых погибла вся наша деревня. И теперь мы идем к родственникам.

– Ваши родственники живут здесь, в Артрерии?

– О нет, что вы, господин офицер. Просто так короче идти. По крайне мере именно так мы ездили к ним раньше.

– Я не офицер, – смутился солдат.

– О, вы им обязательно будете, – чирикнула Ольга. – У вас вид настоящего офицера.

– Ладно-ладно, проходите, не задерживайте других людей. И, так и быть, как беженцев мы пустим вас без входной пошлины.

– Благодарю вас.

Мы быстро прошмыгнули мимо солдат.

– Кажется, пронесло.

– А что тут было сложного? – удивленно спросила у меня Ольга. – У них не было оснований нас задерживать.

– Подождите! Стойте!

Мы разом обернулись. За нами бежал один из тех солдат, что я видел в карауле. Он бежал к нам и размахивал руками, с явным намерением привлечь наше внимание. Вроде никакой угрозы от него не было, но я напрягся. Встревожено смотрели на меня Рон и Ольга. Роксана, учитывая ее возраст, осталась ко всему равнодушной.

Солдат подбежал к нам и остановился, переводя дух.

– Ребята, я слышал, что вы говорили, что вы беженцы? Вы из одной деревни?

– Не совсем, – осторожно ответил я.

– А вам какое дело? – одновременно со мной спросил Рон.

– О, я не хотел вас обидеть. Ведь, если я правильно понял, вся ваша родня погибла, и вы идете к родственникам.

– Сестре моей матери, – уточнил я.

– Да-да. Но ведь в городе у вас никого нет?

Все эти вопросы насторожили меня, но лгать или не отвечать необходимости я не видел.

– Нет.

– Вот именно. А вы ведь наверняка в дождь попали, вам надо где-нибудь остановиться, отдохнуть, обогреться, а с вами ведь девочка маленькая. Я знаю место, где вы найдете кров и пищу. Один мой знакомый специально организовал этот приют для беженцев. Их сейчас много бежит с юга. Вам же придется всего лишь помочь ему кое в чем по хозяйству.

– Мы подумаем, – осторожно ответил я. Не нравилось мне это предложение, хотя я и сам не мог объяснить почему. Вроде все ясно. Тут одно из двух: либо этот знакомый солдата и в самом деле такой альтруист, проявляющий заботу о ближних (во что я верил с трудом); либо он просто использует в своих целях дешевый труд беженцев. Правда, было непонятно, что можем сделать мы, дети. А раз мне что-то было непонятно, то я намеревался подходить к этому с осторожностью.

– Подумайте. Вот здесь записан адрес… хотя вы же вряд ли умеете читать. Тогда просто покажите бумажку прохожему, и он вам объяснит дорогу. А если идти отсюда, то это недалеко. Сейчас прямо по улице и у ближайшего поворота свернете направо. Увидите высокий пятиэтажный дом. Вы его ни с чем не спутаете, он довольно приметный. А напротив этого дома и располагается приют моего знакомого. Ну, всего хорошего. Желаю удачи. – Солдат повернулся и, насвистывая какую-то песенку, удалился.

То, что он не стал убеждать нас или настаивать, чтобы мы обязательно отправились к его знакомому, частично рассеяло мои подозрения.

– Мы пойдем туда?

Я открыл рот, потом закрыл и посмотрел на Роксану.

– Не стоило бы, – несмело возразил я. – Не нравится мне это предложение.

– Девочке нужен отдых, – отрезал Рон. – К тому же она может и заболеть. Хоть мы и высушили свою одежду у костра, но ей все равно нужна теплая постель.

– Ты знаешь, – несмело начала Ольга. – В другой раз я согласилась бы с тобой, Егор. Мне тоже не нравится все это. Но сейчас… Роксане действительно нужен отдых. И настоящая еда.

Вот о чем я не думал, когда соглашался с тем, что бы Роксана шла с нами, так это о том, что из-за нее придется отказаться от разумной осторожности.

– В конце концов, солдат не настаивал, – заметила Ольга. – А уйти мы всегда сможем, если заметим что там что-то не так.

– А, ладно. – Я махнул рукой. – Может у нас у всех и в самом деле паранойя развилась. Нам в каждом слове какой-то заговор мерещится. Вполне возможно, что это действительно какой-нибудь богатый человек решил помочь беженцам в трудный для них час. Идем.

Пятиэтажный дом, о котором говорил солдат, мы нашли довольно быстро. Его действительно невозможно было не заметить хотя бы уже потому, что он был один такой высокий. Остальные дома были максимум трехэтажные. Напротив этого дома мы не сразу отыскали небольшую двухэтажную постройку, по внешнему виду напоминающую трактир. Впрочем, трактиром это не было. Никто не станет прятать трактир в глубине сада так, что его не сразу и отыщешь. Однако сам дом был довольно симпатичен и казался скорее маленьким замком, чем жилым домом. Правда, этот замок был полностью сделан из дерева, но это только добавляло ему привлекательности.

– Симпатично, – заметила Ольга. – Мне кажется, что здесь не может быть никакой опасности.

– Ага, – буркнул я. – Если бы зло было так легко распознать…

– Тебе что-то не нравится?

– Не знаю. Но я предпочел бы не проверять. Но у нас выбора нет.

– Вот именно. – Ольга первая поднялась на крыльцо и осторожно постучала.

Дверь открыла какая-то хмурая старуха в цветистом платье. Она несколько секунд разглядывала нас и вдруг расплылась в приветливой улыбке.

– Дети. Вы к кому, ребята? А, знаю, вам сказали, что здесь можно найти приют. Проходите, проходите! Ох ты, боже мой, какая с вами кроха! Что же вам пришлось пережить?! Но проходите, проходите.

Старуха чуть ли не силой завела нас в дом. Внутри было чисто и просторно. Вдоль стены стояли мягкие стулья, на полу коридора лежал ковер. Вся обстановка была какой-то умиротворяющей. Здесь сразу чувствовалось как дома. Старуха подвела нас к одной из двери и осторожно постучала.

– Господин, – заглянул она внутрь. – Тут еще пришли.

Я не слышал, что ответил ей таинственный господин, но старуха тут же посторонилась, пропуская нас. Мы переглянулись и несмело двинулись к двери. Старуха нас не торопила, она просто ободряюще улыбалась и ждала, когда мы войдем. Я вздохнул, что ж, если мы пришли сюда, то глупо сейчас бежать. Поэтому я первым двинулся к открытой двери. Комната, в которой я оказался, была обставлена довольно просто, без всяких излишеств и украшений. Даже стены были ничем не затянуты – обычное струганное дерево, но это придавало ей какой-то неповторимый шик и ничуть не портило общий вид. В центре комнаты стояло кресло, в котором, удобно устроившись, сидел толстоватый и лысоватый человечек. Он добродушно улыбался и молча ждал, когда мы войдем. Потом молча показал на стулья. Мы расселись. Тут же человек хлопнул в ладоши. В тот же миг распахнулись широкие створки второй двери и слуги внесли в комнату большой стол. Когда они его поставили, вошли еще одни слуги и поставили на него многочисленные угощения.

– Кушайте ребятки. Вы ведь проделали долгий путь и наверняка проголодались.

– Да нет, – пробормотал я, проглатывая слюнки, – мы, вообще-то, ели.

Человек рассмеялся.

– Не стесняйтесь. Ешьте и расскажите о себе. Если смогу, то я вам помогу.

Я счел это любопытство естественным и стал рассказывать нашу легенду. О деревне, на которую напали рогнарцы, о том, как мы уцелели потому, что в это время были в лесу и сумели вовремя спрятаться. Как потом пошли к своим родственникам, которые живут где-то недалеко от столицы. И рассказал о том, как с нами оказалась Роксана.

– Значит, вы не из одной деревни?

– Нет. Роксана из другой. Просто она очень привязалась к моему брату и не хочет с ним расставаться. А я даже не знаю, что с ней делать. Возможно, возьмем ее с собой. Нашей тете будет не под силу прокормить всех нас, но возможно ее возьмет кто-то другой.

– Мудрое решение. Раз девочка так привязалась к твоему брату, то не стоит их разлучать. Ну, а меня зовут Грогий Ворклав. Я купец. Я ведь сам раньше был очень беден, а потом мне удалось разбогатеть. Тогда-то я и поклялся, что буду помогать всем бедным людям, нуждающимся в помощи. Когда же началось нашествие и появились беженцы, то я решил отдать этот свой дом под гостиницу для них, а потом помогать им обустроиться. Находил им работу. Устраивал слугами в хорошие дома. Вам, как я понял, все это не надо. Что ж, оставайтесь в моем доме сколько хотите, а когда надумаете уходить, просто скажите мне. Я вам дам денег на дорогу. Нет-нет, не спорьте. Я не обеднею, если поделюсь несколькими несчастными медяками с такими бедняками как вы. К тому же вы мне понравились. Марта проводит вас.

В комнату вошла встретившая нас старуха. Подслушивала она что ли? Старуха молча пропустила нас. Рон быстро набрал небольшой запас еды для Роксаны. Потом смутился и вопросительно посмотрел на хозяина. Тот ободряюще улыбнулся.

Старуха провела нас к двери одной из комнат.

– Устраивайтесь, ребятки. Я понимаю, что вам сейчас не захочется расставаться, поэтому занимайте эту комнату. Однако девочкам все же лучше быть отдельно. Поэтому на всякий случай я открою соседнюю комнату. – С этими словами старуха удалилась.

Мы осторожно вошли в комнату. Она оказалась довольно просторной. Мебели было мало, только самая необходимая. Лично у меня эта комната вызвала неприятную ассоциацию с больничной палатой.

Рон плюхнулся на ближайшую кровать.

– Вот это человек, – восхищенно протянул он. – Правда, он хороший?

– Не знаю, – с сомнением заметил я, внимательно осматривая комнату.

– Что тебя тревожит? – Ольга встревожено наблюдала за мной.

– Если бы я знал. Понимаешь, у меня на родине говорят, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Хм! – Ольга цокнула языком. – Хорошее выражение, надо будет запомнить. Но не кажется ли тебе, что подозревать этого милого человека уже чересчур?

– Можешь считать, что я параноик, но мне здесь не нравится. Слишком все хорошо, чтобы быть правдой. Смотри, он говорит, что помогает всем беженцам, но дом этот не очень велик. Сколько в нем можно разместить людей? Если он решил помогать, то почему бы ему не устроить палаточный лагерь? Сейчас лето, тепло, а в таком лагере поместилось бы гораздо больше людей.

– Может он не может помочь стольким людям сразу?

– Зато может отдать свой дом целиком беженцам и устраивать такие угощения, какие дали нам?

– Но ведь мы дети, поэтому он и накормил нас так.

– Хм, возможно. Однако весь этот дом напоминает мне мышеловку, а все остальное тот самый бесплатный сыр. Вот что, сегодня мы здесь переночуем, а завтра уйдем.

– Тебе всегда опасности мерещатся. – Рон фыркнул. – А ты подумал о Роксане? Здесь мы можем хоть устроиться.

– Подумаем, – нехотя ответил я.

До вечера мы с Ольгой ходили по городу, прислушиваясь к разговорам людей, оставив Рона и Роксану в доме Грогия Ворклава. Основной темой разговора была война. При этом очень хорошо работала пропаганда Сверкающего, которая убеждала всех, что союзники хотят разрушить империю и вернуть эпоху королевств, поскольку они опасаются появления новой силы, могущей бросить им вызов. И что зависть толкает их на этот шаг. При этом правда была искусно переплетена с ложью. Причем настолько искусно, что и мне с трудом удавалось отделить одно от другого. Все это служило постоянной темой разговоров. И люди готовились к войне. Готовились серьезно и основательно. В город свозились припасы, добровольцы тренировались на площадях сражаться на мечах. Некоторое время мы с Ольгой наблюдали за такой тренировкой из толпы других детей, которые с восторгом следили за своими будущими защитниками. У многих там были братья или отцы.

– Но это несерьезно, – хмуро заметила Ольга, когда мы немного удалились. – Нельзя научиться владеть мечом походя. Для этого нужны серьезные тренировки и не по два часа в день, как это делают они.

– А им и не надо учиться владеть хорошо, – возразил я. – Копье они удержат, отразить натиск тоже смогут. А один на один они сражаться не будут.

– Верно, но они все равно не будут настоящими противниками для солдат.

– Будут. Поверь мне. Ибо они будут сражаться за то, во что верят, за будущее своих детей. Знаешь, если бы удалось убедить их, что мы сражаемся не против империи, а против Сверкающего… но это только мечты.

– Вот именно.

Мы еще походили по городу, но везде была одна и та же картина: купцы несли деньги, жертвуя их на войну, крестьяне толпами шли записываться добровольцами в полки, отовсюду везли зерно. В дом Грогия мы вернулись уставшими и подавленными. По всему выходило, что эта война легкой не будет. И самое неприятное было здесь то, что за Сверкающего будут сражаться те люди, которые сами же потом и пострадают от него в будущем. Не важно, что сейчас он справедливый правитель, но ведь не даром его называют черный маг. Не может человек быть хорошим, если для подпитки своих сил он использует смерть других людей. И я помнил историю, которую рассказывал мне Мастер: каким бы замечательным не был человек, но после того, как он становился магом смерти, он изменялся совершенно. Становился холодным, абсолютно безжалостным, не ведающим никаких чувств. Этих людей даже людьми нельзя было назвать. И ведь поговори с кем-нибудь из этих добровольцев, что стекались сейчас в армию Сверкающего, о магах смерти и все будут проклинать их, говорить об их жестокости, об их подлости и коварстве. Но переведи разговор на Сверкающего, и сразу все глупеют на глазах. Они как будто не хотят замечать, что Сверкающий и есть тот самый маг смерти, о ненависти к которым они распространялись минуту назад. Они с гордостью начинали говорить о его справедливости, о его законах, о том, что при нем все стали жить лучше, что он прекратил разбои на дорогах, прекратил кровавую усобицу королевств. И никто не хотел слышать о том, что рано или поздно, но сущность черного мага возьмет верх, и тогда эту самую кровавую усобицу эти люди будут вспоминать как эпоху невиданного благоденствия. И если все эти энтузиасты помогут победить в этой войне, то сами они и пострадают или их дети. Но хуже всего, тогда пострадает и весь остальной мир. Это будет как болезнь. Весь этот остров будет походить на гигантскую кровоточащую рану на теле этого мира. И хуже того, эта болезнь будет распространяться, захватывая новые области. И эти, в общем, общеизвестные истины, никак не хотели проникать в головы крестьян, купцов и остальных жителей империи. Они не хотели смотреть дальше своего носа. Они видели, что сейчас хорошо, а что будет завтра… пусть об этом голова болит у кого-нибудь другого.

– Спим вместе, – велел я. – Девочки ложатся вот на эти кровати, а вот этой простыней мы огородим их угол.

– Егор, ты все еще боишься? – Рон безнадежно махнул рукой. – Я же тут уже все изведал. И даже познакомился с некоторыми другими беженцами. Они все очень хорошо отзываются о нашем хозяине.

Я ненадолго усомнился в своих ощущениях. В самом деле, если люди живут здесь и говорят и хозяине только хорошее, то, возможно, я не прав?

– А как давно они здесь? Ну те, с которыми ты разговаривал.

– Они говорят, что прибыли сегодня, как и мы.

– Что? – Я озадаченно посмотрел на Рона. – А ты не встречал никого, кто живет здесь хотя бы сутки?

– Нет. – Рон растерянно смотрел на меня. – А ведь действительно я не видел никого, кто прожил здесь больше суток. Все, с кем я разговаривал, прибыли только сегодня.

– И что это значит? – встревожено спросила Ольга.

– Не знаю. Но, думаю, будет лучше, если мы переночуем не раздеваясь. В общем, так, все ложитесь спать, а я останусь караулить.

– Это нечестно, Егор. – Рон вызывающе уставился на меня. – Будем стоять вахту по очереди!

– Рон, я не собираюсь спорить. Во-первых, я могу отдохнуть на вахте с помощью дей-ча, и ты это отлично знаешь. Поэтому для меня вахта, в отличие от любого из вас не будет обременительной. Во-вторых, от того, кто стоит на часах могут потребоваться моментальные действия, а как быстро я не проснусь, но моя реакция будет медленней обычной. Все, спор окончен. Или ты хочешь получить мой приказ?

Рон под моим пристальным взглядом поежился.

– Ну ладно, ладно. – Он нехотя отправился в кровать.

– Может, действительно стоило разделить вахты? – несмело спросила Ольга.

– Не начинай хоть ты! – простонал я. – Ложись лучше.

Дождавшись, когда все улягутся, я погасил свет. Потом подумал и, притащив табуретку, вытащил из пазов все шары со сгущенным светом. Теперь никто при всем желании не смог бы включить освещение в комнате. Затем я сложил одеяло на своей кровати таким образом, что казалось, будто там кто спит. Сам я отошел в самый темный угол, сел по-турецки за кровать, положил рядом с собой посох и засунул за пояс нунчаки. Нунчаки я рискнул взять с собой по той причине, что это оружие в этом мире было неизвестно. Да никто и не примет их за оружие. Они ведь больше походили на обычный крестьянский цеп, только сделанный более тщательно. Именно на этой версии я и собирался настаивать, если кто обнаружит их у меня в мешке. Впрочем, вряд ли кто ими заинтересуется.

Устроившись в своем углу поудобнее, я закрыл глаза и быстро погрузился в транс. Потянулся, отделяя душу от тела. Впрочем, подобное название мне никогда не нравилось, и я предпочитал называть это упражнение выходом в астрал. Некоторое время я любовался видом собственного тела, потом приблизился к двери и настроился на нее. Теперь, стоило кому-нибудь подойти к ней, как я немедленно почувствовал бы это. Проверив все углы комнаты, я вернулся в свое тело и стал упражняться в дей-ча. Подобные упражнения уже стали для меня настолько привычными, что я проделывал их чисто машинально, сразу, как только входил в дей-ча. Проделав весь комплекс, я расслабился, успокаивая напряженные работой мышцы. Тут мне пришло в голову, что, освободившись на время от тела, я мог бы произвести небольшую разведку по дому. Обругав себя за то, что сразу не догадался об этом, я вторично вышел из своего тела и, установив более тесный контакт с дверью, отправился на разведку.

В коридоре все было спокойно. Я попробовал уловить биополе людей и тут же обнаружил его в кабинете Грогия. Биополе было активным – значит, человек не спал. К тому же он был явно не один. Интересно, почему в такой поздний час наш уважаемый хозяин вместо того, чтобы спать сидит с кем-то в своем кабинете? Конечно, у него вполне могла быть бессонница, но зачем тогда кого-то тащить к себе в кабинет? Чтобы скучно не было? Впрочем, гадать было не лучшим вариантом, чтобы ответить на этот вопрос. Пользуясь биополем Грогия как маяком, я отправился туда.

В комнате, уютно устроившись на кресле, сидел сам Грогий. Чуть в стороне находилась и та самая старуха, которая нас встретила у входа. Здесь же находился еще один человек, которого я до этого не видел.

– Это грабеж, господин Грогий! – возмущался этот человек. – Двести динаров! Это неслыханно!

– Ну-ну, господин Ролокон, зачем такие эмоции? Моя цена основана на разумных цифрах. Вот, смотрите сами. – Грогий протянул своему собеседнику какой-то листок. – Здесь полный расклад цен на товар на рынках востока. Как видите, я предлагаю вполне приемлемую цену.

Все ясно. Я потерял всякий интерес к разговору. Купец обсуждает с другим купцом какую-то деловую сделку.

– Но ваш товар…

– Вполне хороший. Вы сами могли его видеть.

– Ладно, я понял. Но с вами, господин Грогий, трудно иметь дело.

Грогий только усмехнулся в ответ.

– Вам помочь или справитесь своими силами?

– Я сам все сделаю! Зная вас, я не удивлюсь, если вы накинете цену за помощь!

– Возможно, – хихикнул Грогий.

Сейчас я поражался произошедшей в купце перемене. Когда мы разговаривали с ним в этой комнате, то он скорее походил на доброго дедушку, чем на купца. Я еще удивлялся, как такая рохля смогла стать купцом и преуспеть. Сейчас же это был совсем другой человек: жесткий, волевой, решительный, знающий чего он хочет. А то, что было, раньше оказалось всего лишь маской для одурачивания наивных простаков.

В этот момент Ролокон достал кошелек и старательно отсчитал двести динаров. Интересно, что это за товар такой? Ладно, не желая больше задерживаться, я быстро покинул кабинет. Здесь меня ждал сюрприз. В коридоре оказалось около шести человек, которых не было еще в тот момент, когда я входил в комнату. Пятеро из них были вооружены дубинками, обернутыми тряпками. Шестой казался безоружным и являл полную противоположность остальным пятерым. Если эти пятеро представляли собой типичных громил, то шестой был сухенький старичок с небольшой бородкой. Интересно, что здесь происходит? Уж не собираются ли они напасть на нашего хозяина? Или наоборот, сам Грогий вызвал их, опасаясь нападения? В любом случае гадать оставалось недолго.

В этот момент открылась дверь, и в коридор вышел сам Грогий вместе со своим собеседником. Старуха осталась внутри.

– Итак, ребята, приступаем, – кивнул Ролокон тем, кто стоял в коридоре.

Громилы мигом развернулись и направились к ближайшей комнате.

– Только без шума, – попросил Грогий, идя следом за Ролоконом.

Ролокон наградил его насмешливым взглядом.

– Боитесь, что о ваших делишках узнает внутренняя стража?

– Вам-то хорошо, – огрызнулся Грогий. – Вы сели на корабли и уехали, а мне здесь жить. Да еще вы грабите меня! Я и так постоянно иду на риск! Я каждый раз просыпаюсь в ужасе оттого, что внутренняя стража выследит меня…

– Тогда бросайте это дело, – дружелюбно посоветовал его собеседник.

Да что здесь происходит?!!

Тут громилы подошли к комнате. Один из них достал фонарик, коснулся рукой освободителя заклинаний на ручке. Тотчас из небольшой дырки в темной сфере, закрывающей шар со сгущенным светом, ударил лучик. Таким приспособлением удобно пользоваться, если не хочешь, чтобы тебя обнаружили. Все шестеро вошли в комнату. Я за ними. Лучик фонаря обежал зал. Здесь было шесть кроватей, на которых спали люди. Рядом лежала рваная крестьянская одежда. Так, кажется это беженцы.

Тут вперед вышел старичок. Он достал какую-ту штуку, которую поочередно направил на каждого спящего. Вот он нахмурился и подошел к одному.

– У этого амулет. – Его голос звучал немного дрябло, но в нем чувствовались стальные нотки. После его слов к человеку тотчас подошли двое громил и встали с дубинками наготове. Сам старичок вышел в центр комнаты, поднял руки и стал что-то громко говорить, однако, стараясь никого не разбудить. Я почувствовал волну магии. По крайне мере я ощущал это как волну. Мастер говорил, что, находясь вне своего тела, человек начинает ощущать многие нематериальные вещи. Такие, как магия, например. И сейчас я отчетливо ощущал магию, направленную на спящих. На всех, кроме того, у которого был амулет.

Последствия магии появились немедленно. Все пятеро встали и как сомнамбулы стали одеваться. В этот момент трое громил навалились на последнего спящего человека и точным движением оглушили дубинкой по голове. Крестьянин обмяк. Старичок подошел к нему, несколько мгновений пристально рассматривал. Потом нагнулся и резким движением оторвал от рубашки, которую человек не снял даже во сне, какую-ту тряпку.

– Все. Вот он амулет, – сказал он, протягивая оторванную тряпку Ролокону.

Тот кивнул.

– Забирайте их.

Пятеро крестьян, двигаясь как во сне, покорно вышли в коридор. Шестого вынесли и бросили на пол. Один из громил опустил на пол мешок и достал оттуда веревки. Действуя быстро и сноровисто, сразу чувствовался большой опыт, он связал всех шестерых и заткнул им рты. После чего их оставили сидеть в коридоре, а сами они двинулись к следующей комнате.

Да что же это происходит?!! Что же это де… Фигурально выражаясь, я замер с открытым ртом. Так вот о каком товаре говорил Грогий! Вот что здесь творится! Якобы оказывая помощь беженцам, он собирает их в своем доме, а потом продает всех в рабство, которое еще существовало во многих районах этого мира. Конечно, эти люди все беженцы, у них не осталось ни родных, ни знакомых! Никто и не вспомнит о них. А если и вспомнят, то посчитают погибшими. Вот он какой, этот альтруист! Негодяй и подонок! Ясно и присутствие мага. Ведь как ни дешевы бывают защитные амулеты, но они все равно стоят денег и очень многим крестьянам они не по карману, да и не нужны они им по большему счету. Конечно же, таких людей удобней всего покорить с помощью магии. А если у кого окажется защитный амулет, то с ним разберутся громилы с дубинками. Все продумано очень хорошо. Даже отдельные комнаты. Ведь удобней разбираться с шестью людьми, чем с несколькими десятками, если вдруг кто проснется и поднимет крик. Сами же крестьяне, утомленные долгим переходом и добравшиеся до безопасного места (как они считают) спят без всяких опасений и довольно крепко.

Я рванулся вперед и в тот же миг очутился в своем теле. Быстро поднялся с пола и растолкал всех, кроме Роксаны, которая в данной ситуации ничем нам помочь не могла.

– Что случилось, Егор? – недовольно спросила Ольга. Однако ее недовольство вмиг пропало, когда я рассказал о том, что видел.

– Какой негодяй!!! – Она даже задохнулась от гнева. – Подонок!!! Вот, значит, как он помогает несчастным беглецам!!!

– Тихо, – прошипел я. – Возмущаться потом будешь. Не забывай, что если мы не выберемся отсюда, то рискуем оказаться в том же положении, что и остальные беженцы.

– Рыцарь Ордена Энинг, ты обязан помочь этим людям! – Раз уж Ольга заговорила таким образом, то значит, она приняла решение, от которого не отступит. Что-что, а ее упрямство я знал.

– Нам бы самим кто помог, – буркнул я. – А ты что скажешь? – Повернулся я к Рону.

– Уходить нам надо. А если можно будет, то можно помочь и остальным.

– Если можно будет? – возмутилась Ольга.

– А ну тихо! – прошипел я. Все заткнулись, испуганно глядя на меня. – Вот так-то, а теперь быстро поднимайтесь. Ольга, разбудишь Роксану и поможешь ей одеться. – Ольга кивнула. Я же прокрался к двери и стал внимательно слушать. Рон в это время подошел к окну, изучая возможность побега через него.

Некоторое время все были заняты. Тут я отскочил от двери.

– Сюда идут, – сдавленно прошептал я. Все испуганно замерли. – Вот что, – решил я. – Все в кровати и натяните одеяла. Делайте вид, что спите. Оль, объясни Роксане. Скажи… скажи, что это игра что ли.

– Не учи, – буркнула она, поспешно укладывая в постель девочку. Рон уже юркнул в свою кровать.

Я же подошел к двери и стал слушать. Вот шаги остановились около нее.

– Так вы говорите, что дети спят здесь? – услышал я знакомый голос Ролокона. – двое мальчишек и две девчонки?

– Одна девочка совсем малютка. – Это уже старуха, которая нас провожала. – Ей года четыре, не больше. А вот вторая красавица.

– Что ж, хорошо. Тогда ее можно будет продать на Руленейском базаре. Если она и правда, такая красавица, как вы говорите, то ее обязательно кто-нибудь купит для себя. Ну, а мальчишки… их всегда можно пристроить.

Я почувствовал как горлу подступила волна холодного бешенства. Значит, продать на базаре? Ну-ну! Я отошел чуть назад и аккуратно положил на пол посох таким образом, чтобы один его конец смотрел на дверь. Одной ногой я встал на другой конец посоха, а вторую подсунул под посох. Потом отвел правую руку за спину, нащупывая нунчаки. Ну что ж, милости прошу, господа работорговцы.

Дверь тихонько скрипнула и отворилась. Поскольку в коридоре горел свет, хотя и не очень яркий, он осветил часть комнаты.

– Кто там? – спросил я, стараясь чтобы люди не почувствовали мою ярость. Я сейчас интенсивно проводил упражнение, пытаясь ее подавить, ибо разъяренный боец – мертвый боец, как учил меня Деррон. Для этого мне просто необходимо было выиграть время.

Дверь замерла. Некоторое время за ней царило растерянное молчание.

– Это я, милок, – наконец заговорила старуха. – Я просто хочу убедиться, что здесь все в порядке. Ты почему не спишь? Тебе что-нибудь надо?

– Все в порядке, благодарю вас. И мне ничего не нужно. А не сплю… мы уже привыкли кого-нибудь оставлять бодрствовать на всякий случай. Мало ли что. Сейчас моя очередь дежурить.

– Это разумно. Но здесь вам ничего не угрожает.

– Возможно. – Все, пора. Я выдохнул. – Кроме Руленейского базара. Кажется, вы именно о нем говорили? У двери такая плохая звукоизоляция, не правда ли?

Опять тишина. Потом, уже не стараясь остаться незамеченными, дверь отворилась, и вошли трое громил со старичком.

– Что ж, я рад, что ты все узнал, – прошамкал он. – Не люблю обманывать детей.

Он поднял руки и стал что-то говорить. Я с интересом наблюдал. Старик нахмурился, попробовал еще раз.

– Что, не получается? – сочувственно спросил я.

– У него амулет, взять его! Приказ был немедленно выполнен, точнее его попытались немедленно выполнить. Первый громила резко бросился на меня с веревкой наготове, стараясь сразу повалить на пол и связать. Остальные двое метнулись к Ольге и Рону. Роксану взял на себя старик-маг.

Дождавшись, когда громила подбежит ко мне поближе, я резко перенес тяжесть на правую ногу, которая стояла на конце посоха, и поднял левую. Посох тут же встал под углом к полу. Именно на этот конец и налетел несчастный громила. Причем я не совсем правильно рассчитал рост этого идиота и в результате он налетел не животом, как я рассчитывал, а тем, что чуть ниже. Налетел всей своей массой. Посох вылетел из-под моей ноги, и я еле успел поймать его. При этом сам посох только чудом не сломался, такой силы был удар. Вой раздался такой, что я втянул голову в плечи. Я не хотел этого, честное слово не хотел. Ну ладно, не смертельно… разве что детей иметь не сможет. Но вот чего у меня не было, так это жалости к этому громиле, хотя, он вроде всего лишь выполнял приказ.

На этот вой обернулись все. Даже Ольга с Роном испуганно вскочили с постелей. Оглянулись и те, кто пытался схватить их. Воспользовавшись этим, я как в игре «городки» метнул посох. Вращаясь, тот угодил точно в лоб тому, кто пытался схватить Ольгу. Он крякнул и без чувств опрокинулся на пол. Хоть голова у него была и не из слабых, но и удар был довольно силен. Воспользовавшись этим моментом, Ольга схватила посох и со всей силы огрела им громилу, который пытался поймать Рона. Рон остановился, несколько удивленно посмотрел на валявшегося перед ним человека. Потом повернулся к Ольге и поднял большой палец. Ольга самодовольно ухмыльнулась и, опершись о посох, грозно уставилась на мага.

– Ну, тебе тоже дать?

Тот задом пятился к двери. Так задом он и налетел на подмогу, которая в этот момент ворвалась в комнату. Полагая, что дети не смогут быть серьезными противниками, сюда вошли только трое громил и маг. Сейчас все трое пребывали в бессознательном положении, маг же был так напуган, что от него в ближайшее время не было никакой пользы. Подмога же, вбежав со света в полумрак, на миг потеряла ориентацию и замерла. Я, воспользовавшись этим мгновением, тут же захлопнул дверь. Теперь комнату освещала только бледная тень Луны, с трудом пробивающаяся сквозь деревья. Но этого света была так мало, что вряд ли кто мог что увидеть на расстоянии вытянутой руки.

Трое громил, потеряв ориентацию, осторожно двинулись вперед. Один попытался подойти к двери. Я плавно достал из-за спины нунчаки. Через мгновение двое уже шли обратно на крик своего товарища. Вот уже один с отчаянием колотит рукой по освободителю заклинаний, тщетно пытаясь зажечь в комнате свет. Легкий свист нунчак, вскрик и звук падающего тела. Никого убивать я не собирался, поэтому бил не в полную силу.

– Быстро! – велел я, освещая пространство вокруг трофейным фонариком, с которого сорвал темную бумажную сферу.

– В окно? – мигом вскочил Рон.

– Зачем? В дверь. В окно не успеем. Ольга, хватай Роксану. Рон, возьми посох. Он тебе пригодится.

– Я и сама неплохо смогла бы им орудовать! – Но это было единственным возражением Ольги. Она прекрасно понимала, что сейчас не время и не место для споров.

Я же в это время подошел к двери, резко распахнул ее и тут же упал, перекатившись по полу. Сделано это было вовремя, так как над головой в тот же миг просвистел чей-то клинок. Я взмахнул нунчаками, и этот кто-то рухнул на пол, держась за сломанную ногу. Я вскочил, оценивая ситуацию. Так, кажется, колдун успел поднять тревогу, и здесь были еще трое слуг, вернее уже двое, поскольку один явно выбыл из строя. Но они были вооружены не дубинками обернутыми тряпками, а короткими мечами. Кроме них здесь же был сам колдун, Ролокон и Грогий. За спиной Грогия торчала старуха.

Воспользовавшись моментом колдун метнул в меня молнию. Не ожидавший такого, я отшатнулся, но молния рассыпалась безобидными искрами по моей груди.

– Я не могу! – чуть ли не истерично выкрикнул колдун. – У него какой-то мощный амулет!

– Нет у меня никакого амулета, – пробормотал я, бросаясь вперед. Сейчас просто необходимо атаковать, пока на помощь не прибыли остальные слуги. Ведь здесь явно не все.

Как и ожидалось, никто из них не знал защиты от такого диковинного оружия, что было у меня. Два удара и оба слуги мягко оседают на пол, мечи, вырванные мощными ударами, унеслись куда-то вдаль по коридору. Я шагнул вперед.

– Не подходи! – испуганно просипел Ролокон, дрожащими руками пытаясь достать кинжал откуда-то из складок одежды. Нет, этот человек явно не солдат.

Внимание всех оставшихся на ногах людей было полностью сосредоточено на мне и это оказалось ошибкой. Как раз в этот момент Рону удалось пробраться вдоль стены и когда Ролокон, наконец, достал свой кинжал ударил его по руке посохом. Ролокон взвыл, держась за сломанную руку.

– Ах ты, щенок! – завопил он.

Однако эта мгновенная задержка оказалась спасительной для Грогия, который развернулся и бросился бежать по коридору. Я побежал за ним, подняв по дороге кинжал Ролокона. Но за поворотом наскочил на трех слуг, которые, вооружившись чем попало, двигались на шум. Пришлось немного задержаться.

– Догнал? – Из-за поворота выскочил Рон. Потом он увидел валявшуюся у моих ног троицу, хмыкнул. – Ясно. А я там с магом разбирался. Вредный старик оказался. Молниями швырял.

Я нервно хмыкнул. Впрочем, ни за Ольгу, ни за Рона можно было не переживать. У Ольги наверняка самый лучший защитный амулет, который только могут создать маги этого мира. Рону же я дал амулет, изготовленный Мастером, и лучшей рекламы для него не было. Тут из-за поворота вышла Ольга, держа на руках испуганную Роксану.

– Уходим быстро.

Однако быстро уйти нам не удалось. От поднятого шума стали просыпаться остальные обитатели этого дома. Они выскакивали из комнат и удивленно озирались, пытаясь разобраться в происходящем. Ольга опустила Роксану, вскочила на ближайший стул и коротко рассказала о том, что здесь происходит. Мне оставалось только восхищаться ее самообладанием и находчивостью. Пока мы с Роном растерянно стояли, озираясь по сторонам, она быстро взяла ситуацию под контроль. К ее словам сначала отнеслись недоверчиво, но дальше по коридору вскоре все увидели обитателей первых комнат, которые неподвижно стояли вдоль стен. Тем же, кому не повезло оказаться с амулетами, лежали вдоль стен. Все были надежно связаны.

Я быстро прошел вдоль строя, разрезая путы. Потом попробовал привести кого-нибудь в чувство. Но даже хлопанье по щекам не помогло.

– Отойди! – Ольга отстранила меня. Потом вышла вперед, опустила голову, сосредотачиваясь. Вдруг резко подняла руку, направив ее на неподвижных людей, вскинула голову. Я заметил, что от напряжения на лбу у нее выступили капли пота. И вот ее рука вяло упала. Словно повинуясь команде, рухнули на пол и все заколдованные люди. Правда, они в тот же миг стали подниматься, затравленно озираясь по сторонам.

– Я и не знал, что ты владеешь магией, – тихо заметил я.

– Скажем так, – хмыкнула Ольга. – Я училась защищаться от магической атаки не только с помощью амулетов. – Однако сейчас было не время для дискуссий на эту тему – крестьяне стали рассказывать о произошедшем с ними.

Когда люди услышали их рассказ (оказалось, что заколдованные прекрасно помнили, что с ними происходит, только сделать ничего не могли), то отпали все сомнения. Подобный обман вызвал такую ярость, что крестьяне, расхватав все вещи, которые более-менее могли служить оружием, бросились громить вдруг ставший ненавистным дом. Испугано голосили женщины, жались к стенам дети. Обалдевший от всего происходящего, я стоял у стены и озирался по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Тут чья-то рука ухватила меня за запястье и вытянула из толпы.

– Ты долго собрался здесь стоять? – поинтересовалась Ольга, отпуская мою руку. – Нам пора сматываться. Не думаю, что стоит ждать внутреннюю стражу.

Я кивнул, и мы все вчетвером выскочили из дома, где беженцы избивали слуг, подвернувшихся им под горячую руку.

– Нам надо покинуть город и как можно скорее!

– Зачем? – удивленно посмотрел я на Ольгу. – Мы еще не сделали то, что хотели.

– Энинг, ты что заболел?! Где твои мозги? Как ты думаешь, сколько времени потребуется разведке Сверкающего, чтобы сложить два и два? А ведь разведка наверняка заинтересуется происшедшим, когда до них дойдут слухи о том, что ребенок расправился с несколькими слугами не слабого сложения. А крестьяне и сами слуги, которых схватит внутренняя стража, очень подробно опишут тебя. И твое необычное оружие. Или ты думаешь, что те, кого ты избил, будут молчать о тебе?

А ведь верно!

– Но ведь до разведки эти слухи должны еще дойти, – возразил я.

– Именно поэтому я считаю, что у нас есть шанс сбежать, если мы приступим к этому прямо сейчас.

– Тогда чего мы встали? Пошли быстрее!

– Ты действительно здоров? – поинтересовалась Ольга, подозрительно косясь на меня. – Может тебя по голове стукнули?

– Так, что я еще упустил?

– А то, что городские ворота на ночь обычно закрывают. Как ты собрался уходить из города? Со стены прыгать?

Вот об этом я действительно забыл. Несмотря на то, что в этом мире я уже довольно давно… относительно, но я все еще допускаю иногда ляпы.

– Ладно, понял. Значит, утром выбираемся и драпаем. – Я с досадой стукнул кулаком по стене ближайшего дома. – Вот ведь повезло! Только прибыли и уже бежим! И ведь не сделали ничего из того, что хотели. А все потому, что сунулись куда не следует!

– Зато мы прекратили торговлю людьми. И подумай о тех людях, что благодаря нам не окажутся на восточных невольничьих рынках.

– Хватит вам спорить! – Рон сердито посмотрел на нас. – Вам не кажется, что пора искать место, где можно переночевать?

– О, верно. – Я виновато посмотрел на Рона с Роксаной. – Извини.

Переночевали мы в городском парке, а утром, смешавшись с толпой крестьян, покидающих город, мы никем незамеченные (по крайне мере мы на это надеялись) вышли из столицы империи Сверкающего. А потом у ближайшей развилки свернули в лес.

– Мы должны запутать возможную погоню, – объяснил я свой план. – Насколько я помню карту, то, пройдя через лес, мы окажемся на торнерийской дороге, которая выведет нас к побережью. К тому же мне не хочется покидать империю так ничего и не добившись, а на той дороге есть несколько важных пунктов.

Ольга только хмыкнула и посоветовала не перехитрить самого себя, но больше спорить не стала.

На следующее утро мы действительно вышли на дорогу и двинулись по ней в сторону побережья. Но неприятности к нам подкрались с той стороны, откуда мы не ждали…

Подойдя к деревне, Рон, как обычно, собрался пойти туда вместе с Роксаной за едой. Как мы заметили, у Рона был неподражаемый талант лицедея. И «беглецу от гнусных захватчиков, оставшегося с младшей сестрой на руках» охотно помогали все. И прием становился менее доброжелательный, если помощи просили мы вчетвером. Именно поэтому, не имея никакой необходимости заходить в деревню вместе, мы отправили туда Рона с Роксаной, а сами устроились чуть в стороне от дороги, дожидаясь того.

– Что-то долго нет Рона, – заметил я. И тут, словно в ответ на мои мысли, к нам бросилась зареванная Роксана.

– Они… они… дядю Лональда схватили, – заревела она, уткнувшись в меня.

– Кто? – вскочил я.

– Сядь! – тут же осадила меня Ольга. – Если ты ее напугаешь, то ничего не добьешься. Дай-ка я поговорю. Роксана, расскажи, что случилось?

Несколькими словами Ольге действительно удалось успокоить девочку, и та пустилась в сбивчивый рассказ. Если коротко суммировать все, что она наговорила, то получалось следующее: в деревне их встретили хорошо, дали еды. Рон с Роксаной уже выходили, когда Рон заметил, что за ними кто-то едет. Почему Рону показалось это подозрительным, я не понял, но он за ближайшим поворотом толкнул Роксану в кусты и велел в случае чего бежать к «дяде Еголу». Дальше Рон бросился в поле, уводя погоню от того места, где была спрятана Роксана. Двое всадников, что ехали за ними, выехали из-за поворота и, увидев, что мальчишка удирает по полю, поскакали за ним. У Рона не было никаких шансов уйти от всадников, но он дал необходимое время, чтобы ушла Роксана.

– Ты видела, кто за ним гнался? – спросила Ольга.

– Да. Это был тот плохой дядя из дома. Дядя Лональд его палкай по луке удалил.

– Роксолон, – выдохнул я. – Вот нарвались! И что ему здесь понадобилось?

– То же, что и нам, – мрачно ответила Ольга. – Он просто удирал той же дорогой, что и мы. Вот и нарвались. Что ты собираешься делать?

– Сначала уйдем отсюда. Роксолон почти наверняка захочет поймать и нас.

– Вряд ли. После случившегося.

– Побежал же он за Роном! Но захочет он отомстить или нет, а нам в любом случае необходимо уйти отсюда. Я вас спрячу с Роксаной, а сам схожу разведаю. Рона я не оставлю.

– Но…

– Понимаю. Я бы взял тебя с собой, но Роксану одну не оставишь. А время с ее устройством терять мы не можем. Если Роксолон на коне, то нам его не догнать. Я все же надеюсь, что он захочет задержаться, чтобы поймать нас всех. А теперь уходим и быстро!

Ольга сдалась и молча двинулась за мной в сторону леса. Некоторое время мы шли по нему, по дороге выясняя у Роксаны подробности.

– Вот здесь подходящее место. Спрячьтесь и ждите меня.

Ольга спорить не стала и, подхватив Роксану, нырнула в овраг. Растительность так густо покрывала его склоны, что их там обнаружить было довольно проблематично. А шум пробегающего по дну оврага ручья скрывал шум, производимый людьми. К тому же и за водой им ходить далеко не надо.

Убедившись в том, что девочки устроились хорошо, я выбрался из оврага и двинулся в сторону дороги, оставив свой посох Ольге, рассудив, что он ей может понадобиться, если я не вернусь.

Как ни странно, но Ролокона я разыскал быстро. Едва выйдя из леса, я столкнулся с тремя людьми, которые методично обыскивали кусты у дороги. К счастью я вышел позади них и успел вовремя нырнуть обратно.

– И зачем ему какие-то дети понадобились? – ворчал один из этих троих.

– А черт его знает! Говорю, сваливать надо, а он разыщите этих детей и тогда нам, и бежать не придется.

– Кто они хоть эти дети?

– А кто ж его знает. Какие-то крестьяне.

– Так может, возьмем крестьян?

Один из собеседников на миг задумался.

– Не-е, – протянул он. – Хозяин вроде как о конкретных детях говорил.

Я едва сдержался от того, чтобы не запрыгать на месте от радости. Значит, Ролокон решил разыскивать нас! Значит, он никуда не уехал! Некоторое время я решал что делать: идти разыскивать Ролокона или проследить за этими типами, когда те будут возвращаться обратно. Оба варианта были одинаково рискованны, и каждый из них имел свои плюсы и минусы. В конце концов, я решил попробовать разыскать Ролокона самостоятельно. Вряд ли он спрятался слишком уж хорошо. Если он позволяет тратить время на наши поиски, то значит не чувствует опасности для себя и у него нет необходимости прятаться.

Стоянку Ролокона я разыскал хоть и быстро, но все же не без труда. Он вместе со своими людьми съехал с дороги и устроился на лесной полянке. Если бы я не столкнулся с каким-то человеком, который, озираясь по сторонам, двинулся в сторону леса, то я, скорее всего, прошел бы мимо. Осторожно следуя за подозрительным типом, я и вышел на ту поляну. Там расположился целый отряд. Ого! А у Ролокона большие силы.

Потратив некоторое время на то, чтобы преодолеть часовых, я пробрался к лагерю так близко, как мог, подсчитывая примерное количество людей. По моим прикидкам выходило человек тридцать. Интересно, откуда эти люди взялись? Хотя… Ведь Ролокон приехал за рабами, не мог же он ехать обратно всего лишь с теми шестью слугами, что я видел. Скорее всего, основные силы ждали его за пределами города. Правда, оставалось непонятно, как он планировал вывести рабов незаметно из города, но в данной ситуации это волновало меня меньше всего.

Где же Рон? Тут чуть в стороне неожиданно раздался какой-то странный свист, а потом вскрик. Я вздрогнул и быстро пополз в сторону. Выглянул из-за куста и чуть не вскрикнул сам – почти рядом со мной стоял Ролокон. Правая рука у него была туго перевязана и покоилась на перевязи, зато левой он держал плетку, которой нервно постукивал себя по ноге. Но вовсе не это заставило меня вздрогнуть. Дело было в том, что перед Ролоконом висел Рон. Рон был подвешен за руки таким образом, что его лицо оказалось как раз на уровне лица Ролокона. Его ноги тоже были туго стянуты кожаным ремнем и болтались примерно на высоте полуметра от земли. На земле валялась и разорванная рубашка Рона.

– Ну? – рявкнул Ролокон, почти вплотную подойдя к Рону. Тот попытался отодвинуться, но только закачался на веревке. – Говори, где твои друзья?!

Рон затряс головой. Ролокон выругался, поднял плетку и огрел Рона по спине. Мальчишка вскрикнул, изогнувшись в попытке уклониться от удара, задергал связанными ногами. Но тут его настиг еще один удар, потом еще.

– Я не знаю, – простонал Рон. – Честно не знаю!

– Врешь, сопляк! – Последовал еще один удар. Я схватился за кинжал, дав себе слово, что если этот тип еще хоть раз ударит Рона, то он труп.

К счастью прибегнуть к этому самоубийственному плану мне не пришлось. Неожиданно здесь показалось еще одно действующее лицо, в котором я с удивлением узнал Грогия.

– Прекрати, ты идиот! – завопил он. – Зачем товар портишь?

– Если ты помнишь, то я его купил у тебя и теперь волен делать с ним все, что хочу! – зашипел Ролокон. – И я все равно узнаю, где остальные!

– И дальше что? – Грогий зло сплюнул. – Ты всегда был слишком эмоционален. С чего ты решил, что мальчишка знает, где остальные?

– Они были вместе.

– Да. Были, черт возьми! И если бы ты не схватил его, то мог бы проследить за ним и он сам привел бы тебя к остальным. И где девчонка? Я слышал, он был в деревне вместе с ней! Ты идиот, Ролокон! Не смог проследить за мальчишкой, упустил девчонку, которая наверняка уже сообщила о том, что ты схватил их друга. Так что даже если этот, – Грогий кивнул на Рона, – скажет тебе где остальные, то максимум, что ты там найдешь, это следы их пребывания!

Это исповедь неожиданно успокоила Ролокона.

– Что же делать?

– Ждать. Они ведь постараются освободить своего друга. Ждать и готовиться. Я распорядился оставить кое-какие следы, так что они нас найдут. – Ого, так оказывается я вовсе не случайно нашел их! Только вот Грогий недооценил мою подготовку как воина. – Ну, а когда они нас найдут, то… надеюсь, тридцать твоих людей справятся с тем щенком.

Ролокон лишь хищно улыбнулся.

– Ладно, – согласился он. – Пойдем отсюда. – Ролокон концом плетки поднял подбородок Рона. – Тебе повезло, щенок. И тебе еще повезет, если мы схватим твоего друга. Если нет, то ты ответишь за всех.

– Вам никогда не поймать моего друга, – хрипло заметил Рон. – Лучше бегите, а то он действительно найдет вас.

Ролокон усмехнулся и зашагал следом за Грогием к костру. Рон проследил за ними взглядом. Убедившись, что на него никто не смотрит, он подтянулся на связанных руках и попробовал зубами развязать узел. Но силы оставили его и он со вздохом расслабился, снова повиснув на веревке. Однако через минуту он попробовал снова и снова с тем же результатом. Я поймал себя на глупой мысли о том, что сейчас по Рону можно изучать строение человека, поскольку можно было разглядеть каждое ребро, рельефно выступающее на нем.

Поняв, что освободиться ему не удастся, Рон сдался и обречено расслабился, стараясь только, чтобы веревки причиняли как можно меньше боли.

Я хотел было уже выскочить из кустов, перерезать путы, а потом попробовать удрать, но быстро подавил первый порыв. Даже если удастся освободить Рона быстро и незаметно невозможно будет убежать с ним. Потребуется некоторое время, чтобы восстановилось кровообращение в его связанных ногах. И если кто обернется, посмотрит на пленника, то мы станем легкой добычей – тридцать человек многовато даже для рыцаря Ордена.

– Прости, Рон, – прошептал я. Словно услышав меня, Рон поднял голову и посмотрел на кусты, за которыми прятался я. – Прости. Но я вернусь! – я с ненавистью посмотрел в спину Ролокона. – Обещаю! И тогда кое-кто пожалеет о том, что посмел тронуть тебя. Я бесшумно скользнул обратно, выбираясь отсюда.

Через полчаса я уже был у Ольги и рассказывал ей о том, что видел.

– И ты оставил его там! – Выкрикнула она.

– Остынь. Я не мог ему помочь. Дождемся вечера, тогда посмотрим. И тогда кое-кто пожалеет о том, что схватил Рона. – Я сказал это так, что Ольга в страхе отшатнулась.

– Стоит посочувствовать им, – заметила она немного погодя.

– Не стоит. Ты не задумывалась, что иногда плохо учить уроки, это хорошо?

Удивленная такой сменой разговора Ольга ошеломленно уставилась на меня.

– Мои учителя сочли бы подобное заявление святотатством, – наконец, заявила она.

– И тем не менее плохо выученный урок нам поможет. Понимаешь, когда я учился у Мастера различным ядам и медицине, то однажды из-за того, что плохо выучил материал смешал немного не то и получился очень интересный результат. Сейчас попробуем повторить тот результат. – Я достал небольшой глиняный кувшин, вылили из него воду и заглянул внутрь. – То, что надо.

Дав каждой девчонке задание, я стал готовить нужную смесь. Роксану заставил камнем мельчить те семена, что я попросил раздобыть Ольгу, потом опустошил свою «аптечку», в которую было уложено несколько необходимых трав. Развел костер.

– И что это будет? – с интересом спросила Ольга.

– Потом узнаешь, а сейчас не отвлекай меня.

Со своей смесью я провозился почти до самого вечера – хоть состав и был чрезвычайно прост, но чтобы найти нужные ингредиенты в лесу потребовалось время.

– Отойди, – потребовал я у Ольги. Та поспешно отскочила. Я осторожно подошел к кувшину и на вытянутой руке бросил туда горсть натолченной смеси. Реакция началась немедленно и из кувшина повалил густой белый дым. Я задержал дыхание и поспешно заткнул кувшин крышкой, после чего старательно замазал грязью все щели. Только убедившись, что через крышку не проникает никакой дымок, я расслабился и начал дышать.

Упаковав кувшин в небольшой мешок, я повесил его за спину.

– Ну все, я пошел.

Ольга вцепилась в мою руку.

– Егор, ты только вернись, пожалуйста!

– Ладно, – смущенно пообещал я. – Но если что, сообщи по даль-связи отцу и пробирайся к месту встречи с курьерским кораблем.

Ольга кивнула и поспешно отвернулась. Я быстро зашагал туда, где находился лагерь Ролокона. Здесь меня ждал небольшой сюрприз – патрули вокруг лагеря оказались усилены. Но гораздо больший сюрприз ждал меня тогда, когда мне, наконец, удалось миновать часовых. В лагере оказался целый отряд солдат. Именно солдат. Все они были вооружены отличным оружием, в доспехах. Я уже было подумал, что солдаты нашли беглецов, но быстро понял, что эти солдаты вовсе не охранники – они гости. Офицер же сидел у костра рядом с Грогием и Ролоконом, о чем-то оживленно беседуя с ними. У костра я разглядел и Рона, который лежал чуть в стороне. Ага, значит мне в любом случае туда.

Подобраться почти вплотную к костру мне удалось только применив почти все, чему меня учил Деррон. Вскоре я уже растворился в темноте почти около самого костра. С помощью дей-ча я усиленно отводил внимание всех людей от того куста, за которым прятался, усиленно внушая всем, что здесь нет ничего интересного. Преимущество этого места заключалась еще и в том, что я оказался как раз напротив Рона, который усиленно пытался освободиться от веревок, стягивающих его. Он был буквально опутан ими так, что даже пошевелиться не мог. Но сейчас меня все же привлекал не он (главное живой), сейчас меня интересовало, что здесь делают солдаты. К счастью разобрать слова людей у костра можно было без труда из-за того, что разговор велся на повышенных тонах.

– Я уже сто раз слышал ваши оправдания! – кричал офицер. – Мой господин согласился простить вас и выпустить из империи, если вы предоставите мне того, о ком я говорил, а вместо этого вы суете мне какого-то мальца!

– Я уже говорил вам, господин офицер, – терпеливо повторял Грогий, – что этот малец друг того человека, который вас интересует. И он обязательно придет, чтобы его освободить.

– Знаете, – едко отозвался офицер, – мне что-то не хочется быть здесь, когда он придет. Я то думал, что вы схватили его и привел с собой только пятнадцать человек!

– Вы считаете, что этого мало? – удивленно поинтересовался Ролокон. – Кто же такой тот мальчишка?

– А вот этого вам знать совсем не обязательно. Однако могу сказать, что мой господин уверен в том, что тот мальчишка, который задал взбучку вашим слугам именно тот, кто его интересует.

– Но если вы его ни разу не видели, то откуда такая уверенность?

– Из-за его оружия. Только он пользуется таким.

– Ясно.

Мне тоже все было ясно. Мы недооценили разведку Сверкающего. Они разобрались в деле Грогия гораздо быстрее, чем я рассчитывал и естественно объявили наш поиск. Об этом узнал Грогий и когда к нему попал Рон, попытался купить себе прощение выдав меня. Только вот он не знал, насколько сильно Сверкающий хочет добраться до меня, и не рассчитывал, что к нему примчится отряд еще до того, как я буду у него в руках. Я мог даже предположить, как развивались события: Грогий кого-то послал к ближайшему имперскому гарнизону с сообщением, что он задержал того, кого разыскивает разведка. Прошло некоторое время, пока это прошло по инстанции, но с учетом того, что Сверкающий хочет получить меня очень сильно, не очень большое. Вскоре поступил приказ и из этого гарнизона за мной отправился отряд, который возглавил офицер местного отделения разведки.

Грогий, при словах офицера, явно занервничал. Что ж, дадим повод понервничать всерьез. Я достал кувшин, оценил направление ветра и метнул его чуть в сторону. От удара крышка вылетела и из кувшина повалил густой белый дым, который, однако, быстро обесцветился и рассеялся, так по крайне мере казалось. Однако на самом деле хоть он и стал бесцветным, но никуда не делся. Этот дым был значительно тяжелее воздуха и теперь стелился у земли, двигаясь в сторону лежащих людей. В первое мгновение никто не понял, что произошло. Кто-то стал принюхиваться, кто-то удивленно смотрел на кувшин, все еще извергающий белое облако. Я поспешно достал заранее приготовленную повязку, смочил ее водой и повязал себе на лицо.

Вот облака накрыло сидящих у костра. Я отсчитывал секунды. Сначала газ подействовал на тех, кого накрыло первыми. Вот один вскочил на ноги, что-то вопя о чудовищах и размахивая мечом. На него уставились остальные, но вскоре к этому человеку присоединился еще один человек, потом еще. Вскоре уже почти все что-то кричали, махали мечами, суетились. Как в свое время я смог убедиться, галлюцинации, которые вызывает этот газ, чрезвычайно реалистичны, хотя сам газ безвреден абсолютно.

Вот кто-то принял своего товарища за… а кто его знает за кого он его принял, но набросился на него с остервенением небывалым. Вскоре вокруг уже кипел настоящий бой. Некоторые сражались совместно против кого-то, другие с такой же яростью дрались друг с другом. Я метнулся из-за куста к Рону, но все же опоздал – на Рона газ уже подействовал и он яростно извивался в веревках, пытаясь разорвать их напряжением всех сил, что-то мыча сквозь кляп. Я поспешно нагнулся к нему. Рон задергался, с ужасом глядя на меня.

– Ладно, некогда мне с тобой возиться. – Я перевернул Рона на живот и положил руку ему на затылок, послав мягкий ток биоимпульса. Рон дернулся и обмяк. – Отлично, поспи немного. – Я быстро разрезал веревки, вытащил кляп и обмотал его голову мокрой тряпкой. Потом поднял его и потащил к привязанным лошадям. Несколько раз пришлось, правда, уворачиваться от некоторых людей, которые кидались на нас. Но я сразу падал, и они теряли нас из вида, сразу бросаясь на других «чудовищ». Хаос царил страшный.

– Держись, Рон, – просипел я сквозь тряпку. – Сейчас. – Эх, надо бы Ролокона отыскать и всыпать ему хорошенько, но некогда. Ладно, с ним разберутся солдаты, когда выяснится, что мы удрали. Ведь нет меня, нет и сделки.

Надо спешить. Несмотря на все принятые мной меры, газ все-таки постепенно начал просачиваться сквозь тряпку. Я быстро отвязал всех лошадей, выбрав только трех, которых оседлал с такой скоростью, на какую был только способен. Потом поднял с земли Рона и с трудом взвалил его на спину одной из лошадей, сам вскочил в седло другой. Дав шпоры, я поехал из леса, уводя за собой всех лошадей. Выйдя из леса, я хлопнул ладонью по крупу первой попавшейся лошади, отправив ее скакать куда ей вздумается. За ней помчались остальные. Остались только те три коня, которых я выбрал для себя и своих спутников. Со спины одной из них свешивался Рон. Я поспешно снял его и опустил на землю, сорвал с него тряпку. Снял повязку и с себя, жадно дыша свежим лесным воздухом.

– Ну вот, вырвались, – выдохнул я. – А я ведь не верил! Сам не верил, что получится. Вот так! – Я рухнул на землю и несколько секунд лежал абсолютно неподвижно, наблюдая за звездным небом. Потом словно очнулся и вскочил. – Черт, там же Ольга с ума сходит! Да и Рону нужна помощь.

Несмотря на темноту, я все же заметил несколько шрамов у него на спине от плетки. Все-таки жаль, что мне не встретился Ролокон. Очень жаль. Ладно, сейчас надо найти девчонок, потом привести в чувство Рона. А пока пусть поспит. По крайне мере сейчас он не чувствует боли. Стараясь действовать аккуратно, я протер его шрамы травяным настоем, взятым мною с собой. Аккуратно заклеил их листами подорожника и замотал жгутами, нарезанными из одежды, захваченной мной в неприятельском лагере. Потом осторожно надел на Рона рубашку. Ну вот. Теперь можно и двигаться.


Глава 6 | Клинки у трона | Глава 8