home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 10

Я углядел хороший холм для наблюдения и на своем Урагане въехал на него. С него и в самом деле открывался широкий обзор. Были видны и войска Сверкающего, построившиеся для боя. Они выстроились в линию как раз на пути нашего движения, загораживая дорогу на столицу.

– Ты прав, действительно хорошее место, – неожиданно услышал я голос Ратобора позади себя. – Здесь и устроим штаб.

Я оглянулся. Ратобор сидя на коне, рассматривая позиции врага. Рядом с ним восседал Аркадий. Позади них был и мой брат. Рядом с ним сидели в седлах Люсия, Эдрум и Фрегор, который ни на минуту не оставлял своих воспитанников. Чуть в стороне находилась охрана князя. Помнится перед походом Ольга устроила форменный скандал из-за того, что ее в поход не брали, а Люсия ехала. Попытки князя сослаться на политическую необходимость делу не помогли. Пришлось ему пойти на компромисс, сказав, что она сможет приехать после первой крупной победы.

От Ратобора понеслись вестовые с приказами по частям. Полки союзников стали перестраиваться для боя. Многочисленные тренировки даром не прошли и перестроение производилось быстро и без лишней суматохи. Напротив войск Сверкающего уже выстраивалась готовая к бою армия союзников. Правда, я заметил, что рогнарские войска и вояки других королевств находятся за линией фронта союзников. Ратобор не захотел рисковать, ставя их в первую линию.

– Я слышал, что ты прославился своим маршем из окружения? – неожиданно обратился ко мне Эдрум. – Все, кто был тогда с тобой, говорят, что ты практически спас всех.

Я пожал плечами, не понимая, куда он клонит.

– Вообще-то, марш совершали солдаты. Я только шел вместе с ними.

– Не важно! – раздраженно дернул плечом Эдрум. – Ведь у тебя есть опыт! Ты ведь даже одержал три победы!

– Их одержали солдаты. Как ты представляешь мои победы? Я в одиночку бросаюсь на ощетинившийся копьями строй и побеждаю?

– Но командовал ты?

– Я.

– А какую победу ты считаешь самой лучшей? – неожиданно спросила Люсия.

– Вторую, – без колебания ответил я. – Когда мы перешли на другую дорогу и надо было убрать вражескую заставу.

– А почему? – неожиданно заинтересовался Ратобор. – Насколько я помню, в этом сражении твои силы превосходили вражеские в четыре раза. Первая и вторая твои победы более весомы, ведь там тебе приходилось сражаться с превосходящими силами, и ты победил.

– А потому, что тогда не погиб ни один солдат. Ни с нашей стороны, ни с вражеской.

Фрегор уставился на меня как на сумасшедшего, а вот Ратобор только усмехнулся. Аркадий же понимающе кивнул.

– Мне потребовалось четыре года войны, чтобы прийти к таким взглядам, – заметил он мне тихо.

Тут на холме появились многочисленные вестовые с сообщениями о готовности войск. Было видно как наши войска, уже выстроенные в боевой порядок, выдвигаются на позиции напротив войск Сверкающего.

– Мне кажется, что Сверкающий уж слишком открыл свой правый фланг, – заметил Аркадий. – Это самое незащищенное место в его обороне.

– Верно, – согласился Ратобор. – Центр и левый фланг Сверкающий защитил довольно хорошо, да и природа позаботилась: в центре овраг, слева ручей, а вот справа…

– А справа холмы, – закончил я.

– Какие холмы? – удивленно спросил Аркадий. Ратобор же неожиданно сузившимися глазами посмотрел на меня, потом снова перевел взгляд на поле предстоящей битвы.

– Те, которые находятся позади и чуть в стороне от правого фланга Сверкающего. Если этот фланг отойдет чуть назад и сместится влево, то они окажутся как раз в тылу наступающих наших колонн. А то, что находится за ними, никто не знает.

– Правильная мысль, – резко кивнул Ратобор. – Сверкающий слишком опытный солдат, чтобы оставить свой фланг таким открытым.

Князь резко повернулся к Аркадию, и они о чем-то оживленно заговорили. Вскоре с нашего холма понеслись вестовые с приказами.

Сражение тем временем разгоралось. Лучники уже начали обмениваться стрелами. Византийцы вкатили на два холма свои катапульты и те стали обстреливать стоящие войска Сверкающего. Вот сорвалась конница, отправившаяся прощупать оборону имперцев. Наши лучники производили поистине страшное опустошение в рядах войск Сверкающего. Те несли потери.

– Надо срочно увеличивать число лучников в войсках, – буркнул князь, наблюдая за опустошительной работой эльфов и бриттов.

В конце концов, Сверкающий не выдержал и приказал некоторым своим частям перейти в атаку.

– Знаешь, а ты был прав, – неожиданно сказал мне князь. – Идти прямиком на столицу оказалось самым верным решением. Кажется, Сверкающий так и не успел стянуть все свои силы. Ведь он готовился к другой кампании, и его части оказались слегка рассредоточены. Однако у нас все равно примерное равенство в силах.

Бой тем временем разгорался по всей линии. Отсюда это было даже красиво. Конница атакует ряды пехоты, вот пехота переходит в наступление. Да, это было красиво, если забыть о том, что в результате этой «красоты» гибнут люди.

Как верно заметил Аркадий, правый фланг Сверкающего оказался слишком слаб и вскоре стал откатываться назад. Однако союзники, вместо того, чтобы начать энергичное преследование, подбросив еще резервов, остановили наступление, развернув свой строй в сторону холмов. Но тут из-за холмов неожиданно выскочили китижские кавалеристы и в ужасе стали нахлестывать коней, удирая от чего-то ужасного.

– Это не по плану, – встревожено заметил Ратобор. – Я приказал одному отряду обойти фланг имперцев и разведать, что творится на этих холмах и убраться оттуда. А они, похоже, от кого-то удирают.

Вскоре стало ясно от кого они удирают, и я почувствовал, как у меня зашевелились волосы на голове от ужаса. Кавалеристов преследовали какие-то жуткие твари ростом в полтора человека. Эти чудовища были безоружны, но оружие им и не требовалось. Его им вполне заменяли огромные когти, а толстая кожа с лихвой заменяла доспехи. При этом бежали твари довольно быстро.

– Так вот что за зверей создавал Сверкающий с помощью магии! – Ратобор с тревогой наблюдал за происходящим. – Что ж, Энинг, сейчас нам придется проверить твою идею с горексами. Только вот надо как-то задержать этих тварей, пока подвезут клетки.

– Это я возьму на себя, – пообещал Аркадий, выходя чуть вперед.

Ратобор кивнул и быстро отдал несколько распоряжений. Твари тем временем налетели на имперцев, не успевших отойти в сторону. Взревев от ярости, они стали прорываться сквозь имперский фронт, раскидывая людей словно куклы.

– Но это же свои? – изумленно воскликнул Эдрум, наблюдая с какой методичностью эти магические чудища расправляются с имперцами.

– Они же не люди, – ответил, не поворачиваясь, Аркадий. – Мозгов у них практически нет. Их создали для нападения на союзников, и они делают свою работу. А все, что мешает им добраться до цели – это помеха, которую надо устранить. Вот они ее и устраняют.

В этот момент твари прорвались сквозь имперский фронт и бросились вперед. Было видно, как заколебались наши солдаты. Но тут Аркадий резко выбросил вперед руку и на пути тварей неожиданно выросла огненная стена. Вопль страха и разочарования тварей буквально оглушил всех нас.

– Надеюсь, это не настоящий огонь? – с тревогой спросил Ратобор. – Если вспыхнет трава, то он уничтожит и нас и войска Сверкающего.

– Конечно, нет. Всего лишь иллюзия, хотя и способная убить, если в нее поверить. Но это значит, что скоро вражеские маги разрушат мою иллюзию. Скоро там?

Я посмотрел вниз и заметил, как несколько закрытых телег подъехало к фронту и около них замерли люди. Я уже хотел было ответить, что все готово, но не успел. Огненная стена вдруг резко потухла и твари, с радостным воем бросились вперед. Люди у телег дернули веревки и с клеток, установленных на телегах, упала ткань. Я уже видел однажды горекса и помнил свою реакцию, поэтому ничуть не удивился, заметив, как солдаты в ужасе отшатнулись от клеток. Здесь не было амстерцев, и они ни разу не видели их.

– А не окажется ли лекарство опасней болезни? – нервно спросил Фрегор. – Я имею в виду, что будет, когда они разберутся с тварями? Не набросятся ли они на нас?

– Да что вы? – усмехнулся я. – Это очень милые зверьки. Добрые и почти ручные. Людей они не трогают.

– Милые?! – с сомнением спросил Фрегор. – Почти ручные?

Горексы тем временем, увидели тварей, бегущих на них. Все это время они сидели на голодном пайке и были страшно голодны, а тут завтрак сам стремился к ним. Горексы радостно заухали, выбрались из распахнутых клеток и бросились прямо на тварей. Те недоуменно посмотрели на странного врага. По сравнению с ними, горексов было мало, всего десять, но они, казалось, не замечали, что их раз в десять меньше. Они вытягивали свои лапы навстречу тварям и радостно ухали.

– Да они вытягивают всю магию!!! – изумленно воскликнул Аркадий.

Ничего спросить я не успел, да это и не надо было. Все стало ясно в тот момент, когда твари Сверкающего вдруг стали останавливаться и недоуменно озираться, а потом один за другим опускались на землю. Воздух прорезал жалобный вой сотни тварей, но он, казалось, только подстегнул горексов. Вот они добежали до первой из них, и в воздух сразу полетели ошметки разорванной плоти. Я поспешно отвернулся, пытаясь побороть позывы к рвоте. Горексы тем временем молниеносно разобрались с одной тварью и перешли к следующей. На каждую они тратили не больше минуты. Те в ответ только стонали, не в силах даже пошевелиться. За этим зрелищем заворожено наблюдали обе армии. Но вот, повинуясь команде, армия союзников двинулась вперед, колотя мечами о щиты. Как я уже успел убедиться в свой первый день путешествия, горексы ужасно боятся шума. Вот и сейчас они в ужасе заметались, а потом бросились прочь от шума, то есть как раз на имперцев. Те знали о горексах еще меньше, чем китижане или тевтоны. Они не знали, что горексы безопасны для людей, что они не нападают на них. Солдаты только видели, как те лихо расправились с тварями, которых сами они считали непобедимыми. И ведь тварей было около сотни, а горексов всего десять. А какое ужасное пиршество устроили они на виду у всех? И вот теперь эти жуткие создания неслись прямо на них! Не каждый, даже самый храбрый, человек выдержит подобное зрелище. С воплями ужаса они стали бросать оружие и бросились врассыпную. Тотчас в образовавшуюся брешь влетела китижская и тевтонская конница. Разгром правого фланга имперцев был полный. В считанные мгновения было уничтожено всякое сопротивление. Казалось еще миг и бегство станет всеобщим. Но вот я увидел, как впереди войска появилась окутанная сверкающими искрами фигура.

– Первый раунд за нами, но сейчас будет второй. – С тревогой заметил Ратобор. – У Сверкающего остаются еще зомби. И действительно позади бегущих войск неожиданно послышался нарастающий шум, и вот вперед вырвалась толпа зомби.

Кажется, союзники были готовы к этому. Они вмиг поменяли копья. Я изумленно моргнул, увидев, новые копья. Они казались обычными, только чуть ниже острия была прикреплена перекладина. Вот первый зомби налетел на такое копье, но перекладина уперлась ему в грудь и дальше не пустила. Напрасно он рвался вперед. Тут же в него из бурдюка плеснули какой-то жидкостью.

– Что это? – спросил я.

– Это идея нашего мага. – Ратобор кивнул на Аркадия. – Он посоветовал сделать с земляным жиром то, что наши мужики в деревнях делают с брагой. Мы изготовили много этой жидкости.

– Керосин, – пояснил Аркадий. – Мы перегнали нефть в керосин.

Тут же в зомби полетели горящие стрелы. От этого керосин моментально вспыхивал и зомби превращались в горящие факела. Способ был не слишком удачен, поскольку горели они очень близко от людей, и те вынуждены были отворачиваться, спасаясь от жара. И в этом случае они могли не удержать копье с зомби на конце.

– Ну что, Защитник Драконов, теперь наша очередь послужить общему делу? – Я резко обернулся и с изумлением увидел сидящего рядом со мной дракона. Как он здесь оказался, я не видел. Да я даже не ощутил взмаха крыльев. Как такая громада сумела подкрасться незаметно, я не понял. – Садись на меня, Защитник.

– Сесть? – охрипшим голосом спросил я.

– Да. Ты Защитник, ты должен.

– Егор, не стоит, – также хрипло посоветовал Витька, хватая меня за руку.

Я несколько секунд размышлял, а потом решительно скинул руку брата, соскочил с коня и забрался на спину дракона. Сидеть здесь было неожиданно удобно. Тут я почувствовал, что буквально прилип к спине дракона и задергался.

– Не бойся, – услышал я голос дракона. – Я это сделал, чтобы ты не упал. А теперь вперед. Дракон расправил крылья и, взмахнув ими, оторвался от земли. Набрав высоту, он радостно закричал и сделал крутой разворот. Словно ожидая этого сигнала, за драконом стали выстраиваться его собратья, взлетая с земли.

Я со всей силы вцепился в драконий гребень, пытаясь не упасть, хотя прекрасно знал, что магия дракона держит меня здесь получше любой привязи. Но через минуту я уже освоился и даже стал наслаждаться полетом. Специально, чтобы я привык, дракон сделал в воздухе несколько виражей. Я осмелел настолько, что даже посмел задать вопрос, мучавший меня с того момента, как в Византии я встретил дракончика:

– Скажите… э-э… Я вот смотрю, что ни один дракон не извергает пламя, вы только выдыхаете раскаленный воздух, хотя люди говорят, что драконы могут именно выдыхать пламя.

– Глупые людские суеверия!!! – прорычал дракон. – Что-то я не видел, чтобы люди ели сгоревшее мясо!

– А при чем здесь это? – изумился я.

– Как причем? Для чего, по-твоему, нам нужно раскаленное дыхание? Таким образом мы зажариваем добычу. У нас слишком нежный желудок и он не переносит сырого мяса. А если бы мы дышали огнем, то просто сожгли бы добычу и в результате умерли с голода. А теперь держись, Защитник, – неожиданно закончил дракон, спикировав вниз. Мой желудок тут же очутился где-то в районе горла. К счастью это продолжалось недолго, и вскоре все драконы опустились позади зомби и разом дыхнули раскаленным воздухом. Несколько зомби, которым не посчастливилось оказаться на пути этого дыхания, тут же упали, извергая запах зажаренного протухшего мяса.

– Отпусти меня! – попросил я и тут же почувствовал, что меня больше ничего не держит на спине дракона. Я соскользнули вниз и поспешно отошел назад, опасаясь попасть под дыхание дракона. Думаю, мои родители не слишком бы обрадовались, если бы я вернулся к ним в виде хорошо прожаренного куска мяса.

Драконы же продолжили свое движение вперед, поджаривая все новых и новых зомби. В воздухе же стоял настолько непереносимый запах жареной тухлятины, что дышать было уже невозможно. В этот момент я даже пожалел зомби. В конце концов, не по своей же воле они ими стали! Просто Сверкающий воспользовался телами убитых вражеских солдат. Интересно, им можно как-нибудь помочь? Действительно помочь! Освободить плененные души! Неожиданно я почувствовал возросшую тяжесть на левом боку. Скосив глаза, я обнаружил, что мой меч медленно, сам собой поднимается их ножен, а вместо лезвия у него сверкает чистейшая колодезная вода. Каким-то шестым чувством, я понял, что это и есть ответ. В конце концов, сработал же мой меч против оборотней, гоблинов, горгулий и прочей нечисти в церкви отвергателей. Насколько я понял Мастера, его только против людей нельзя обращать, а зомби это уже не люди. Вот бы еще узнать, действительно меч Судьбы помогает.

Я отошел чуть в сторону, выходя из-под защиты дракона. При виде меня, ко мне немедленно бросился один из зомби. Я взмахнул мечом… водяное лезвие легко перерубило подставленный меч, прошло сквозь щит и коснулось зомби. Я поспешно подавил отвращение и не отвел взгляда от гниющего лица мертвеца. Зомби замер… и тут он улыбнулся. Видеть улыбку на лице полусгнившего трупа было довольно жутко, но, тем не менее, это была улыбка.

– Спасибо, Освободитель, – неожиданно произнес зомби и рухнул к моим ногам горсткой пепла. Я ошеломленно замер. Неужели сработало? Но размышлять было некогда, на меня бросилось еще несколько зомби. Я увернулся от удара и следующим выпадом перерубил меч другого зомби. Лезвие из воды не знало преград, и вскоре передо мной появилось еще три горстки пепла, а зомби все шли и шли. Мне казалось, они специально шли ко мне, даже выстраивались в очередь. Хотя, вполне возможно так и было. Сверкающий дал им приказ убивать врагов, а я был враг, но мой меч нес освобождение, которого они жаждали. Воюю со мной, они мечтали не о победе, если зомби вообще могли о чем-либо мечтать, а о том, чтобы их коснулся мой меч.

Вскоре на меня наседали со всех сторон.

– Освобождения! – неслось отовсюду, но приказ Сверкающего, которому они не могли сопротивляться, заставлял их сражаться.

Вдруг сверкнула молния и несколько зомби, угодивших под нее, рассыпались в прах. Тут же сверкнула еще одна молния, затем еще одна. Каждая попадала в цель. У меня появилась возможность передохнуть и осмотреться. И я смог увидеть поразительно зрелище: по полю шел Аркадий с поднятыми над головой руками. Можно было подумать, что он сдается, если бы между его рук постоянно не проскакивали искры. Вот он что-то углядел впереди, и тотчас между его рук образовалась молния, которая тут же устремилась к неведомой цели. Следом сверкнула еще одна молния, которая пронеслась недалеко от меня. В воздухе запахло озоном, а мои волосы поднялись дыбом от статических разрядов. Аркадий, словно не замечая ничего вокруг, шел прямо ко мне, испепеляя тех зомби, что пробовали преградить ему путь. Вскоре он оказался рядом со мной.

– Каково? – радостно спросил он, посылая очередную молнию. – Здешние маги ни черта не смыслят в устройстве мира! Знаешь, как они создают молнии? Представляют огонь в виде стрелы и разогревают до предела. Естественно, что подобное требует огромных усилий по концентрации и под силу только очень сильным магам. Хотя все, что надо, это с помощью магии создать разность потенциалов и направить искру, то бишь рукотворную молнию в цель. Все-таки не зря я физику в школе учил! Мы еще потягаемся со здешними магами смерти.

Я понимал, что объясняя мне это, он не столько говорит для меня, сколько радуется собственной силе и умению.

– Хочешь сказать, что ты к магии применил знания нашего мира?

– Верно. Еще как применил!

– Но я считал, что физика тут не действует?

– Обычная физика да, но не магическая. Так я решил назвать новую науку: магическая физика. Здесь ты можешь до посинения крутить ручку динамо-машины и не добьешься ни искорки. А вот если с помощью той же магии воспроизвести те процессы, что происходят в динамо-машине, то получишь именно то, что и должно было произойти. И вот результат. – Словно в подтверждение своих слов он разразился целым потоком молний, испепелив около тридцати зомби.

– Подожди! Это не дело!

– Ты что, жалеешь зомби? – изумился Аркадий.

– Но ведь они не по своей воле стали зомби! Ими просто управляют! Ты сможешь с помощью магии сделать так, чтобы меня услышал Сверкающий? А еще лучше, чтобы и увидел?

– Вообще то, могу. Но зачем? Впрочем, если ты так хочешь… – Аркадий что-то сказал, и я тотчас почувствовал, как меня поднимает в воздух. Я поднялся метра на пять и остановился. Отсюда открывался прекрасный вид на поле боя. Зомби существенно потеснили наши отряды, но нигде не добились решающего успеха. Сверкающий бросил против союзников огромное число своих мертвых слуг, но победы не добился. Более того, именно союзники методично добивали зомби. Византийцы подвезли какие-то аппараты наподобие греческого огня и поливали наступающих мертвецов потоками огня. Драконы уничтожали их с тыла. Аркадий же вообще проделал целую просеку своими молниями, ну и я поработал немножко. По всему было видно, что имперцы подобного исхода не ожидали и пребывали в легкой панике. Они были уверены, что зомби непобедимы и теперь не могли поверить в то, что и их можно побеждать. Конечно, зомби расстроили наши ряды и сейчас самое время было бы ударить, но… но между армиями находились драконы и очень немногие рисковали пройти мимо них. В результате имперская армия вынуждена была смотреть, как расправляются с их последней надеждой.

Я отыскал Сверкающего. Он казался спокойным и с холма наблюдал за боем.

– Сверкающий, – позвал я. Мой голос прогремел по всему полю, отражаясь от деревьев и земли. Он мгновенно перекрыл шум битвы и привлек ко мне всеобщее внимание. Я поднял над головой свой меч так, чтобы всем было видно водяное лезвие. – Прекрати издеваться над несчастными! Отпусти их! Ты же видишь, что они не в силах победить нас! Их гибель лишь вопрос времени! Зачем же издеваться над теми, кто и так страдал? Отпусти их, пожалуйста!

– Думаешь, он тебя послушает, – ехидно спросил Аркадий.

Я не ответил, продолжая смотреть на Сверкающего. Тот смотрел на меня. Я не видел его лица, но был уверен, что смотрит он именно на меня. Этот обмен взглядами длился не более тридцати секунд и Сверкающий отвернулся. Потом как-то странно помахал рукой, и в тот же миг все зомби рухнули на землю, превратившись в тех, кем они и были – мертвецов.

– С ума сойти! Он действительно тебя послушал! – Аркадий изумленно смотрел на меня.

Однако с таким же изумлением на меня смотрела и все остальные, как друзья, так и враги. Казалось, что никто просто не понимал, что происходит. Никто не мог объяснить и поступок Сверкающего. Я сам понимал, что поступаю глупо, обращаясь с такой просьбой. Это был просто отчаянный позыв жалости к тем несчастным, чьи души оказались заключены в тюрьму собственного тела.

– А мы попробуем вот так, – неожиданно предложил Аркадий, приходя в себя.

– Эй, что ты делаешь? – я почувствовал, что плыву в сторону имперской армии.

И тут ее передние ряды в страхе попятились назад. Пытаясь сохранить равновесие, я взмахнул рукой с мечом, и в тот же миг с него сорвались молнии и ударили вокруг меня. Я свирепо посмотрел на Аркадия, прекрасно понимая, чья это работа. Но тут услышал позади нарастающее ура. Весь наш фронт неожиданно сдвинулся и валом покатил вперед. Рванулась кавалерия, пехота бежала следом. И нервы имперцев не выдержали. Слишком многое сегодня они увидели. Слишком много было магии. Похоже, что в этот день Сверкающий совершил самую большую ошибку, пытаясь победить с помощью магии. Если бы битву вели только солдаты, то они могли победить, но даже в случае проигрыша сражения, оно никогда не превратилось бы в катастрофу. Люди прекрасно знали, за что они сражаются. Они проявили бы героизм, но магия была за пределами их понимания. Они видели, что их предводитель последовательно напустил на врага каких-то жутких тварей, вышедших, казалось, из преисподней, потом пошли зомби. Но в обоих случаях он потерпел неудачу. И тут все увидели меч Судьбы. Здесь не было никого, кто не знал бы старой легенды о трех мечах, и все знали, что значит водяное лезвие. И после таких поражений людям стало казаться, что сам Бог отвернулся от них. Они готовы были сражаться с захватчиками и умереть за свою родину, но они не готовы были сражаться с теми, кого поддерживает Бог. Впервые многие задумались о том, что Сверкающий на самом деле маг смерти. Маг, чью магию проклинает любая религия. Так не пало ли и на них это проклятье? И имперская армия побежала. Немногие осмелились оказать сопротивление, но это уже ничего не решало. Они смогли добиться лишь того, что Сверкающему удалось скрыться, но разгром армии был полный. Вперед рванулась кавалерия, преследуя бегущих. А через два часа стало известно, что армия Сверкающего перестала существовать. Дорога на столицу была открыта.

После сражения Ратобор собрал на совет всех командиров. Я шел на совет вместе с Аркадием, ловя на себе потрясенные взгляды солдат. Многие смотрели на меня с каким-то суеверным ужасом. Я чувствовал себя под этими взглядами крайне неловко, и чтобы хоть как-то отвлечься заговорил с Аркадием:

– Слушай, а как тебе удалось поднять меня в воздух? Я считал, что магия на меня не действует.

– Не действует. Но я воздействовал не на тебя, а на воздух. Просто я заставил его затвердеть под твоими ногами, а потом поднял его. Ты поднялся вместе с ним.

– Понятно. Но ведь это говорит о том, что я вовсе не так защищен от магической атаки, как считал раньше.

– Верно. Особенно от моей магии. Ты же ведь понял, что от моих молний не спасет никакой амулет. Ведь по своей природе это самая обычная молния, только вызванная магией.

– То есть, теперь от магии нет защиты?

– Неверно. Энинг, это как соревнование брони и снаряда в нашем мире. Появились мощные снаряды, появились броневые плиты. Появились снаряды с мягким колпачком, способные пробивать броню, сразу стали делать броню лучшего качество. Сделали снаряды с кумулятивным зарядом, стали делать многослойную композитную броню. Появились еще лучше снаряды, броню стали делать активной. Так же и здесь. На каждый новый способ магической атаки появятся новые способы обороны. Моя магия срабатывает сейчас не потому, что она такая мощная, а потому, что я применяю принципы, которые здесь еще не известны. Но, даже не разбираясь в них, маги смогут года через два, если конечно я буду активно пользоваться магией прилюдно, создать амулеты против нее. Ведь теперешние амулеты разбивают магическую атаку, уже после того, как она началась. А что стоит создать амулет, который будет разрушать атаку еще до того, как она оформилась? Это будет, конечно сложнее обычных амулетов, но они будут и надежней.

– Чем сложнее снаряд, тем сложнее броня?

– Вот именно. Если хочешь, я даже могу сделать тебе несколько таких амулетов. Я уже экспериментировал с ними.

– Ловлю на слове.

– Вот и отлично, а сейчас пошли к князю. Боюсь, что нам предстоит выдержать бой с нашими островными союзниками. До сих пор поражаюсь, почему они такому крупному материку не дали названия? Остров, ха! Тогда и любой город можно называть просто Город.

– Наверное, потому, что в эпоху королевств они не могли договориться. Вот и называли просто Большим Островом. Название прижилось.

– Хм, возможно.

Предсказанный бой с представителями островных королевств начался сразу, как только те вошли в шатер, радостно крича о своей победе. Они и слышать не хотели ни о каком преследовании, мечтая хорошенько отметить этот день. Думаю, что будь здесь Отто Даерх, он бы обязательно высказал все, что думает о таких союзниках, как он это умеет делать. Но он остался в Горогоне, распоряжаться прибывающими резервами и заниматься организационными вопросами по снабжению войск. Вообще-то это должны были взять на себя рогнарцы, но на совете посчитали, что если положиться на них, то армия просто умрет с голоду. Поэтому Отто остался координировать действия союзников. После трехчасовых прений и переливаний из пустого в порожнее князь прямо пригрозил, что союзники могут обойтись и без их участия. Если хотят, то могут оставаться и пировать хоть год. Островитяне возмутились, поскольку если бы не они…

– Простите, пожалуйста, – вежливо перебил я представителя одного из королевств, не помню которого и не желаю помнить. – Вы сказали, что если бы не вы?

Кажется, они впервые заметили меня, поскольку я впервые заговорил за все время. Но вот их реакция на мой совершенно вежливый вопрос меня поразила. Все они разом утратили свой гонор и смотрели на меня как кролики на удава. Все слова недавнего оратора казалось, замерзли у него в глотке, и он нервно сглотнул.

– Наши отряды будут готовы через час, – наконец выдавил он из себя, после чего поспешно выскочил из шатра, даже не попрощавшись. За ним вышли и остальные.

Я недоуменно проводил их взглядом, потом, ничего не понимая, посмотрел на остальных. Аркадий выглядел не менее потрясенным, чем я. Эльвинг скорее понимал, что происходит. И тут тишину нарушил взрыв неподдельного смеха Ратобора. Он смеялся искренне и самозабвенно. Рядом сидел улыбающийся Эльвинг и спокойно смотрел на происходящее. В углу же замерли притихшие Люсия и Эдрум.

– Нет, вы видели? – наконец выдавил из себя Ратобор. – Вот бы мне такой авторитет! Одно слово, всего лишь одно слово и все эти герои вдруг стали послушными и крайне вежливыми.

– Может вы объясните, что происходит? – раздраженно спросил я князя.

– А ты еще не понял? Они просто испугались тебя. Нет, не тебя, а твоего меча. Энинг, ты же знаешь, что говорят об этих мечах здесь! Неужели сам не мог предсказать реакцию? Да большинство людей теперь будет шарахаться от тебя, а если не успеют, то поверь, каждое твое желание будет выполнено очень быстро.

– Этого еще не хватало, – простонал я.

– О, не переживай. Это продлится только до гибели Сверкающего, ибо также всем известно, что после исполнения предсказаний мечи Судьбы уходят. А поскольку все уверены, что ты должен исполнить пророчество и убить Сверкающего, то как только это случится, будет ясно, что меча Судьбы у тебя больше нет.

– Я не собираюсь никого убивать!!! – взорвался я. – И я не хочу исполнять никаких пророчеств! Я уже говорил, что не собираюсь идти на поводу этого вашего дурацкого меча!

– Боюсь, что у тебя нет выбора, – сочувственно заметил Ратобор.

– А вот это мы еще посмотрим.

Через два дня наши части подошли к стенам столицы империи Сверкающего. Я помнил эту дорогу, по которой одно время шагал вместе с Роном и Ольгой. Артрерий теперь было не узнать. Все постройки вокруг города оказались уничтожены. Ров углублен, а на стенах виднелись многочисленные отряды солдат. Они не могли не знать о поражении их войск, и теперь они оказались единственными, кто стоял на пути союзников.

– Мы не можем терять много времени, – заметил Ратобор. – Мы должны победить так быстро, как сможем. Если осада затянется, то Сверкающий сможет собрать еще сил.

– Возможно, – согласился Аркадий. – Хорошо, что сам он оказался в городе.

– Ты уверен в этом? – уже в который раз спросил Ратобор.

– Уверен. Да ведь и вы получаете подтверждение этого от своих шпионов. Я думаю, что Артрерий именно потому еще не открыл ворот, что там Сверкающий. Тот прекрасно понимает, что если бы не он, то его столица давно пала бы.

– Хорошо. В таком случае неделю на подготовку, а потом штурм. Пока враги не очухались от поражения.

– Думаю, что у меня получится разрушить стены, – заметил Аркадий.

– Разрушить?! – изумился Ратобор. – Но ведь они наверняка защищены! Да и маги наготове, не говоря уже о самом Сверкающем!

– Верно. Но от моей магии у них еще защиты нет. В любом случае можно попробовать.

– Можно параллельно провести еще одну вылазку, – вдруг предложил Фрегор. Все удивленно посмотрели на него. – Понимаете, – начал он. – Из дворца, из старого тронного зала, выходит подземный ход. По нему можно выйти в городе, а можно и за его пределы. Я о нем знаю потому, что именно таким образом королева Арбела Лиенда покинула дворец. Только мы вышли в городе, но она сообщила куда выходит ход за пределами города.

– Говоришь, что ход ведет в старый тронный зал? – задумчиво спросил Ратобор. – А тот зал заколочен. Значит, мы можем там скопить достаточное количество людей, а потом ударить одновременно со штурмом. Хорошо, только пока никому не говори об этом.

– Мне бы хотелось быть в той группе, что пойдет.

Ратобор удивленно повернулся ко мне.

– Есть причина?

– Не уверен, что сам понимаю, но у меня ведь меч Судьбы.

– Кто-то говорил, что не хочет идти у него на поводу?

– Я и не иду. Я хочу разобраться в ситуации! Почему мы все решили, что Сверкающий такой уж плохой человек? Ведь отпустил же он зомби, когда понял, что те не смогут победить. А ведь мог не отпускать! Они погибли бы, но у него было бы больше времени, чтобы скрыться и увести свои войска. У меня же такое впечатление, что он поступил так под воздействием чувств. А если он способен на такие поступки, то может его можно переубедить.

– Ну знаешь! – Ратобор только руками всплеснул. – Если тебе это удастся, то я готов съесть собственную шляпу. И будь, по-твоему. Удастся тебе его переубедить или нет, но такой боец как ты лишним там не будет. И меч Судьбы, опять-таки.

– Мы бы тоже хотели пойти, – вдруг выступил вперед Эдрум. – Мы посоветовались с Люсией и решили, что это будет правильно.

Князь молча глядел на них. Потом кивнул.

– Возможно, это будет правильно. Что ж, я возражать не буду, если вам удастся уговорить своего воспитанника.

– А кто сможет нас защитить лучше него? – лукаво спросил Эдрум. – Он же ведь пойдет с нами, не может не пойти.

Ратобор усмехнулся.

– Из тебя получится замечательный король.

Неделя прошла в бесконечных хлопотах. Кроме того, наш отдельный диверсионный отряд увеличился еще на одного человека. Эльвинг выразил желание тоже участвовать в этом, когда узнал, что нам предстоит. Как я не пытался, но так и не смог скрыть от него готовящуюся вылазку. Да и когда мне удавалось что-либо скрыть от него? Однако от Рона скрыть правду мне все же удалось, а то и он бы напросился.

За сутки до начала штурма наш отряд во главе с Фрегором ночью покинул лагерь и двинулся в сторону городских стен. За Фрегором шел я с Эльвингом, чуть сзади Люсия и Эдрум. А за ними солдаты, которых выделил нам Ратобор. Всего человек тридцать.

Фрегор нашел вход в подземный ход не сразу, но довольно быстро. Вскоре мы уже шли по сырому подземелью. По выложенному камнями стенам и потолку хода стекала вода, собиравшаяся в лужи на полу. Наши факела были даже не в силах разогнать мрак, царивший здесь, освещая только небольшое пространство вокруг нас. Я поежился от царившего здесь холода и непроизвольно прибавил шаг, заметив, что это сделали и все остальные. Похоже не только на меня давила мрачная тяжесть подземелья.

Мы шли уже минут тридцать, когда, наконец, ход закончился, и мы уперлись в стену. Фрегор заглянул в специальный глазок, некоторое время рассматривал помещение за стеной. Потом нажал на рычаг и часть стены отъехала в сторону. Мы поспешно вышли из подземелья и оказались в довольно просторном зале. Сзади раздался легкий шелест. Оглянувшись, я заметил, что стена встала на место, теперь не было видно даже щелочки. Не зная, ни за что не догадаешься, что здесь есть потайная дверь.

Отвернувшись от стены, я оглядел зал. Он был довольно просторен и когда-то очень красив, но теперь, после почти пятидесяти лет отсутствия людей выглядел весьма убого. В свете наших факелов был виден толстый слой пыли на полу. Окна же оказались заложены кирпичами, так что сюда даже не проникал солнечный свет.

Неожиданно под потолком вспыхнул свет. Огромная люстра с шарами сгущенного света засветилась. Свет с трудом пробивался сквозь слой пыли на шарах, но освещение было все же лучше, чем от наших факелов. Я с тревогой обернулся, выхватывая меч. Но это оказалась только Люсия, которая дотронулась до освободителя заклинаний. Фрегор довольно сурово выговорил ей, но свет выключать не стал, поскольку уже все видели, что окна замурованы, а двери надежно забиты. Чтобы взломать их, придется повозиться. На улице никто не мог видеть, что здесь кто-то есть, а при свете нам все же удобней. Стараясь не поднять пыль с пола, мы двигались с крайней осторожностью, осматривая все вокруг. Оторвавшаяся лепнина от стен и потолка. Осыпавшаяся краска. Все выдавала крайнюю степень запустения, но во всем этом хаосе один предмет выделялся своей новизной и отсутствием пыли. Это был трон. Казалось, что его только вчера сделали и поставили сюда. Он стоял на возвышении и казался таким же, каким был в день своего изготовления.

– Не трогай! – крикнул я, увидев, что один из солдат потянулся, чтобы коснуться трона. – Разве ты не слышал о заклятье?

Солдат поспешно отскочил. Я же поднялся к трону и едва обо что-то не споткнулся. Только опустив глаза, я с удивлением увидел два скрещенных меча, лежащих у его подножия рукоятками к трону.

– Это еще что? – удивленно спросил я. Вокруг меня собрались все солдаты и мои спутники. Фрегору пришлось даже прикрикнуть на солдат, чтобы те отошли.

Эльвинг нагнулся и попытался поднять один меч. На его лице отразилось удивление и он потянул сильнее, но мечи даже не сдвинулись с места.

– Они словно прилипли, – сообщил он.

– Дай-ка я, – вперед вышел Илья Муромец. Его князь специально вызвал из отряда и предложил участвовать в этой операции. – Теперь богатырь стоял рядом и оценивающе смотрел на мечи. Потом нагнулся и ухватил один из них за рукоятку, напряг всю свою силу и потянул. Однако результат был тот же, что и у Эльвинга – мечи даже не шелохнулись.

– Может пока не стоит их трогать? – неуверенно спросил я. – Мы не знаем кто и зачем их сюда положил. Может это такое же заклятье, как и на троне.

Все согласились.

– И что дальше, Энинг? – поинтересовался Эльвинг. Так, похоже, меня выбрали командиром. Даже Фрегор смотрел на меня, ожидая приказов.

– Ну, прежде всего, отойдите от трона. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь на него сел. А я посмотрю его. Я слышал, что последний король Шантара приказал вырезать одно предсказание на троне. Хочу прочитать его.

Солдаты отошли. Я же приблизился к трону и стал его внимательно рассматривать со всех сторон. Никаких букв вырезано не было. Да и как можно было что-то вырезать на бархате? Я обошел трон кругом, но ничего не увидел.

– Ты не так смотришь, – неожиданно раздался спокойный голос позади нас всех.

Я резко обернулся. В дальнем конце тронного зала стояла фигура человека, с ног до головы окутанная сверкающим ореолом. Позади него виднелась распахнутая дверь, в которую входили солдаты с арбалетами наготове. Они сразу строились вдоль стен, держа всех нас на прицеле.

– Чтобы увидеть предсказание, надо взглянуть под правильным углом, – продолжил человек. Я заворожено наблюдал за ним, не в силах вымолвить ни слова. Также ошеломлены и подавлены оказались остальные мои спутники. – Я все думал, кто это потревожил мою сигнализацию в старом тронном зале, но такого не ждал.

– Све-сверкащий? – неуверенно спросил я.

Человек слегка поклонился.

– К твоим услугам, Энинг Сокол. Вот мы и встретились. Хотя не так, как тебе хотелось бы. Но ничего не поделаешь. – Он с явным интересом смотрел на меня. – Только не вздумай тянуться к мечу, – предупредил он. – Мои люди нашпигуют тебя стрелами быстрее, чем ты его достанешь. А мне бы этого не хотелось. Нам еще о многом нужно будет поговорить. И не пытайся действовать, я знаю твои возможности, рыцарь Ордена. Может я и не хочу тебя убивать, но о твоих приятелях я этого не скажу. Ты же не хочешь, чтобы они погибли? Поэтому будь умненьким мальчиком…

– … и кушай кашку за папу и маму, – усмехнулся я, убирая руку подальше от меча.

Сверкающий замер и удивленно посмотрел на меня. Конечно, лица его сквозь сверкающий ореол видно не было, но я все готов был поклясться, что он выглядит удивленным.

– А ты действительно странный человек, – заговорил он, наконец. – Но ты хотел прочитать предсказание. Ты ведь затем сюда пришел?

Я согласно кивнул.

– Не вижу причин отказать гостю. Встань напротив трона на месте скрещенных клинков у трона.

Я выполнил просьбу и взглянул на спинку трона оттуда, откуда показал мне Сверкающий. В тот же миг на бархате отчетливо проступили буквы. Я изумлено вскрикнул. На меня посмотрели с удивлением. Кажется, я был единственным, кто видел буквы. Я отключился от шума и сосредоточился на них. Буквы стали отчетливей и постепенно сложились в слова. Дождавшись когда текст станет четким, я громко прочитал:

– Могучий владыка, велик ты сейчас,

Но смерть все ж к тебе подступает.

Не враг сокращает твой жизненный путь

Не вражеский нож угрожает.

Но гибель твоя от…

Я на миг запнулся, как перевести это слово, ибо оно имело два значения в том языке, на котором эти строки были написаны. В конце концов, я выбрал наиболее распространенное значение:

Но гибель твоя от друга руки

Разбудит мое предсказанье.

Пусть темные силы врага велики,

Но он понесет наказанье.

Оружье готово. У трона клинки

Потерянных скоро дождутся —

Падет узурпатор от детской руки,

Наследники в царство вернутся.

Я замер, переваривая услышанное. Последние строки явно относились к Эдруму и Люсии, но почему наследники? Разве наследник не один? Но Сверкающий о них ничего знать не может. От детской руки… Так вот почему Сверкающий так ополчился на меня. Ничего не зная о Люсии и Эдруме, он думал, что это именно от моей руки должен пасть! Но ведь это означает, что настоящими его убийцами должны были стать именно Люсия и Эдрум – потерянные. Их ведь действительно потеряли во время захвата власти. Но прошло пятьдесят лет и Сверкающий даже не думал, что те могли остаться детьми, не мог даже представить, что они попадут в безвременье! Вот уж воистину, как не убегай от судьбы, а прибежишь прямо к ней.

Я был так поражен своим открытием, что замер, не в силах даже произнести ни слова. И даже не заметил, как рядом со мной оказались Люсия с Эдрумом. Они подошли к трону и повернулись к нему спиной. Я машинально отметил, что трон достаточно большой, чтобы они могли уместиться, на нем вдвоем.

– Слушайте нас! – крикнул Эдрум. – Не подчиняйтесь узурпатору, который обманом захватил трон принадлежащий не ему!

Эдрум начал опускать на трон, но в этот момент потерял равновесие и, пытаясь не упасть, взмахнул руками, толкнув Люсию. В результате на трон они уселись почти одновременно. На миг в зале воцарилась мертвая тишина. У меня в памяти осталось бледное лицо Эдрума, пытавшегося поспешно поднять Люсию с трона. Сама Люсия, еще не понявшая что произошло. И вдруг из спинки трона ударили бледные лучи и скрестились над головами двух детей, сидящих на нем. Пересекшись, лучи образовали изображение большой короны, которая покрыла головы обоих подростков. По залу пронесся изумленный вдох.

– Король! Настоящий король! Принц! – Эти слова слышались отовсюду. Ошеломленные солдаты опускали свои арбалеты, но никто не пытался воспользоваться этим. Все смотрели на трон, где сидели двое детей, окруженные изображением нарядной мантии с короной, висящей над обоими.

– Не может быть!

Я обернулся и слегка отступил. К трону шел Сверкающий медленной походкой сомнамбулы. На миг он потерял над своим сверкающим ореолом контроль, и я увидел бледное как смерть лицо этого человека. На нем отражалось такое потрясение, что мне даже стало его жалко. И еще это лицо показалось мне смутно знакомым. Я глянул на трон. Конечно же!!! Второй вариант перевода предсказания, который я отбросил!!!

– Брата!!! – закричал я. – Но гибель твоя от БРАТА руки!!!

И тут одновременно с моим криком Люсия и Эдрум нагнулись и схватили лежащие у трона мечи. Они подняли их так легко, словно никто до них и не пытался поднять их, прилагая для этого все свои силы.

– Умри, убийца!!! – Едва раздался этот крик, как мечи в руках детей преобразились. Лезвие меча в руке Эдрума вдруг полыхнуло огнем, и теперь огонь, живой огонь тек по лезвию. Клинок же в руке Люсии потемнел, превратившись в землю.

– Нет!!! – закричал я, понимая, что поздно. – Эдрум, нет!!! Это твой дядя!!! Брат твоего отца!!!

Я выхватил меч и бросился вперед, пытаясь защитить Сверкающего, даже если для этого мне придется закрыть его собой. Бросился вперед, не замечая, что лезвие моего меча превратилось в воду. Здесь, в этом зале встретились Три Меча. На мой крик Сверкающий резко обернулся, хотя не мог не видеть летящих к нему два меча Судьбы. Он даже не пытался защищаться. Я не успел. Почти одновременно оба меча, и огненный и земляной, ударили Сверкающего в грудь и пронзили насквозь.

– Нет! – Я нагнулся над телом своего врага.

– Энинг! Энинг! – звал меня Эдрум. – Ты что говорил про брата?

– Это был брат твоего отца, Эдрум! Я только сейчас понял. Он твой дядя, Эдрум!!!

Я с какой-то отстраненностью смотрел на тело человека, который только недавно был моим самым опасным врагом. О том, что он был еще жив, говорило только то, что сверкающий ореол вокруг него не исчез. Я осмотрелся, машинально отмечая потрясенные взгляды Эдрума и Люсии, а также смятение солдат, которых Сверкающий привел с собой. Тут мой взгляд упал на лезвие моего меча, все еще переливающееся водой.

– Ты думаешь, что победил?!! – неожиданно даже для самого себя обратился я к своему мечу. – Ну нет!!! Как там говорила Хранительница? Надо прокладывать свою дорогу? Ты ведь как раз мастер по Дорогам Судеб?

Но изменить чужую Дорогу – это значит тоже проиграть! Это ведь тоже один из путей меча Судьбы. Значит, надо менять не чужую Дорогу, а свою! Это можно! Ведь каждый человек делает это постоянно, всю свою жизнь. Когда принимает то или иное решение. И человек не существует в вакууме. Каждое его решение отражается на судьбах других людей. Правда и в этом случае все может привести к катастрофе, но здесь уже нет места неведению. Здесь все решает воля самого человека. И другие люди в этом случае становятся не зрителями, а участниками событий. Только вот у меня никак не получалось увидеть собственную Дорогу. Вернее я ее видел, но изменить с помощью меча не мог. Каким-то образом я знал, что для того, чтобы повлиять на нее мне необходимо очутиться на этой Дороге. Отсюда я мог влиять только обычными методами. Меч здесь помочь не мог. Но чтобы оказаться на Дороге… что надо было сделать чтобы очутиться на Дороге? Вывод был неутешителен. Если я ошибаюсь… если я в чем-то ошибаюсь, то это смерть.

Но и выбора у меня особого не было. Вернее выбор был. Я мог оставить все так, как есть, но я знал, что никогда этого себе не прощу. Не прощу того, что у меня был шанс что-то сделать, а я не сделал. Понимая, что чем дольше я буду думать, тем меньше шансов у меня решиться на что-то более существенное, я решительно поднял свой меч.

– Ну, водяжака, покажи, на что ты способна!!! – Я взмахнул им и вонзил шеркон себе в грудь. Как сквозь вату я услышал крик Эльвинга. Увидел, как ко мне бросились Эдрум и Люсия, и в тот же миг все пропало…


Глава 9 | Клинки у трона | Глава 11