home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

Этот пустырь я узнал с первого взгляда. Наверное, он мне в кошмарном сне сниться будет. А теперь еще надо решить, что делать дальше. На этот раз у меня нет с собой одежды для этого мира. Впрочем, если снять кольчугу и оружие, то мои штаны и льняная рубашка вполне сойдут. Конечно, немного необычен покрой, но в чем только люди сейчас не ходят. То же с Ольгой. В моей одежде ей вполне можно ходить, только кинжал отстегнуть. С Танькой вообще никаких проблем, но вот что делать с Эльвингом ума не приложу. И кстати, Мастер был прав – он действительно изменился. Волосы приобрели светлый оттенок вместо зеленоватого. В общем, он вроде бы и остался самим собой, но в тоже время теперь он вполне мог сойти и за человека. Но вот его одежда… Вот с этим действительно были настоящие проблемы. Впрочем, о чем это я? Какие проблемы? Нам бы отсидеться здесь до вечера, а там можно и возвращаться. Однако я прекрасно понимал, что ни Ольгу, ни Эльвинга подобный план не устроит. Еще бы, быть в другом мире и не посмотреть его… Зная об этом, я и начал решать проблемы. К тому же, если я правильно помню, то мы попали в то же миг, из которого отправились, а значит…

Я резко толкнул Ольгу с Эльвингом в кусты и пихнул туда же Таньку.

– Ты чего дерешься? – возмутилась она.

– Тише ты. Помнишь тех, кто гнался за тобой? Хочешь с ними встретиться? Ты же ведь помнишь, что я тебе рассказывал о переходе между мирами?

Танька побледнела и прикусила губу. Вовремя. На тропинке раздался треск раздвигаемых веток, и мимо нас пронеслись несколько преступников, в которых я узнал тех, кто гнался за нами. Напрасно мы прятались. Они пронеслись мимо на такой скорости, что никого не заметили бы, даже если мы стояли во весь рост и хором распевали бы гимны. Заинтересованный этим, я двинулся следом. Остальные последовали за мной. Я хотел уже было попросить их остаться, но решил, что сейчас это лишнее. Преступникам явно было не до нас.

Все четверо мы добрались до придорожных кустов и осторожно выглянули на дорогу. Преступники стояли около своей машины и о чем-то ожесточенно спорили. Видно обсуждали появление «ангела». Я хихикнул, вспомнив ту ситуацию.

– Ты чего? – спросила Ольга.

– Потом расскажу.

Тут события приняли совершенно неожиданный оборот. Какая-та старушка, посмотрев по сторонам, решила перейти на другую сторону. Но то ли она плохо видела, то ли просто невнимательно посмотрела, но машину она проворонила. Белый жигуленок вильнул, водитель вдарил по тормозам, раздался визг тормозящих колодок. Жигули стало заносить. Старушка с испугу прыгнула в другую сторону.

Преступники, разом прекратив спор, уставились на это зрелище. Несколько секунд длилась немая сцена. Потом так же разом, как будто долго репетировали до этого, сорвались с места и кинулись к бабушке. Двое подбежали к ней, осторожно осмотрели ее со всех сторон. Мне было видно, как они бегали вокруг нее, ощупывали, что-то говорили, кажется, успокаивающее. Потом вдруг подхватили на руки и на руках перенесли ее через дорогу. Таким образом, они оказались недалеко от нас и теперь нам было слышно каждое слово.

– В следующий раз поосторожнее, бабушка. Тут ведь так носятся, что и не смотрят по сторонам.

– Ой, спасибо, милые, ой помогли старухе, – причитала в ответ старушка. – Я и не думала, что сейчас такие люди бывают.

Я с трудом сдерживал смех и чтобы не расхохотаться, посмотрел на тех троих, что побежали к водителю жигуленку. Те вовсю костерили «слепого водилу», который ездит с закрытыми глазами, но при этом аккуратно вытащили его машину с обочины и водрузили ее на дороге. После чего пожелали ему счастливого пути и попросили быть более внимательным на дороге. Обалдевший от такого оборота, водитель жигуленка даже думать забыл о старушке и таращился с раскрытым ртом на парней явно не в дешевой одежде, которые старательно передвигали его старую и довольно грязную машину. Потом, видно решив, что оказался в обществе умалишенных, он прыгнул в машину и сорвался с места, только резина взвизгнула по асфальту. Старушка тоже ушла.

Видно решив, что на этом их дела закончились, преступники сели в машину. Но, не успев отъехать и пару метров, резко остановились. Задняя дверца открылась и на дорогу выскочил человек. На вытянутых руках, брезгливо, словно это была какая-та жутко противная гадина, он нес автомат. Отшвырнув его в сторону, преступник прыгнул в машину и та уехала.

Тут уж я сдерживаться не стал и рухнул от хохота. Мои друзья вместе с Танькой смотрели на меня непонимающе и пытались понять, что я нашел в этом смешного. Я пытался объяснить, как был «ангелом», который проповедовал заблудшим, но, вспоминая об этом, начинал хохотать сильнее.

Наконец мне удалось более-менее успокоиться и рассказать все по порядку. Тут мы смеялись уже все вместе. Даже Танька.

– Значит, они приняли тебя за ангела? – сквозь смех спросила Ольга.

Я кивнул.

– И теперь, после того, как встретились с ангелом, они решили исправиться… – Эльвинг даже подавился смехом и закашлялся. – Ну ты даешь! Такого от тебя я не ожидал!

– Я сам от себя такого не ожидал! Представляете, стою я как дурак перед ними, а они вдруг стали на колени передо мной падать… Думаю, что такое? Оборачиваюсь, а у меня крылья… и нимб. Я чуть не помер там с испугу. Потом Мастер мне объяснил, что это он устроил…

– Да. Комик-группа на выезде. Энинг, ты не думал пойти в бродячие артисты? С твоим-то талантом…

– Пошел ты заешь куда… – добродушно ругнулся я. – Давайте лучше решать, что делать будем. Почему-то мне кажется, что эти товарищи, которые были здесь недавно, больше нас не потревожат.

– Да уж, – хихикнула Ольга. – Ты же теперь наш персональный ангел. С тобой нас никто не тронет.

– Ага, только для начала надо решить, что делать дальше. Лично у меня есть два предложения. Первое: сидим здесь до вечера, а потом возвращаемся.

– У-у. Ни в коем случае! – Ольга так яростно замотала головой, что я подумал, что она скоро оторвется. – Быть в другом мире и не посмотреть его?!

– Согласен с принцессой, – поддержал Ольгу Эльвинг.

Я вздохнул.

– Этого я и ожидал. Просто спросил так, на всякий случай. Кстати, вам не жарко?

Я действительно уже начал потеть. Еще бы, ведь в том мире была середина октября, а здесь конец мая. Поэтому, не дожидаясь ответа, я стянул кольчугу и подкольчужный теплый камзол. Ольга тоже скинула куртку, оставшись в брюках и легкой рубашке. Пожалуй, действительно нашу с ней одежду можно оставить для моего мира.

Эльф тоже снял теплую куртку, но даже сейчас его эльфийский наряд мало подходил для ходьбы по улице в моем мире.

– Подождите меня, – попросил я и исчез в кустах. Чтобы попасть домой мне нужно было найти Ключ, который, насколько я понимал, должен был остаться где-то неподалеку от того места, где мы совершили последний переход. Там я его и отыскал. Ключ лежал рядом с тем гаражом, в стенке которого я открывал проход между мирами. Старательно обойдя валявшиеся на земле пистолеты, брошенные убегающими бандитами, я подобрал Ключ и вернулся назад.

– Все в порядке. – Я показал Ключ. – Теперь мы можем в любой момент вернуться.

– А что вы будете делать со мной? – Танька с опаской косилась на нас.

– А что с тобой делать? Побудешь немного с нами, а потом пойдешь домой. Только никому не рассказывай про нас.

– И ты ей поверишь? – спросил Эльвинг.

Наш спор прервал визг тормозов и на обочине остановилась машина. Из нее выскочил Вячеслав Павлович, быстро достал пистолет и осторожно двинулся к придорожным кустам. Кажется, он сообразил, что увести погоню ему не удалось и теперь, он шел на выручку нам. Я немного растерянно посмотрел на него. Кто мы для него? Ведь мы же даже деньги не заплатили ему за помощь, если не считать тех золотых монет, что я ему дал. А он ведь сейчас рискует жизнью ради нас!

– Кто это? – Танька в ужасе смотрела на пистолет в руке Вячеслава Павловича. – Он хочет нас убить?

Только тут я сообразил, что Танька не может знать его. Хоть он и начальник ее телохранителей, но весь не сама же Танька договаривалась с ним о них?

– Нет, этот за нас. – Я осторожно поднял голову из кустов. – Вячеслав Павлович, – позвал я.

Пистолет в руке дернулся, и дуло сдвинулось в мою сторону. Сработали рефлексы, вколоченные Дерроном, и я быстро спрятался.

– Егор, это ты?

– Я, Вячеслав Павлович.

Вячеслав Павлович облегченно вздохнул и убрал пистолет.

– С тобой все в порядке?

– В полном. – Я вышел из кустов.

– Ты один? А где твои родители?

– Они в Магическом мире.

– Ясно. А ты почему с ними не пошел? Какие-то проблемы?

– Проблемы, – с усмешкой согласился я. – Только я уже того, вернулся из того мира. Я же вам рассказывал, что пока я там, то здесь не проходит и минуты.

Вячеслав Павлович несколько секунд пристально рассматривал меня.

– Понятно. А где те, кто гнался за вами?

– О, они уже уехали.

– Так! Стоп! Так дело не пойдет. Давай по порядку. – Вячеслав Павлович подошел ко мне и тут увидел остальных. – Ого, а это что за компания?

– Ну, Таньку вы, наверное, знаете. Ее ваши подопечные охраняют.

– А, Серовы. Знаю. – Вячеслав Павлович заозирался по сторонам. – Только вот телохранителей я не вижу.

– И не ищите. Она от них сбежала и стала следить за нами. А тут эти бандиты выскочили. В общем, мне пришлось взять ее с собой. Те бы ее просто прибили как лишнюю свидетельницу.

– Значит сбежала. Ну-ну.

Это ну-ну сильно мне не понравилось.

– Не стоит их ругать…

– Егор, – сухо прервал меня Вячеслав Павлович. – Давай ты не будешь учить меня моей профессии. Они отвечали за нее и если бы с ней что-нибудь случилось, то… ты сам понимаешь. Поэтому позволь этим заняться мне.

Я смешался. Вячеслав Павлович ясно дал понять, что не потерпит вмешательство в свои дела. Я понимал, что он прав, но это отповедь выбила меня из колеи. К счастью сам Вячеслав Павлович и пришел мне на помощь.

– Ты лучше расскажи, что здесь произошло. Вы успели уйти?

– Не успели, – вздохнул я, а потом стал рассказывать то, что уже рассказывал своим друзьям.

Вячеслав Павлович хохотал так заразительно, что мои друзья тоже не выдержали и присоединились.

– Значит ангелочек? – выдавил он. – А потом они старушку через дорогу перенесли?

– Старушку ладно, но видели бы вы глаза того водителя…

– Представляю, – снова расхохотался Вячеслав Павлович. – Ну ты даешь. Никогда так не смеялся. Но вроде ты говорил, что магия в нашем мире не действует. Как же этот твой Мастер сумел такое организовать?

Да, логика у Вячеслава Павловича железная и он сразу ухватил нестыковку.

– Так ведь дверь между мирами была открыта, а я рядом с ней стоял, – объяснил я.

– Ясно. Ну что, ангелочек, может ты представишь и своих друзей?

– Ой, простите. Это Эльвинг – мой лучший друг. Только… только он не человек.

– Не человек? – Брови Вячеслава Павловича резко взлетели вверх, и он внимательно посмотрел на Эльвинга. – А ведь действительно, – растерянно согласился он. – Если посмотреть более внимательно, то в нем есть что-то необычное.

– Просто он эльф.

– Понятно. А… – Вячеслав Павлович посмотрел на меня, потом затряс головой. – Нет. Ничего не хочу знать! Эльф так эльф, приму так как есть. А твоя подружка человек?

– Я для вас не «подружка», – Ольга гордо вскинула голову. – И никто не смеет усомниться в моем человеческом происхождении.

– Ну и ну. – Я удивленно вытаращился на Ольгу. – Что это с тобой?

Ольга покраснела.

– Извини, Энинг. Я, наверное, не должна здесь так говорить.

– Ну, – я поискал, как бы выразиться потактичнее. – Это было немного грубо.

– Но он же намекнул, что я незаконная дочь…

– Тпру, – Вячеслав Павлович поднял руку. – Я такого не говорил. Если мой вопрос прозвучал таким образом, то прошу прощения. Я просто хотел понять. Если этот молодой человек эльф, то вы, юная леди, вполне могли оказаться феей.

– Нет. – Ольга улыбнулась. – Я человек.

– Это Ольга. Она тоже мой лучший друг.

– Да? – Эльвинг с шутливым удивлением посмотрел на меня. – Всего лишь друг?! – Он повернулся к Ольге. – Как лучший друг этого типа хочу выдать страшную тайну. Этот человек влюблен в вас по уши, принцесса, но боится в этом признаться.

– Эл, заткнись, – прошипел я. – Ты ни черта не понимаешь. Не слушай его.

– Значит он не прав? – Ольга серьезно смотрела на меня, явно ожидая ответа.

– Нет, – прохрипел я. – Он не прав.

Я поспешно отвернулся, скрывая свое лицо, но успел заметить, как побледнела Ольга и растерянно посмотрел на меня Эльвинг.

– Так, – преувеличенно весело заметил Вячеслав Павлович. – Я так понял, что вам сейчас нужна помощь. В такой одежде, – Вячеслав Павлович кивнул на эльфа, – по улицам не походишь. Предлагаю поехать сейчас ко мне домой, и там мы поговорим в более подходящей обстановке. – Таня, тебе придется поехать с нами. Проводи Олю и Эльвинга в машину. Я правильно назвал твое имя?

Эльвинг кивнул.

– Замечательно. Таня проводи их, а мы с Егором немного задержимся. Мне с ним надо обсудить вопрос оплаты за услуги.

Я прекрасно понимал, что вовсе не это он со мной хочет обсудить, но не спорил. Я мрачно наблюдал, как мои друзья идут в машину, и как Танька показывает им, как открыть дверь. Ольга обернулась и посмотрела на меня с такой болью, что я с трудом сдержался и не убежал. Когда-то я считал, что выдержать пытливый взор Ратобора самое трудное. Теперь понял, что самое трудное выдержать полный страдания взгляд его дочери.

Вячеслав Павлович тоже наблюдал за нами.

– Зачем ты соврал? Ты же видишь, что ты нравишься ей, и я вижу, что она нравится тебе? Тебе ее не жалко?

– Да что вы понимаете?!! – Не выдержал я. – Отстаньте от меня и без ваших дурацких вопросов тошно!!! – Я резко отвернулся, чтобы Вячеслав Павлович не видел моего лица.

– Тебе полегчало? – Спокойно спросил он.

– Да, – буркнул я. – Но это не ваше дело.

– Возможно. – Так же спокойно ответил он. – Просто я не понимаю.

– Не понимаете? – разозлился я. – Хорошо, я объясню! Да, я люблю ее, и можете считать это подростковой блажью, как посчитает большинство взрослых. Но я не смогу ничего ей дать кроме боли! Пусть лучше она забудет обо мне сейчас. Может ей и будет больно, но это ничто по сравнению с тем, что может быть в будущем!

– Я бы не назвал это подростковой блажью, если ты понимаешь такие вещи. Но насколько ты прав?

– Прав. В том-то и дело, что прав, – очень тихо сказал я. – Я не рассказывал обо всех правилах перехода…

Вячеслав Павлович молча выслушал меня.

– Вот, значит как.

– Да. В том мире люди живут дольше, чем в нашем. Ольга может прожить и двести и триста лет, но она будет расти, взрослеть, а я так и буду оставаться подростком. И так пятьсот лет! Вы понимаете это?!!

– Понимаю. Прости меня, Егор. Я действительно понимаю, насколько тебе тяжело. Но все-таки, может тебе стоит все рассказать Ольге? Не решай за нее, что для нее лучше. Самая большая ошибка, которую могут допустить люди – это начать решать за других, что им лучше, а что хуже. Расскажи ей все. Насколько я мог понять, она умная девочка и поймет все. Поверь – это лучше, чем то, что ты делаешь.

– Возможно. Я не думал… – Я растерянно замер. Действительно, почему я не думал об этом. «Да потому, что ты сосредоточился только на себе! Ты только о своих страданиях думал!» Этот ответ был настолько очевиден, что я чуть не разревелся от отчаяния. Неужели я всего лишь холодный эгоист?

Старясь не смотреть на Ольгу, я плюхнулся рядом с ней на сиденье.

– Эльвинг, помоги мне, – попросил Вячеслав Павлович, заглядывая к нам. – Тань, ты тоже.

– Что?! Помочь? – Танька растерянно посмотрела на Вячеслава Павловича.

Эльвинг быстро все сообразил и выволок ее из машины.

– Насколько я понял, наши «друзья» убегая, побросали все оружие. Надо проследить, чтобы его никто не подобрал, – услышал я объяснения Вячеслава Павловича.

Вскоре никого из троих уже видно не было.

– Чего тебе надо? – тускло спросила Ольга. – Зачем все это?

– Я просто хотел сказать… – я сглотнул и смело закончил: – Я соврал! Эл был прав.

Ольга стремительно обернулась и накинулась на меня с кулаками.

– Идиот, кретин, болван!!! – Я не пробовал защищаться и только уворачивался. В конце концов, этот порыв иссяк и Ольга зарыдала.

– Прости.

– И это все, что ты можешь сказать?!

– Оль, я хочу объяснить, почему я это сделал.

Ольга выслушала мой рассказ молча.

– И это никак нельзя обойти?

– Не знаю. – За последние двадцать минут я уже второй раз чувствовал себя полным болваном. – Я не думал над этим.

– Дурак!

– Согласен. Но как это можно обойти? Мастер говорил, что это закон магии, а законы нельзя обойти.

– Ой, Энинг, только не учи меня законам магии. Я их получше тебя знаю. Если я правильно поняла, то тут действует закон сохранности. А именно: «Если при магическом действии есть избыток энергии, то она должна быть направлена на другое действие». Есть еще закон равенства: «Произведенная магическая энергия должна быть употреблена в дело вся без остатка». В твоем случае при переходе было произведено столько энергии, что ее хватило на то, чтобы остановить для тебя время твоего мира. Если предоставить равноценную замену этому, то та энергия, которая тратится на поддержание этого баланса уйдет, и время для тебя вернется в привычное течение.

Я только в восхищении покачал головой. Мастер никогда не объяснял так. Он заваливал меня заумными формулировками, приводил формулы, доказывал верность того или иного закона. А Ольга просто разложила все по полочкам как для идиота. Впрочем, если вдуматься, именно им я и был.

– Только вот я не могу придумать равноценную замену, – мрачно призналась Ольга. – Я даже представить не могу ту силу, которая требуется для остановки времени даже для одного человека. Даже для разрушения мира требуется, наверное, меньше силы, чем для этого. Но ладно. Я не маг. Там видно будет. Лучше найти самого лучшего мага мира и спросить у него.

– Самый лучший – это Сверкающий.

– Верно. – Тут же согласилась Ольга. – Вот и надо будет с ним поговорить.

– Ты что, рехнулась? – вежливо поинтересовался я.

– Не сейчас, конечно. Сейчас он за свою помощь может потребовать от тебя слишком большую помощь. Но вот когда Сверкающий будет побежден…

Я ошарашено рассматривал Ольгу. Ее губы были плотно сжаты, глаза прищурены. Казалось, она прямо сейчас собирается отправиться воевать со Сверкающем. Такой я видел ее впервые. И только сейчас понял насколько велико ее упрямство. Кажется, она просто не знает, что такое «Невозможно».

– Кстати, есть еще Колодец Судьбы. Говорят, что он может исполнить любое желание. И, пожалуй, только около него можно найти равноценную замену.

Я только покачал головой, восхищаясь ее целеустремленности.

В этот момент вернулись все остальные.

– Как я и думал, свое оружие они побросали прямо на месте. Я его присыпал травой, но это не дело. Как только доберемся до конторы, надо будет сообщить в милицию. Пусть проверят все стволы. – Вячеслав Павлович плюхнулся на место водителя. – Вдруг они где-то числятся?

– Странное оружие. – Эльвинг удивленно покрутил головой. – Никогда такого не видел. Твой друг, Энинг, объяснял как оно действует, но все эти маленькие штучки вылетающие из трубки… Не могу это понять.

– Лучше не надо, парень. – Ответил Вячеслав Павлович. – Оружие убивает.

– А для чего еще должно быть оружие?

Мне показался странным этот разговор. Нет, даже не сам разговор, а то, что Вячеслав Павлович даже не спросил, как прошел наш разговор с Ольгой. Ведь он специально оставил нас вдвоем. Должно же ему быть хоть каплю интересно? Он же вел себя так, будто ничего его не интересует.

Жигуленок тронулся с места и рванул вперед. Ольга ойкнула.

– Как это едет? Энинг, ты же говорил, что в твоем мире магия не действует?

Я рассмеялся.

– Как эта штука едет без магии? Честно говоря, я и сам не знаю. Все время удивляюсь, как машины могут ехать без магии.

Вячеслав Павлович расхохотался.

– Не слушайте его, юная леди. На самом деле все просто.

Всю дорогу до конторы Ольга с Эльвингом засыпали Вячеслава Павловича вопросами. Тот с явной охотой отвечал. Эта лекция прервалась только однажды, когда Вячеслав Павлович затормозил около ближайшего таксофона и позвонил в милицию, сообщив об оружии на пустыре.

Вскоре мы уже подъезжали к «черному» входу конторы. Здесь не было никаких табличек или вывесок. Обычный глухой двор, металлическая дверь в стене. Вячеслав Павлович аккуратно прирулил к ней и остановился.

– Этой дверью мы пользуемся, когда не хотим, чтобы многие видели тех, кто приходит к нам. Сейчас я открою ее и тогда вы выходите из машины и быстро внутрь. Ясно?

Мы кивнули.

Через три минуты мы все удобно располагались в кабинете Вячеслава Павловича. Но на входе в кабинет он задержал меня и вручил аудиокассету.

– Вот извини, забыл выключить аппарат. В моей машине есть один приборчик, с помощь которого можно слушать все, что происходит внутри.

Несколько секунд я переваривал услышанное.

– Так вы все слышали? – возмутился я.

– Я же говорю, извини. Считай это профессиональным любопытством. И клянусь, что никто ничего от меня не услышит. Но вот что я тебе скажу, Егор, если ты упустишь эту девчонку, то я тебя перестану уважать. Такие как она редкость и не смей ее упускать. Ты не представляешь, как тебе повезло, что она полюбила такого дурака как ты.

– Огромное спасибо! – едко ответил я.

– Огромное пожалуйста, – так же едко отозвался Вячеслав Павлович.

Вячеслав Павлович усадил нас в кресла и сел рядом.

– Ну, рассказывайте, что там у вас случилось, что вы решили перебраться сюда?

– Так, мелочи. – Пожал я плечами. Я рассказал, как на нас напали в гостинице, и как я решил ускользнуть от них в свой мир.

– Понятно. Пока они вас ищут там, вы тут отсиживаетесь. Хитро. Но разве вы вернетесь не в то же время, из которого ушли?

Я покачал головой.

– Нет. Здесь это правило не действует. Мы вернемся в тот мир ровно через то время, какое пробудем здесь.

– И когда это будет.

– Не знаю. Я хотел дождаться вечера и тогда уйти, но Ольга и Эльвинг меня не поддержали. Они непременно желают посмотреть этот мир.

– Желание законно, – усмехнулся Вячеслав Павлович. – Готов даже помочь вам. Вам ведь понадобиться машина. Так будет быстрее. Согласны?

Ольга и Эльвинг вопросительно посмотрели на меня.

– Спасибо, мы согласны, – после недолгого раздумья ответил я. – Но почему вы это делаете? Почему вы решили тратить на нас свое время?

– Скажем так, мне интересно. Никогда до этого не разговаривал с людьми из другого мира. И если вы согласны, то подождите меня. Я через пять минут освобожусь.

– А мне-то что делать?

Я просто поражался терпению Таньки. Никогда до этого она не стала бы молчать так долго, если видела, что ее игнорируют. Всеми правдами и неправдами она стремилась обратить на себя внимание. Это был поистине рекорд. Она молчала всю дорогу, только прижимала к себе свои украшения, уложенные в небольшую сумку.

– А что ты хочешь? Сейчас я вызову твоих охранников, и они отвезут тебя домой. Или у тебя есть другие предложения?

Танька умоляюще посмотрела на нас. Я сделал вид, что разглядываю картинки на стенах. Ольга тоже отвернулась. Кажется, разговор у нее с Танькой так и не вышел. Эльвинг молча смотрел на нас.

Вячеслав Павлович вмиг просек ситуацию.

– Так, не все в порядке в королевстве Датском.

– При чем тут Датское королевство? – изумился я.

Вячеслав Павлович уничижительно посмотрел на меня.

– Эх ты, герой. Чему вас только в школе учат? Стыдно не знать Шекспира.

– А мы еще не проходили его, – я отчаянно покраснел. Конечно, мне стыдно было не столько потому, что меня поймали на незнании Шекспира, сколько из-за того, что при этом присутствовала Ольга.

– Я тоже не знаю Шекспира, – ответила Ольга.

– Вам, юная леди, это простительно, – усмехнулся Вячеслав Павлович. – Вряд ли вы могли в вашем мире читать Шекспира. А вот вашему рыцарю знать такие вещи стоит. Но ладно. Вы тут подождите, а то я совсем с вами заболтался и забросил все дела. Я ненадолго. И советую помириться. Я не знаю из-за чего вы там поругались…

Я вздохнул. Вячеслав Павлович был хорошим человеком. Какое-то время он даже относился ко мне как к взрослому. И вот выдал. «Помиритесь». Как будто первоклассникам сказал. Мол как поссорились, так и помиритесь. Конечно, это не его вина и не мог он знать, через что мне пришлось пройти в том мире. Давно я уже не обращаю внимания на мелкие обиды. И Ольга не позволяет себе роскошь быть чересчур обидчивой. В любом дворце, как я уже успел убедиться, взрослеют быстро.

Тут, прерывая мои размышления, в кабинет влетел какой-то человек. Увидев нас, он замер и удивленно огляделся.

– Вы кто? И где Вячеслав?

– Мы гости. А Вячеслав Павлович на минуту вышел. Сейчас будет, – ответил я. – Если он вам нужен, то подождите его.

– Хорошо. Я так и сделаю. – Человек плюхнулся в свободное кресло. Однако было видно, что он с трудом сдерживает себя и его буквально распирает от желания поделиться какой-то новостью. Мы, даже Танька, удивленно наблюдали за ним. Вот человек не выдержал, вскочил с кресла и стал ходить по комнате. Вдруг он остановился и обернулся к нам.

– Ладно, ребята, пойду искать.

Однако человек выйти не успел. Только он подошел к двери, как та раскрылась и на пороге показался Вячеслав Павлович.

– Эдик? – изумился он при виде человека. – Ты же вроде к своим бывшим сослуживцам уходил?

– Так я только что оттуда! Вячеслав, ты не поверишь… там сейчас такое творится. Вся милиция на ушах стоит! Не видел бы собственными глазами, никогда не поверил бы. Сейчас там одних типов допрашивали. Они такое плетут…

– Тебя пустили на допрос? Ты же вроде больше не работаешь в милиции?

– Пустили?! Да там все отделение сбежалось на этот допрос! Представляешь, явились с повинной четверо! Они оказались приближенными одного человека, за которым давно подозревается много нечистых дел, но доказательств не было. Если окажется правдой хотя бы двадцать процентов из того, что они говорят, то на ближайшие десять лет наша область будет очищена от всей организованной преступности. Там сейчас ужас, что творится. В город вызывают ОМОН, Спецназ, ФСБ, РУОП, РУБОП и еще хрен знает какие службы. Но не это главное. Ты представляешь, что эти типы говорят по поводу того, почему они явились с повинной?

Я уже догадывался, что последует дальше и начал мягко сползать на пол от смеха, представляя, что сейчас творится в милиции. Мои друзья, хоть и не понимали половины слов, которые говорил Эдик, но тоже разобрались, что к чему. Ольга уже начала смеяться.

– Они утверждают, что их посетил…

– Ангел, – наконец не выдержал и Вячеслав Павлович, присоединяясь к общему смеху. Только Эдик стоял с широко открытым ртом и удивленно смотрел на нас.

– Откуда вы знаете? Это же буквально минут тридцать назад случилось? Я еще никому не рассказывал.

– Не обращай внимания, – вытер выступившие от смеха слезы Вячеслав Павлович. – Просто тот ангел, что посетил тех типов, сам мне об этом рассказал.

Эдик минут пять рассматривал смеющегося начальника, потом, видно, решил, что тот шутит.

– Кстати, за свое признание, – продолжил он, – они потребовали не убежища или прощения, а допустить к ним священника для исповеди. При этом при рассказе о своих преступлениях они постоянно крестились и через слово повторяли «Господи прости». Это было зрелище еще то, скажу я вам. Сейчас все опергруппы разъехались по тем адресам, что они выдали.

Я уже смеяться не мог и только тихо стонал, держась за живот. Ольга же просто свалилась со стула и теперь смеялась на полу, пытаясь остановиться. Не в лучшем положении был и Вячеслав Павлович, который умоляюще махал рукой Эдику, прося того прекратить рассказ, не в силах произнести ни слова. Один только Эльвинг сохранял относительную серьезность.

– Хватит, – простонал Вячеслав Павлович. – Если те типы приближенные того человека, о котором я думаю, то из-за их рассказа скоро полетит столько больших голов…

– Я и говорю, что они самоубийцы. Просто решили выбрать немного экзотический способ это сделать. Даже посадив всех тех людей, которых они закладывают, им не жить. Кажется, они и сами это понимают, поскольку постоянно требуют священника для исповеди и боятся не успеть поведать обо всех своих грехах. Ну ладно, я пойду ребятам расскажу. Клянусь, что о таком они еще не слышали.

Вячеслав Павлович только рукой махнул. И когда Эдик вышел, повернулся ко мне.

– Да, Егор, натворил ты дел. И главное ты отомстил за своего отца и свою мать. Думаю, теперь все главари той банды сядут надолго. И очень многие другие люди последуют за ними. Не знаю уж, как ты живешь в Магическом мире, но здесь можешь смело записывать на свой счет один подвиг: «Очистка Авгиевых конюшен». Ох, сколько грязи будет вымыто из города! Да, надеюсь тебе не надо объяснять, что такое «Авгиевы конюшни»?

– Не такой уж я и темный, – обиделся я. – И потом, это не я натворил, а Мастер.

– Возможно, но ангелом все же работал ты. Ангелочек ты наш.

– Ага, – рассмеялась Ольга. – Я теперь тебя буду звать ласково – Геля. Это сокращенно от ангела, – пояснила она.

– Спасибо тебе, – мрачно ответил я.

Ольга мигом уловила мое настроение.

– Энинг, ты что, обиделся? Я же пошутила. Ладно тебе дуться. Кстати, ты обещал показать мне свой мир.

– Я обещал?

Вячеслав Павлович переглянулся с Эльвингом и подмигнул тому. Ну вот, они уже о чем-то договариваются за моей спиной.

– Энинг, лучше не спорь, – посоветовал Эльвинг. – В этом споре у тебя нет никаких шансов. Раз обещал, выполняй обещание.

– Но я…

– Обещал, обещал. Я сам слышал, – нагло соврал Вячеслав Павлович. – Поэтому давай поднимайся. Сейчас завезем Таню домой, а потом поедем ко мне, где подберем товарищу эльфу подходящую одежду. Думаю, одежда моего сына будет ему в самый раз. И там же мы оставим ваше вооружение. А то как-то странно будет разгуливать по улицам города с луком и мечами, а также с кинжалами, – покосился он на кинжал в золоченых ножнах на поясе у Ольги.

Тут Танька не выдержала и зарыдала.

– Почему вы все меня не любите? – сквозь рыдания повторяла она. – Почему вы так ненавидите меня?

– Вот те раз, – Вячеслав Павлович растерянно посмотрел на нас. – Что там у вас случилось?

Я отвернулся. Ольга тоже.

– По-моему, будет справедливо, если расскажет все сама виновница, – заметил Эльвинг. – Тогда будет ясно, раскаивается она в том, что сделала или нет.

– Ну виновата я, виновата!!! Да, дура я!!! Но я же не знала, что так получится!!! Я просто хотела, чтобы она отстала от Егора!!! Подумаешь, принцесса!!!

Вячеслав Павлович сел на кресло и пытливо уставился на Таньку.

– Так. Накал страстей и вспышки ревности. Ну-ка, девушка, по порядку. Что за принцесса?

– Это я. – Ольга чуть склонила голову. – Я принцесса Китижского княжества. Дочь Великого князя.

– Ого! – Вячеслав Павлович удивленно посмотрел на нее, потом на меня. – Ну и ну. И чем же Таня обидела вас, ваше высочество?

– Не надо титулов. Вы все равно не правильно его употребляете. Например, сейчас ваше обращение совершенно неуместно. Ваше высочество – это официальное обращение, когда ко мне хотят обратиться с просьбой или прошением. Так же так обращаются ко мне при официальном представлении. Сейчас же, после того, как Энинг представил вас как своего друга, ваше официальное обращение говорит, что вы не можете считать себя моим другом.

– Ого, какие тонкости. Не знал.

– Поэтому советую разговаривать со мной так, как вы привыкли говорить всегда. Все, что мне может не понравиться в ваших словах, я просто спишу на то, что нахожусь в гостях и здесь свои нормы поведения. В противном случае, мне будет гораздо труднее так делать, и я невольно могу оскорбить вас.

– Ого, – повторили Вячеслав Павлович. – Ясно. Что ж, сам виноват и приношу извинения. Так что там у вас случилось?

Я отвернулся.

– Вряд ли сейчас это важно. Завтра мы уйдем, а Танька останется.

– А может это для нее важно? Может стоит дать ей шанс?

– Тогда это не ко мне. Просите Ольгу. Она пострадала больше всех.

– Понятно. А ты, Таня, что скажешь?

Однако Танька только всхлипывала.

– Нет, так дело не пойдет. – Вячеслав Павлович поднялся. – Хватит тут сырость разводить. Ну-ка, пойдем, умоемся. Давай-давай, я тебе покажу, где можно умыться. Пошли.

Танька нехотя поднялась и вышла. Мы остались втроем.

– Мне кажется она не так уж и виновата, – заметил Эльвинг. – Просто она привыкла быть в центре всеобщего внимания.

– Привыкла, – согласился я. – Я тебе не рассказывал, какими способами она добивалась этого внимания? Весьма поучительно. Дело не в том, что она привыкла быть в центре внимания, а в том, что когда ее отец неожиданно разбогател, то она стала считать себя чуть ли не королевой. И соответственно всех других она считала гораздо ниже себя. Отсюда и ее поведение. Ольга не первая, кто пострадала от этой подлюки. Могу еще сказать, что если бы я сам не мог постоять за себя, то и я отделался бы минимум синяком.

– Хочешь сказать, что она кинулась на тебя с кулаками? – удивленно уставился Эльвинг.

Я расхохотался.

– Зачем сама? У нее деньги есть. Она заплатила некоторым тут. И, между прочим, я не первый с кем она провернула подобное. Только тому повезло меньше и ему пришлось походить с переломом, а до этого неделю лежать в больнице.

– Ну и гадина. – Ольга даже головой потрясла.

– Самое печальное во всем этом то, что раньше она была вполне нормальной, и с ней можно было поговорить. Сейчас же для нее все на уровне слуга-господин. Я только надеюсь, что после всего случившегося она поумнеет.

– Ты прав, – заметил Вячеслав Павлович, входя в комнату. – На это стоит надеяться, но надежды только мало. Кажется, она так ничего и не поняла. Она рассказала мне о случившемся. – Вячеслав Павлович покачал головой. – Она обвиняла в произошедшем всех, кроме себя: Ольгу, потому что она не понимает шуток; какого-то Свольда, который подслушивает то, что ему не полагается слушать; тебя, Егор, за то, что ты так непочтительно с ней обошелся.

– Непочтительно? – переспросил я.

– Она так и сказала.

– А где, кстати, она?

– Я ее домой отправил. Точнее она сама в ультимативной форме потребовала, чтобы ее отправили домой.

– Зря, – покачал я головой. – Мне бы не хотелось далеко отпускать ее пока мы в этом мире. Она сейчас обижена на весь свет, а в таком состоянии она способна на все.

– Да ладно тебе. Что она может? – Вячеслав Павлович беспечно махнул рукой. – Она всего лишь подросток.

– Я сам всего лишь подросток, – буркнул я. Что-то мы упустили. Что-то важное.

– Ну ладно, поехали что ли? – Вячеслав Павлович поднялся. – Сейчас ко мне, а потом на прогулку.

– Надо за Костей заехать, – вспомнил я. – Он будет рад.

Через час мы ждали в машине Вячеслава Павловича, который отправился за Снегиревым. Сам я не хотел лишний раз показываться во дворе. Эльвинг крутился рядом со мной на сиденье, стараясь поудобнее устроиться в том костюме, что дал ему Вячеслав Павлович. Как он и предполагал, одежда его сына оказалась эльфу в самый раз. Только вот ходить в ней он совсем не умел. Не то, что она ему сильно мешала, но была совершенно непривычной. Ольга же с любопытством смотрела в окно. Все здесь для нее было непривычно. Все интересно. Она смотрела на высотные дома, поражаясь их высоте, наблюдала за игрой детворы на площадке, следила за каждой проезжающей мимо машиной. А уж на сколько мне пришлось ответить вопросов…

Тут подъездная дверь распахнулась и оттуда выскочил Снегирь. Я открыл дверь и махнул ему. Тот мигом оказался рядом.

– Ты? – выдохнул он. – Я думал, что ты ушел… ну, я имею в виду туда…

– Ушел. Уже вернулся. Ты не рад?

Снегирь усмехнулся.

– Рад.

– Тогда садись вперед.

Костя тут же плюхнулся на переднее сиденье и обернулся к нам.

– Константин, – представился он, протягивая руку Эльвингу. – А ты тоже из другого мира?

– Эльвинг, – представился эльф. – И да, я родился не в этом мире.

Тут Костя обернулся к Ольге. При ее имени, его глаза широко распахнулись, и он с усмешкой повернулся ко мне.

– Ага, значит, это про нее говорил Рон, что она достойна тебя?

– Снегирь, щас в лоб получишь, – пообещал я.

– Только без драк. – Вячеслав Павлович сел на водительское место. – Куда едем?

Совместными усилиями мы выработали план экскурсии.

– Ну что ж, тогда вперед. – Машина плавно тронулась с места.

До самого вечера мы мотались по всему городу. Мы побывали почти во всех парках, покатались на аттракционах, были в музеях. День оказался насыщенным. Если бы не машина, то я никогда не смог бы показать все это своим друзьям. Здесь стоило сказать огромное спасибо Вячеславу Павловичу. Кажется, ему самому доставляло огромное удовольствие объяснять все на редкость внимательным слушателям. В роли гида он был превосходен.

Часам к десяти вечера, когда все, что хотели, мы уже осмотрели, Вячеслав Павлович повернул машину к дому.

– Какие у вас сейчас планы? – поинтересовался он.

Ольга с Эльвингом посмотрели на меня.

– Наверное, стоит возвращаться, – заметил я, чуть подумав. – Вряд ли люди Бекстера остались в деревне, а вот наши друзья наверняка ищут нас. Если мы слишком задержимся, то последствия могут быть непредсказуемы.

– Наверное, ты прав, – согласился Вячеслав Павлович. – Хотя и жаль, что вы не можете задержаться подольше. Я бы вам еще столько показал. Но нет, так нет. Сейчас ко мне за вашими вещами, а потом я вас провожу.

– А пойдемте с нами, – предложила вдруг Ольга. – Я вам Китиж покажу. Вам там понравится.

Вячеслав Павлович рассмеялся.

– Нет уж. У меня здесь семья, работа. Куда я отсюда денусь? Спасибо за приглашение, но нет. А ты, Костя, что скажешь.

Костя упрямо покачал головой.

– Я уже принял решение. Я нужен своим родителям.

За разговором, мы и не заметили, как приехали к дому Вячеслава Павловича. Вячеслав Павлович вышел из машины, кинул взгляд на светящиеся окна и вдруг замер.

– Что случилось? – спросил я, пытаясь понять, что его встревожило. Вячеслав Павлович жил на четвертом этаже, и я быстро отыскал его окна. Вроде ничего особенного.

– Цветы, – прошептал он.

– Что цветы? – не понял я. На фоне светящегося окна отчетливо был виден горшок с каким-то растением. Ну и что? Тут я вспомнил, что когда был в квартире, то этот цветок был на холодильнике и, следовательно, никак не мог быть виден из окна.

– Ты не понимаешь. Смотрел «Семнадцать мгновений весны»?

Я кивнул.

– В таком случае ты помнишь тот эпизод с профессором Плейшнером. Так вот, мой сын тогда помешался на разведчиках и хотел стать обязательно «Штирлицем». Он и придумал этот знак. Точнее выкрал идею из фильма. Когда я возвращался с работы, я тогда еще в милиции работал, и видел в окне цветок, то знал, что сын получил двойку в школе или еще что натворил. Это был как бы сигнал мне.

– Значит, он опять получил двойку? – простодушно спросил Костя.

– Когда мы играли в разведчиков, моему сыну было десять лет. Сейчас ему пятнадцать. И он уже года три не играл в «Штирлица».

– Значит, вы думаете, что дома что-то случилось? – спросил я.

– Возможно. – Вячеслав Павлович быстро достал мобильник и стал кому-то звонить. – У меня есть кое-какие друзья в милиции. – Объяснил он.

– А вдруг все не так серьезно? – поинтересовался я.

– В таком случае я извинюсь перед друзьями и приглашу их в гости.

– А зачем ждать? Давайте, я поднимусь и позвоню? Скажу, что вы прислали меня за чем-то?

– Не выдумывай!

– А почему нет? В случае чего, я смогу помочь вашим. Я же, как никак рыцарь Ордена.

– Сиди, рыцарь. – Вячеславу Павловичу явно сейчас было не до меня.

Я быстро шагнул к нему, молниеносно провел прием и захватил в болевой захват руку.

– Я ведь не шутил. И вы могли это понять. Если я вернусь, то все в порядке, а если нет, то тогда можете вызывать своих друзей.

Я поднялся и направился к подъезду.

– Удачи, Егор. – Я обернулся. Ольга не пыталась меня отговорить. Просто стояла и смотрела. И она впервые назвала меня настоящим именем.

Я скрылся в подъезде. Не теряя времени, я поднялся на нужный этаж и вдавил кнопку звонка. Дверь открыл высокий, явно спортсмен, юноша. Он удивленно посмотрел на меня, но я заметил в его глазах толику страха.

– Привет, – тут же взял «быка за рога» я. – Ты, наверное, Василий? Меня твой отец прислал. Он велел передать, что задержится по делам, и просил меня кое-что забрать.

– Что забрать? – изумился он.

Но тут, прерывая нас, из-за двери высунулась мощная мужская рука, сгребла меня за шкирку и втащила внутрь.

– Ну что, ангелочек, попался?

Мой взгляд уперся в накаченный торс какого-то громилы.

– Вы осторожно, он же ребенок…

Я повернулся на голос, и мой взгляд уперся… в отца Таньки. Вот так вот. Что она может? Как же мы раньше не поняли, что ее отец, тоже, скорее всего, связан с теми бандитами. Но даже если нет, то показания тех «раскаивающихся грешников» наверняка касались и его. Ну не мог этот Кеша не столкнуться с бандитами. И слухи не могли возникнуть на пустом месте. Танька же, едва прибежав, тут же поделилась всем с отцом, а тот позвонил друзьям. Правда, сейчас он не выглядел ни важным господином, ни особо уверенным в себе человеком. Отец Таньки сидел какой-то бледный и осунувшийся. Ему явно не нравилось то, что здесь происходит.

– О, мы будем очень осторожны, – пообещал чей-то шипящий голос. – Как же мы с ангелом будем вести себя плохо?

– Оставьте ребенка! – неожиданно раздался чей-то твердый голос. – Не видите, он испуган.

Ну, это явное преувеличение. Я был не то, чтобы испуган, но просто не был готов к такому повороту событий. Однако это не повод быть невежливым, и я поблагодарил женщину, которая вступилась за меня.

– Ишь, какой воспитанный, – усмехнулся тот же голос.

Теперь, когда первый шок прошел, я уже мог осмотреться более внимательно. В квартире находились четверо. Двое явные шестерки – куча мускулов и ни грамма мозгов. Третий был отец Таньки, но он явно был здесь не хозяином положения. А вот четвертый человек, обладатель шипящего голоса, явно был главным. По внешнему виду он старательно косил под типичного «нового русского», но его внимательный взгляд заставлял усомниться в первом впечатлении. Этот человек был умен и обладал стальной волей, заставлявшей подчиняться людей. И ничего удивительного, что в его присутствии отец Таньки, всегда такой важный, чувствовал себя пришибленным.

Чуть в стороне стояла красивая женщина, которая и заступилась за меня. Скорее всего, она была женой Вячеслава Павловича. Рядом с ней стоял уже знакомый мне юноша.

– Что здесь происходит? – испуганно спросил я.

– Хватит валять дурака! – рявкнул главарь. – Про тебя мне тут рассказали очень интересные вещи, – со значением произнес он. – Кажется, это ты изображал ангела? Из-за тебя мои ребята побежали в милицию?

– Что вам еще наплела Танька?

– Многое. В частности про твое путешествие. Видишь ли, малыш, ты поставил меня в очень неприятное положение. Если бы я просто узнал о тебе, то приказал бы убить и все, но, как ты ее называешь, Танька, рассказала мне много интересного. Настолько интересного, что решил лично познакомиться с тобой, сэр Энинг. Так ведь тебя зовут?

– Мое имя Егор. Энинг – это псевдоним, если хотите. Но я не понимаю, что вам от меня надо?

– Очень просто. Благодаря тебе я уже не могу здесь оставаться. При этом мое падение было настолько стремительным, что я не был готов к нему. Я рассчитывал еще лет на десять. И раз уж ты виноват, то тебе и исправлять. Я хочу, чтобы ты взял меня с собой.

– Вы сумасшедший? – невольно воскликнул я. – Вы ведь даже не представляете, что вас там ожидает!

– Ну, Таня мне многое рассказала. Я уверен, что найду занятие. Умный человек всегда найдет чем заняться. И начнем мы с того, что ты прямо сейчас подпишешь дарственную на свое баронство…

Тут я не выдержал и расхохотался. Трогательная уверенность в своих силах этого бандюги была неподражаема. Я смеялся и не мог остановиться. Этот главарь был умен и быстро сообразил, что где-то допустил грубую ошибку.

– Вам бы следовало подробнее расспросить Таньку. Даже если я напишу вам эту дарственную, то с чего вы решили, что вам охотно подчинятся мои люди? Вы в самом деле думаете, что стоит вам появиться с этим письмом и потрясти им перед воротами и перед вами упадут на колени?

– Я могу взять тебя с собой, и ты подтвердишь…

– Допустим. Допустим, я не буду сопротивляться. Допустим, я искренне решил вам помочь и ничего не стал предпринимать в том месте, которое знаю намного лучше вас. Допустим, я не сбежал от вас и не велел вас схватить как самозванцев. Допустим, что все вас признали, но… Баронство не имущество, которое можно просто подарить. Такая дарственная должна заверяться королем. Король же из-за политической, подчеркиваю, политической необходимости, чуть ли не силой заставил меня принять это баронство. Я не хотел его! Так неужели вы думаете, что он согласится признать вас как нового владельца? Да он прикажет бросить вас в тюрьму до конца ваших дней, а мне устроит головомойку за то, что я не понимаю политической необходимости. Но даже допустим, что вы гений убеждения и вам удалось убедить короля отдать вам это баронство, а мне подыскать другое, но что вы будете делать с обычаями? Над ними даже сам король не властен! А обычай довольно важный: если баронство переходит не при прямом наследовании, то есть от отца к сыну, то каждый может оспорить права нового барона. Будет назначен турнир, где вы. Вы, а не ваши громилы, должны будете мечом доказать, что достойны стать бароном. Сколько у вас шансов победить людей, которые учились владеть мечами с детства? Вам Таня случайно ничего не рассказывала о том, как проходит турнир?

Этот главарь мрачно смотрел на меня, не в силах подобрать аргументов. Кажется, он никак не ожидал такого. Возможно, он ожидал сопротивление с моей стороны, отговорок, обмана, но не этих аргументов.

– Ничего вы не знаете, а уже грозитесь что-то сделать, – продолжил я. – Ну и насмешили вы меня. Это ж надо такое придумать.

– Может быть. Только твое баронство это был план максимум. План минимум – это твои деньги.

– Да? И как вы планируете их получить? Пойдете к Нарнаху? Ну-ну, вы ему как раз на завтрак.

– Зачем? Ты сам их принесешь, когда я возьму в заложницы ту девочку. Кажется, ее Оля зовут?

Я вмиг стал серьезен и посмотрел на главаря. Тот вздрогнул. Я уже неоднократно замечал, что в минуты моего гнева очень немногие люди способны выдержать мой взгляд. Он выдержал, но потерял часть своей уверенности.

– Вы знаете, почему так случилось, что ваши люди побежали в милицию? – спросил я. – Они похитили мою маму. Хотите жить спокойно, лучше сдавайтесь, но не трогайте моих друзей – это опасно. Очень опасно!

Я откинулся на спинку стула и внимательно огляделся, готовясь к возможно схватке. Двое стоят недалеко от меня, отлично. Отец Таньки сломлен и вряд ли он окажет серьезное сопротивление. А вот сам главарь сидит чуть в стороне. Жена Вячеслава Павловича и его сын стояли в проходе между комнатой и коридором, они явно не понимают о чем вообще ведется разговор и внимательно слушают. Плохо, они существенно сковывают маневр.

Я встал и потянулся. Постарался как можно незаметнее занять позицию между семьей Вячеслава Павловича и громилами.

В этот момент раздался звонок в дверь. Я приготовился. Явно что-то намечается. Ага, отлично, за входной дверью видна ручка швабры. Я как бы невзначай вытолкал жену Вячеслава Павловича в коридор. Тут мимо меня пронесся один из громил и, схватив Василия, потащил того к двери.

– Без фокусов, сопляк, – прошипел он.

– Ну вот, кажется, твои друзья возвращаются. – Главарь встал рядом со мной.

Я пододвинулся к двери поближе.

Василий щелкнул замком и откинул щеколду.

Дверь начала плавно открываться.

И тут она неожиданно резко распахнулась, и в коридор вошел Вячеслав Павлович. Тот громила, что держал Василия за руку, никак не ждал появления хозяина дома и в растерянности замер. Его растерянность длилась доли секунды, но этого оказалось достаточно – Вячеслав Павлович нокаутирующим ударом отправил его в кухню и стремительно двинулся ко второму. Второй попытался выхватить пистолет, но я рванулся вперед, схватил швабру и ударил его ею по руке. Тут в квартиру вбежало еще три человека в камуфляже и в масках. Кажется все. В коридор ворвались еще трое спецназовцев. Я расслабился и немедленно за это поплатился – главарь в этой ситуации не потерял присутствие духа и сделал единственное, что ему еще оставалось. Рванувшись ко мне, он левой рукой обхватил мне шею, а правой приставил к горлу нож.

– Стоять! Иначе я убью его!

Крик остановил нападавших. Они замерли. Только двое спецназовцев проворно выволокли в коридор обоих громил.

– Отпусти мальчика, – попросил Вячеслав Павлович.

– Ну нет! – Главарь усмехнулся. – Этот мальчик мой пропуск отсюда. – Он недвусмысленно потряс ножом.

Зря он это сделал. Ой, зря. Невнимательно он слушал видно Таньку. Или она не все рассказала. Впрочем, и она не представляла кто такие рыцари Ордена. Да и сам главарь, даже если Танька рассказала кое-что, не мог отнестись серьезно ко мне как к противнику, иначе не делал бы никаких лишних движений. И внимание свое сосредоточил бы не на спецназовцах, а на мне. Его нож всего лишь на мгновение оторвался от моего горла, но этого для меня было достаточно. Мгновенно взвинтив темп до предела, я сделал четыре одновременных движения. Первое, моя левая рука поднялась и встала между ножом и моим горлом. Второе, моя правая нога согнулась в колене, и я с силой опустил ее на ногу державшего меня главаря. Третье, моя правая рука стремительно двинулась вперед, и локтем я с силой въехал главарю в живот. Таким ударом я на тренировках с Дерроном разбивал доски. Живот главаря по крепости явно уступал доске, и я сильно ему не завидовал. И, наконец, четвертое, моя голова резко дернулась и подбородком я вмазал в грудь. К сожалению, я не отличался высоким ростом, и этот удар оказался наименее эффективным. Однако и трех предыдущих оказалось более чем достаточно.

Эти четыре, одновременно нанесенных удара, вывели бандита из равновесия, он вскрикнул от боли и стал складываться пополам, чисто инстинктивно пытаясь ножом дотянуться до моего горла. Но на пути ножа уже была моя левая рука. Правая рука метнулась на помощь левой, и я сжал болевые точки на кисти, поворачивая ее по движению. Пригнулся, пропуская оседающего от боли главаря справа от себя. Правой ногой я захлестнул руку с ножом. Бандит заскрежетал от боли, но нож выпустил. Через мгновение он лежал у моих ног не в силах даже пошевелиться. Любое его движение причиняло ему большую боль в правой, находящейся в жестком болевом захвате, руке.

В тот же миг к нему подскочили спецназовцы и не очень вежливо заломили ему руки. Я отошел, предоставив остальное тем, кому это положено делать по своей профессии.

– Вы были не правы, – заметил я Вячеславу Павловичу, когда последнего из бандитов вывели из квартиры. – Им были нужны не вы, а я. Тот последний, которого вывели, был отец Таньки, хотя вы ведь наверняка узнали его. Танька все-таки поделилась с ним своими приключениями. А тот и сам был завязан с теми бандитами и быстро сообразил, чем ему может грозить показания тех грешников, и позвонил боссу. Вот так вот.


Глава 6 | Клинки у трона | Глава 8